Сегодня небо красивое.

— Ты опять курил? — дома встречают не как обычно с распростёртыми объятиями, а грубыми словами. Шастун даже замирает на несколько секунд в коридоре, а после опускает взгляд в пол, продолжая снимать куртку. Арсений стоит не далеко в проходе, сложив руки на груди, и морщится от стойкого запаха сигарет. Он этот запах терпеть не может ещё с детства, а здесь курит его самый близкий человек. И что прикажете делать? — Ну курил и курил, что тут такого? Переоденусь, в душ схожу и выветрится.. Чего ты нервничаешь? — он говорил в ответ спокойно, да и устало, потому что только что пришел со смены. — Антон, — Попов тихо рыкнул, шумно вздыхая и потирая переносицу, из-за чего пришлось сдвинуть очки на кончик носа, — Ты когда собираешься бросать эту хуйню? — Да а может я и не брошу никогда! Арс, это моё дело и моя жизнь, и мое решение, курить или нет! — он подходит к нему впритык и тычет пальцем ему в грудь. Он не выдерживает уже. — Я волнуюсь за твою жизнь, придурок! — Мне не нужно это, пойми! Я не могу бросить курить, что не делай! Все, я блядь зависим! — Ну и живи тогда всю жизнь, словно скот в загоне, — голос с каждой секундой повышался, а на глазах даже выступили капельки слез от обиды, — ЧЁРТОВ СЛАБАК! Голос сорвался и Попов затих, прикрывая глаза ладонью и пытаясь отдышаться. Антон молчал, без каких-либо эмоций смотря на Арса, а после приопустил голову, буравя пол взглядом. Мужчина, резко схватив с вешалки свою куртку, быстро оделся, выбегая с квартиры и оставляя Шастуна сам на сам. Он даже никак не отреагировал, хотя чувствовал, что из окна за ним наблюдают, пока он в спешке идёт к машине, садясь за руль. А Антон... Знаете это чувство, когда вдруг кажется, что вот — пришел тот момент, когда вы чувствуете, что больше никому не нужны. Тяжесть на сердце, голова наливается свинцом. Вот и у Шастуна так же. Кожу щек неприятно щекочут слезы, а дрожащая улыбка на губах едва сдерживает все рвущиеся наружу эмоции. Ещё один день. День, в который от него отворачивается ещё один человек. Да что я делаю черт возьми не так?! Хотя Антон понимал. Держа в пальцах на половину пустую коробку сигарет — он понимал, что во всем виноват сам. В том, что он слабак и не может даже попытаться бросить курить. В том, что он был недостаточно хорошим ребенком в детстве. Голова раскалывалась от огромного количества нахлынувших в один момент воспоминаний. Больно... Антон швырнул коробку в стену, и та знатно прогнулась. Сигареты выпали на пол. Подойдя к шкафчику, он достал обезболивающее и запил водой. Дышать стало легче. Смотря на не большой кейс с таблетками, Антон поджал губы, взвешивая такой уебский поступок... Взяв какую-то кружку, он достал со шкафчика деревянную круглую лопатку и стал выдавливать все таблетки с блистеров в кружку, передавливая их лопаткой в порошок. Когда почти все таблетки были вытряхнуты туда, Антон налил воды, размешивая получившийся разноцветный порошок в воде. Довольно странная субстанция получилась... Написав короткую записку, Антон старался сделать почерк как можно красивее. Это ведь.. предсмертная записка? Вскоре она была бережно сложена и привязана за верёвочку к запястью. Взяв снова кружку, Антон глубоко вздохнул, закрывая глаза, а после в несколько резких глотков выпил все до дна, заходясь в кашле, подавившись до ужаса не вкусной жидкостью. Еле откашлявшись, он осел на пол, прижимая ладонь к горлу. Взгляд зелёных глаз резко устремился куда-то в окно. Возможно это его последний вдох. Сегодня небо красивое.

***

— Ох ты ж.. Антон! — в квартиру зашли, вернее ввалились, Серёжа, Оксана и Дима, — Ты чего на звонки не отвечаешь? Нам пришлось идти к Диме за запасными ключами. В квартире была тишина. Парни пошли проверить гостиную и его комнату, а Оксана зашла в кухню. Глухой крик. — Окс, что случилось? — Дима с Серёжей моментально прибежали к ней и застыли в проходе. — Нет, нет, нет.. — по щекам уже лились слезы. Оксана подбежала к Антону, падая на колени и пытаясь судорожно нащупать его пульс. Сначала на руке, а потом шее. В глазах с каждой секундой нарастала паника. Дима, не менее перепуганный всем, бросил взгляд на разбросанные по всюду таблетки и стакан, валяющийся рядом. Посмотрев названия таблеток, он закрыл глаза. — Это смертельная доза, — тихо хмыкнув, он прикрыл лицо руками. Серёжа медленно осел на пол, придерживаясь за стену, и поджал губы. Рука сама полезла за телефоном, набирая номер скорой. — Нет, Антон.. Зачем, придурок?! — девушка склонилась над уже бездыханным телом друга, крепко сжимая в пальцах его холодную руку, прижимая ее к собственной груди. Почувствовав под пальцами что-то шершавое, она отстранилась, не пытаясь даже утереть слёзы, и сорвала с веревки записку, разворачивая ее. Прикрыв рот рукой, она больно укусила себя за губу, пробегаясь взглядом по строчкам. — Я убью его.. — сорвалось с ее губ прежде, чем она резко поднялась и побежала к выходу, бросив записку. Дима вздрогнул, подхватывая листочек и так же прочитывая его. — Сука... Вот же ж блядь..