Космическая Одиссея

Джерард любил гулять по кладбищу, в особенности осенью, когда деревья вокруг полыхают оранжевым пожаром и тучи угрожающе нависают. Сплошное уныние, и подросток в чёрном пальто неторопливо рассматривает портреты на могилах. Кладбище было достаточно старым и находилось в достаточно маленьком городе, чтобы надгробия не были одинаковыми и выстроенными по линеечке, как солдаты. Мраморные статуи ангелов, готические кресты и родовые склепы - это место определённо было особенным. Джерард успел изучить его от края до края за два года пребывания в Бельвиле, но кладбище никогда не надоедало ему. Здесь пахло землёй и чем-то сладким, давящим на черепную коробку. Как и обычно, Джерард сел по-турецки напротив понравившейся ему могилы. Небо продолжало нагнетать, но это не значило, что Джерард поторопится в компьютерный клуб, где просиживает Торо со сладостями и яблоками в рюкзаке. Это было чем-то вроде традиции - хотя бы два раза в неделю рисовать в блокноте скетчи портретов с надгробий.

Одри Кармайкл

1927-1980

«Навсегда в наших сердцах», — прочитал Джерард витиеватый шрифт. У неё было круглое лицо с совершенно невыразительным подбородком. Джерард быстро и небрежно водил острым карандашом по бумаге. Маленькие глаза с нависшим веком и густые ресницы, острый носик и губы-линия - она была слишком молодой и обычной. Джерард отчаянно вздохнул и открыл большую сумку через плечо с десятками дурацких значков, чтобы достать плеер с наушниками. Уже совсем не новый, подаренный на пятнадцатилетие, плеер носил на себе такие отпечатки прошедшего времени, как липкий от наклеек корпус, царапины около гнёзд для наушников и зарядки и маленькую трещину на стекле в правом верхнем углу. «Evanescence» подходили под настроение мрачной и жестокой осени, так что он включил «My Immortal». Эми Ли страдала о том, что её раны никак не заживают, и Джерард плыл вглубь кладбища, надеясь нарисовать ещё один скетч до того, как дождь зальёт Бельвиль. Всё кругом было холодным и металическим, поддёрнутым смертью и немного жутким. Возможно, только Джерард ощущал это, но осенью всё становилось таинственным и пугающим. Джерард редко бывал на кладбище по воскресеньям, как сегодня. Чаще всего он сбегал с математики и чувствовал себя бунтарём, когда сидел на мокрой траве и срисовывал лица покойников вместо решения уравнений. Джерарду нравилось размышлять о судьбе людей, изображённых на могильных плитах. Он думал о том, кто был их первой любовью, любили ли они зиму и были ли счастливы. Каждый раз Джерард приходил к выводу, что смерть однажды всех объединит. Ожидаемо, у него не получилось предугадать начало ливня. Прошло всего десять минут, но вода уже хлюпала в кедах Джерарда. Он нёсся прочь через высокие железные ворота и мимо магазинчика с цветами, не дорисовав портрет Карла Вульфа и пообещав его могиле обязательно вернуться. Компьютерный клуб «Eclipse» находился в не слишком большом помещении, между пиццерией и продуктовым. Час за компьютером - два доллара, и это было щедрым подарком. — Хэй, Красотка, — Джерард хлопнул Торо по плечу и устроился на соседнем кресле, сразу же открывая «GTA: Vice city». Его пальто насквозь промокло и неприятно тянуло вниз. — Хэй, Джаред. Эмили придёт ко мне... дай вспомнить... в семь, так что у нас с тобой есть ровно два часа. — Ещё раз назовёшь меня Джаредом - получишь жвачку в волосы, — в компьютерном клубе пахло нагретым железом и потом. Джерард старался игнорировать зловоние и концентрировался на экране загрузки. Рэй жевал ягодный «Starburst», и Джерард украл у него из пачки одну конфету. — Ты чудовище! — Торо ни на секунду не отвлекался от чёртовой «Counter-Strike», — не разгоняйся слишком, сейчас я закончу раунд и мы пойдём. — Блять!! Какой-то мудак сохранился перед ебучей миссией «Разрушитель».., — Джерард злобно смотрел на полигональную спину Томми, — я дам тебе доллар, если не пройду эту срань с первого раза.

