Теневые механизмы

Решив вступить в «Хвост феи», Гажил рассчитывал на веселые деньки, коронованные драками со вспыльчивым Нацу или по крайней мере шумные застолья, на которых он мог бы петь свои песни о новоиспеченных друзьях, возникавшие порой на пустом месте. Рэдфокс спал и видел, как Драгнил получает от него по голове, каждый раз отправляясь в нокаут, а потом это повторялось раз за разом и так до бесконечности. Об этом мечтал Гажил — о развлечениях, благодаря которым его сердце бы стучало интересом. Однако сегодняшний день как раз был тем днем, когда в бесшабашной гильдии царил мир и покой. Никто не кричал и не дрался, практически все волшебники ушли на задания, а те, кто захотел отдохнуть, мирно переговаривались между собой, обмениваясь последними новостями. И это, естественно, не радовало Рэдфокса. — М-да, — произнес Гажил, закинув ногу на ногу, — скукотень какая. Свободно откинувшись на спинку стула, он оглядел гильдию. Внезапно взгляд зацепился за синеволосую волшебницу, читающую книгу в пустующей части зала. Гажил не знал ее — то ли не видел прежде, то ли это она была такой невзрачной, что он лишь сейчас заметил ее. Хотя это и неудивительно — девушка предпочитала исключительно темные цвета в одежде, поэтому ее несложно было упустить из виду. «Словно тень», — промелькнула мысль в голове Рэдфокса. В это время девушка, по старой привычке покачивая ногой, перевернула страницу книги и с обыденным равнодушием принялась читать дальше. Ее лицо не выражало никаких эмоций до тех пор, пока глаза не коснулись строк, которые она любила больше всего — кульминация, характерная для жанра ужасов, излюбленный момент ее таинственно-темной души. Худые руки с такой силой сжали книгу, что на темной обложке остались следы ее ногтей. Девушка склонилась над книгой и, приложив несколько пальцев к губам, принялась с жадностью поглощать буквы, превращая их в сложившуюся в голове красочную картинку. Голубые волосы отдельными прядями повисли вдоль щек, непроизвольно превращаясь в занавес между взглядом Гажила и ее лицом, но Рэдфокс представлял, какими были ее глаза — полные безумства. Вот девушка улыбнулась, да такой недоброй улыбкой, и вновь выпрямилась в спине. Похоже, то, что так лихорадило ее разум, осталось позади, и девушка опять остыла. «Интересная особа», — подумал Гажил. Парень поднялся на ноги и приблизился к незнакомке, которая, кажется, даже не заметила стоящего перед ней человека: так была поглощена книгой или, что в ее духе, сочла Гажила не такой уж важной персоной. — Привет, — поздоровался Рэдфокс, с интересом разглядывая девушку. Ответа не последовало. — Эй, я вообще-то к тебе обращаюсь. Может, выкрадешь для меня несколько минут своего драгоценного времени? Пальцы девушки, до этого момента бегающие по черным строчкам, замерли. Волшебница медленно подняла голову и взглянула на собеседника. Угадать цвет ее глаз было несложно; почему-то Гажилу с самого начала казалось, что они будут цвета капучино, тусклые от недостатка чувств. Она смотрела на него с неким безразличием, и Рэдфокс невольно сравнил девушку с куклой, которая существует согласно своему заранее придуманному плану. — Что? — произнесла девушка. Голос был спокойным, тихим, но за внешней мягкостью слышался звон стали. — Как тебя зовут? — спросил Гажил. — Зачем тебе знать имя моё? — вопросом на вопрос ответила волшебница. Рэдфокс сощурил глаза, глядя на нее двояко, но девушке, кажется, было всё равно. — Дерзишь? — ухмыльнулся Гажил. — А тебе не говорили, что это невежливо? — А ты психолог, что ли? Они смотрели друг на друга несколько растянувшихся до вечности секунд, затем волшебница закрыла книгу и встала со скамейки. — С тобой скучно, — бросила она ему на прощание, а затем ушла из гильдии, звонко постукивая каблуками черных туфель по каменному полу, отбивая рваный ритм. — Что у вас за диковина такая живет? — обратился Гажил к пепельноволосой официантке, провожая удаляющуюся синеволосую девушку заинтересованным взглядом. — Это Леви, — отозвалась Штраус, улыбнувшись. — Ты, Гажил, даже не пытайся с ней подружиться, только время зря потратишь. Наша Леви почти ни с кем не общается. Губы Гажила расширились в дьявольской улыбке. Занятная штучка ему попалась. «Скучный я, говоришь? — подумалось ему. — Ну-ну, еще посмотрим. Я найду к тебе подход… Леви».

***

Гажил был не из тех парней, что сдаются, Гажил был из тех, кто не мог потерпеть подобного обращения к себе. А эта девчонка, эта мелкая, но острая язык не для своей миловидной внешности, обращалась с ним так, словно он был пустым местом… Хотя, с другой стороны, благодаря ее равнодушию он нашел себе цель — она стала его мишенью. Гажил был не из тех, кто спокойно выжидает своего часа, однако следить за ней было лишь в удовольствие. Он наблюдал за синеволосой девушкой в гильдии, не упуская ни одного движения. Он изучал ее поведение, пытаясь разобраться в механизмах ее внутреннего мира. Странной она была, эта Леви: сидит себе преспокойно и читает. Между строками поправляет складки пышной темной юбки, прикусывает губу — и всё это не отвлекаясь от книги. Будто бы вымышленный мир для нее был заманчивее реальности. Губы тихо шепчут точно молитву: «Fate, fate, fate…», — Рэдфокс отчетливо слышал это своим драконьим слухом. Всё в ней привлекает его: ее мрачное направление, ее равнодушие. Чем дольше он рядом с ней, тем сильнее привязанность, тем пагубнее зависимость — она сводит его с ума, инкогнито. «Чертовка!» — воскликнул Гажил. Это бомба замедленного действия. Когда-нибудь она взорвется, и Гажил поймет, что ему теперь уже не остановиться.