Горячая линия психологической помощи "Свет". Слушаю Вас...

      «Линия психологической помощи «Свет», я слушаю вас» - именно с этой фразы четыре дня в неделю начинается день Дерека Хэйла. Но стоит начать эту историю немногим ранее.       В службу анонимной поддержки и спасения жизней, Дерек пришел работать не столько из большой любви к людям, коей было раньше не так много, как станет в будущем, сколько в знак благодарности за собственную спасенную жизнь.       Его история печальна и трагична – так скажут многие. Другие же скажут, что так живет большая часть населения земного шара, и ничего сверхъестественного в этом нет, но…. Смерть близкого человека способна сломать даже самых сильных из нас. Именно это и случилось с Дереком около пяти лет назад.       Тогда не стало Коры. Его младшей сестренки, в которой он буквально души не чаял, с которой нянчился на ровне с Лорой когда они втроем остались сиротами. Родителей не стало еще раньше, но тогда он сам еще по сути ребенком был и на плечи старшей сестры легло большое и тяжелое бремя. Лора справилась. У нее попросту не было выбора. Она несла ответственность за двух младших. А с учетом того что Кора была еще совсем крошкой и даже толком ходить-то не могла, у старшей Хэйл не оставалось времени на саморазрушение.       А у Дерека в период неминуемой трагедии этого времени было слишком много, чтобы разобрать собственную жизнь по крупицам, накрутить и уверить себя в собственной вине в случившимся и начать всерьез мечтать о смерти. Во многом все сложилось так паршиво и печально, потому что Дерек на тот момент остался один на один с трагедией. Лора была слишком далеко, чтобы разделить боль утраты. И тогда он сломался…       В какой-то момент попросту выгорел изнутри как чертов фитиль. Перестал видеть краски вокруг, слышать людей. Все звуки доносились словно из под толщи воды. В тот момент когда по телевизору объявили об упавшем самолете, на котором домой должна была вернуться Кора, жизнь самого Дерека рухнула вместе с огромной железной птицей с высоты в десятки тысяч километров, разбиваясь о жесткую реальность просто в пыль.       Сами похороны Дерек даже толком не помнит. Потому что хоронить то было и нечего. Обугленные останки, запечатанные в небольшой гробик – все что осталось. Лора приехать так же не смогла, но обещала нагрянуть как только разберется с работой. Хэйл на сестру сердился, потому что как же так, малышки Коры не стало, он здесь совсем один, поломанный, разбитый в осколки, перетертый в пыль, а старшей сестры, опоры и поддержки нет.       Тогда же в голову приползли поганые, черные мысли – «остался один и никому не нужен». И ведь опровергнуть эти мысли было некому. А если некому, значит все именно так и есть.       Дерек всерьез ушел в себя, в свое горе, отчаяние и душевную пустоту. Вина сжирала молодую чистую душу живьем. В свои 24 года он был свято уверен в том, что больше нечего и некого терять. Родителей нет, младшей сестренки тоже, а Лора… она сильная и справится. С гибелью Коры же справилась, верно? Так почему она не должна будет справиться с уходом еще и Дерека. А может она даже и не заметит этого. Паршиво так, когда думаешь о подобном, горечью на корне языка оседает и не избавиться от этого вкуса.       А когда решение взвешено и принято окончательно и бесповоротно, приходит вопрос, а как? Как лучше это сделать? Вроде и наказать себя стоит за то, что не отговорил сестру, что наоборот подгонял, потому что соскучился и вообще нечего шляться там по чужим городам. А вроде хочется поскорее покончить с этим миром и не мучится больше от выедающей внутренности боли.       Психологи говорят, что если самоубийца начинает думать и размышлять о способах ухода из жизни – его еще можно спасти. Годы спустя Дерек поймет, что есть зерно правды в словах мозгоправов. Потому что, гуляя по городу в тот самый вечер, Хэйл и, правда, размышлял, как лучше лишить себя жизни, тем самым неосознанно оттягивал момент неизбежного. Потому что организм, тело, разум понимает – дело запахло жареным, и хорошо было бы отвлечь хозяина-придурка от возможного конца существования. Инстинкт самосохранения никто не отменял. Но, к великому сожалению, совсем небольшой процент потерявших веру в себя и в жизнь людей, способны найти альтернативу своим желаниям.       «Горячая линия психологической помощи «Свет». Прежде чем что-то совершить, поговори с нами.» - такой вот идиотский лозунг значился на огромном билборде висевшем с торца многоэтажного здания. Не заметить его было просто невозможно. Даже слепой без труда сможет увидеть буквы и цифры на нем.       Дерек перестал верить в судьбу в тот момент, когда увидел новостную сводку о случившейся трагедии унесшая жизнь его любимой сестренки. И сейчас он совершенно точно верить в знаки судьбы не станет. Но, ноги словно приклеили к тротуару и с места не двинутся. Стоит и смотрит на уродские буквы и цифры. На плакате не изображены до отвращения счастливые улыбающиеся люди или что-то другое отвлекающее или напротив, привлекающее внимание прохожих. Просто синий фон и белые буквы и цифры на нем. Идиотский лозунг так и лезет в глаза. Сколько раз он перечитал это «…прежде чем что-то совершить, поговори с нами».       Это злит. О чем говорить? О том, что он не видит смысла больше топтать под собой землю пыльную. Или о том, что смотря в лица людей, задается вопросом, почему именно наша младшая сестра должна была погибнуть в том рейсе наряду с сотней других пассажиров. А может быть, спросить этих «помощников» о том, почему старшая сестра даже на похороны не смогла приехать из-за каких-то очень важных дел, которые отложить было попросту невозможно….       Дерек настолько заводится этими мыслями, что и вправду достает телефон, набирает простенький, звучный, запоминающийся номер, только чтобы обругать идиотов за их не менее идиотский лозунг, который начинает уже с ума сводить.       На удивление долго ждать не пришлось и буквально после второго гудка, Дерек слышит приятный, спокойный голос по ту сторону линии:       - Линия психологической помощи «Свет», я слушаю вас. – Произносит оператор и замолкает, начиная «слушать». А Дерек теряется, и теряет былую уверенность в своем желании высказать все, что думал. – Мы вполне можем помолчать, если вам так будет лучше, но прошу, скажите хоть слово, чтобы я был уверен, что вы все еще на линии.       Дерек тушуется еще больше, потому что безымянный человек на том конце провода звучит мягко и успокаивающе даже.       - Почему? – Срывается вопрос раньше, чем он успевает поймать себя за язык.       - Почему? – В голосе на том конце провода искреннее удивление. Дерек уверен, сейчас последует глупый вопрос «почему, что?», но собеседник удивляет, продолжая разговор. – Почему самки богомолов после секс, съедают самца? Вероятно потому что все бабы стервы.       Хэйл удивленно моргает смотря на вывеску и думает, не в дурдом ли он набрал по ошибке. Но, как ни странно это работает, он расслабляется и негромко вздыхает.       - Наверное все именно так, но… Моя сестра не была стервой. Мелкой сучкой, да, но не стервой. Не доросла до стервы. Ей только недавно исполнилось девятнадцать. Она только поступила на первый курс. Хотела стать переводчиком, посмотреть мир, но не успела. – Дерек считает, что хуже не станет, а поговорить хочется с кем-то. Лора слишком занята, чтобы выслушивать его нытье и душевные терзания от чувства вины, а здесь совершенно чужой, безымянный человек готов выслушать и помочь, может быть советом, может быть молчанием на том конце трубки, Дерек не знает, но все равно продолжает рассказывать про Кору.       Рассказывал взахлеб, с самого начала, с того дня как она родилась и ночами мучила и родителей и Лору с Дереком. Потом как не стало родителей и им с Лорой пришлось справляться самостоятельно, как он слушал ночами тихие всхлипы старшей сестры и силился придумать, как еще ей помочь. Рассказал о сложностях в школьные годы, что Кору обижали мальчишки и тогда он взял на себя обязанность научить сестренку рукопашному бою и случайно сломал нос, за что знатных люлей получил от Лоры. Рассказал, как ругался с младшей когда у нее появились первые серьезные ухажеры, потому что не о том надо думать в средней школе. Делился гордостью за то, как она смогла сдать на отлично вступительные экзамены и тогда он допустил самую большую ошибку.       - Я сам разрешил ей полететь в Вегас. Она захотела праздника. В ее благоразумии я был уверен. Она не из тех людей, кто легко поддается влиянию азарта, но Кора просто хотела посмотреть на Вегас своими глазами. Ия сделал ей этот подарок. И теперь ее нет. И никто ее мне не вернет. Никогда больше. Знаешь, что мне пришлось хоронить? Платье с ее останками. Куски мяса укрытые самым красивым, какое я только нашел в городе, платьем. Лора приехать не смогла, представляешь? Не смогла оставить работу даже в такой день. Что может быть вообще важнее семьи, я не понимаю!       Дерек замолкает, потому что болью горло сводит и вздохнуть даже физически тяжело. Глаза жгут слезы обиды, скорби, отчаяния. Мужчины не плачут, это так, но сейчас он парень потерявший младшую сестру.       - Я слышал о катастрофе. Так много людей погибло в ней. Знаешь, после случившегося наши линии были практически перегружены. В такие моменты всем нам не менее тяжело, чем вам.       - Ваш лозунг идиотский. – Сипло, с примесью злости и обиды произносит Хэйл. – Прежде чем что-то совершить, стоит поговорить с вами? Ну и что вы решите? Что вы можете сделать? Вернуть мне сестру? М?       - Нет, к сожалению этого сделать мы не в силах, друг. Но мы можем помочь найти тебе причину не совершать необдуманных поступков. – Все так же мягко произносит мужской голос, но звучит уже более серьезно.       - Причину не совершать необдуманных поступков… - Повторяет Хэйл, смотря в темнеющее небо над головой. – Так поступок который я хочу совершить совершенно точно обдуманный, слышишь? Я представляю как часто тебе приходится выслушивать сопли совершенно рандомных людей, как часто вам звонят подростки после разрыва отношений, когда сердце болит от отверженной любви и кажется что мир весь против тебя. Но у меня совсем другая ситуация. Тебе так не кажется?       - Причина, по которой ты решаешься на такой отчаянный шаг в данный момент времени кажется более острой чем есть на самом деле. Зачастую, душевная боль толкает людей на такие вот поступки. Каждый час в мире от самоубийства погибает не один человек, а сотни людей. И зачастую причина по которой они делают «последний шаг» глупа.       - Хочешь сказать остаться в одиночестве, быть причиной смерти младшей сестры, быть изгоем в глазах окружающих – это не достаточно для «последнего шага»? – усмехается Хэйл, а уверенность в своем намеченном пути только крепнет.       - Да, этого недостаточно! Боже мой, ты не представляешь какой по-настоящему должна быть причина, чтобы добровольно совершить такое!       - Ну давай, расскажи мне.       И голос на проводе рассказывает, подключая фантазию, да так отменно, что Хэйл порой даже посмеивается от пересказа сюжета фильма «День независимости». Однако это работает. Перспектива сделать последний шаг уже не кажется такой привлекательной, но вина никуда не уходит.       - Я смог помочь тебе, друг? – спрашивает оператор, когда молчание между ними затягивается. В его голосе слишком отчетливо заметна надежда. Дереку становится интересно, как много людей он спас? У парня на том конце, не плохо получается быть ненавязчивым психологом. Он хороший слушатель. Вовремя умеет перевести тему и отвлечь от суицидальных мыслей, но… ему самому чего это стоит?       - Да. Наверное да.       - Где ты сейчас? – спрашивает голос и Хэйл хмурится. Линия вроде анонимная, да и не имя у него спросили, потому почему бы и не сказать.       - В парке сижу.       - Честно-честно? – с явной улыбкой в голосе спрашивает оператор.       - Нет, забрался на высшую точку Эмпайер Стрит Билдинг, по которой скакал Кинг-Конг, с намерением совершить желаемое, и уйти феерично. – Ерничает Хэйл, потому что серьезно? «Честно-честно»? Что за детский сад.       - А у тебя есть вкус. Но если серьезно, то мне будет спокойнее, если ты скажешь правду, друг.       