the rescued

      Солнце поднимается практически в зенит, когда вдалеке слышится нетипичный порыв ветра. Тэхён поворачивает голову в сторону, откуда шёл звук, начиная принюхиваться. Через пару минут до него долетает довольно знакомый запах. Команда, всё это время молча наблюдавшая за ним, перемещает оружие в зону минимальной досягаемости, но Тэхён спешит их успокоить: — Он прибыл.       Проходит ещё минут пять, прежде, чем сквозь плотную стену разросшегося кустарника пробирается тёмный силуэт. — Какие люди! — распахивает руки по сторонам Чимин. — Сколько лет, сколько зим! Чёрт, давно не виделись!       Мужчина проходит мимо, совершенно не обращая внимание на чужую хлебосольность. — Всё такой же холодный, — фырчит Чимин, ни на грамм не оробев. — Нет, вы посмотрите на него! Не хочет поздороваться с другом!       Мужчина окидывает его с ног до головы мрачным взглядом. Тёмные, антрацитовые глаза исследуют чужое тело так, словно вооруженные рентгеном. Тонкие, с по-кошачьи загнутыми вверх уголками, губы кривятся. — Привет, Юнги, — подаёт голос Тэхён, перетягивая внимание на себя. — Надеюсь, вы вызвали меня не лясы точить. — А что, ты куда-то сильно спешишь? Занятой человек, ай-я-яй. Как мы могли оторвать его от важных дел, — не может не съязвить Чимин. — Он вообще затыкается? Где у него заводной ключик, как его вырубить? — Что же ты со своими книжками совершенно общаться разучился. Не знаешь, что с людьми необходимо налаживать контакт.       Лицо Юнги меняется. Он молчит, но в глазах видны завивающиеся спирали раздражения. — Так, ребята, брейк, — влезает Тэхён, готовый в любой момент встать между ними. — Чимин, обеспечь, пожалуйста, безопасность периметра. Юнги, мы вызвали тебя потому что нам нужно узнать твоё экспертное мнение, пойдём.       Юнги кивает, направившись туда, куда указал пригласительным жестом Тэхён. — Конечно, Чимин обеспечит безопасность. Чимин же теперь выполняет команды, как собачка, — летит им вслед. — Надеюсь, ты получаешь молоко за вредность, — хмыкает Юнги. — Друзей не выбирают. Они моя семья. — Звучит печально. Кстати, с тобой всё в порядке? Кровью несёт.       Тэхён неловко дёргает плечом, вмиг ощутив покалывание в ещё не затянувшейся ране на руке, оставленной одним мохнатым незнакомцем. — Да так… Всё в порядке. — Это не бешеный коротышка тебя покусал? — Юнги. — Ну нет, так нет.       Тэхён знает, что со стороны Чимин кажется довольно агрессивным. Да что там! Он и есть комок агрессии и ливень внезапной злости. Но у него есть и мягкая сторона. Та, которая показывается на поверхности редко и только самым близким. Чимин много болтает, может обидеть словом, ляпнуть что-то не то. Такой уж у него дерьмовый характер. И не смотря на это, друг из него вышел хороший. Если Тэхён и может на кого-то положиться, то только на него. — Как там этот, ну... Широкоплечая каланча? — Сокджин? Теперь супы варит. Рагу ему надоело. — Ясно. Я бы попробовал, да времени маловато. А умник? — Намджун всё такой же. О! Новую энциклопедию заказал. Вроде какую-то супер-инновационную. Теперь ждёт, когда доставят, как дитя подарков на Рождество. — Очень похоже на него. Весельчак? — Хосок закопался в личных делах. Расширяет штат. Много общается. Короче, всё, как он любит. — Знаешь, а ты хороший рассказчик. — Иди ты, — отфыркивается Тэхён, вырывая из чужой груди такой редкий хрипловатый смешок.       Они заходят в резиденцию, уже совершенно не опасаясь того, что их может кто-то услышать. Да и кто их услышит? Разве что ветер, гуляющий над потолком. — Это там? — указывает Юнги вниз, став, как совсем недавно Ким, на край лестницы. — Да. Там довольно темно… — Тэхён не успевает закончить, как мужчина спрыгивает вниз. Теперь он понимает, как чувствовали себя парни, когда он вёл себя так безрассудно. Тэхён следует за ним, но теперь не окунается в темноту, а начинает тереть глаза из-за резкого контраста освещения. Весь подвал хорошо освещается языками пламени, которые то тут, то там вырываются из-под фундамента. Юнги стоит в окружении