Последний Танец Сатаны

Диана спала недолго, лишь до первых лучей солнца, которые разбудили её, настойчиво лаская лицо девушки через окно. Она встала разбитая, без намёка на хорошее настроение и вспоминала сон, где кружилась в танце с Морнингом, а её лицо практически незаметно исказила гримаса тоски. *** Я никак не могла отпустить этот сон. Хотелось, чтобы он повторялся вновь и вновь. В нём я была с Морнингом. Чувствовала его прикосновения, его горячее дыхание на своей шее, и мы кружились в его танце. Танце, что должен был стать последнем для него. Им он и стал… Мы закончили танец, и Морнинг смотрел на меня, скупо улыбаясь. — Почему ты так рано ушёл от меня? Почему, Морнинг? Не осталось ни дня, в котором я не думала бы о тебе, — я всматривалась в его черты лица, которые опасалась забыть, — ты оставил только воспоминания, чёрт возьми… я не представляю, как мне быть дальше без тебя! Не представляю! — не сдержавшись, я стукнула его кулаком в грудь, — обещай, что мы повторим этот танец… повторим! Хоть где! — Диана, — Морнинг произнёс моё имя настолько нежно, что мне снова захотелось его ударить, потому что его нет рядом, и он не говорит мне это наяву! Я только замахнулась, как он перехватил моё запястье, оставив перед собой совсем беспомощной, бессильной… — ты сильная, Диана. Ты не прекращаешь меня радовать. А наш танец… а ты хочешь? Хочешь, чтобы он повторился? — спросил Морнинг, а всё вокруг начало плыть, а жмуриться от яркого света… да чёрт…! *** Сквозь оконную раму в помещение пробивался яркий, солнечный свет, под который подставила лицо Диана, несмотря на то, что ей приходилось периодически жмуриться. Девушка уже давно не спала, а лишь сидела на кровати и напевала едва уловимую мелодию, под которую она не так давно танцевала с Морнингом. Её ладонь, ведомая воспоминаниями о танце, плавно изгибалась под неслышимым мотивом и отбрасывала на одну из стен тень, за которой пристально наблюдала Диана, как бы изучая собственные движения. По итогу, из-за намерения хоть как-то отвлечь себя от разрушающих мыслей, девушка окончательно в них потерялась, что в один момент встала с кровати, будто приглашённая на танец невидимым партнёром. Диана начала плавно кружиться под только ей слышимую мелодию. Поначалу она лишь наблюдала за собственной тенью на залитой утренним солнцем стене, стараясь отточить движения, но совсем скоро этот танец перешёл в нечто большее. Каждый жест Дианы пропитывался полноценной эмоцией, которые она хотела выплеснуть наружу. Девушка почти с идеальной точностью начала повторять то единение в танце с Морнингом. Только теперь она была абсолютно одна в этом вальсе, протягивая руки к своему невидимому партнёру, к которому так хотела прикоснуться. Девушка обнимала кого-то невидимого, к которому как бы приближалась вплотную, желая ощутить на себе его едва сбитое дыхание, то отдалялась в танце. Её ладонь скользила по невидимой щеке воображаемого Дианой Дьявола, волосы девушки разметались по её лицу, а по щекам уже катились слёзы. Но скоро танец стал совершенно иным. Теперь это больше походило на ссору, когда Диана отстранялась от невидимого партнёра, отталкивала его от себя, каждым жестом своего тела показывая обиду за то, что Морнинг её оставил. Она хваталась за голову, смахивала слёзы, но всё равно возвращалась к танцу, полностью отдавая ему всю свою боль. Диана порой поражалась сама себе, поскольку никогда не думала, что умеет так двигаться. Она представляла, как могла бы станцевать ему лично, но теперь Морнинга просто нет. И не будет… Эта мысль добила её. Диана зажмурилась, пустив по щекам очередной град слез, и сжала руку в кулак, когда её ладонь замерла у невидимой щеки погибшего Дьявола. — Я так больше не могу, Морнинг… Она приблизила кулак к дрожащим губам и, медленно отстранившись к стене, скатилась по ней, где уже окончательно разрыдалась, уткнувшись в свои колени… *** Мне казалось, что я схожу с ума, танцуя с тенями. Вся любовь к Морнингу перерастает в какие-то навязчивые идеи. Я вижу его во снах… так отчётливо, так реалистично, что мне чудится, будто он совсем рядом. Но когда я просыпаюсь, его образ расплывается перед глазами. Я никогда прежде