Not guilty

Когда ещё все было нормально, она думала о Мёрфи очень много. Она сжимала пальцы, глядя на его улыбку и игривые, искрящиеся глаза, и каждый раз одергивала себя: "Это подло. Не разбивай сердце Эда. Нельзя. Вдруг это просто влечение? Оно того не стоит," - и, сглатывая ком в горле, улыбалась ему также тепло. В конце концов, она любила его как друга. И хотела его, как никого другого. Эдриана она тоже любила как друга. Потому и держалась. И это стало обыденным. В какой-то момент Андреа даже думала, что все, она свободна, она рядом с ним, и её тело не потряхивает от его близости, мурашки не носятся по коже, сердце не трепещит. А оказалось чуть-чуть сложнее. Она привыкла к нему. Её чувства окрепли. И обычные осенние вечера превратились в одинокие, холодные и тоскливые. Он был вроде бы полностью её. Но у неё не было и капли того, чего хотелось. Теперь у неё было так мало времени. И видимо Артемида внутри неё была готова бороться, спасаться, чтобы жить, чтобы властвовать. Но Андреа была просто студенткой и жутко устала. Она хотела, чтобы парень, который ей нравится, заметил её. "Даже если он огромная адская псина," - думала она про себя и мысленно усмехалась. И принимала внутри себя это спокойствие и ощущение дома, когда он подходил и обнимал её при встрече. Все поменялось в один момент. Вдвоём, в гостиной Эдриана... Им было просто хорошо. И когда она заметила это в его глазах, стало ужасно плохо. Она сгорала от чувства вины несколько дней после этого, избегая его в коридорах, при встречах с друзьями. Она боялась встретиться с его глазами больше, чем вскоре умереть. Он флиртовал. Так как это был Мерфи, можно было ни о чем не беспокоиться. Это частая его манера поведения, к которой привыкли все без исключения, которая была притягательна, обворожительна в его исполнении. Его общество окутывало теплом, заставляло поверить каждого, что он особенный для Мерфи. Это был просто Мерфи. Но проблема состояла в том, что это была и Андреа, несколько месяцев мучавшаяся в поисках его внимания, а теперь прибывающая в огненном, сжимающемся вокруг неё кольце страха и вины. Ведь он с ней флиртовал. *** - Принцесса, что-то произошло? - он преградил ей путь на выходе из зала, - Тебя не видно, не слышно последнее время. Что с тобой? - он потянулся коснуться её плеча, с неуверенной полуулыбкой на лице, но Андреа с неловким смешком увернулась. На его лице отразилось волнение и непонимание. Он так переживал из-за этой ерунды. - Я... О чем ты? - она натянуто улыбнулась, - Последнее время не до пустяков, сам понимаешь. Я просто... - она развела руками и хлопнула себя по бедрам, - С ума схожу от всего. Голос дрожал. Напряжение последних дней плохо сказывалось. Андреа почувствовала ужасную слабость, почувствовала, как запульсировало в голове от всех эмоций, с которыми она была не готова столкнуться прямо на данный момент. "Зачем он так неожиданно, боги, я сейчас взорвусь". Он понял, что что-то не так, но как её друг, не был способен понять, что делать не стоит. По его лицу могло показаться, что он что-то осознал, Мерфи выдохнул и стал подходить ближе, разводя руки в стороны. - О, Андреа... Извини, я вижу, что ты сейчас на грани, я буду здесь для тебя. Давай поговорим, расскажи мне. Когда он приблизился на достаточно близкое расстояние, которое стало критично опасным для Андреа, больше всего боящейся разреветься в его объятиях и, как глупая малолетка, разразиться любовной тирадой о том, как её сердце рвётся на куски, когда он не рядом и вывалить эту боль вины грязной кучей прямо перед ним в столь неподходящий момент... Она резко отскочила в сторону. И это дало ей секунду его замешательства. Этого было достаточно, чтобы взять себя в руки. Она пару секунд слушала свое дыхание, смотря в стену. - Мерфи... Слушай, Мерфи, я