Слепой волчонок

Смеркается. Закатное солнце с каждой минутой покидает поле зрения, напоследок играясь золотистыми лучами с хвойными деревьями. На небе ни облачка, но в начале весны погода непредсказуемая. Не факт, что ночью не пойдет снег или, того хуже, дождь. Тогда еще не растаявший в густом лесу зимний ковер заледенеет и передвигаться будет крайне трудно. Ким Джихун уверенной походкой идет по наизусть выученному маршруту, широко переставляя мощные лапы. Его маленькие сыновья еле поспевают, то и дело спотыкаются о выглядывающие из-под снега корни могучих деревьев. Взрослый волк не оглядывается на волчат, все свое внимание сосредотачивает на окрестностях, — лишь благодаря острому слуху знает, что никто из детей не потерялся. Четко бегут по следам отца — вожака их сильной стаи. Очередной вечерний обход Джихуна не должен был отличаться от предыдущих — вожак всегда самостоятельно и без лишней помощи проверяет границы на наличие недоброжелателей, но в этот раз старший сын — Ду, которому уже восемь лет, упорно настоял на том, чтобы отец взял на разведку с собой. Потом увязался и младший — пятилетний Тэхен. Опасно это все, и Сынгван — муж Джихуна, был категорически против отпускать еще совсем неопытных волчат вечером в лес, даже вместе с вожаком. Джихуну ничего не оставалось, как грузно вздохнуть и пойти на поводу у детей. Все равно рано или поздно это случилось бы. А с Сынгваном состоялся тяжелый разговор, в котором Джихун отчаянно обещал, что и волоску не позволит упасть с шерстки их волчат. Неуклюжий Тэхен, любопытно глазеющий по сторонам, все-таки падает, мокрым носом собирая под собой холодный снег. Скулит жалобно, морщится от сильного удара, трясет лапкой, задевшей небольшой краешек корня пушистой ели. Ду, скачущий впереди, останавливается, заслышав за спиной писк. Оборачивается и весело фыркает, наблюдая за отряхивающим снег со своей густой черной шерстки младшим братом. Тэхен злобно на него зыркает исподлобья, только собирается рыкнуть в ответ, но поджимает уши под предупреждающим взглядом ждущего их отца. Джихун не любит тормозить. Больше этого он не терпит, когда его дети ругаются. Пресекает все попытки на корню. Волчатам одного только взгляда хватает, чтобы мигом угомониться. Джихун разворачивается и твердой поступью продолжает путь, не желая более задерживаться на одном месте. Ду, звонко тявкнув, в припрыжку следует за отцом, забыв про чудного брата. Тэхен, понуро опустив голову, старается не отставать, чуть прихрамывая на переднюю правую лапку. Настроение все упало до нулевой отметки. Солнце окончательно спряталось, погрузив хвойный лес во мрак. Живность никакая не поет и не стрекочет, еще не пробудившись от долгой зимы. Один глухой ветер, заплетающийся в еловых иголках и скидывающий их на черный снег. Ни звезд, ни луны, что означает только одно. В любую минуту небо может разразиться осадками. Мазутная шерсть волков сливается с окружением. Видно только однотонные силуэты. Скрип снега, мерное дыхание — по ним Тэхен и ориентируется, торопится на своих коротких лапках, неосознанно жмется к боку старшего брата, всегда смеющегося над ним. Все равно любит, ничего с этим поделать не может, в нем защиту ищет, в нем ее хочет получить, потому что отец по-прежнему впереди, с гордо поднятой головой и внимательным прищуром сверкнувших в темноте глаз. Ду, недовольный тем, что к нему пристают, дергается от Тэхена, чуть пихает его, и волчонок опять падает, не удержав равновесие. Обижаться и выяснять, кто прав, а кто нет, у Тэхена нет сил. Он напуган. Он очень сильно напуган. Встает, отряхивается от прилипшей шерсти и, зло посмотрев на Ду, бежит к отцу. Опирается теперь на его сильную лапу. Джихун, не останавливаясь, бросает короткий взгляд на крошечного Тэхена. И правда крошечного, потому что Ду больше младшего брата раза в два. Джихун ничего не говорит. Молча отводит взгляд и позволяет Тэхену прижиматься к своей лапе. Еле поспевает, конечно, время от времени выдыхается и останавливается, но, набравшись сил, вновь бежит и трется о шерсть отца. На раздраженного Ду никто не обращает внимания. Попеременный хруст веток, никаких посторонних запахов, звучание снега под лапами. Тэхен чувствует всепоглощающее счастье и умиротворение, когда ему на блестящий нос капает первая капля ледяного дождя. Тэхен подскакивает от неожиданности. Суетится. Выжидающе смотрит на отца, беспокойно виляя хвостом. Джихун без промедления хватает обоих детей за шкирку, только собирается рвануть с места в сторону поселения их стаи, как до ушей доносится жалобный детский скулеж. Тэхен оживляется, брыкается, больно себе делает, холку царапает об острые отцовские клыки, но он не может бездействовать, когда кто-то так жалобно просит о помощи. Дождь постепенно расходится, шерсть намокает и свисает противными сосульками. Скулеж чужого щенка сливается с шумом весеннего ливня. Джихун, оскалившись на выходку Тэхена, осторожным шагом подбирается к самой границе. Тэхен притихает, навостряет уши, Ду и сам вытягивает шею, пытаясь в непроглядной черной стене что-то разглядеть. Это что-то лежит под кроной пышной ели. Голодное и холодное. Совсем недавно родившийся волчонок, даже не открывший глаза. Комочком вертится туда-сюда, скулит, плачет. Тепло ищет. Тэхен по новой активизируется в пасти горестно вздохнувшего вожака, понимающего, что подкидыша он просто так здесь в такую отвратительную погоду оставить не сможет. Сегодня их стая станет на одного члена больше.