Последний Танец Сатаны

«На следующий день» Я, как и было запланировано, ждала Азазеля с двумя громилами. Сидела на стуле в камере и почти отогрелась от вчерашнего дня… Щелчок замка… Азазель заходит в камеру, а следом за ним и громилы, что катят за собой тележку с ёмкостью под ледяную воду, которая расплескивается по дороге. — Диана, ты себя хорошо проявила. Ты сильная, но предупреждаю тебя сразу. Сегодня ты меня видишь в последний раз. Больше никто тебе не предложит освободиться от пыток, которые продолжаться каждый день. Каждый месяц и год, и ты уже ни к кому не обратишься. Никогда. Последнее слово за тобой. Где Морнинг? — Азазель сложил руки за спиной, посмотрев на меня. — Мне это уже осточертело, Азазель, — я устало закатила глаза, а от его слов даже что-то дрогнуло в груди, но затем это «что-то» с грохотом оторвалось. Я равнодушно посмотрела на демона и даже смогла ему улыбнуться уголком рта, — но я рада, что ты всё же свалишь от меня. Иди в жопу, Азазель. Я не знаю, где Морнинг. — Твой окончательный ответ… «нет»? — повторил Азазель, а громилы закатили емкость с ледяной водой в камеру. — Нет, — отрезала я. Азазель осмотрел меня оценивающим взглядом, несколько секунд молчал и сделал жест головой в сторону выхода из камеры. Он вышел, а следом за ним, громилы выкатили эту емкость с водой и… всё. Просто… всё. Я осталась в камере, которая в мгновение опустела, а дверь так и оставалась открытой… — В смысле? — я в непонимании выгнула бровь, — что за… Я искренне недоумевала, что это за херня такая произошла. Дверь открыта. Громил нет. Азазеля нет. В теории, мне открыт доступ на свободу или же это просто иллюзия. Или они решили пойти обходным путём и присесть мне на хвост, надеясь, что я просто приведу их к Морнингу. Или это вообще проверка? Может, закалка этого сумасшедшего Дьявола, чтобы проверить, насколько мне можно доверять? Чёрт возьми, после месяца заточения от такого поворота, мои мозги свернулись в сплошную кашу. Теперь тем более нельзя оступиться и облажаться. Но и не воспользоваться возможностью уйти — нельзя. Я поднялась на ноги, окутанная целым роем мыслей, и направилась на выход из своей камеры. Выглянув из-за двери, я увидела пустующий коридор, который вёл лишь вправо. Никого. Тишина… абсолютная. Может, это такая своеобразная пытка? Они мне просто запудрили мозг. Ладно, чёрт со всем этим, нужно ещё немного осмотреться. Я вышла из камеры и пошла вдоль пустующего коридора, который вёл лишь к одной двери. Ну, мне терять нечего… Если эта тварь окажется заперта, я раскрошу себе череп прямо на месте. Подойдя к двери, хватаюсь за ручку и пытаюсь хоть куда-то выйти… Щелчок замка, дверь поддается и открывается от меня… Я, окутанная самыми разными мыслями, толкаю дверь от себя и оказываюсь в весьма приличном кабинете. Лакированный пол, стеклянная люстра, камин, а напротив него стол и несколько кресел. Я прохожу в кабинет и в одном из кресел вижу силуэт, который берёт со стола рюмку с бутылкой и наполняет рюмку алкоголем. — Диана… — я слышу мужской голос, а с кресла встаёт фигура, в которой я узнаю… Морнинга… — Проходи, я как раз хотел выпить, — Морнинг сел обратно в кресло и указал на соседнее… Он хотел выпить? Славно. Очень славно. Я не понимала происходящее. Не понимала, что за чертовщина здесь творится. Подойдя к столу, я взяла бутылку и сделала несколько жадных глотков, после чего взялась за стакан, наполненный алкоголем, и подошла к Морнингу. — Так пей, — я щедро плеснула алкоголем ему в лицо, после чего отошла к свободному месту, на которое рухнула. Мне кажется, что меня всё ещё глючит… Я сидела напротив Морнинга, облокотившись рукой о стол, и на нервах выстукивала пальцами непонятный ритм. — Рассказывай, — я так и не прекратила барабанить пальцами по столу. — Понимаю… — Морнинг выплюнул изо рта то, чем я в него плеснула, и встал со своего места, — ожидаемая реакция. Ты здесь, Диана, а значит, я слушаю тебя. — Мне нечего сказать. Я ничего не знаю, — я развела плечами, отпустив нелепый смешок, — поэтому, раз ты предоставил слово мне, то мы посидим в