***

Ливень закончился так же быстро, как и начался. Чистый и свежий воздух обеззараживал лёгкие после пещеры геймеров. Солнце не показывалось уже третий день. — Ты, кажется, мастер видеоигр, — протянул Торо, идущий впереди Джерарда и заливающий в себя выигранный в споре «Mountain Dew». — Чёрт, последняя бочка! Я почти справился! — Джерард плёлся за Торо, наблюдая, как дома вокруг них постепенно уменьшаются в высоте и как деревьев становится всё больше и больше. — В следующий раз повезёт, — ободрительным тоном произнёс Рэй и демонстративно отпил из бутылки, не отводя от Джерарда взгляд. Джерард фыркнул и пнул камешек на дороге. Он был тяжелее, чем казалось на первый взгляд, но Джерард не подал виду, что теперь практически не чувствует пальцев ноги. Торо бы просто посмеялся. — Меняешь приключение со своим лучшим другом на секс, да? Когда мы в последний раз зависали с тобой целый день? Рэй только цокнул в ответ и пробубнил что-то вроде «ты просто не пробовал». Он теперь всегда так отвечает. Лес уже практически вошёл в свои права. Картинные кедры окружали ветхие, старые дома. — Никакое это не приключение, если я уже изучил там всё и просто хочу познакомить тебя с нашей берлогой. — Нашей — это моей и твоей? — Нашей — это моей и Брайера, — гордо и поучительно произнёс он, — но я впишу тебя квартирантом, если ты очень попросишь. Дом был не слишком далеко от города. Изрисованный граффити, с выбитыми окнами и покатой крышей, на которой застряли листья и ветки, с всячески обезображенным временем фасадом - дом не выглядел угрожающе, как на это рассчитывал Джерард. Он надеялся, что это место будет особенным, ведь не мог же Торо, не затыкаясь, целую неделю трепаться о скучной развалине? Боб стоял около стены дома и усиленно нажимал кнопки на телефоне. — Хэй, Бобби!! — Рэй с Бобом стукнулись кулаками и глупо заржали. — Я вытащил Джерарда из его склепа. — Привет, эмо-кид, — Боб покосился на чёрные волосы Джерарда, его арафатку и сумку со значками, — Рэй сказал, что ты здесь из-за «Lucky Strike». — Он чертовски прав, — Боб протянул ему две мятных сигареты и зажигалку, а Джерард дал ему доллар. Его карманные деньги на неделю закончились, и новых придётся ждать до четверга. Рэй тоже курил, но для него сигареты были бесплатными. Говорить, когда куришь - истинное кощунство. Дом был совсем небольшим и скучным. Почти никаких вещей уже не осталось, только дырявый диван громоздился около стены и шкаф лежал на боку, обнажая пустые внутренности. — Я бы не советовал тебе брать ничего отсюда, детка, — со знанием дела сказал Боб Джерарду на правах двадцатилетнего придурка, от скуки зависающего с подростками. Джерард всего лишь наклонился, чтобы поднять свой отвалившейся значок. — Почему это? — с вызовом спросил Джерард, теперь уже не намеренный уходить из дома с пустыми руками. Что-то точно должно было здесь остаться. Всегда что-то остаётся, если хорошо поискать, даже после опытных подростков-экстремалов. — Говорят, здесь.., — он странно подвигал руками в воздухе и резко бросился на Рэя, вызвав у того высокий писк, — водятся приведения!!! — Брайер! — его голос всё ещё был высокий, как если бы девчонка увидела крысу, пробегающую мимо полок с чипсами в «Walmart». — Ты только теперь решил мне рассказать? — Малыш Торо боится встретить Каспера? — Боб провёл рукой по своим и без того жирным русым волосам и посвятил фонариком на одну из дверей. На ней висел рекламный плакат какого-то ветеринарного центра. Он медленно и осторожно ступал вперёд, изображая такую серьёзность, словно он на опасной миссии от правительства, а не в брошенном доме в Бельвиле. Он невозможно тихо открыл дверь и зашёл внутрь, давая Торо и Джерарду знак идти за ним. В комнате не было ничего необычного: небольшая кровать, заваленная опилками и пылью, пустующее место около кровати, видимо, кому-то было жизненно необходимо украсть тумбочку, небольшой узкий шкаф и стол под большим окном с видом на чащу. — Рэй, я чуть не помер, когда нашёл это! Без лишних объяснений Боб отодвинул кровать в сторону от стены, на