не чувствовала себя настолько потерянной! Настолько разбитой тоской и отчаянием. Понимаю, что все мои чувства отныне бессмысленны, но не могу от них избавиться. Просто не могу выкинуть Морнинга из головы! Этот обаятельный паразит наглухо снёс мне последние доли рассудка… Стук. В дверь кто-то ненавязчиво постучал, выдернув меня из потока отчаянных мыслей. Быстро утерев слёзы, приподнимаю голову и смотрю на дверной проём. — Войдите, — говорю я, а дверь открывается. — Он очнулся, — за дверью стоял Асмодей, — я его развязал… — Где он? — Ты хочешь его видеть? — спросил Асмодей, когда я встала на ноги. — Не знаю, хочу или нет, но поговорить, наверное, нам есть о чём, — выдохнула я, собираясь с мыслями. Даже представить не могу, во что может вылиться подобная встреча… Асмодей даже не стал мне отвечать. Мы вышли из моей комнаты и спустились на первый этаж, где было подозрительно тихо, что заметил даже демон, ускорив шаг. Я ожидала увидеть страшную картину, но когда мы ворвались в комнату, Джек сидел на кровати, перебирая пальцами рук, сцепленными в замок. Видимо, настроение у него было не очень. Я сделала жест головой Асмодею, он понимающе кивнул и оставил нас. Я прошла к Джеку и присела рядом с ним на кровать. — Как ты? — Зачем… — услышала я его тихий, слегка сиплый голос, — зачем вы мне помогли? — Джек… — мне было трудно смотреть на него, поэтому я опустила взгляд, — ты не заслужил этого. Ты был неузнаваем! Не такого ты заслужил, пройдя через столько дерьма. Я не могла остаться в стороне и смотреть, как ты сходишь с ума… Джек посмотрел на меня. Я почувствовала его взгляд и чуть повернула голову, увидев его глаза. Обычные, человеческие глаза, что стало как-то легче на душе. Мы помогли ему. — А для чего? Я потерял отца, и у меня был один смысл, одна цель для жизни. Но теперь ты меня даже видеть не хочешь. Будучи демоном, эта боль не ощущалась… — Джек, я знаю, что мой поступок не заслуживает прощения, но я бы не хотела, чтоб ты видел смысл жизни лишь во мне! Ты мне не чужой даже сейчас, но я не могу делать вид, что всё забылось и простилось. Ты только знай, что я готова быть рядом, несмотря ни на что. Но я не могу сказать, что всё будет как раньше... — Я тоже много чего творил. Лилит… прости, что я пошёл у неё на поводу. Я не знаю, что мной двигало в те моменты. Я убил Морнинга… — голос Джека дрогнул. Было видно, что он жалеет о том, что сделал, — что теперь будет? — Вот и я не понимаю, как мы оба оказались среди этого дерьма. Не знаю, что будет дальше. Но на что-то хорошее я даже не рассчитываю. Как минимум, за мной теперь следят из-за того, что случилось. Дела плохи... хотя, на нашей стороне теперь Асмодей. Это уже хоть что-то... мы не одни, как минимум. Но я даже представить не могу, что теперь творится в Аду... — Не стоит отчаиваться, пока мы живы, — Джек замялся и посмотрел на меня, — Диана… Джек притянул меня к себе и обнял крепко-крепко. Даже не представляю, что на него нашло. — Спасибо тебе, Диана… спасибо! Ты помогла мне… — я чувствовала, как ему тяжело на душе. Чувствовала, что он искренен, поэтому обняла его в ответ, а он поцеловал меня в волосы, уткнувшись в них, — спасибо. — Я сделала то, что следовало. Незачем меня за это благодарить после всего, — вздохнула я, испытывая смешанные чувства, — я лишь рада, что ты избежал худшей участи… — Я не могу иначе, — Джек отстранился, посмотрев мне в глаза, и скупо улыбнулся, взяв меня за подбородок. От этого я впала в ступор, особенно когда он аккуратно провел большим пальцем по нижней губе, оголив нижний ряд моих зубов. Он хотел поцеловать меня, но это осознание, словно разряд тока, вывело меня из ступора, что я ненавязчиво повернула голову чуть вбок. Джек тут же отстранился, замявшись, — прости… — Мне трудно принимать подобное после случившегося. Не держи на меня зла, Джек, — мне было сложно его отвергнуть, но иначе я просто не могла, — давай не спешить, ладно? — Да, ты права, — с трудом выдал Джек, как в комнату вошёл Асмодей, осмотрев нас. — Порядок? — спросил демон, на что я кивнула головой, — не хочешь спасибо сказать Проповеднику, Джек? — Асмодей распахнул одну сторону своего пиджака, где была бутылка