Позволь мне помочь тебе.

Натаниэль быстро собрал вещи и вышел на улицу. Он сделал глубокий вдох и сел в машину, что уже несколько минут стояла, ожидая только его. Он не смотрел на Рико. Не смотрел на Жана позади. Не попрощался с остальными. Не хотел. -Так будет лучше.--тихий голос азиата вырвал его из собственных мыслей. Не будет. Натаниэль подсел на наркотик. Он вызывает в нëм эйфорию. Возбуждение. Веселье. Это продолжалось до тех пор, пока Рико не нашëл баночку с таблетками. Пока не узнал, что Натаниэль калечит себя, найдя в ванне нож. После этого он решил отправить Веснински к Лисам. В команду, игроки которой пережили кучу дерьма и "могут помочь Натаниэлю". Морияма решил, что Кевин поможет Нату. Кевин Дэй уехал из Эвермора в Пальметто к отцу, в чëм все трое: Жан, Рико и Натаниэль, поддержали его. Конечно, они ведь друзья. Они доехали до аэропорта. Нат окинул друзей ледяным, словно айсберг, взглядом, и кивнув им вышел из машины, направляясь в здание. Рейс должен был отправиться через 40 минут, поэтому у Натаниэля ещë было время. Веснински не мог сказать, что это радовало его. Он вообще не мог сказать, что испытывает хоть что-то. Неа, ничего. Пустота. Как только самолëт совершил посадку, рыжий быстро покинул салон. Он хотел быстрее выйти на улицу, почувствовать свежий воздух и ветерок, обдувающий его бледное лицо. Его желание осуществилось быстро, и через 20 минут Натаниэль уже бегом покинул аэропорт. Британец вымотался из-за перелëта, и его клонило в сон, поэтому он быстро забегал глазами по парковке, ища нужную машину. Завидев чëрную Мазерати, он быстро двинулся туда. -Мы с Эндрю, Аароном и Ники будем ждать тебя в чëрной Мазерати около аэропорта, хорошо? -Угу. -...Ты как? -В порядке. Сброс вызова. Кевин действительно интересовался состоянием Ната и хотел помочь, но сам Ниэль не хотел подпускать к себе "лишнюю помощь". Нат открыл заднюю дверь и прыгнул в машину. В Лисах действительно были люди, что могли понять Веснински. Эндрю Миньярд, сидевший на таблетках, Аарон Миньярд на наркотиках, Мэтт Бойд и Сэт Гордон тоже. Но Натаниэлю легче не становилось. Он не хотел помощи и может быть даже не нуждался в ней? Ложь. -Привет, Нат. Как ты? Из мыслей его выдернул Кевин, натянувший свою тупую улыбку и смотревший тупым взглядом. Если честно, для Натаниэля давно всë вокруг стало тупым и абсолютно бессмысленным. -Угу. Я в порядке. -Привет! Я Ники, приятно познакомиться! - Натаниэль молча продолжил пялиться в окно. Разум был затуманен, не соображая толком ничего.-- Ээй, Натаниэль... -Хэммик. - перебил его Эндрю. - хватит. Ники погрустнел. Аарон фыркнул. Кевин молчал, но он нервничал, что было заметно по бледному цвету лица. -Спасибо.-голос Натаниэля звучал хрипло и тихо. Миньярд услышал его, но не ответил, а лишь невесело усмехнулся. Всю дорогу они молчали. Рико рассказал тренеру Лисов проблему Натаниэля, но знала ли об этом вся команда, он не знал. Ему было всë равно. Он хотел ещë таблетку. Всего одну. А потом ещë, ещë и ещë. Так Натаниэль и погряз в этой наркотической зависимости, что не отпускала его. Подсев на это, Нат сам медленно начал ставить точку в своей нормальной жизни, если еë можно было назвать так хотя бы когда-то. Машина остановилась в пробке. Натаниэль решил подумать о чëм-нибудь хорошем, если это было возможно в его состоянии. Сначала получалось относительно неплохо. Первая мысль была про общежитие и новых соседей. Нат должен был