Космическая Одиссея

Джерард проснулся от солнечного луча, щекочущего ему щёку. Он поначалу удивился солнцу в Бельвиле, а потом его окунуло с головой в факт: наступило утро. — Чёрт побери! Чёрт, блять! — Джерард вскочил с кровати и обнаружил на зелёном ковре среди фантиков и скомканных рисунков потрёпанную «Сон в летнюю ночи». Придётся петь американский гимн перед Линдси и Рэем. Они лопнут от смеха. Ходить в школу в скучной чёрной толстовке отвратительно. Сразу становишься похожим на одного из стайки компьютерщиков, выкинутых в самый дальний угол столовой. Если бы Джерард встал вовремя, Старшая Школа Бельвиля смогла бы восхищаться его эмо-чёлкой и штанами-клеш, но сегодняшний день не задался с самого утра у всего семейства Уэй. Майки рассыпал целую пачку шоколадных шариков на пол. Хоть он и клялся, что пачка сама упала, в такую наивную ложь не поверила даже мама; Донна никак не могла найти документы для её скучной работы в офисе кем-то-там-среднего-звена и проклинала весь свет, потому что отчёт нужно сдать сегодня; Джерард никак не мог найти свои наушники, а все знают, что идти в школу без наушников - преступление. Он возился среди своего мусора, кажется, целую вечность, пока не поднял кучу скомканных рисунков на столе и не нашёл их там. Возможно, это лунатизм. Подвеска с медиатором всё ещё висела на шее Джерарда. Он решил, что она будет его талисманом на удачу. На уроке миссис Малакян она точно понадобится.

***

Джерард думал, что прогулять английскую литературу будет лучшим решением. Сегодня мама всё-таки узнала о двойках младшего сына, и случилось это исключительно по вине Джерарда, а это значит, что Майки будет искать любые возможности отыграться. Маленький любитель наклеек с женщинами в латексе готов сдать своего брата маме. Интересно, у кого он научился? Джерард вбежал в класс с горящими лёгкими и непривычно красным лицом и прокрался к своей парте в конце класса. Возможно, тест всё-таки не сегодня? Вдруг он ошибся? Грегори бросил презрительный взгляд на Джерарда и быстро отвернулся, вытянувшись по струнке. Его шея была неестественно вытянута, а голова смотрела точно вперёд, туда, где, предположительно, будет стоять миссис Малакян. Джерард хотел бы себе такого же послушного пёсика, как Грегори. Джерард скучающе водил глазами по классу. Рэй дремал, лёжа на парте, и его кудряшки забавно топорщились во все стороны. Крейг что-то обсуждал с Эндрю. Обсуждал достаточно громко, чтобы раздражать, но недостаточно, чтобы разобрать, о чём идёт речь. Линдси была умнее и просто не пришла на английскую литературу. Наклейка с женщиной-кошкой теперь будет у Майки в альбоме, а Джерард ещё на один шаг ближе к провалу. Миссис Малакян появилась в кабинете ровно со звонком, и гул в классе сразу же затих. Она не замышляла ничего хорошего. Она никогда не делает хороших вещей, кажется, это профессиональная деформация всех учителей английской литературы. Её длинные и кривые пальцы сжимали стопку с тестами. — Важно заметить, — миссис Малакян неторопливо ходила по рядам и раздавала листы, — «F» за проверочную я в этот раз ставить не буду. Вы должны меня благодарить. Наказание будет другим. Джерард уже представлял, как поёт американский гимн в костюме орла и верхом на стуле. Зал будет рукоплескать. Учительница положила работу перед Джерардом, и стук её фиолетовых туфелек удалился. Неловко повертев лист с тестом и осознав весь ужас своего положения, Джерард понял, что терять ему нечего. Первый вопрос гласил:

«В кого безответно была влюблена Елена?»

Хорошо было бы ещё знать, кто такая Елена. В голове было стерильно, даже привычные отвратительные шутки не лезли, только звенящее ничего и смирение с будущим публичным унижением. Он продолжал смотреть на лист, лист продолжал молчать в ответ. Хлоя, развалившаяся за соседней партой и звенящая цепочками и браслетами при каждом движении, делала вид, что не смотрит на Джерарда. Хлопала слипшимися от туши ресницами и стучала длинными чёрными ногтями по парте. Актриса из неё отвратительная: Джерард физически ощущал, как пара чёрных глаз безжалостно сверлит череп. Его ожидал очередной тяжёлый день в старшей школе Бельвиля, один из дней, когда Хлоя Кристина Ньюхаус набирается смелости. — Грегори, собери работы, — голос миссис Малакян не терпел возражений. Грегори в белой рубашке с выглаженным воротничком и голубом джемпере, ростом чуть ниже фонарного столба и интеллектом чуть выше шестилетнего, быстро прошёлся по рядам. Его спина всё ещё была идеально прямой, и это немного пугало. Возможно, он засланный рептилоид. Грегори без малейшей жалости выдирал работы из рук своих жертв. К Джерарду он подошёл последним и с нескрываемым презрением сморщил нос. Грегори всё никак не мог забыть, что было весной, и от этого настроение Джерарда сразу же повысилось. Чёртов любимчик передал работы в готовые карать грешников руки миссис Малакян. Внутренности переворачивались. — Итак, — она положила стопку на свой стол и встала перед классом, сложив руки за спину и задрав нос, — все, кто написал работу на «D» и ниже, будут играть в спектакле «Сон в летнюю ночь». У нас недобор в кружке в этом году, и мы решили, что... День не мог стать ещё более отвратительным. Джерард уже не особо слушал, что там ещё говорила старая ведьма. Его жизнь - сущий ад. — Миссис Малакян! Миссис Малакян, извините! А можно я тоже буду играть в пьесе? Ну пожалуйста! — жалобно пропищала Хлоя, хлопая учительнице глазками. Она прямо как змея. Тоже из отряда пресмыкающихся. — Если останется место, — сухо ответила миссис Малакян и начала очередную пытку, по ошибке названную уроком литературы.