Хэйл вздыхает. Уже начало восьмого вечера и судя по таймеру на телефоне, на линии с «голосом» он провисел более двух с половиной часов. За последнее время это самый чертовски долгий разговор для него, но теперь Дерек и правда чувствует себя немножко лучше и перед парнем-оператором совестно становится. Они же не просто так занимаются этим нелегким делом. Они все, кто работает в таких центрах помощи, добровольно через себя чужую боль пропускают. Наверняка выматываются и устают. А ведь каков процент тех, кто обрывает звонок и прыгает с крыши, моста, под поезд или машину? Стоит, вероятно, более тщательно изучить этот вопрос.       - Я, правда, нахожусь сейчас в парке. Совсем недалеко от дома. Наверное стоит сказать спасибо за этот разговор. Столько времени занял…       - Об этом не стоит волноваться, друг. Главное, сейчас тебе лучше и это уже маленькая победа для меня.       - Хорошо если это так.       - Каждый разговор законченный так спокойно, ценится дороже всех благ мира, друг. Что же, доброго вечера. Если понадобится вновь поговорить, просто набери номер и если пожелаешь услышать именно меня, то сообщи оператору что хочешь услыхать «А-23» и тебя соединят. И пообещай, что не станешь совершать глупости. И Дерек обещает, потому что совесть не позволит отказать оператору «А-23».       Спустя неделю после разговора Дерек вновь хочет верить в судьбу, потому что после телефонного разговора с оператором линии психологической поддержки, чудесным образом многое начинает налаживаться.       Горечь и боль все так же преследуют его. Скорбеть о сестре будет еще очень долго, но в один из вечеров на пороге его квартиры появляется заплаканная старшая сестра. Она просит прощения с порога и конечно Дерек не может да и не хочет отказывать в этот сестренке. Они остались лишь вдвоем. Одни против всего мира.       В тот же вечер Дерек принимает решение вступить в ряды тех, кто спасает жизни. Но сделать это удается совсем не просто. Не достаточно простого желание помогать людям, этому необходимо учиться.       «Линия психологической помощи «Свет», я слушаю вас» - спустя три года уже его голос звучит на линии и как говорил оператор А-23, все совсем не просто. Совершенно. Спасать жизни, выслушивать, забирать душевную боль оказывается невероятно тяжелой работой. Но это, несомненно, стоит каждой проведенной минуты на линии и спокойное окончание разговора вправду стоит дороже любых богатств.       С приходом в центр помощи Дерек предложил все же ввести возможность знакомства с теми, с кем ведешь диалог. Пусть это будет ненастоящее имя, любое какое пожелает сам собеседник, но именно это позволит наладить контакт с потерянной душой.       Начальство дает согласие и всем раздают новые скрипты. Теперь оператор вправе спрашивать имя звонившего, предлагая назвать любое, которое кажется комфортным. И это, правда, работает! Люди охотнее идут на контакт, да и оператору гораздо проще вести диалог с тем, с кем ты заочно знаком.       Поэтому 4 дня в неделю, вместе с коллегами Дерек выходит на службу нести Свет и спасать жизни.       - Линия психологической помощи «Свет», я слушаю вас. – Дежурно произносит Дерек, заполняя анкету звонившего, считывая геоданные, на случай необходимости вызова скорой или других спецслужб. Да, без дополнительной подстраховки в центре попросту невозможно.       Пока мужчина разбирается с этим, на том конце все тихо. Такое бывает очень редно. Один или два раза за год его работы на линии, и это заставляет насторожиться. Он помнит как с ним говорил оператор под номером А-23, который в жизни оказался молодым мальчишкой 23 лет по имени Айзек. Парень, младше него самого . который помог и подсказал в каком направлении следует двигаться и где же тот самый Свет.       - Друг, послушай, мы вполне можем и помолчать, если тебе сейчас нужно именно это, но, скажи хоть слово, чтобы я знал, что ты правда на линии….       - Я не займу много вашего времени… - Звучит совершенно мертвый голос по ту сторону трубки и Дэрек понимает. Эта ночь либо нанесет ему рану за упущенную жизнь, либо вознесет к небесам за спасенную. Он должен постараться…       - У меня достаточно времени, чтобы поговорить с тобой… поэтому, давай поговорим. И не думай что сможешь совершить задуманное. Только не в мою смену, друг…