элитного бренди, что он бросил Джеку, которую он поймал, — отдашь ему. Хотя, за проделанную работу, этого слишком мало. Мы покинули дом и прошли несколько улиц, а вокруг попадались только редкие горожане да военные, пока мы не вошли в церквушку. Внутри было тихо-тихо, поэтому мы решили идти тише среди рядов, чтобы не разбудить Арчи, если он до сих пор отсыпается. Мы прошли до первого ряда, но ни на одном из них не заметили Проповедника, пока моё внимание не привлекла приоткрытая дверь в исповедальню. В душе тут же разрослась тревога, я ускорила шаг и, отворив дверь исповедальни, моментально прикрыло рот рукой, стараясь сдержать крик. Арчи… он висел в петле, а на скамейке стояли те самые бутылки бренди, только уже пустые. Асмодей тут же отстранил меня в сторону и сам прошёл к Проповеднику, которого вынул из петли. Но его посиневшие губы и чёткая борозда на шее не давали уже никаких надежд. — Он… мёртв, — демон обернулся на меня. — Вы издеваетесь что ли!? — на эмоциях вспылила я, стараясь унять дрожь, которой меня пробрало. — Он видел многое в своей жизни и пытался справиться с этим с помощью алкоголя. Двоих демонов он пережил, но лик Джека-демона ему был уже не по зубам. Сожалею, — отстранился Асмодей от Арчи, посмотрев на меня, — он один из не многих, кто знал своё дело. — Спасибо, Проповедник… — Джек сглотнул, поблагодарив Арчи, а вот у меня были немного другие эмоции. — Всё зря… всё было зря, — я скатилась на пол рядом с исповедальней и схватилась за голову, взъерошив волосы, — я не оправдываю ожиданий Морнинга. У меня ничего не получается…за что он расплатился? Я собственноручно его загубила, когда каждый человек на счету! У людей нет шанса, Асмодей… — Не стоит делать поспешных выводов, Диана. У Арчи была сложная жизнь, и это для него лучшая награда за то, что он сделал. Покой ему только снился, но теперь ему лучше, я уверен. Откуда я его знаю? В Аду как-то шумиха сильная поднялась, все только и говорили о том, что обычный Проповедник изгнал Вельзевула, почти верховного демона, и вернул его обратно в пекло. Для Ада это был удар ниже пояса. Однако, некоторое уважение среди демонов он так же приобрёл. — Последнее время ты меня прямо-таки не перестаёшь удивлять, Асмодей, — скупо улыбнулась я, — спасибо за поддержку, правда. А этот Вельзевул, он по-прежнему в Аду? Кто там из верховных вообще выжил? — Вельзевула, как и многих, убил Уолтер. Да, в ресторане на вас напал Уильям, — сказал Асмодей, а я в шоке округлила глаза. Это был ОН!? — а кто остался в Аду, я не знаю, да и нет у меня желания туда соваться, если честно. — Погоди, а эта пушка у него откуда!? Ружьё ведь разрушено, а новое оружие как он получил? Уолтер, получается, ещё тогда в Морнинга с неё выстрелил? — задумалась я, — неразбериха какая-то, если честно… — Не пушка, Диана, — Асмодей расстегнул пиджак и заправил руки за спину. Послышалось два щелчка, и он вытащил из-за спины два увесистых револьвера, — а пушки. Держи. Он бросил мне один револьвер, который я рефлекторно поймала и взвизгнула, бросив его на пол. — Они не кусаются. Чёрт бы тебя побрал, Асмодей! Я с опаской взяла необычайно тяжелый револьвер и разглядывала его. Даже держать в руках его было неприятно. Он был через чур холодным. — Можно было просто передать в руки, — буркнула я, продолжая разглядывать револьвер, — ружьё Уолтера было ледяным, а это всё же можно как-то удержать в руке. А оно сейчас выстрелит? — прищурилась я и, направив ствол в дверь, нажала на спусковой крючок… Щелчок. И всё… револьвер не выстрелил. Не выстрелил и пистолет Асмодея. — Да что за херня? Джек… попробуй ты, — я протянула револьвер Джеку. Он взял ствол, направив его туда же, куда и я, но результат был точно такой же. Никакого выстрела, — а как же…? — Именно. Джека разъедала ненависть изнутри, а ненависть служит в каком-то смысле зарядкой для этих стволов, подпитывает Адское оружие. А что самое интересное, если Абигор смог сломать ружьё Уолтера, то эти… как бы я ни старался, им всё не рядом. В Аду такого оружия отродясь не было. Это что-то мощнее обычного заговора, намного мощнее, — Асмодей взял пистолет у Джека и убрал обратно в кобуру за спиной. — Но кто-то же