место украденной тумбочки. Джерард светил своим фонариком на большой деревянный люк, прятавшийся всё это время под кроватью, и его сердце взлетело к горлу. Приключения звали. — Охренеть, — Торо навис над люком, рассматривая металическую ручку и ржавые петли, но не решаясь прикоснуться к ним. Сегодня он снова забыл свой фонарик, так что Рэю приходилось обходиться светом от Джерарда или в редких случаях Боба. Брайер не любил тратить заряд батарейки на «такого рода фигню», он, по его же словам, и без этого неплохо видел. — Я нашёл его вчера, когда искал лифчик Бритни, — улыбнулся Боб и откинул люк, демонстрируя им металлическую лестницу вниз. В её конце была железная дверь, закрытая деревянной доской и наверняка запертая ещё и на замок, — круто, да? — Ты водишь сюда девчонок? — Рэй насупился. — Первое правило мужской берлоги - никаких девчонок. Это все знают! — Они обожают секс в необычных местах! Вам с твоей пианисткой стоит попробовать что-то кроме маминой кровати и миссионерской позы, сын мой. Боб начал самоуверенно спускаться вниз и поманил Торо за собой. — Эй, подожди! — крикнул Джерард, наклоняясь к непонятной кучке песка, в которой от света фонариков что-то поблёскивало. — Чего ты там виснешь? — Боб уже спустился по лестнице и, выпрямившись и скрестив руки на груди, стоял около двери подвала. Торо нерешительно поглядывал на него сверху вниз, громоздясь около Джерарда. — Может, втроём мы сможем открыть её. В свете фонарика Джерард случайно заметил что-то блестящее в самом углу, в куче пепла, опилок или ещё чёрт пойми чего. Он навёл луч на то место ещё раз, чтобы убедиться, что ему не показалось. Медленно и неторопливо приблизившись, чтобы не потерять вещь из виду, Джерард опустился на колени и засунул пальцы в мусор. Он положил грязный кулон на ладонь и рассмотрел. — Тут медиатор на цепочке, — металлический и старый, заржавевший на кончике и с неумело выжженным символом «XOXO» - медиатору здесь точно было не место. — Интересно, откуда он здесь? — Какой-то панк выронил, пока штаны снимал, — с громкими быстрыми ударами кроссовок о железо Боб взлетел наверх и, кажется, перестал интересоваться подвалом. Он уже тянул свои вечно потные дрожащие руки за подвеской: — Дай посмотреть! — он протянул ладонь внутренней стороной, и Джерарду тут же захотелось дать ему двадцать центов. — Нет! Ты ведь себе загребёшь, — Джерард крепко сжал подвеску в ладони и поднёс к шее. На ощупь раскрыв тугой крючок и зацепив, он одёрнул цепочку и поправил украшение на своей шее, ехидно улыбаясь Брайеру, — я больше не поведусь на твои уловки. Где-то полгода назад они, всё той же компанией из Рэя-Красотки, Брайера и Джерарда, полезли на заброшенный после пожара богатый дом. Его разнесли на кусочки и огрызки почти сразу же, но несколько крутых вещей все же осталось. Например, Джерард нашёл маленькую музыкальную шкатулку с крутящейся балериной, но как только он дал Брайеру посмотреть, Боб ту же забрал её себе. Воришка сокровищ. — Да и пожалуйста! — выплюнул Боб, сложив руки на груди. Он быстро проверил телефон, напечатал что-то в ответ и запрыгнул на стол. Брайер перебросил ноги через карниз давно выбитого окна и вылез наружу. — Ты уже уходишь? — спросил Рэй рассеяно, всё еще косясь на спуск вниз. — Ага, вы охеренно скучные. Позвони мне в среду, Торо. Брайер, сутулясь и прихрамывая на правую ногу, медленно обошёл домик и направился к городу . Они не стали задерживаться. Теперь здесь не было ничего интересного вроде мятных сигарет, и, к тому же, время уже подходило к семи. Спуститься к двери без Боба никто не решился. — И что теперь? — Джерард поглаживал большим пальцем свой значок с «Green Day», пока пытался успевать за быстро шагающим по дорожке длинноногим Рэем. — Мы заберёмся в тот подвал? Какой смысл вламываться в заброшенный дом и оставлять подвал нетронутым? — Заберёмся конечно, только лом нужно найти. Кстати, в этой хижине жил какой-то рабочий лесопилки до конца девяностых, а потом там то ли был пожар, то ли ещё что, но в итоге дом остался пустовать, — Рэй пытался немного