Взгляд Ждущего и Вера Ищущего

Я шёл вслед за Миледи, а в груди бешенно колотилось сердце. Неужели я в самом деле собираюсь изменить своему милому Агнцу с… Я бы сказал, что Миледи вполне себе хороша собой. Но моё сердце уже принадлежит другому. Как и остальные части моего тела. — Ты какой-то замученный, — овечка остановилась и смерила меня оценивающим взглядом. — Что, в штанах пусто? Так это не проблема. Проблема в тебе, жалкое ты животное. Но вот мы вошли в её покои. Или храм? Без понятия, тут абсолютно всё по-иному. Хоть и восстановленный, но другой храм. Не могу понять, что тут не так? Своды храма подпирают огромные грибы, заменяя колонны (что, я считаю, не очень логично, а вдруг засохнут? Развалится всё тогда), всюду здесь и там мерно покачивались на цепях клетки. Некоторые были прикрыты тканью, остальные же — свободные. — Эй, я здесь! — Миледи отвлекла меня от изучения архитектуры храма (отвратной на мой взгляд). — Здесь самое прекрасное — это я. — Только здесь, — краем глаза заметил шевеление под одной из тряпок на клетке. Там кто-то есть. Миледи развернула моё лицо к себе: — Что такое? Неужели я тебе не нравлюсь? — я как будто обидел её. — Не особо, а что там? — я указал на клетку. Овечка надула губки. Раз уж мне всё равно придётся изменять Агнцу, так хоть над её самолюбием поиграю. — Ничего такого, но можешь посмотреть, если хочешь, — я её здорово обидел. Но, влекомый любопытством, подошёл к одной из клеток и стянул полотно ткани. Внутри, скрючившись, смотря четырьмя глазами в одну точку, лежала моя дорогая сестра Хекат. Худая от голода, уставшая и изнеможденная. Она почти ничего не соображала, а когда я её окликнул, даже не среагировала. — Да как так можно… — Она травила своих последователей голодом, вот я и поступила с ней также, — пожала плечами Миледи. Я вновь взглянул на овечку. Упитанная, сочная. Так бы и вырвал клок мяса. — Ты чудовище, — я собирался открыть клетку и достать оттуда Хекат, но… — Стоять. Ты же не собираешься сделать то, о чем я подумала? — Прости, мысли читать не умею, — и я сорвал с петель замок, благо сил у меня достаточно. — А ну стоять! — и эта овечка бросилась на меня. Как остроумно, сражаться с самой смертью. Повисла в воздухе в цепях, как жаль. Мне даже усилий прилагать не пришлось — одной мысли было достаточно. Если бы я своими глазами не видел, в каком плачевном состоянии моя сестрёнка Хекат, я бы ни в жизнь не стал бы с ней сражаться вот так халтурно. Но епископ слаба, а потому и власть короны будет слабеть. Уж так заведено, ничего не попишешь. Я осторожно достал из клетки Хекат, уложил на мягкие подушки и напоил одним из целебных снадобий Баала, а затем пошёл открывать другие клетки. Во второй сидел мой брат Шамура. — Только не говори, что… — Молчи, — рыкнул он на меня. — В еде было что-то… Странное… — Да ладно! А ты, великий и умный не понял этого? Шамура понуро опустил голову. — Извини, я вспылил, вылазь давай. В ещё одной сидела связанная Ова. Ну, тут я даже спрашивать не стал. Похоже, девочки устроили драку за превосходство, где победили последователи Миледи. Ова тоже чувствовала себя поверженной. Неужто желудок победил над мозгом? — А остальные где? — за судьбу Яшки я не переживал, а вот мальчики… — Кажется, они отправились обратно в культ, чтобы предупредить Агнца. В любом случае, они далеко. Мальчишки твои ничего не ели на пиру, отправились домой голодными. — Хорошо… А Яшка? — В соседней комнате, — Шамура указал на нишу, которую я не сразу приметил.

***

— Что будем с ней делать? — убедившись, что Яшка в полном порядке, я вернулся к Ове, Шамуре и висящей на цепях Миледи. — Заберём и перевоспитаем! — зло зашипела Ова. — Молчи, доска! То, что на тебя мужики глаз не кладут лишь из-за твоей жалкой шубки! — Перевоспитание не поможет, — шепнул мне на ухо Шамура. — Последователи взбунтуются. Будет война и много покалеченных жизней. — Ты прав. Слушай сюда, Миледи. Я отпущу тебя, но лишь на первый раз. Если вдруг ты или твои последователи захотите навредить культу Агнца, — чтобы не объяснять, что с ней будет, я закинул её на десять минут в мир Небытия. Вернувшаяся оттуда она стала сразу сговорчивее: — Да, да, я всё сделаю! Только не надо туда больше! — И следи как следует за нашей дорогой сестрой. Если ей опять будет что-то угрожать, — я сверкнул в её сторону глазами, отчего та задрожала и рухнула на колени. Цепи её больше не держали. — Так-то. Мы тоже вернёмся домой. Яшка придёт как очухается.