***

Курить за школой - это традиция, соблюдаемая поколениями подростков. Сегодня здесь, в небольшом промежутке между зданием школой и забором, ведущем к спортивному полю, было тихо, только лёгкий ветер взметал в воздух первые жёлтые листья. Вообще, Боб запретил Рэю давать Джерарду сигареты забесплатно, потому что он «скучный и эмо», но Рэй не слушал. Хоть в чем-то он не верен заветам придурка Брайера. Жизнь стала хуже, когда Рэй связался с этими бездарями. Боб и его друзья - тупицы, и зависать с ним означает превратиться в им подобного. Жаль, что Торо отказывался слушать доводы Джерарда. «Ты просто завидуешь, что я теперь провожу время с ними, а не с тобой», — он умел резать без ножа и не умел выбирать выражения. В общем, в одиночестве нет ничего настолько страшного. Так, в принципе, было всегда. Джерард привык тогда, привыкнет и сейчас. Однажды Уэй покажет, кто тут на самом деле классный, но время для Рэя будет упущено. Обеденному перерыву всё не было конца, Джерард успел устать от своего общества. Дверь чёрного хода внезапно распахивается, и Джерард едва успевает отойти, чтобы не получить по лицу. — Приветик, Джи! У Хлои чёрная спутанная копна волос, как у Роберта Смита в лучшие годы, глаза, жирно и небрежно подведённые чёрным карандашом, футболка Metallica и красная юбка в клетку. У Хлои нет и капли чувства такта. Она снова обращается к Джерарду словно к лучшему другу, хотя он много раз просил так не делать. Называть его «Джи» имеет право только Майки и мама, но Хлое абсолютно плевать на его правила. — Чего тебе? — Ты ведь будешь в «Сне в летнюю ночь», правда? Я видела, ты ничего не написал. — Ага, — Джерард нахмурил брови и так глубоко затянулся, что почти закашлялся. — Я, наверное, тоже буду с вами, — она достала пачку Camel из своей бархатной сумки с черепами, выложенными стразами, и осторожно вытянула сигарету, — миссис Малакян так сказала. После уроков у неё спросила, возможно, меня даже на одну из главных ролей возьмут! Хлоя, как будто зная слабые стороны Джерарда, вытянула из пачки ещё две сигареты и протянула ему, улыбаясь. Так было ещё заметнее, что помада нанесена криво и в спешке. Сигареты были спрятаны в небольшом кармашке сумки, и Джерард не испытывал никаких угрызений совести. Она ведь сама предложила, так? — Миссис Малакян скоро скажет, кто кого будет играть. Вот на следующем уроке уже, ну, вроде бы. Кем ты хочешь быть? — Мне плевать, — сигарета тлела быстрее обычного, — я даже не читал эту срань. — Что, настолько? Это же почти на всю осень! — Мне всё равно, — Джерард начинал замерзать. — Ой! Я тебе не рассказывала ещё? Вчера купила виниловую пластинку «Issues», последнюю забрала. Хочешь как-нибудь со мной послушать? — Может быть, — Джерард кинул окурок на землю и быстро наступил на него, — как... это... дела у тебя? — Всё супер, Джи! Жаль, что ты не пошёл на тусовку вчера. Я тебя так ждала! Без тебя всё было совсем не так, — она надула губы. — Мгм. — Ты не представляешь, что случилось! Лучшая вечеринка за последний месяц, — она зажгла уже вторую сигарету своей серебряной зажигалкой в форме черепа. — Крейг такое творил, жаль, ты своими глазами не видел. — И что же? — Он помочился на прохожего с балкона! Тот старик орал всё, что он думает о нас, перебудил пол соседнего дома, — Хлоя была так довольна, будто она сама это сделала. — Да, круто, — выдавил Джерард без малейшего энтузиазма. Через пять минут должен был начаться урок, и Джерард никогда в своей жизни не хотел поскорее оказаться на математике так, как сейчас. — И да! Боже, я чуть не забыла! Помнишь моего отца? Джерард не помнил, но кивнул для приличия. — Он сказал, что сможет отвести нас с тобой на концерт «Green Day» в Нью-Йорке на следующих выходных. Ты со мной, да? У него три билета есть, его друг достал для меня. — Ты серьёзно? Нет, правда? — Джерард засветился от счастья, и Хлоя победно улыбнулась. Добыча на крючке. — Ага, — просто и как бы небрежно бросила она и затушила окурок ботинком. Хлоя удалилась из импровизированной курилки, торжествуя. Фанфары звучали в её честь, но Джерарду было всё равно: он, блять, увидит «Green Day». Ради этого можно стерпеть общество Хлои.