огня, внимательно изучая опустевшие родильные гнёзда. Небольшие перепончатые крылья сложены за его спиной кожаным плащом. — Они вылупились чуть меньше недели назад, — оборачивается мужчина. Теперь его глаза затянуты тёмной дымкой так, что не различить ни зрачки, ни радужки, ни глазные яблоки. — Возможно дня четыре назад. Может, три. Их довольно много. — То есть, ты хочешь сказать, что вот это вот всё, — обводит подвал рукой Тэхён. — Удачная кладка. Неужели все выжили? Такого никогда не было. Обычно около семидесяти процентов дохнут сразу, потом ещё где-то десять в первые сутки. — Откуда я знаю: выжили, не выжили. Может и здесь процентов пятьдесят отправилось в ад, откуда я знаю? Только посмотри вокруг — ни одного трупа. Это о чём-то говорит. — Слушай… — начинает Тэхён, несколько замявшись. — Нет, — качает головой Юнги. — Я уже знаю, о чём ты хочешь попросить. — Это и в твоих интересах, между прочим, тоже, — пробует надавить Ким. — Поспрашивай среди своих, понаблюдай. Ни тебе, ни нам не нужен этот внезапный вампо-бэби-бум. — Уймись, ты превращаешься в… того коротышку. — В Чимина, — напоминает ему Тэхён. — Я и говорю: в коротышку, — отмахивается Юнги, погасив свет. Окружающее вновь ныряет в полумрак, но никому от этого ни холодно ни жарко. — Мне эта кутерьма ни к чему. Через две недели я отбываю в Европу. Я вообще не понимаю, почему отчитываюсь перед тобой, волк. — Меня зовут Тэхён. Ты когда-нибудь запомнишь? — А надо? Короче, — вздыхает Юнги, медленно направившись обратно к лестнице. — Всю эту хрень ты мне мог по телефону наговорить. Я зря спешил в эту тьмутаракань. — Ты бы попросту не взял трубку. — Но как-то же тебе удалось вынудить меня отозваться? — Я отправил тебе текстовое сообщение с кодовым словом. Ты забыл? — Во-первых, кодовое слово существует только для экстренных случаев. А во-вторых, я всегда подозревал, что спамовые смс-ки отправляют только мошенники.       Они оказываются наверху, в считаные секунды. У Юнги это получается более изящно. Оно и не мудрено с крыльями-то. Тэхён возится подольше и через мгновение уже любуется спиной мужчины. — Юнги, — тихо зовёт он, тенью следовав за ним под солнечные лучи. Чимин делает круглые глаза, кивая, тем самым как бы спрашивая: ну что, успешно? Тэхён отмахивается от него, зашагав следом за Юнги. — Подумай ещё раз, — просит он. — Пожалуйста.       Мужчина никак не реагирует, направившись вперёд, прочно игнорируя протоптанную дорогу. Тэхён опускает плечи, готовясь принять поражение. Но Юнги всё-таки оборачивается. На мгновение замирает, а потом говорит: — Дай мне два дня.       Тэхён не может сдержать улыбку, расползающуюся на лице. Он схитрил, конечно, заставив Юнги тащиться сюда. Но по-другому до него было бы трудно достучаться. А особенно заставить помочь. — Ну ты всё-таки дожал этого говнюка, я в тебя верил, Тэ, — походит к нему Чимин, заваливая руку на плечо. Тэхён выуживает из кармана телефон, желая узнать сколько времени они убили на это дело и не случилось ли чего, пока они топтались в этом богом забытом месте. Его встречает пустой тёмно-синий экран и одно-единственное текстовое сообщение. От Юнги. «Передай коротышке, что я, блин, всё слышал. И в следующий раз пусть говнюком назовёт в глаза».       Тэхёну становится неимоверно смешно. Его окружают люди, которым место в детском саду, ей богу. Он поворачивает экран телефона к Чимину, давая ему ознакомиться с чужими пожеланиями. — Ну нифига себя заявления. Коротышка? Серьёзно? Он, блин, себя в зеркало видел? Ё-моё как же бесит! Дай мне его номер телефона.       Тэхён не выдерживает, прыскает со смеху. Лицо Чимина красноречивее слов: глаза горят, брови нахмурены, а губы капризно надуты. Должно быть под защитной маской не так уж и комфортно, раз он её снял, показывая все свои эмоции. — Дай его телефон, я тебе говорю. Чего лыбу тянешь? Выбесить меня хочешь? — Зачем тебе это надо, забей. — Дикпики, блин, ему кидать буду! Какая тебе разница? Это дело между двумя мужчинами, дело чести! — О, боже, хватит, заткнись. Поехали домой.