206| Оскар
24 января 2023 г., 14:34
Брутус боялся. Трясся, как ярёмная вена на шее. Мы остались вдвоём. Другие пошли кормить трупы под порогами. Калеб не позволит порезаться Присцилле, поэтому сам себя надрежет, но как ты поступишь с Кейти? Трупу нужна кровь хозяина дома, коим является жена преподобного. Ты будешь держать её за руку, воздыхатель, когда лезвие ножа коснётся святой кожи?
— Готов, Омаль? — я обмотал чётками правое запястье.
— Подожди… дай мне минуту, — он тяжело хватал воздух.
— Они тебя не тронут, Омаль. Они обещали.
— А если мы ошиблись? Если мы не те, кто им нужен?
— Я — человек без души, и я в этом уверен. Что касается тебя? Сейчас мы это узнаем.
Я схватился за ручки носилок, где плавилась под солнцем Лоррейна. А Кейти нарисовала её неплохой. Есть в фигуре мрачное и отталкивающее, есть пугающее.
— Мне долго тебя ждать, Омаль?!
Брутус перекрестился и схватил носилки. Я выбрал правильную позицию — идти спиной вперёд. Передо мной свет, а перед Брутусом — тьма. Тьма сковала его карие глаза. Я смотрел на него, когда мы зашли в пещеру, а он — на лежащую статую.
— Страшно, Омаль?
— Заткнись, Шиме!
Всё дальше в непроглядный мрак, всё ближе к древней истории. Брутус не замечал тяжести бетонного Божества, его сознание затуманили мысли о чудовищах. Он опустил свою часть носилок.
— Нет-нет! Идём дальше. Это слишком близко к выходу, нам нужно пройти глубже!
— Этого достаточно. Солнце не падает на неё, влага не коснётся бетона.
— Боишься, что гиганты украдут её? Брось, Омаль! Коров забивать не боишься, а в россказни маленькой девчушки веришь.
— Она не маленькая девчушка, она — моя крестница.
— Так выполни послание крестницы: возьмись за ручки и протащи бетонную бабу ещё несколько метров!
Трясущимися руками Брутус схватил носилки, и мы прошли четыре метра. Гул, холод, темнота и завывания монстров — то, что нужно несуществующему Божеству.
Первым из пещеры со всех ног выбежал Брутус.
— Ты слабенький, забойщик коров, — я вышел на свет, перебирая чётки.
— Пошёл на хер…
Здорового мужика тошнило.
— Я бы не стал этого делать на их территории. Ты оскверняешь землю отходами.
Брутус скрылся в лесу и наблевал под куст.
— Ты будешь вести себя так же, когда мы завтра вынесем Лоррейну из пещеры?
— Сам пойдёшь, без меня.
— Я, конечно, сильный, Омаль, и в состоянии донести стокилограммовую статую, но приглашение выслано на две персоны.
Брутус повернулся и схватил меня за шею:
— Что тебе нужно? Что ты придрался ко мне? — от него воняло блевотиной.
— Уговор есть уговор, Омаль. Внесли двое — вынесли двое. Мы хотим с ними подружиться? Мы хотим жить на их территории во благо? Значит, выполни чёртов уговор!
Я вырвался из огромной ручищи, не прикладая сил, одним напряжением шеи. От моих действий у Брутуса свело кисть.
— Ты был там, верно? Был там и ни раз? Ты уже подружился с ними?
— Они видят нас насквозь. Они увидели меня, твою крестницу и твою пустую, — я стукнул его в грудь, — грудную клетку. Может, уже пора вместо сердца засунуть под грудину засушенный мак, который ты хранишь в книжке Шекспира? — я плюнул ему под ноги.
— Где твоя душа, Оскар?
— Мертва. Чудовища в пещерах подпускают к себе чудовищ снаружи. Страшен не тот человек, кто способен на убийство, а тот, кто сдерживает себя, чтобы не совершить убийство.
— При чём тут шестилетка?
— Каждый что-то значит.
На следующий день мы с Брутусом вернулись в пещеру, чтобы забрать Лоррейну. На стенах были выцарапаны символы — уговор завершён. Когда Брутус приходил в себя на одуванчиковом поле, я отблагодарил низким поклоном костяного гиганта, провожающего меня взглядом.
Кровь окропила пороги домов Собора. Ваши останки впитали её сквозь толщу земли. Неверующие жили на неверующих.