тишине. — Справедливо. О некоторых вещах хочу сказать сразу… — сказал Морнинг, — да, я не погиб от выстрела Джека, пусть пушка и была стоящая. Видимо, Уолтера для этого не хватало. Но, тем не менее, я был ослаблен, причём сильно, но мои верные подручные, которые были на Земле, пришли ко мне на помощь. Логично было подумать, что я не умру от руки сопляка, Диана. Но мне пришлось скрыться. Я засел здесь. Я набирался сил и наблюдал за взаимоотношениями Небес и Ада с тех пор, как сгинул сам. Ты хочешь знать, что происходило с тобой в последний месяц? — Я приблизительно представляю, я там порой присутствовала. Но можешь рассказать, как ты это видел со своей стороны, — сухо ответила я. — Никак, Диана. Я усомнился во всех после того, как Джек всадил мне пулю в лоб. Я не мог доверять никому, лишь своему подданному, который заручился проверить тебя. Я наблюдал за тобой и… — Хватит! — вмазав ладонью по столу, я подскочила на ноги и, оперевшись руками в стол, посмотрела на Морнинга, — я прекрасно поняла. Всё поняла! Мне не нужны твои объяснения, потому что и так всё понятно. Пока я сидела в камере, меня посещали подобные мысли, что это твоя проверка. Видимо, не так уж плохо я тебя и узнала, — мои губы скривились в ухмылке, но по щекам всё равно побежали слёзы, — только я не знаю, чего теперь ждать дальше. Я ждала нашей встречи, Морнинг. Но теперь, когда это случилось, я не понимаю, как к тебе даже приблизиться… Я стиснула руки в кулаки и зажмурилась, опустив голову. Даже не понимаю, чего я боялась сейчас больше. Того, что он подойдёт или же останется сидеть на месте? В какой-то степени даже не хотелось принимать во внимание то, что некоторые мои догадки оказались правдивы… Он встал со своего места, посмотрев на меня, а в его взгляде было видно… уважение? Да, похоже, это оно и было. Морнинг подошёл ко мне и, взяв меня за руку, посмотрел мне в глаза. — Я много раз сомневался, но в итоге перед собой я вижу необычную девушку. Ты не такая, как все остальные люди, и это достойно уважения. Да, возможно в твоём понимании я поступил плохо, — я не выдержала этих слов и, вырвав свою руку из руки Морнинга, ударила ему пощечину, — да, справедливо, — он медленно потер ударенную щеку, — поэтому, я не могу насильно тебя удерживать рядом с собой. Но всё же надеюсь на твоё понимание. Он начал медленно подходить ко мне. Я понимала, что могу уйти, прежде чем он приблизится, и этим бы дала ответ. — На моё понимание? — повторив этот вопрос, я опустила взгляд, лишь бы не видеть лица Морнинга и хотя бы попытаться оценить свои чувства. Он Дьявол, было ожидаемо, что в нынешнем положении всё не будет так просто. Можно было бы действительно уйти от, как может показаться, безжалостного создания. С другой стороны… куда идти? Идти некуда. И неизвестно, что могло быть со мной, попади я в руки Небес или нынешнего Дьявола. — Допустим, я всё понимаю и не хочу уходить… но что теперь? — я подняла взгляд на Морнинга и едва сдерживала себя, чтобы не кинуться на него. Сама не понимаю, с какими намерениями. — Иди ко мне, — Морнинг сделал шаг и притянул меня к себе, крепко обняв, а я невольно уткнулась ему в плечо, — я скучал, Диана, — он поцеловал меня в волосы, вдохнув их запах, — и по этому тоже. — Я ничего не знаю о тебе, но я не смогла тебя выдать… я не хотела. Не хотела, чтобы хоть кто-то тебя нашёл кроме меня! Не хотела, — я стукнула кулаком ему в грудь, с трудом сдерживаясь, чтобы не расплакаться, — а ты сам меня нашёл… — Ты могла всё закончить, Диана. Одним словом, намёком, но ты этого не сделала, — он отстранился, посмотрев в мои блестящие от слёз глаза, — ты до последнего не сдавалась, стоя на своём… почему? — Потому что не хотела тебя подвести. Что-то подсказывало, что в ином случае всё было бы куда хуже. И не для меня, а в целом для обстановки, которая между Адом и Раем. Мне кажется, что только ты можешь хоть на что-то повлиять среди этого хаоса… — ответила я и отвела взгляд. — Есть в тебе стержень, который заставляет уважать тебя, восхищаться тобой, — он подался ко мне ближе и, аккуратно взяв меня за