***

Школьный день уже не казался безнадёжно испорченным. Джерард, ожидаемо, получил «D» по математике, Грегори украл его жаренную картошку в столовой и в конце дня Уэй поскользнулся на только что вымытом полу, смешно упав носом вперёд и рассмешив Рокси и Натали, но он всё равно оставался в приподнятом настроении. Ничто не сможет испортить предвкушение первого концерта большой группы в его жизни и первой поездки в Нью-Йорк без матери. Джерард не сомневался, что его отпустят. Мама будет только рада провести выходные без старшего сына. — Я же не думал, что всё будет именно так, — Рэй обиженно захлопнул шкафчик, и вместе с Джерардом медленно поплёлся на выход из школы, — ну какой из меня актёр? Я боюсь сцены! И людей! Лучше бы она поставила мне «F». — Забей, серьёзно. Какая разница? Надо просто сыграть. Неважно, как. Мы справимся. — Не хочу, — страдальчески протянул Рэй, — из-за неё я буду ещё реже ходить в компьютерный клуб! — Так тебе и надо, — улыбнулся Джерард, — дай яблоко. На ладонь Джерарда опустилось красное и слишком круглое яблоко. Он даже повертел его в руках, сомневаясь в реальности фрукта. Но подвоха не было. Яблоко было сочным и сладким, дома у Уэев никогда таких не бывает. Почему-то Рэй всегда выбирал самые хорошие фрукты. Всем, кроме Джерарда, наверное, раздали по одной сверхспособности.

***

— Что в школе, мальчики? — мама снова ела тушёные овощи, следуя очередной диете, которую она нашла в Cosmopolitan. Ей ничего не помогало сбросить, но она не желала сдаваться. Мама навязчиво советовала Джерарду попробовать что-то из диет, но он и слушать об этом не желал. С ним, во-первых, всё в порядке, а во-вторых, как можно месяцами жить без шоколада? Он, конечно, полнее отвратительно длинного и худого Майки, но это не значит, что ему нужно отказаться от сладкого и есть исключительно тушёные овощи. — Скука, — Майки болтал ногами и пытался собрать вилкой несколько горошин одновременно. Ещё немного - и его кулак, подпирающий левую щёку, столкнёт чашку с чаем. Большая зелёная лампа висела прямо над столом и освещала скатерть в зелёную полосочку. Джерард ненавидит зелёный. — Что говорит миссис Нейдон? — Что я первый с конца, — Майки шмыгнул носом и продолжил сражаться с горошинами. Наконец одолев их, он запихнул в рот сразу пять. Тянет время как умеет, потому что после ужина ему будет нечем заняться - PSP теперь спрятана в неизвестном ему месте (в мамином шкафу, рядом со стопкой домашней одежды). Джерард печатал сообщение Рэю, сильно вдавливая кнопки на своей видавшей виды раскладушке. Мама обещала ему новый телефон ещё в июле, но Джерард ей не поверил. Она редко исполняет обещания. «Что там тебе Боб про среду говорил? Можно с вами?» — Джерард! — её звонкий крик и тон заставил Джерарда вздрогнуть и уронить раскладушку. — Мы уже обсуждали это! — Да-да, не использовать телефон за столом, — Джерард закатил глаза и демонстративно хлопнул крышкой телефона. — Джи, что у тебя с учёбой? Майки посмотрел заинтересовано и побарабанил пальцами по столу, ожидая, когда старший брат выдаст себя. Он никогда не сможет обыграть Джерарда. Никогда. — Как всегда, мам. У меня «A» за проект по искусству, помнишь? Я тебе рассказывал. Учитель сказал, что я один из лучших его учеников за последние годы. Я не очень верю, но звучит приятно. Мам? — Ага, да, — она отвлеклась, но признавать этого не собиралась. Разговоры за ужином всегда были пустыми и бессмысленными. Это было негласным правилом: за ужином запрещается говорить о чём-то серьёзном. День ужасно вымотал Джерарда, хотя ничего особенного не случилось. Усталость накрывала с головой, и ни на что, кроме сна, сил уже не было. После душа Уэй валялся на кровати и смотрел в потолок, слишком измученный, чтобы пошевелить хоть пальцем. Он не тренировал связки уже три дня. Это мысль не давала покоя, но в тоже время никак нельзя было просто взять и начать снова учиться петь. А вдруг что-то пойдёт не так? Вдруг ничего не получится? Да и его голос звучит, на самом деле, ужасно. Никто никогда его не полюбит. Слава его не настигнет. Мечты о сцене слишком наивны. Слишком жалки. В темноте не было видно даже трещин на потолке. Глаза уже закрывались, и Джерард зарылся в одеяло с головой. Он не мог знать, что его ящик с DVD только что выдвинулся сам по себе.