правда не готова об этом говорить. Извини, что веду себя так отстраненно. Ты прав, да, я просто вымотана, напугана. И мне просто нужно идти, - в конце её голос приобрёл зло отчаявшийся оттенок. Она отступила еще дальше. И в большей степени она именно злилась. На себя, ситуацию и даже на него, просто за то, что он настолько сильно ей нужен, ровно настолько же, насколько ей нужно, чтобы он держался от неё подальше. *** - Ты идиотка. Розоволосая девушка смотрела прямо на Андреа, сидящую рядом. Они вышли в парк, чтобы прогуляться и просто поговорить. Тем было много. И в этот раз Андреа не сдержалась, так что Хизер, а не сам Мерфи, стала той, на кого вывалилась та самая тирада о любви и горы чувства вины. Андреа молчала. Ей правда нужна была поддержка. Про идиотизм она знала и сама. Она смотрела прямо и ждала продолжения, искренне не понимая, в чем именно из всего этого Хизер посчитала её идиоткой, перед глазами Андреа был уютный и тревожный одновременно полумрак парка. Люди, беспечно гуляющие под ручки, все это было в опасности. А она любила слишком сильно, чтобы быть уверенной, что отдаёт все силы борьбе. - Слушай, я знаю, я правда загнала себя в угол и веду себя довольно глупо, - Хизер приподнял бровь на этой её реплике, - Ладно, очень глупо. Но я действительно много переживаю из-за Эдриана. Я его очень люблю, я вижу его заботу, это невозможно не видеть, он столько делает для меня. И признаться в любви к его другу это просто плевок... Отвратительно. Меня беспокоит, что сейчас совсем не время для этого, но нужно поставить точку. И никого не потерять. Утратить чье-то доверие в такой ситуации опасно. Кто-то может буквально пострадать. Хизер молчала недолго. Она выдохнула и собралась с мыслями, чтобы изложить свою версию. - Ты никогда не думала о том, сколько осталось жить? Рассуждаешь ты конечно очень позитивно, все доверяют друг другу, и это всех спасет, - она повернулась и пронзила удивительно осмысленным и твёрдым взглядом, нетипичным для её характера, - Мы на волоске, все постоянно идёт не по плану. Да мы можем умереть через несколько дней. Никто этого не предвидел, поэтому я могу понять твои чувства до произошедшего. Потом твой брат... Тоже не до того. Но сейчас... Андрея молчала. Она понимала, о чем говорит Хизер. Ей просто не хотелось думать о смерти. И тем более о смерти сейчас, когда она даже ничего не успела сделать. Андреа считала, что это может подождать, и когда проблемы решатся, она обязательно займется своими чувствами. Она сжала челюсти и кивнула. Хизер продолжила: - Я имею в виду, что если мы все это не переживём, то лучше рассказать. А если сможем... Ты так и будешь мучиться от чувств, жалея Эдриана всю жизнь? С чего ты взяла, что вдруг решишься? - Вот это звучит жестоко. - Ты жестока к себе. И к Мерфи. Он очень тобой дорожит. Он всех спрашивал. Думал, что чем-то тебя обидел. Я думаю, он никого так не ценит. Может, только в своём чувстве вины вы похожи, в том, как вы оба молчите ради Эдриана. Андреа нервно усмехнулась, эта мысль вызывала бурю в голове, буквально, в висках запульсировало. - Глупости. Он никогда... - Он всегда заботился о тебе больше остальных. Никто бы не удивился, если бы узнал, что между вами что-то большее, - прервала её Хизер и вскочила со скамейки, - Пойдём, я хочу пить, - она протянула руку, - Я уверена, все будет хорошо, хватит себя мучить, - на лице девушки появилась привычная полуулбыка, напоминающая о спокойствии даже в самые тяжёлые времена. *** Андреа не могла заснуть. Очередной тоскливый вечер, в одиночестве и с полной комнатой густого тревожного воздуха перед грозой. Дела шли с переменным успехом. И она не знала, будет ли жить или умрёт, как и почти все, кто ей дорог. Одеяло обвилось вокруг ног, было то жарко, то холодно. Она брала