Крылья цвета крови.

Сначала Гарри даже не понял, что произошло, где они сейчас находятся и как сюда попали. Только что они с миссис Вьятт стояли в пустом классе академии Вонингс, как спустя несколько минут оказались… Где-то. Это была комната с камином, очень похожая на рабочий кабинет и, судя по всему, какого-то очень богатого и знатного человека. О таких комнатах он читал лишь в книгах… Стол из темного дерева, украшенный причудливой резьбой, огромные стеллажи книг, уходящие до потолка, изящные бра в виде подсвечников, большие картины в толстых дорогих рамах на стенах, мини-бар, встроенный в стену с коллекционным, по-видимому, алкоголем, пара роскошных статуй, изображающих страстные объятия фавна и нимфы… В своей поношенной одежде Гарри ощущал себя здесь так же нелепо, как Том Кенти, когда первый раз попал во дворец. Миссис Вьятт, подошла к мужчине, сидевшему в кресле над какими-то бумагами. Это был очень бледный и худой брюнет, лет 45 на вид, с длинными прямыми волосами, доходящими до груди, и внимательными ярко-алыми глазами. На нём была черная, расшитая серебряными вензелями, рубашка и классические прямые брюки. Миссис Вьятт быстро проговорила: «Дорогой! Этот горе-волшебник едва не сорвал мне урок! Мне нужно будет поговорить с ним о его поведении! Можешь приглядеть за ним, пока я организовываю алиби? Только учти, что он может выходить в астрал! Короче… Он меня видел! Он видел мою сущность! Нам нужно разобраться с этим и с тем, что он чуть не убил двоих своих одноклассников, представляешь?! Но всё потом, сейчас мне нужно объяснить наше отсутствие, чтоб эта ситуация не создала нам проблем.» Резко крутанувшись на каблуках, учительница исчезла, оставив Гарри наедине с этим таинственным незнакомцем. Мужчина оторвался от бумаг и внимательно посмотрел на мальчика. — Итак, позвольте представиться: Дерил Ван Хорн, граф фон де Вьятт, лорд Ван Хорн, к вашим услугам. С кем имею честь познакомиться, молодой человек? — Я Гарри, Гарри Джеймс Поттер, сэр. — мальчик нервно сглотнул. — Поттер… Поттер… — мужчина задумчиво потёр подбородок. — Что-то знакомое… Жаль, я не сильно сведущ в делах волшебников, думаю, нам всё же лучше дождаться моей дражайшей супруги. Эллен куда лучше разбирается в делах магической Британии, по крайней мере следит за новостями. Что до меня, то меня вполне устраивает статус тёмного существа, коий они приписывают каждому из Детей Ночи… А дабы сократить время томительного ожидания, не желаете ли перекусить, Гарри Джеймс Поттер? Приняв лёгкий инстинктивный кивок и урчание в желудке мальчика за положительный ответ, лорд Ван Хорн позвонил в колокольчик и громко позвал: «Мари!» На его зов появилась миловидная молоденькая девушка с большими васильковыми глазами, короткими голубыми волосами и одетая в миленький костюм горничной. — Мари, дорогая, сообрази для моего гостя небольшой ужин. Только не из нашего холодильника, из того, который мы используем для прислуги. — Сию минуту, милорд. — присела девушка в книксене, а потом живо умчалась за дверь. Спустя пять минут на столе перед Гарри стояли Итонский беспорядок (смесь клубники, безе и взбитых сливок), пирог с патокой, яблочные кексы, бельгийский шоколад с орешками, стакан вишнёвого сока и фруктовая нарезка нектаринов, бананов, винограда и личи. Лорд Ван Хорн поблагодарил горничную, отпустил её и жестом пригласил Гарри за стол. У мальчика были миллион вопросов, но голод явно перевешивал. — Догадываюсь, что ты весьма растерян, но ты выглядишь таким голодным… А я, вот, не могу решать важные дела, как следует не пообедав… Знаю, что Голод… Это очень мучительно… Оставив на потом все вопросы, Гарри с упоением отдался еде. Было немного неловко есть под пристальным вниманием цепких алых глаз лорда, но каждый кусок давал такое наслаждение, от которого закрывались глаза! Ммм… Увидев, что мальчик покончил с едой, граф настроился на долгий и серьёзный разговор, когда Поттер его опередил: — Благодарю вас за угощение, милорд! Но кто вы? — Хм, ты явно не воспитывался в аристократической среде, судя по тому, что не можешь сделать выводов, услышав титулы и фамилию… Кто я, я уже говорил. Гораздо важнее, кто Ты и на что ты способен. Моя супруга уже упоминала о том, что почувствовала волшебника в школе, где она преподаёт… Видела магические всплески. Оказывается, ты тоже способен что-то видеть… Расскажешь