Космоопер и тайна королевского пажа

— Внимание! Внимание! Критический отказ главного плазменного преобразователя! Требуется срочная аварийная посадка и вызов ремонтной бригады! Монитор центрального управляющего механизма тревожно замигал красным. Старший оперуполномоченный отдельного космического полицейского флота, капитан-патрулянт Барабуль обречённо вздохнул и отключил автопилот. Нужно же было злополучному устройству сломаться именно в той части Галактики, где нет ни единой базы обеспечения! Хорошо хоть планет достаточно, не придётся ложиться в дрейф и болтаться в безвоздушном пространстве до прибытия техников. Вот, например, голубая выглядит довольно симпатично. Ну-ка… — Глубокоуважаемый ЦУМ, расскажи-ка мне, что мы знаем об этом космическом объекте! — произнёс он в микрофон и быстро застучал десятком лиловых щупалец по клавиатуре, вбивая координаты. Внутри механизма что-то зашелестело, пару раз коротко жужжнуло, а потом тот же голос сообщил: — Докладываю, шеф! Планета Земля. Атмосфера в наличии. Обитаема. Аборигены предположительно находятся на низкой ступени развития, опасности не представляют. Для посадки пригодна. — Земля, значит? — Барабуль кивнул. — Прекрасно! Давай-ка попробуем приземлиться. *** Инструкция полицейского флота «О посадке на незнакомый космический объект» состоит из ста тридцати четырёх с половиной пунктов и предписывает, например, совершить не менее трёх разведывательных орбитальных витков, десяток внутриатмосферных, и лишь потом, по возможности скрытно, высаживаться на поверхность. Но сейчас времени на все эти предосторожности у космоопера не было — преобразователь мог отказать в любой миг, а на аварийном далеко не улетишь. Благо, подходящая площадка нашлась почти сразу — большая поляна, окружённая высоченными деревьями. Хватит места и для патрульного космолёта, и для технического, когда тот доберётся. Кстати, а когда? — Примерное время прибытия помощи — три космических дня, — сообщил ЦУМ. — Или три земных года, если использовать принятую на планете систему исчисления, шеф. — Это же просто замечательно! — обрадовался Барабуль. — И ждать недолго, и осмотреться успею. Покажи-ка мне, как выглядят аборигены, будь любезен. На экране замелькали картинки с пояснительными надписями. Человек, его принципиальное устройство, половые и возрастные различия. — И всё? — капитан-патрулянт озадаченно почесал в затылке. — Больше никаких сведений? — Планета Земля находится далеко от центров галактической цивилизации, поэтому практически не изучена, — голос компьютера звучал слегка виновато. — Экспедиция сюда запланирована лишь через десять космических лет. — Была запланирована, — поправил Барабуль. — Мы-то с тобой здесь уже! И я не собираюсь упускать шанс внести свой вклад в науку! Покажи-ка мне ещё раз, как выглядят их мужчины! Спустя полчаса вместо лилового осьминога в командирском кресле сидел вполне себе обычный землянин — две руки, две ноги, одна голова с короткими тёмными волосами, зелёные глаза, прямой нос, аккуратная борода. По словам ЦУМа, именно так мог выглядеть горожанин достаточно высокого статуса. Вот только о местной одежде сведений в памяти компьютера не имелось, поэтому Барабуль решил остаться в легко меняющем цвет и форму скафандре. Из курса подготовки он знал, что малоразвитые цивилизации предпочитают в качестве платёжного средства золото, поэтому быстро насинтезировал себе целый мешочек кругляшков из этого металла — пригодятся. — Глубокоуважаемый ЦУМ, — попросил капитан, подойдя к двери-люку. — Будь добр, последи, чтобы в корабль никто кроме меня не входил. Кто знает, что на уме у аборигенов… — Никого не пущу, шеф! — заверил механизм. — Даже если скажут «пожалуйста»! Земной воздух после синтезируемой на звездолёте дыхательной смеси показался Барабулю невероятно свежим и вкусным, словно Цефандонское пирожное. Первым делом космоопер компенсировал несостоявшиеся орбитальные витки несколькими кругами вокруг звездолёта, с каждым разом увеличивая их диаметр. И в конце последнего наткнулся на едва заметную