их сделал! Не из воздуха же они взялись!? — возмутилась я. — А это нам ещё предстоит узнать, как и то, куда Аваддон дел самого Уолтера, — сказал Асмодей, как двери в церковь распахнулись. Мы синхронно посмотрели на выход из церкви, где увидели там группу вооружённых солдат. — Не двигаться, руки за голову! — закричал один из них. Что делать-то? Пришлось выполнить. Мы с Джеком выполнили то, что от нас требовали солдаты, а вот Асмодей непонимающим взглядом осматривал солдат. — Ты чего? — тихо спросила я, когда солдаты расступились, пропуская кого-то вперёд. — Я не понимаю… я только сейчас заметил, что вижу их, но не чувствую. Словно их здесь и нет вовсе, — Асмодей осмотрелся по сторонам и остановил на мне озадаченный взгляд, — ничего… нет! Я переключился на энергию местности, но оказался словно в пустыне. — Интересно… а меня с Джеком ты чувствуешь? — задумалась я. — Нет! Вас здесь нет! — отрезал Асмодей, а вперёд солдат вышел мужчина… это был главный среди них. Вроде бы Сэмюель, а на его шее был амулет, который сразу мне бросился в глаза. Тот самый амулет, который Лилит потеряла в бункере… — Не парься, ты тут никого и не увидишь. Видишь амулет на шее? Он энергию скрывает. Его Лилит посеяла, а эти нашли… кажется, я начинаю кое-что понимать, — усмехнулась я. — Всё, понял, — сказал Асмодей, а Сэмюель в компании солдат начали идти к нам. — Значит, сначала троица неизвестных, один из которых грёбаный демон, врывается в мой город, как к себе домой, причем в сопровождении моих же солдат. Потом они приходят в мою церковь, используют моего Архиепископа, этот грёбаный демон откусывает руку моему солдату, выводя его из строя. Потом я узнаю, что мои люди были загипнотизированы, а у этой троицы ещё хватило смелости остаться здесь на ночь? Как я должен реагировать на это, не раздавая каждому из вас заслуженной пули в лоб? — Сэмюель остановился, держа руки в карманах брюк, и окинул нас злобным взглядом. Что же, Дианочка, Дьявол тебя научил быть той ещё сукой, если придется. Я подошла к Сэмюелю, когда все автоматы солдат были направлены на меня одну, но их лидер поднял руку, запретив стрелять. — Для начала, Сэмми, не один грёбаный демон, а два, — я обернулась на Асмодея, на которого и посмотрел Сэмюель, — и ещё до кучи злобная Дьяволица, терпение которой не стоит испытывать. Особенно сейчас, — я склонила голову чуть набок, ухмыльнувшись, а он прекрасно увидел, как радужка моих глаз вспыхнула ярко-красным светом, — хочешь проверить, справятся ли твои пушки? Или мы сначала всё-таки поговорим спокойно? Сначала Сэмюель смотрел на меня, сжимая кулаки в карманах своих брюк. Он явно переступал через себя, после чего повернул голову в сторону. — Отбой. Солдаты беспрекословно послушались, опустив автоматы. — Что вам здесь нужно? И где Арчи? — спросил Сэмюель. — Нам нужен приют, мы на ваших людей покушаться не собираемся. А что касается Арчи… священник отправился на заслуженный покой. Судя по нашему последнему с ним разговору, вы здесь не так уж и воцерковлены были. Так с чего вдруг ты так забеспокоился о нём? — спросила я. Сэмюель прошел мимо меня к исповедальне и, увидев Арчи, тяжело выдохнул, повернувшись ко мне. — Да, я знаю, как ему тяжело было. Я знал, как он закончит свою жизнь. Оставайтесь, если нужно. Дом Арчи будет вашим. Этого достаточно будет? — Вполне. Спасибо за понимание, Сэмюель, мы докучать не будем, — ответила я, — сколько вас, выживших? — Это тебе знать ни к чему. Просто знай, что после вашего визита у нас минус один, — Сэмюель покосился на Арчи и сделал жест головой солдатам в его сторону, — выносите его. Завтра проведём похороны. Мы не стали мешать солдатам и отошли. Они прошли к Арчи и, не обращая внимания на бутылки из-под бренди, которые разбросали своими ногами, взяли под руки и за ноги тело Проповедника, вместе с которым покинули церковь. Следом за ними ушёл и Сэмюель, окинув нас напоследок осуждающим взглядом. — Ну вот, мы только попали в город выживших, а уже считаемся врагами. Везунчики, чтоб нас… зашибись! — я вскинула руками и осмотрела Джека с Асмодеем, — пошли, город хоть посмотрим… Недовольная, я пошла к выходу из церкви, а за мной увязались остальные…