the rescued

      Тэхён не может заснуть, хоть и кажется, будто в его глаза насыпали песка. Мозг отказывается переваривать мысли, а потому те пляшут с одной темы на другую, никак не задерживаясь в сознании. Рядом с ним лежит парень, имя которого он не знает, но всё же идёт на поводу, раз продолжает прилежно терпеть чужое присутствие. На самом деле, незнакомец не настолько надоедливый, чтобы Тэхёну приходилось пересиливать себя. Парень тёплый, согрелся настолько, что ощущается скорее обжигающе-горячим. Тэхён отвык от того, как чувствуются волки. Он давно никого не встречал, а потому бо́льшую часть времени вновь привыкает к острому запаху и энергетике, которая волей-неволей обволакивает с ног до головы, пульсирует и обтекает со всех сторон. Тэхён даже пропускает тот момент, когда в лазарет входит кто-то ещё. Его тело напрягается и все волоски на теле встают дыбом. Но потом в нос ударяет знакомый запах, смешанный с чем-то аппетитным, и он расслабляется, вновь растекаясь на кровати. — Тебе нужно поесть, — говорит Сокджин. — Ему вообще-то тоже, но я понятия не имею, как это осуществить.       Тэхён, несмотря на глубокую благодарность, выразительно смотрит на тарелку бульона. — Знаю-знаю, — тут же реагирует повар закатыванием глаз. — Мне передавали твои пожелания. Но, нет уж. Только не в мою смену. Ты не будешь есть жирную вредную пищу. Точно не сейчас. — Ты злой, — вздыхает Тэхён, на самом деле ни на грамм не обидевшись. Ему приходится немного поелозить, чтобы устроиться поудобнее. Парень, до этого спокойно лежащий рядом, тут же издаёт какой-то высокий недовольный звук, вцепившись в его бок двумя руками. — А вы неплохо взаимодействуете. — Иди ты, — фырчит Тэхён, принимая из чужих рук тарелку. Пахнет довольно неплохо, он не мелочится и начинает пить, даже не думая задействовать ложку. — Вот засранец, — цыкает Сокджин, качая головой. — А его ты будешь кормить?       Тэхён дёргает плечом, когда на него в который раз слишком налегают. Он старается не поддаться эмоциям, но всё равно не в силах сдержать улыбку, видя то, как вытягивается вперёд чужая шея. Глядя на то, как лицо незнакомого парня мечется, и как тычется его нос в попытке найти аппетитный аромат, так настойчиво раздражающий рецепторы обоняния. Вот так парень очень похож на щенка. На голодного щенка, которому мамка не даёт покушать. На самом деле, он не выглядит слишком молодым. Лет на двадцать с небольшим, но Тэхён не взялся бы угадывать, потому что современная молодежь иногда может выглядеть старше, чем есть на самом деле. Но, всё же, сформировавшийся запах, рост и телосложение говорит о том, что этот парень взрослый волк. Исхудавший до невозможности, израненный и слабый. Но всё-таки взрослый. Тэхёну из-за этого становится чуточку легче. Конечно, он совсем не рад тому, что этот парень пережил такое дерьмо. Но что было бы, переживи такое ребёнок? — Я могу найти кружку-непроливайку, — подаёт голос Сокджин. Его круглые большие глаза слегка щурятся в уголках и Тэхён знает, что так бывает только в том случае, если тот что-то задумал и это что-то невероятно его веселит. — Или ты можешь покормить с ложечки? — Не говори ерунды. Парень сильнее, чем кажется. Он всё-таки волк. — Ну-ну.       Тэхён не обращает внимание на скепсис, наполняющий чужой голос. Он не самый умный в этой комнате, но уж кое-что он знает. И как по взмаху волшебной палочки, стоит только ему поднести тарелку к чужому рту, незнакомый парень цепляется за неё пальцами, начиная беспорядочно сёрбать бульон. Тэхёну лишь остаётся придерживать его за спину. Док постарался на отлично, обработал все раны и где нужно наложил повязки. Они сумели даже натянуть на чужое тело рубашку и штаны. Конечно, будучи погрязшим в своих инстинктах, парень не один раз пытался их стащить с себя. Но уж с этим Тэхён справиться мог. — Он пришёл в себя? — удивлённо спрашивает Сокджин. — Нет, пока нет. Но скоро должен. Возможно, завтра его тело придёт в порядок. Скорее всего, тогда он и очнётся.       Тарелка быстро пустеет и парень резко отстраняется. Тэхён успевает подхватить её прежде, чем она приземляяется на кровать. Парень фырчит, причмокивая губами и заваливается на него, стискивая руки на плечах. — Потрясающе. Кажется, ты завёл близкого друга, а? — Заткнись. — Я, вроде, тебя не так воспитывал, грубый мальчишка. Если бы тебя так не потрепали, я бы с удовольствием тебе сейчас вломил, — бурчит Сокджин, принимая из чужих рук тарелку. — Но это не значит, что я не могу тебе припомнить всё попозже. А сейчас, ложись-ка спать. Мне больно на тебя смотреть. Глаза краснющие, просто жуть. А в мешках под глазами скоро можно будет картошку хранить. — Ты тоже красавчик, — кривовато усмехаясь, парирует Тэхён. — Естественно я красавчик. А как же иначе? — возмущающимся тоном говорит Сокджин прежде, чем покинуть комнату.       Всё это Тэхён благополучно пропускает мимо ушей, спускаясь спиной ниже так, чтобы голова опустилась на подушку. Парень, липнущий к его боку, похоже радуется такому повороту событий, раз как-то счастливо вздыхает, растекаясь на чужой груди бессознательной фырчащей грудой. Тэхён сам не замечает, когда его рука забирается в чернильные волосы на затылке, чтобы зарыться пальцами в кудрявые пряди. Он замирает, а потом просто пускает всё на самотёк, позволяя жажде заботиться о ком-то взять верх. Парень, прижавшийся к его боку, всё ещё не в себе, всё ещё спит. Наверное, позже ему тоже будет чертовски неловко. Всё-таки не каждый день приходится валяться на кровати с незнакомцем. Но Тэхён всё же надеется на то, что это не выведет его из себя. Что парень не разозлится и не выкинет что-нибудь такое, из-за чего его придётся прогнать взашей. Их док, Намджун, не будет рад. Ведь тот, как понял Тэхён, очень воодушевлён возможностью пообщаться с тем, кто контактировал с вампами. Сам Тэхён не думает, что парень будет в восторге, если ему придётся вспоминать все те ужасы, которые пришлось пережить. Но это уже не его дело. Его глаза мало-помалу слипаются. Нужно отдохнуть, но раньше Тэхён всячески этому противился. А сейчас насытившись, выпив вкусный пряный куриный бульон, борьба с самим собой кажется чем-то сверхъестественным. Он прикрывает глаза, всего на секунду. Чтобы передохнуть от белого цвета, в который выкрашены стены в лазарете. Его дыхание выравнивается, а сердечный ритм успокаивается. Тэхён слегка наклоняет голову, чтобы быть поближе к уже ставшему привычным запаху чужого тела. Нос зарывается в кудри на затылке, тело расслабляется и он, наконец-то, засыпает. Уже не видя того, как ресницы, некогда бессознательного парня, трепещут и как в следующее мгновение чужие глаза медленно открываются.