La familia es amor

      С детства Гинро очень хорошо плавает. В воде он чувствовал себя комфортнее, нежели на своих родных двух — ещё тогда учился глубоко нырять и надолго задерживать дыхание. Забавным казалось наблюдать за Кинро, который плавать не умел, и когда брат долго не появлялся на поверхности воды, тот лишь нервозно бегал от края к краю земляных пиков. А потом младший получал по светлой головушке за то, что заставил побеспокоиться.       Ещё Гинро часто болел — и вот это уже не казалось весёлым. Чаще всего, кстати, слегал именно после своих спонтанных купаний. К вечеру его начинало знобить, ночью повышалась температура, а потом он ещё около двух недель ходил и кашлял, пугая людей в округе. Здоровье у него было слабое. Явно пошёл этим в мать, а не в отца.       Кинро практически не болел. Поэтому он сидел со своим больным братом и ухаживал за ним, на время оставив долг стража деревни. Отец не мог следить за младшим сыном, так как кормил семью, а мать вновь ушла за травами, которые облегчат состояние больного. Честно говоря — ни черта эти травы не помогали, но большего у них не было. Кинро откровенно не нравилось, когда Гинро опять лез в открытую воду, потому что каждый раз он потом мучался кашлем и насморком. Это ещё повезёт, если температура быстро спадёт. А бывало и так, что его лоб напоминал раскалённый камень в летний зной. Тогда он пугался даже сильнее, нежели когда Гинро нырял на большую глубину, как последний отчаянный глупец.       И вот младший брат смотрит рассеянным взглядом огромных зелёных глаз куда-то не на Кинро, а будто сквозь него. С присвистом тяжко дышит, лоб горит и по нему бегут капельки пота. Опять пытается стянуть с себя одеяло, хныча через бред, мол, жарко. Старший терпеливо сменяет ему мокрую повязку на лбу и поправляет одеяло, укладывая бледную тонкую руку поверх него. А через минут пять все повторяется. И день, и ночь. И каждый раз у Кинро всего один страх. — Выздоровеет? — тихо спрашивает он у Бирюзы, которая пришла проверить состояние незадачливого стража.       Женщина осмотрела его какими-то колдовскими методами, известными лишь ей одной. Ему было все равно, какими, главное, чтобы хоть это помогло. — Куда денется, — буркнула Бирюза, стоя возле больного, который, кажется, наконец заснул поверхностным тревожным сном, — выздоровеет как миленький. Ещё отработает все, что пропустил. — Правила есть правила, — вторил старший словам отца, смотря на брата таким взглядом, что у неё защемило сердце, — он ведь сам виноват.       Кинро решает поверить прогнозам Бирюзы. Всё-таки, она знает лучше. Женщина взамен сделала вид, что поверила словам парня. Они оба прекрасно знали, что все отработает Кинро, причём за двоих. Сейчас Гинро ещё слишком слаб, чтобы нести повинность за свою глупость, а потом, когда ему станет чуть легче, то точно воспользуется своим состоянием, хитрый плут.       Обычно Гинро выздоравливал через две недели, когда последние признаки кашля оставляли мальчишку в покое. Как всегда получал нагоняй от всех, от кого только мог его получить, с обещанием того, что больше не полезет в воду просто так. А зелёные глазища, хитрые и озорные, горели огнём, но уже не от болезни, а от осознания собственной лжи. Конечно же полезет, кто, черт возьми, его остановит? Мать с отцом? Бирюза? Кинро?

***

      Наблюдая за Гинро на борту Персея, который чуть раньше ломанулся с обрыва вплавь за кораблём, подобно сумасшедшему, Кинро конечно был горд этим безумцем. Точнее, более чем предполагал, что младший сделает это. Уж слишком хорошо знал его повадки. Он, конечно, тот ещё балбес и лентяй, но когда нужно, то на него можно положиться. — А я-то тебя считала мелким противным трусом! — хохотала Никки, трепав мальчишку по мокрым пшеничным волосам, — удивил!       Судя по его лицу, он сам от себя этого не ожидал. И через пару часиков обязательно начнёт ныть о том, что зря поплыл и нужно было бы остаться там, на острове. Да, это Кинро тоже предугадывал. Но он знал ещё кое-что очень важное. — Сенку, — обратился страж к ученому, который рассматривал карты, — есть что-то, чем Гинро может вытереться? Полотенце или что-то подобное. — Есть, — кивнул тот, показывая пальцем на определённый отсек в планировке корабля, — в шкафу слева найдёшь все необходимое.       Кинро кивнул, поблагодарив, и пешим шагом направился туда. Да, этот придурок точно заболеет, если о нём не позаботиться.       К счастью для Гинро, у него очень хороший старший брат.