телефон, клала на место, не зная, чем занять свой мозг, чтобы он перестал крутить одни и те же мысли, от которых её уже тошнило. Она хотела сделать это. Она хотела ему сказать, без тирады, без кучи отчаяния и вины. Ей просто хотелось, чтобы он знал, в первую очередь она защитит его, в первую очередь бросится на помощь ему, просто потому что она его любит. Ничего сложного. Чувство, древнéе, чем сами боги. Все очень просто. Телефон снова в руках. Смс. Мерфи. Просьба выйти поговорить. Отлично, как вовремя. "Дай пять минут, я оденусь". "Жду, принцесса". *** Натянув на себя толстовку она вышла, хлопнув дверью в один момент с первым далёким раскатом грома. Он стоял, облокотившись спиной на свой мотоцикл. О, этот мотоцикл. В голове Андреа всплыли сцены того, как она удирала с Мёрфи на этом самом байке. Страх и желание прижаться ближе. Мучительное время в крохотном мотеле. Сколько всего она хотела бы сделать с ним там, как же она хотела обнять его тогда и никуда не отпускать, остановить время, остаться с ним в безопасности. Взгляд на него, на его лицо вернул её в реальность. Нет улыбки, ухмылки. Он вовсе не здесь. Непривычно. - Что случилось? - она остановилась. Довольно далеко от него. Сердце билось чаще, предупреждая не подходить. Как неприятно видеть его таким... - Андреа... - он поднял на неё глаза, - О, нет, не беспокойся, ничего страшного или экстренного. Это просто насчёт нас... "Нас..." Она резко выдохнула, нелепо стукнула ладонями по бёдрами, поймав дежавю. - Да, Мерфи. Что такое? - Я говорил с Эдрианом. Я ему кое-что сказал. И, наверное, можно считать, получил разрешение сказать тебе. Она стояла, чувствуя лишь собственное дыхание и сердцебиение. Смотрела прямо на него, не моргая. Ветер трепал волосы. Было прохладно. - Андреа, я не могу с тобой дружить. Стало неприятно и почему-то закололо ладони, она сцепила руки в замок перед собой и стала неосознанно выкручивать пальцы. "Что?!" - только и успело пронестись в её мыслях в порыве негодования. - Принцесса, - на его лице скользнула тень улыбки, но он обречённо вздохнул, - Я в тебя влюблён. Очень. Я говорил с ним... И мне страшно потерять тебя, страшно, что я сам могу погибнуть, так и не сказав, что мне важнее всех спасти тебя. Нельзя так говорить. Но это так. Андреа осмотрелась вокруг и прислушалась, будто искала скрытую камеру. На деле она ожидала очередного раската грома после такого заявления. Сердце заколотилось, но она не сразу это заметила. "Ну же, чего я молчу, боже мой..." - Никаких богов, только я, - он усмехнулся, - ты и правда, скажи что-нибудь, пожалуйста... - Это было вслух? - Андреа подняла глаза на Мерфи, он кивнул. Она медленно выдохнула и решилась. - Я тоже. Давно. Не могла ничего... Из-за Эдриана, вашей дружбы и моей с ним. Тоже. Я влюблена в тебя, очень. Я... - она встряхнулась, - Извини, что говорю так скомканно, - подняла на него глаза, - Я имею в виду, что мне важнее всего спасти тебя. Тоже. Я люблю тебя. Всё. Он не медлил ни секунды, подошёл и обнял её. Крепко, безумно крепко. Такую смелую, что все её тело было напряжено, ее потряхивало. Его храбрая принцесса. Все силы потратила на то, чтобы сказать. Она на секунду застыла, а потом прижалась к нему сильнее. Стук сердца раздавался в ушах. Она скучала по его теплу. Но это было иначе. Они все ещё стояли так, когда первые капли упали с неба. Они все ещё стояли так, когда поняли, что можно также выпустить все чувства, что накопились. Дождь лил, пока они впервые изучали губы друг друга, касаясь медленно, аккуратно, пробуя эту близость на вкус. Андреа не боялась, почему-то ей не было страшно, даже думая, что она может умереть. В её голове в ритм её сердцебиению звучало "мой мой мой мой мой мой... я никому не позволю забрать его". Она чувствовала решимость и спокойствие. Он тоже.