жить в комнате с Мэттом и Сэтом. Кто-то из них вроде бы неплохой. Кто именно? Ниэль не помнит. Ему, на самом то деле, было всë равно. Но он не собирается отрицать, что здесь было хоть чуточку лучше, чем в Эвероморе, что каждый раз давил на него своей мрачной атмосферой. И намного лучше, чем в Балтиморе, что испортил его жизнь, тоже. Как бы Натаниэль не старался, прошлое постепенно затягивало его в пучину мерзких воспоминаний. Отец учил Натаниэля убивать, расчленять, пытать с семи лет отроду. Когда мать Ната сбежала, отец был зол. Натан был очень зол. Спустя месяц Мэри нашли, и отец лично расправился с ней на глазах своего сына. Эта отвратительная улыбка не сходила с лица Мясника до самого конца. После этого случая в доме Веснински начали появляться женщины. Они приходили часто и уходили довольные. Натаниэль предпочитал не знать, что там происходит, но Лола хотела поведать ему всë до мельчайших подробностей. -Эти сучки приходят к твоему отцу. Знаешь, почему они выходят такими счастливыми? Потому что они шлюхи и им нравится, что он с ними делает.-- она громко и мерзко расхохоталась, а Натаниэля начало тошнить. Это звучало очень противно, и он бы с радостью заткнул уши, если после этого бы не было шанса быть покалеченным самой Лолой. Веснински не заметил, в какой момент женщины стали покидать их дом недовольные. Но стал замечать, когда Малькольм снова заговорила об этом. -Эти шлюхи больше не возбуждают твоего отца. Он очень зол, а они недовольны. В какой-то момент Лола позвала его и потащила в комнату Натана. Все самые плохие вещи лезли в его голову. Нат был готов начать молиться. Возможно он бы начал, если бы от страха не забыл все молитвы. Она кинула его на пол и хлопнула дверью. Отец стоял перед ним и мерзко улыбался. Натаниэль почувствовал отвращение. Тошнота стояла в горле удушающим комом. -Ну чтож, сын, раз девушки больше не возбуждают меня, то ты же поможешь папочке и побудешь его сучкой? Натаниэль плакал. Много и долго. Было больно. Запах крови и спермы окружал Ната и бил в нос каждый раз, когда воспоминания об этих ночах, а может и днях вновь настигали его. И как бы он хотел, чтобы это был единственный раз. Но это продолжалось, пока он не оказался в Эвероморе. На время это прекратилось, а позже отец стал брать Веснински на "уроки" и чтобы в очередной раз надругаться над телом парня. Свою первую пачку сигарет Нат скурил в двенадцать от отчаяния, что окутывало его ежедневно. Бутылку алкоголя выпил в четырнадцать, чтобы заглушить боль, что резала тело изнутри и не только. Калечить себя Ниэль стал в пятнадцать, чтобы доказать себе, что это его тело и он может делать с ним всë, что вздумается ему, а не его отцу. Наркотики стали его зависимостью в шестнадцать и до сих пор не отпускали, как бы Нат не старался. А ведь ему уже девятнадцать. Фантомная боль пронзила тело, а по щеке скатилась одинокая слеза. Он смахнул еë, но это не осталось незамеченным. Машина заторомозила на обочине. К горлу подступил ком и Нат открыл дверь, прежде чем его вывернуло на землю. Это было ожидаемой реакцией. -Блять. - голос вновь звучал хрипло. Эндрю смотрел на него выжидающе. Ему нужны были объяснения, которые Натаниэль давать не собирался, поэтому просто отмахнулся: -Плохие воспоминания. Веснински сел и почувствовал боль. Как оказалось, она была даже не фантомной. Воспоминания всплыли перед глазами. Отец забрал его вчера, и тело до сих пор болело. Его собственные крики снова звенели в ушах, а горло запершило от сорванного голоса. Так вот, почему он звучит так хрипло. В самолёте наркотик ещë действовал, хоть и слабо, заглушая боль и затуманивая мысли. Боль снова пронзила тело, и из горла вырвался уже настоящий стон боли, звучащий не в ушах. Миньярд сжал руль так, что костяшки побелели. Натаниэль читал где-то про его прошлое, поэтому Нат мог понять причину злости или паники Эндрю. -Нам нужно будет поговорить с тобой, воронëнок.