подбородок, обратил мой взгляд на себя, когда его по-настоящему горячее дыхание обожгло мои губы, — Диана. — Я только из-за тебя и держалась… я скучала. И надеялась, что по итогу мы всё же встретимся. Морнинг… ты не просто Дьявол, — я приподняла ладонь и прикоснулась пальцами к его шее, когда слёзы всё же покатились из моих глаз, — только ты и придавал мне сил. Поэтому, я не хочу, чтобы всё пережитое было зря… я хочу помогать тебе и дальше. Я нужна тебе? — Сомневаюсь, что я, будучи «мёртвым», мог придавать тебе сил. Ерунда, — он медленно, отрицательно покачал головой, улыбнувшись, — исток этой силы в тебе, а что сподвигнет тебя его пробудить, не так уж и важно, — он говорил не громко и этими словами невольно согревал меня, — только ты мне и нужна, Диана. Морнинг медленно прильнул к моим губам и поцеловал. Аккуратно, ненавязчиво, всем видом показывая, что если я буду против, то ничего не будет. Но я поддержала поцелуй, сделав несколько встречных движений губами. Он отстранился, погладив ладонью меня по волосам. От поцелуя и его нежности мне казалось, что я в конец потеряю рассудок, который и так пошатывался. Но чувствовать Морнинга рядом спустя столько времени и боли… я хотела раствориться в этом моменте. Да, в душе сидела злоба за всё, но она была вовсе не на Дьявола, а на тех, кто вынудил его скрываться. А сейчас, рядом с Морнингом, моя боль утихала… — Не получилось у тебя от меня избавиться, Морнинг, — уголок губ дрогнул в лёгкой ухмылке, когда я не выдержала и вновь уткнулась в грудь Дьяволу. Я даже не хотела от него отстраняться, — вот так и прилипну к тебе… — Я не хотел от тебя избавляться, малышка, — Морнинг сказал это заботливо, чутко, снова поцеловав меня в волосы, — ты голодна, Диана? — Даже не знаю. С тобой это неважно, — ответила я, — Морни… как же я скучала… — Диана, тебе нужно поесть. Хочешь яичницу по моему личному рецепту? С беконом, — Морнинг отстранился, посмотрев в потолок, — м-м-м… объедение просто. Ты не устоишь. — Ты мне приготовишь? — я приподняла голову и с нелепой улыбкой посмотрела на него, — я думала, что такой, как ты, лобстеров в ресторанах точит… а не за плитой колдует. — А я не думал, что для такой как ты, мне захочется у плиты постоять, Диана, — Морнинг взял меня за руку, потянув меня за собой в другое помещение. — Слушай, так Бельфегор реально твой… кореш, как он сказал? Получается, его смерть — тоже постановка? — не выдержав, поинтересовалась я в то время, когда мы уже были на кухне. А что, он неплохие апартаменты себе отгрохал. — Моя смерть? — услышала я за своей спиной голос и обернулась, увидев в проеме Бельфегора… он поправил на себе солнечные очки, улыбнувшись, — привет, подруга. — Добрый день… или вечер. Или что там за окном, не знаю, — хмыкнула я, посмотрев на демона, — и что в вас общего, что вы… э-э-э-э… дружите? Ты как его терпишь? — последний вопрос я задала уже шёпотом лично Морнингу. — Он классный, — ухмыльнулся Морнинг и повернулся к Бельфегору, стоя у плиты, — территорию леса проверил? — Сейчас сделаю, — поклонился Бельфегор и тут же исчез, словно его тут и не было. — Думаю, ты от него наслушалась. Он разговорчивый парень, но в плане конфиденциальности твёрд, как камень. Никогда врагу не сдаст своих. Это в нём железная черта. По ушам проедет, но от него ты ничего не узнаешь. — Ну, я заметила, что на язык он развязный в плане всякой чепухи. Я после встречи с ним с какой-то кашей в голове осталась, — я скривила губы, — но славно, что он такой преданный. Получается, у тебя остался только он, Азазель и громилы? Или кто-то ещё есть? Или мне знать не следует? Ты прости, если гружу, но я уже начинаю уставать от неведения. — У меня много кто остался, Диана, — Морнинг уже возился над плитой, готовя яичницу, — у меня есть такие тёмные создания в подчинении, что ты даже себе представить их не можешь, но я не вижу смысла пробуждать их, потому что ситуация относительно стабильна. В общем, я не вижу смысла сильно переживать, — он достал из навесного шкафа перечницу и добавил специй в яичницу. — Ситуация стабильна? — я в