подробнее? — Это длинная история… — замялся Гарри, потирая предплечье левой руки и смотря в пол. — Я разволновался, решил помедитировать, случайно перестарался и вышел из тела. Там, в классе все ребята светились золотым, а на месте учительницы… на месте уч-чит-тельниц-цы… Гарри очень не хотелось описывать то жуткое существо, привидевшееся ему. — Там был Монстр, не так ли? — граф смотрел на него прямо, испытывающе, слегка ухмыляясь. — Ну, можно и так сказать… — выдохнул мальчик, радостный от того, что ему не придется описывать Это. — И как давно ты по астралу гуляешь? — С год уже тренируюсь! Вычитал в одной книге по эзотерике, представляете? Там столько всего! Ауры, энергия, тонкий план, чакры, медитации… Мне всю жизнь говорили, что магии не существует, а она вот! Рядом! И с помощью её можно Такое творить! Закачаешься! Пирокинез, телекинез, телепатия, гипноз, астральные путешествия, даже проклясть можно! Или заставить порезы затянуться быстрее! — глаза Гарри горели огнём, он почувствовал себя в своей стихии, говоря о прочитанном. — Что ж, тяга к знаниям — это весьма похвально, особенно для молодого человека. Однако, что ты знаешь о себе? — Очень мало чего, милорд. Я сирота, сэр. Живу в доме моих дяди и тёти… и они… Они Ужасные люди, милорд! Самые ужасные из всех! — Что, даже хуже Гитлера? — ухмыльнулся граф. — Очень смешно. — насупился мальчик. — Да я понимаю, о чём ты… Достаточно беглого взгляда, чтоб понять, в какой среде ты растешь… А уж особенности моего вида и вовсе дадут составить представление о качестве еды задолго до… — Вы хотите меня съесть?! — в ужасе вскричал Гарри, подпрыгнув на стуле. — Сразу два замечания, мой юный друг. Первое: перебивать невежливо. Второе: волшебников есть — себе дороже выйдет. А то, что ты — волшебник, это очевидно. Во-первых, так сказала моя дражайшая супруга, а я верю своей женщине. Во-вторых, твои эмоции подкрепляются магическим фоном. Ну и запах, конечно. Твоя кровь, чтоб ты знал, пахнет как брызги шампанского… Так как получилось, что столь юный волшебник оказался в обычной человеческой школе, за пределами магической Британии? — Я не знаю, сэр… Я даже не уверен, что являюсь волшебником. Может, я уже свихнулся на своих книгах и воображаю себя одним из героев историй… Тех самых, про рыцарей и драконов, мечи и магию, где в старых замках обитают приведения, где в ночи рыскают хищники, пожирая людей, где прекрасные дамы в пышных платьях устраивают балы, где эльфы спорят с гномами о правах на Эребор, где маги творят волшебство, изменяя мир по своему вкусу, где инопланетяне строят подводные цивилизации, где вампиры соблазняют юных дам, оставляя их иссушенные трупы в стенах замка, а оборотни бегают по лесам, завывая на луну… — Гарри всё больше воодушевлялся, отдаваясь рассказам и воображению. — Эко тебя понесло… — рассмеялся граф фон де Вьятт, ударяя ладонями по коленям. — Понятно… Живёшь мечтами и приключениями… Что ж, это гораздо интереснее, чем обычный реальный мир. Наверное. Мне-то откуда знать? Мне ж надо… Как ты там сказал? Соблазнять юных дам… Хорошо, что графиня фон де Вьятт тебя не слышала! Вампирша в гневе — убойная сила! — Извините, милорд… А вы… Вы правда вампир? И миссис Вьятт — тоже?! — На слово поверишь или… Или мне выпить твою кр-р-ровь? — с последней строчкой граф вскочил, мгновенно оказавшись на столе, и оскалил клыки. Его лицо приобрело жуткое выражение звериного оскала. Увидев испуг в глазах мальчика и решив, что пугать его до магического выброса не стоит, а граф не супруга, в магию не может, тут же пришел в себя, начав снова хохотать. — П-пожалуй, п-поверю… — чуть запинаясь, произнес Гарри. В этот момент из камина вышла леди Ван Хорн, галантно поправляя юбки. — Наконец-то всё уладила. Я, конечно, не группа аннулирования случайного волшебства из Министерства Магии, но кое-что умею! Особенно заговаривать зубы смертным и избавляться от трупов. Запомни, Поттер! — она резко развернулась к мальчику, её лицо, враз став серьёзнее и строже. — Никогда! Слышишь меня? Никогда никого не убивай, тщательно не продумав, как и куда ты будешь прятать трупы! — а затем продолжила тем же спокойным ровным тоном. — Ну, как вы тут без меня? — Да вот, хм, знакомимся… Интересные вещи мне рассказывает Гарри Джеймс Поттер… — граф снова уселся в своём кресле. — Гарри Джеймс Поттер, говоришь? Именно