приложить торчащие в разные стороны кудри и усиленно уничтожал пачку жвачки. — Ну, мне так Боб рассказывал. Он мог и выдумать. — Почему ты не позвал меня? — Джерард звучал обиженно, и это действительно задевало его. Друзей, кроме Рэя, у него, в общем-то, и не было. — Есть ещё в этом городе крутые места, о которых я узнаю последним? — Это секрет, такие важные вещи всякому не доверишь, — Джерард уже не особо слушал усталый трёп Торо и спокойно рассматривал попадавшиеся на пути маленькие домики Бельвиля. В вечернем мерклом свете, когда линии становятся более размытыми и ветер дует тебе в спину, всё казалось нереальным и пугающим. — Привет, Майки-Майкс, — Джерард ворвался из холодных и болезненных объятий подступающий ночи в тёплый дом с жёлтым светом лампочек накаливания, гудением большого телевизора и запахом тушёных овощей. Прихожую от гостиной отделяла лишь арка, так что обзор открывался отличный. — Йоу, — Майки стоял в опасной близости от экрана и пытался вытворить что-то невообразимое со своим пластиковым неоново-зелёным йо-йо с наклейкой пикачу. Он был в шортах с пальмами и старой синей футболке, и даже в этом он смотрелся лучше, чем в своих глупых широких штанах, свисающих до самого пола. Джерард был без понятия, почему одноклассницы Майки так без ума от него. Девушки всегда выбирали идиотов. — Мама еще не отжала твою PSP? — Джерард повесил пальто на свою розовую блестящую вешалку и закрыл шкаф, — потому что если ещё нет, то тебе просто повезло. — С чего бы ей забирать мою PSP? — он оторвался от освобождения своей руки из плена йо-йо после неудачного трюка. Мама была на кухне и, хоть она явно была занята готовкой, её не стоило недооценивать: если ей будет нужно, она обязательно услышит. Супер способность, которую получает каждый родитель. — У тебя «F» по английскому, — торжественно прошептал Джерард, приблизившись к лицу Майки так, что кончики их носов почти соприкасались, — и уже не первая. В следующий раз рассказывай Шелдону ещё громче. — Ты ей не скажешь, — утвердительно и шёпотом произнёс Майки, не пытаясь отстраниться ни на сантиметр. Он знал эту игру. — Не скажу, — так же утвердительно ответил Джерард, — вы уже знаете условия сделки, мистер Уэй. — Я никогда на это не пойду, — Майки всё ещё смотрел в глаза Джерарда, с того самого момента, как тот нагло вторгся в его личное пространство, но каким-то образом он умудрился распутать йо-йо и кинуть его пару раз, чтобы убедиться. Возможно, у него есть третий глаз. — И вы готовы провести две недели без «Sonic Rivals»? — Я готов идти до конца. Ты меня не одолеешь. Джерард в последний раз воткнулся взглядом в глаза напротив и сощурился, а потом резко развернулся и побежал наверх, по ступенькам узкой лестницы, мимо скучных розовых обоев и импрессионисткой картины с голой перекошенной женщиной. Он надеялся, что трюк сработает, и блестящая наклейка с Загадочником наконец-то будет его, но Майки оказался слишком упёртым. Нужно было придумать новый план. Комната Джерарда была маленькой, захламлённой безделушками и мусором от пола до потолка, но зато с окном-эркером, на подоконнике которого можно было сидеть и грустно смотреть на дождь. — Вы все чертовы придурки, — Джерард даже не знал, кому это адресовано, но сказать это вслух было необходимо. Он лежал звёздочкой на смятом одеяле, смотря на белый потолок с отваливающей штукатуркой. Когда Джерарду не спалось, он считал трещины и вечно сбивался, начинал заново, а затем снова сбивался... В этом было что-то умиротворяющие, но в основном - только усыпляюще скучное. Лекарство от бессонных ночей, одиночества и грустных песен в плеере. Входная дверь внезапно хлопнула. Джерард подскочил на кровати и уставился на вход в свою комнату. Форточка была закрыта, и как это вообще могло произойти - непонятно, но Джерард слишком устал, чтобы размышлять об этом. Завтра первым уроком английская литература, и ему необходимо разделаться со «Сном в летнюю ночь» до утра, иначе миссис Малакян заставит его петь американский гимн перед всем классом в одиночку. Она злодейка.