непонимании выгнула бровь, — а вся эта накалённая обстановка между Адом и Небесами? Когда меня пытались обе стороны сцапать? А потом эта новость о войне… и ты вынужден скрываться. Что-то не вижу стабильности. Или для тебя это она и есть? — Ах, смертные… — Морнинг весело посмеялся и закрыл конфорки, после чего преподнёс мне яичницу с беконом в блюдце, — ешь, Диана, тебе не хватает белков. Поешь, и мы поговорим. — Смертные… — я поджала губы, насупившись, и уставилась в тарелку с яичницей, от которой невольно сглотнула, почувствовав её аромат, — да, я смертная на твоём фоне и голодная. Но не вижу в этом ничего плохого. Мотнув головой, я стряхнула с лица выпавшие прядки волос, поскольку руки уже были заняты столовыми приборами. Я отрезала кусок яичницы и жадно затолкала его себе в рот. — Умф-ф-ф… горя…шо… — я промычала, прижав кулак к губам от неожиданности, но затем всё же оценила вкус яичницы, от которого довольно промычала, — обалденно! Я, словно голодный зверь, набросилась на эту яичницу, словно не съешь я её за ближайшую минуту, то лишилась бы последнего шанса поесть в своей жизни. Уже через пару минут я отодвинула в сторону пустое блюдце и мельком смотрела на Морнинга, утирая края своих испачканных губ. — Не смотри так, я сейчас не красивая, — насупилась я, — спасибо, это было очень вкусно, Морнинг! — Ты всегда прекрасна, — сказал Морнинг, а сам уже наливал в кружку кофе, — думаю, чёрный настоящий будет тебе по нраву. Он поставил маленькую кружечку кофе на стол и отстранился, ожидая того, что я выпью. — Будь осторожна. Индийский, после него люди сутками не спят, — предупредил меня Морнинг. — Думаю, я и без кофе ближайшие сутки не смогу уснуть, — ответила я и взялась за кружку, из которой сделала маленький глоточек. Крепкий — мягко сказано. Но взбодрило хорошо моментально, что я даже вздрогнула, — ух-х-х… мощная вещь. А ты ценитель, как погляжу. — Я… а ты права, — задумался Морнинг, — ценитель. Я чувствую, что Земля пуста… и это чувство спокойствия я оцениваю, как ты эту кружечку кофе. Бодрит, не так ли, Диана? — В этом мире ещё осталась грязь, — я сказала это таким холодным тоном, что самой стало не по себе. А всё от того, что я вспомнила этого ублюдка Сэмюеля, от которого у меня даже зубы заскрипели, — впрочем, она сама себя уничтожит… — Я все не прекращаю поражаться Абдусциусу. Я ожидал, конечно, но стоило мне только сгинуть, как этот старик тут же начал метить на моё место. Ну… да, я могу понять старину Аваддона, ему всегда достается, когда начинаются неурядицы между Адом и Небесами, но у нас с ним всегда взаимопонимание было и никаких конфликтов, а тут… видимо, Абдусциус посчитал себя пригодным для моей роли и тут же столкнулся с проблемами, развязав войну. Что ж… бывает, что я могу сказать? Для меня сейчас важнее, как тебе яичница моего личного приготовления? — Что… а-а-а-а… но… — мои заржавевшие шестерёнки совсем заскрипели под натугой попыток осознания такого спокойного состояния Дьявола. Но в то же время, он казался мне сейчас таким милым, что я невольно улыбалась в смущении, пусть и старалась не выглядеть дурой. Слабо получалось, — ты не перестаёшь меня поражать, Морни. Я… получается… Я не смогла договорить о том, что он может считать меня важнее этих двух сторон. Не то положение. — Мне очень понравилась твоя яичница. Каждое утро бы такую ела, — я смущённо улыбнулась, подняв на него взгляд. — Я рад, что ты оценила. Для меня это важно, Диана, — Морнинг улыбнулся мне, а я невольно засмотрелась на эту улыбку и подпёрла подбородок ладонями. — У тебя улыбка красивая, — чуть не промурлыкала я, смотря на Дьявола, — и смеёшься ты забавно. — Нравится? — спросил Морнинг и заинтересованно осмотрел меня, — может, тебе понравится, если мы навестим старых друзей? — Да, нравится, — ответила я и задумалась, — что за старые друзья? Ты про кого? — Узнаешь, — Морнинг подошёл ко мне и, взяв мою кружечку недопитого кофе, сделал маленький глоток, — неплохо. Он протянул мне руку, за которую я его без раздумий взяла, и мы вдвоём исчезли, а появились совершенно в другом месте…