Джеймс, не Джон, Остин, Ричард? А мать твою звали, случайно, не Лили? — глубокомысленно произнесла леди Ван Хорн. — Да, Лили, а что? — удивился мальчик. — Вы что-то знаете о моих родителях? — Да уж, знаю… Хотя, нет, это слишком маловероятно. Чтобы герой магической Британии оказался в одиночестве в маггловской академии? Невозможно! И, тем более, слишком фантастично, чтобы ты оказался именно внуком моей сестры… Наверняка это просто совпадение, однофамильцы должно быть. Видишь ли, я не всегда была вампиром. Когда-то, давным-давно, нас было две сестры-волшебницы. Я, Эллен, и моя старшая сестра Юфимия. Но жизнь нас раскидала по разным мирам. Она встретила свою судьбу в лице лорда Поттера, вошла в его род и взяла фамилию мужа. Как сложилась её дальнейшая жизнь, я не знаю, так как примерно в то же время я влюбилась в одного симпатичного немецкого кавалера, — леди Ван Хорн кинула ласковый, любящий взгляд в сторону супруга, который ответил ей таким же взглядом. — С которым познакомилась на одном званном ужине. Только вот он оказался из Детей Ночи. Меня же такой его статус не отпугнул — и я шагнула за ним во Тьму. Вместе мы совершили особый ритуал перехода, изменивший мою суть. Надо ли говорить, что после этого меня выжгли с родового гобелена? Даже не по чьей-то злой воле, просто сама Магия так решает — будто среди волшебников меня нет и не было. Гарри, ты же знаешь, наверняка же читал, что для того, чтоб стать вампиром, нужно умереть? Так вот, речь не только и не столько о биологической смерти, сколько о социальной. Ты полностью лишаешься всех титулов, своего круга и связей, чтоб навсегда принадлежать своему избраннику. Таких, как я, не рождённых с вампирской сутью, а обращённых с помощью магии, называют вампильет/вампильетта. Но для смертных мы всё одно вампиры, без разницы, умеем колдовать или нет. Обычные вампиры колдовать не могут, но у них есть свои уникальные дары/способности/таланты, у каждого что-то своё. Кто-то читает мысли, кто-то видит будущее, кто-то создаёт иллюзии, но практически каждый умеет гипнотически воздействовать на своих жертв, очаровывать их, влиять на настроение. Согласись, принимать пищу гораздо спокойнее, когда она не шарахается от тебя… — И вы… Вы убиваете людей? — Ну-ну, зачем же так сразу-то? Люди, конечно, еда, но они забавные и от живых от них больше пользы. А потерять пару пинт крови — это не смертельно. Обычно люди чувствуют некую усталость, измотанность, может, лёгкое головокружение… Тут важно самому не сорваться, не доводить себя до обезумевшего от Голода состояния. А что до этической стороны вопроса, то он не уместен. Люди и сами убивают множество животных! Причем в промышленных масштабах! — Но животные же ничего не чувствуют! Они неразумны. — Ошибаешься, любая корова знает, что её ведут на убой. Любое живое существо чувствует боль. Только то, что ты не можешь понять их язык, не говорит о том, что они неразумны. Хотя, конечно, пытаться обсуждать с курицами квантовую механику — гиблое дело… Впрочем, не все люди тоже смогут поддержать о ней разговор. Предлагаешь считать их неразумными, а, Поттер? Мальчик чувствовал, что запутался. Всё-таки, люди — очень противоречивые создания… Некоторые отчаянно напрашивались если не на смерть, то на нечто очень мерзкое и мучительное. Другие же были вполне себе ничего. Третьи же были обаятельными, даже симпатичными внутренне. — Но как отделить зёрна от плевел? Вот бы сразу понимать, что за человек перед тобой… Чтоб читать его сердце и душу, как открытую книгу. — Опыт, мой юный друг, только опыт. И, может, капельку наблюдательности. — улыбнулся лорд Ван Хорн. — Хотя, и сыворотка правды с легилименцией здорово упрощают эту задачу… — хихикнула графиня фон де Вьятт. — Ну, это уже ваши, магические, способы. Однако ж, не будешь же ты ежедневно допрашивать всех и каждого, а не врёт ли он часом? Существует такое понятие как доверие… Хотя… Согласен, с людьми всё очень не просто. Удивительные создания! Казалось бы, что сложного? Мысли — в голове, чувства — в сердце, действия — в поступках! Но нет же! Вместо действий — сплошные размышления о них, голова забита чувствами, отчего эмоции властвуют над здравым смыслом, а в душе — куча нереализованных амбиций! — Люди… — глубокомысленно вздохнул Гарри, и на ум автоматически-ассоциативно пришли строки из песни, одной из любимых у Паровоза: «Не подадут, не пощадят, На гроб земли не бросят горсти, Друг друга поедом едят, Хрустя, обгладывают кости, Своих детей едят отцы, Творцы себя съедают сами. По свету бродят мертвецы С такими добрыми глазами. Люди, добрые люди, Пусть наш мир добром, Добром прибудет!» © Король и шут — Добрые люди. — Человеческое… Слишком человеческое… — следом за ним вздохнул граф. — Кстати о человечках. — Резко сменила тон беседы леди Ван Хорн. — Гарри Джеймс Поттер. Скажи мне, пожалуйста. Как давно ты промышляешь убийствами при помощи магии? Ты хоть знаешь, что такое Азкабан? — О чём вы, миледи? — попытался состроить милую мордашку мальчик, но не прокатило. — Зачем тебе понадобилось убивать средь бела дня, да ещё прямо посреди школы, своих одноклассников? Если уж так приспичило, можно ж было сделать это аккуратнее, по-тихому! И без магических следов в месте, где ты — единственный волшебник на сто миль в округе! Ты же будешь первый подозреваемый в глазах Министерства! А ещё тебе вменят в вину нарушение Статута! — Какого Статута? — удивился Гарри. — Статута о секретности! Нельзя колдовать в присутствии смертных! То есть, хотела сказать, людей. — Вы не знаете, кто они! Эти… эти… Они не достойны называться людьми! Двуногая падаль! Сколько раз они избивали, обворовывали, унижали, высмеивали, травили меня, гоняли по всей школе, ставили подножки, плевали в мою, с таким трудом доставшуюся, еду! Однажды даже циркуль в правое полупопие воткнули! Знаете, как больно было сидеть?! Вы не знаете ничего обо мне! У вас не болели переломанные кости от случайного падения с крыши, куда эти подонки загнали меня! Вас не били ногами целой толпой! И я поклялся, поклялся отомстить Им! Всем Им! Гарри переполняли боль и гнев, голос срывался, едва не переходя в отчаянное рыдание, слезы катились по щекам, пока мальчик отчаянно рассказывал обо всех своих злоключениях. И в школе, и в доме у Дурслей, и про бульдогов Мардж… Он чувствовал себя таким одиноким, таким несчастным, что ему ничего не оставалось, кроме как цепляться за ярость, иначе бушующий гнев внутри обрушивался на него самого. Порой Гарри и сам не знал, чего больше хочет: убить всех их, самовыпилиться самому или… Достать взрывчатку и выйти в эту бездушную, безразличную толпу моральных ублюдков. Или нажать на красную кнопку — и устроить ядерный апокалипсис! Или пусть прилетят инопланетяне и поработят человечество! Или проснется древнее существо из Р’Льеха — и пожрёт этот чёртов мир!!! Обычно, прокрутив в голове гибель цивилизации 20-30-ю разными способами, мальчик успокаивался, приходя в себя. Правда он не знал, что такие эмоциональные всплески провоцируют его магию, которая притягивает спонтанные события, пусть не в мировом масштабе, но в плане города, в котором он жил. То вдруг образовывалась крупная авария, то происходило резкое изменение погоды, то стая саранчи нападала на пару соседних полей… Было даже падение небольшого метеорита! Только Гарри не следил за новостями, а никому в здравом уме не приходило в голову соотнести случайные события с психическими припадками одного очень юного, но очень сильного волшебника. Однако, видя сейчас состояние мальчика, и почувствовав завибрировавшую вокруг энергию, леди Ван Хорн быстро попыталась его успокоить: — Гарри, Гарри, Гарри, успокойся! Я верю тебе! Хорошо, что я оказалась рядом… Тебе крупно повезло! Я понимаю, что ты их ненавидишь, но можно же быть аккуратнее! Тебе нужно научиться держать себя в руках, да и магию контролировать лучше. Как я понимаю, эти люди тебя ничему путному не научили… Я до сих пор в шоке, что волшебник живёт сам по себе, в одиночестве, как чертополох какой! Даже если брать маглорождённых… Всё равно, как только становится известно, что у ребенка проявляются магические способности, к нему следует приставить кого-то из взрослых, кто объяснит ему правила поведения: что можно делать, что нельзя, правила, законы, как и с кем себя вести… А то выросший, как бурьян в поле, волшебный ребенок будет похож на обезьяну с гранатой! Гарри перестал истерить и сейчас внимательно слушал леди Ван Хорн, обдумывая её слова. — И всё же, что нам теперь делать? — обратилась миледи к супругу. — Я предлагаю вот что, — задумчиво произнес граф фон де Вьятт. — Завтра же мы идём в банк. Герой/не герой, родня/не родня — разберёмся! А потом уже будем думать, что делать дальше.