--голос блондина звучал угрожающе, но Ниэль не почувствовал страх, возможно поняв, что угроза адресована не ему. Это мог быть человек, который до сих пор преследовал в кошмарах Миньярда, мог быть отец Ната или кто-то ещë, но не Веснински. Он постарался расслабиться, чтобы не надолго уснуть. Он хотел либо действительно поспать, либо умереть. Пока ещë не решил, чего больше. Возможно и того, и того. Компания доехала до общежития спустя ещë 20 минут. Нат занëс вещи в комнату и планировал сбежать оттуда, схватив свои Мальборо, но не успел. -Эй, наркоман. - Нат медленно повернулся и увидел Сэта. -Мм? -Даже не отрицаешь? -- он ухмыльнулся. -Не собираюсь.Что? Лицо Ната изображало полную незаинтересованность, что, видимо, начало раздражать Гордона, поэтому тот перешëл к делу. -Будешь доëбываться до меня, и я тебе... -Ты не трогаешь меня, я тебя.--Натаниэль не раз слышал подобные "устрашающие" угрозы, что порядком надоели. Гордон фыркнул. -Ладно.--и ушëл. Наконец-то. Натаниэль схватил пачку своих вишнëвых сигарет, что так любила мать, и вышел. Он видел дверь на крышу, что заинтересовала его куда больше, чем разговор с Сэтом, поэтому направился туда. Веснински приложил много сил, чтобы открыть дверь, и она всë же поддалась ему спустя несколько попыток. К огромному сожалению, там уже кто-то сидел. Нат подошëл ближе и заметил Эндрю. Он осторожно сел рядом, чтобы не вызвать боль. -Ты не под наркотой? - интересуется Эндрю, пока Нат поджигает сигарету, в то время, как Миньярд почти докурил свою. Дым медленно поднимается вверх, а запах вишни доходит до носа Натаниэля, и он вдыхает его полной грудью. -Нет.--наконец-то говорит он, спустя минуту молчания. -Кто это сделал? Он понимает, о чëм говорит блондин. Кто это сделал с тобой? Кто подсадил тебя? Кто сломал тебя? Кто причинил тебе боль? Натаниэль думает, стоит ли говорить и решает, что лгать бессмысленно. Он чувствует, что может довериться этому человеку с глазами цвета кофе, внушающие сейчас только спокойствие, и блондинистыми волосами, что так красиво переливаются и отдают золотом на солнце. -Отец.--тихо, словно это самое ужасное слово, проговаривает Нат. Эндрю слегка хмурит брови. -Твой собственный отец...- это звучит как мысль вслух, и Веснински не прерывает его. Он лишь вздыхает, как бы в подтверждение этих слов. После двух минут молчания Миньярд всë же прерывает тишину. -Я редко хочу кому-то помогать, но сейчас тот случай. Позволь мне помочь тебе. Он протягивает Натаниэлю руку. Нат ненавидит прикосновения. Прикосновения, что вызывают панику. Что напоминают ему о прошлом. До смерти ненавидит, но берëтся за чужую руку. Он хватается за неë, как за спасательный круг. Ведь это единственный шанс вылезти из трясины, в которой он погряз сам. -Хорошо. И он позволяет помочь себе. Потому что он хочет. Потому что он может довериться этому человеку. Это было единственное, в чëм Натаниэль Абрам Веснински был полностью уверен, не сомневаясь ни секунды.