Голоса на границе слуха

      Прошёл уж час её поездки, скучной, проведённой в полудрёме. Лишь голоса из воспоминаний украдкой шептали на уши бессвязные фразы.       Состав встал. Случайная станция, совершенно неожиданная остановка. Никого на перроне, по полу разбросаны газеты, мигают холодные лампы.       Девушка медленно высунула голову из вагона, чтобы взглянуть далеко на край перрона, где висит лунный сигнал. Стеклянная сфера горела зелёным, и спустя несколько секунд, как и требуется, сменилась на красный.       Девушка села обратно, подальше от двери. Перрон был пустой. Состав ждал, она тоже.       Топ-топ-топ, – раздались шаги кого-то, кто шёл по плитке. «Почему он встал посреди зала?» – подумала она. Подумала и ошиблась: следующий шаг прозвучал внутри вагона. Прогнулся кривой лист металла на полу.       Внутрь входил человек, весь испачканный… Кровью. Покрытый алой слизью с ног до головы. Тяжёлой походкой он направился в ту же сторону, в которой сидела и Она. Высокий человек, голову которого словно вуаль покрывала безобразная животная плёнка, небрежно порванная напротив глаз. В правой руке он сжимал покрытый кровью до самой рукояти молоток.       Не дойдя пяти шагов до девушки, он сел у противоположной стены. Он сидел, раздвинув ноги и оперившись на них локтями. Он сидел, наклонившись вперёд, а с руки и головы сочилась и капала на пол кровь.       Девушка сидела недвижимо, когда он подходил, её дыхание застыло, а взгляд приковался к огромной фигуре человека. Её глаза в тот момент улавливали каждое его движение, каждую деталь в них, язык тела, весь его невербальный посыл.       Громила сел, и уставился на неё, повернув всё тело к ней в пол оборота. Он не смотрел никуда более, кроме как прямо ей в глаза. Словно хотел что-то сказать или спросить, но не языком, о-о-о нет. Своим присутствием, своим взглядом.       Девушка вдохнула поглубже, отчего её мешковатая куртка поднялась, и погрузила в себя голову ещё сильнее. Она перемялась плечами, засунула руки дальше в карманы, ненароком, как ей казалось. Там, в кармане, рука теперь крепко сжимала ранее свободно покоящийся маленький баллончик.       Крепко сжимал и рукоятку молотка человек. Он не двигался с того самого момента, как уставился в девушку.       Всё это длилось какие-то минуты, долгие мучительные минуты. Ей хотелось моргнуть, но она себе этого не позволяла. Глаза пересохли и болели. Вдруг она заметила, как его взгляд скользнул чуть вниз, к груди. Там висел металлический значок, бейджик. «Он прочитал» – поняла она.       Кровавый человек выпрямился. Его взгляд исподлобья сменился на что-то …высокомерное. С его ростом и задранной головой он смотрел на вжавшуюся в сиденье девушку сверху вниз. Взгляд его скакал от беджика к лицо, от лица к бейджику. Он будто бы что-то понял. Но, что он хочет, – до сих пор было не понятно.       Следующая станция. Поезд затормозил. В голове у девушки таился план: выбежать как можно скорее. Но самый быстрый путь пролегал через покрытого кровью амбала с молотком в руках. Это был очень опасный план, на грани с безумием. В противовес этим мыслям в груди теплилась надежда, что всё обойдётся. Как бы человек бесстыдно не осматривал попутчицу, «есть надежда».       Двери открылись, тушка девушка вжалась в сиденье. Человек встал раньше.       Развернулся и вышел из вагона.       Двери…       Закрылись.