Глава 20. Дневник.
3 октября 2022 г., 09:54
— Ты в порядке? Как прошло? — Тэхён ждал Чонгука, сидя на капоте чёрного Форда с сигаретой в зубах.
— Я в порядке, но в хуёвом. Прошло лучше, чем могло бы, — Чон подходит ближе, достаёт тлеющую сигарету изо рта Кима и бросает в ближайшую урну не глядя.
— Что-нибудь узнал?
— Ничего принципиально нового. Подтвердил свои догадки. Убедился, что этот сучонок в своем уме, — Чонгук щурит глаза из-за яркого солнца.
— Может ли он быть в своем уме, учитывая ситуацию?
— Он полностью отдает отчёт своим действиям. Была проблема с принятием последствий, из-за чего он сейчас в больнице. Но через пару недель я лично отправлю его обратно в изолятор.
— Он может снова попытаться что-то с собой сделать, — Тэхён поддерживает разговор, а сам наблюдает за вымотанным Чонгуком.
— Не попытается. Я рассказал Чимину о подражателе. Теперь он знает, что появился второй танцор. Или это первый пытается отвести от него подозрения, узнав про попытку суицида. Они вполне могут играть во взаимовыручку.
— Узнал, какую роль в этих ночных постановках играет Пак? — Ким слезает с капота и поправляет пиджак.
— У нас допрос начался? Или мы играем в сто вопросов, как парочки на свиданиях вслепую? Тогда моя очередь спрашивать, — Чонгук не зол на Тэхёна. Просто, отвечая на его вопросы, ему приходится детально вспоминать недавний разговор с Чимином. Вернее, это был скорее монолог для одного потерянного зрителя.
— Остынь. Хочешь, пойдем на свидание? А потом я устрою тебе допрос с пристрастием, — Ким поправляет Чонгуков галстук и закусывает губу не игриво, а чтобы сдержать смешок.
— Мне нужен кофе и новая нервная система. Моя последняя нервная клетка, кажется, впала в кому.
****
Чонгук сидит в придорожном кафе. Обычная закусочная недалеко от шоссе, ведущего в пригород. Потрёпанные красные диванчики, кожзам на которых уже давно выцвел и поизносился от времени. Уродливый черно-белый кафель на полу. Открытая кухня, с которой в зал попадают запахи фритюрного масла и готовых блюд. И, конечно, недовольная жизнью официантка с пергидролевым цветом волос, жующая жвачку и спешно записывающая что-то в блокнот.
Обычное утро в обычной забегаловке, коих тысячи, если не миллионы. Чон ждёт задерживающегося Тэхёна уже полчаса. Он давно начал раздражаться, потому что не любит ждать, но когда видит, что Тэхён пришёл не один, раздражается ещё сильнее. Теперь не поговорить толком. Придётся подбирать слова, чтобы тайное оставалось тайным. И вообще, этот Мин Юнги как-то раздражает. Божий одуванчик, на фоне которого Тэхён кажется колючей розой.
Вообще-то сначала Мин не так сильно бесил Чонгука, но после того, как тот стал постоянно виться вокруг Кима и проводить время с ним каждый день, Юнги оказался в чёрном списке. Началось всё с совместного посещения палаты Чимина, но этим дело не ограничилось, и они стали постоянно пересекаться вне больничных стен.
Чон догадывается, почему эти двое спелись. Они как две противоположности. Тэхён наверняка видит в Мине себя в самом начале своей пока еще недолгой, но относительно успешной карьеры. А Юнги просто восхищается личными качествами, которыми не обладает.
— Не хочу знать, почему вы пришли вместе, хотя ждал я тебя одного, Тэхён-и. И ещё больше не хочу знать, почему вы опоздали, — Чонгук окидывает каждого холодным взглядом и машет официантке, чтобы наконец сделать заказ.
— Ты мог заказать без нас. Тогда успел бы поесть и был добряком, а не сгустком голодных нервов, — Ким треплет Чонгука за волосы, надеясь, что не останется без руки за эту безобидную выходку.
— Тогда потом мне пришлось бы смотреть, как вы едите. А я вообще не горю желанием смотреть на вас даже на сытый желудок.
Тэхён закатывает глаза. Чонгук всегда такой, когда голодный. Гринч в похоронном костюме. А сегодня его ещё и ждать заставили. Можно сказать, что день для Чона не задался с самого утра.
— Прошу прощения, мы опоздали из-за меня. Мне нужно было кое-что отдать Тэ, — Юнги встревает в разговор, желая разрядить обстановку и остановить молнии, что сейчас Чонгук мечет в беззаботно жующего вафлю Кима.
— Отдать что? Свою девственность? — Чон поворачивается к говорящему.
— Дневник с моими записями. Там есть и про Чимина. Я подумал, что вдруг это поможет как-то сопоставить события, — Юнги облизывает губы и поворачивает голову к Тэхёну, чтобы тот подтвердил. А может, просто не хочет тягаться с тяжелым взглядом Чонгука.
— И ты вспомнил об этом только сейчас?! — Чон бросает свой чизбургер обратно в тарелку и тянется за салфеткой. — Ты странный тип, знаешь? Надо бы ещё раз тебя проверить, — Чон вытягивает руку. — Давай сюда свой дневник отличника. Поставлю тебе два за поведение.
— Он у меня. Я знал, что ты захочешь взглянуть, и не стал оставлять его в машине. Постарайся не заляпать кетчупом, — Тэхён откладывает вилку и передаёт Чонгуку небольшой коричневый ежедневник.
— Сам уже читал? Есть там что-то кроме спасения котят с деревьев и перевода бабушек через улицу? — Чон спешно пролистывает датированные страницы.
— Я посмотрел, но надо читать внимательнее, сверяться с датами. Думаю, что лучше просто отдать его на экспертизу. Проведём проверку соответствия там, где есть перекликания с показаниями Чимина. А ещё я обвел там несколько имен. Ты знаешь кого-нибудь из них? — Тэхён тычет пальцем в кружки на страницах.
Чонгук внимательно читает и выдает:
— Вообще-то да. Одно имя мне знакомо.