тропинку, ведущую прямо в лес. — Если под ногами есть дорога, по ней непременно нужно пойти! — глубокомысленно изрёк он. — По-моему так! И пошёл. Тропинка становилась всё заметнее, потом всё шире, пока, наконец, не превратилась в полноценную лесную дорогу. На ней-то всё и случилось. Сначала Барабуль услышал разговор. Довольно громкий, даже агрессивный. Подобравшись поближе, космоопер увидел двух аборигенов. Один, высокий и бородатый, отдалённо напоминающий самого пришельца, ругался на другого, маленького, с длинными волосами. Впрочем, тот тоже в долгу не оставался и даже время от времени топал ногой. Вскоре рослому это надоело. Он поднял с земли палку, исхитрившись, схватил маленького за руку и явно вознамерился его поколотить. Такого полицейский стерпеть не мог и, рванувшись через заросли колючего кустарника, рявкнул во весь голос на местном наречии. — Именем закона Галактики! Приказываю прекратить нанесение лёгких телесных повреждений! Подействовало. Аборигены мгновенно перестали драться и в изумлении уставились на странно одетого в серебристое нечто человека. Потом маленький, сообразив, что пришелец на его стороне, юрко шмыгнул тому за спину и оттуда показал агрессору язык. — Э, сэр, ты чо, не местный чо ли? — спросил бородач. — Странствующий рыцарь, да? О каком это Галактике ты говоришь? Кто он ваще? У нас тут закон один — моё слово! Я барон Шкандыбас, слыхал, наверное? А девчонка — моя служанка. Она сбежать вздумала, представляешь? Условия ей, вишь ли, не подходят! Ну от меня фиг сбежишь! Ты это, слови её, а? Будь другом! — Девчонка — это детёныш женского пола, верно? — уточнил Барабуль. — Тогда её тем более нельзя бить палкой! Резолюцией Совета Галактики это признано антипедагогичным! — Чо? — барон тупо помотал головой. — Опять Галактик? Слышь, рыцарь, а мож ты её купишь, а? Плати пять монет и делай чо хошь! Хошь бей, хошь не бей! Да хоть сожри с потрохами, дело хозяйское! На этой планете в ходу работорговля, понял космоопер. И задумался. С одной стороны, заплатить за человеческого детёныша означало поддержку нелегального и запрещённого в цивилизованной Вселенной бизнеса. С другой — возможность заиметь проводника и, возможно, в перспективе верного друга. Выбор был очевиден! — Держи, сэр барон! — Барабуль вытащил из мешочка пять кругляшков и протянул их землянину. У того аж челюсть отвисла от удивления. Дрожащими руками он схватил монеты, попробовал их на зуб, потом поспешно спрятал за пазуху и расплылся в сладкой улыбке. — Девчонка твоя, сэр! Мож тебе ещё надо? Так ты тока скажи — у меня таких полно! — Нет, благодарствую! — капитан-патрулянт покачал головой. — Мне вполне достаточно одного экземпляра! — Ну и ладно, ну и славно! — барон мелко закивал. — Забирай! А мне пора, скоро ночь, а тут того, разбойники шалят. Ты ежели переночевать захочешь или ещё чо — мой замок рядом совсем, заходи! Задёшево пущу! Пятясь, Шкандыбас скрылся за деревьями. Вскоре оттуда послышался удаляющийся цокот копыт. А Барабуль повернулся к не проронившей до сих пор ни слова девчонке. — Здравствуй, землянка! Не бойся меня! Как твоё имя? — Вот ещё, бояться, чести много! — та фыркнула. — Матильдой меня звать. А ты, сэр, дурной или богатый больно? Ты нафига этому кретину золото отдал? — Как это нафига? — удивлённо распахнул глаза космоопер. — Он же сам попросил за тебя пять монет! — Так медных же, балда! — Матильда всплеснула руками. — Да за пять золотых ты не только меня, ты всё баронство его с потрохами купить можешь! Спасибо, что выручил, кстати. Но если думаешь, что я тебе за это ноги целовать стану — ты сильно ошибаешься! Руку могу, так и быть. Но один раз! И только если помоешь её! Знаешь, какая тут антисанитария? — Не надо мне ничего целовать! — поморщился Барабуль. — Я цивилизованный… эээ… человек, во. У нас это не принято. — Это где это — у вас? — недоверчиво уточнила девчонка. — Ты из каких земель пожаловал, сэр? — Из дальних, — пришелец мягко улыбнулся. — Предлагаю уговор. Я тебе сейчас всё рассказываю, а ты обещаешь сразу не убегать. По рукам?