Страх перед неизвестностью.

       Привычные и легкоузнаваемые бежевые стены казались Александру самым мерзким, противным и убогим, что могло бы когда-либо появиться в его жизни. Отождествляемый со смертью коридор внушал настоящий страх. За обзорными окнами закрытых палат голодными жвалами зияли пустые кровати - они ждали своих новых жертв...        Парень недоумённо осмотрел себя: руки, ноги, очертания торса, углядываемые за больничной рубашкой - всё это выглядело странно. В том смысле, что они, конечно, выглядели чертовски слабыми и немощными, но находились далеко не в том состоянии, в котором были ещё... Сегодня? Или вчера? Месяц назад? - Что за чушь... - Юноша просипел, но на его лицо скользнула счастливая усмешка - он ходит!        Однако из головы почему-то ускользают все мысли, касающиеся того, почему он вообще способен стоять на ногах, и даже от слабости всё вокруг не вращается. Чудо! Божественное чудо! Раз уж ему сам Бог дал такой подарок, почему он не должен воспользоваться им?! К чёрту этот онкологический диспансер!        Хрупкие ноги понесли счастливого и подрагивающего от этого же неописуемого счастья человека прямо к двойной двери - та должна была вести в холл. Оттуда к лестнице, по которой необходимо спуститься вниз на один этаж, вновь пройти по кишке-коридору, и он, Саша, будет уже в приёмной, напротив которой и находится выход из этого чёртового могильника. - Счастье-то какое, мамочка... - Его глаза полубезумно затряслись, когда он почти добрался до своей цели. - Жди меня дома с прекрасной вестью.        Он положил руки на холодный металл, хорошо смакуя эти ощущения на кончиках пальцев - такое приятное! Отвратительно замерзающие пальцы были совсем другой гранью замерзания, пугающей, а это же чувство... Оно живительное, освежающее! Он живёт, живёт! - Я здоров, мама, здоров! - Паренёк озорно закричал, когда в его очах забрезжил свет жизни, а затем со всего маха дёрнул на себя. - А...?        Сплошная стальная дверь не поддалась. На болезненно бледноватом лике медленно появились недоумение и ужас. Он не понимал, что происходит. Почему она не открывается?! Сейчас же не тихий час и не отбой - его ощущение времени не обманешь! Он дёрнул ещё несколько раз, а затем отчаянно завопил: - Откройся, сука! - Юнец злобно выругался. - Тварь, блядь, откройся!!!        Тонкая и сухая, словно какая тросточка, нога с большой силой ударила прямо по преграде. Болезненно охнув, Александр завалился на кремовый линолеум, пока по помещению пробегал безразличный и отстранённый грохот. Из покрасневших глаз забежали слёзы - не столько от боли, сколько от самой настоящей детской обиды; его обманули, как дурака. - Эти сволочи не хотят меня отсюда выпускать. - Он угрюмо пролепетал себе под нос, недобрым взглядом рассматривая запертый выход. - Я вас всех убью!        Его потянуло вновь вмазать по ненавистной двери, но помутившийся на мгновение рассудок всё же взял вверх - он отнюдь не мазохист. На потрескавшихся устах появилась весёлая и азартная усмешка, когда парню пришла в голову "гениальная" идея.        Охая и ахая, он поднялся с пола, а затем пошёл к ближайшему пластмассовому препятствию. Рассмотрев через "окошечко" настоящее и полноценное окно, молодой человек яростно дёрнул ручку... И снова - ничего! Приоткрыв рот от ошеломления, Александр с ненавистью уставился на эту картину.        Отбросив первый вариант, он подошёл к другой двери, а затем повторил всё то же самое. Не получилось. К третьей, четвёртой, пятой... Ничего не получается! Его болезненная кожа по итогу настолько покраснела от злости, что тот сейчас едва ли не напоминал сваренного рака.        Последняя надежда оставалась лишь на его палату. Несколько раз выдохнув, юноша в очередной раз сосредоточился на преграде. Ему всего-то было нужно окно, в которое он сможет выпрыгнуть! Здесь же всего второй этаж. Может, конечно, переломает себе что-то, но что там эти ноги, когда на кону свобода?! Будет надо - соберут его ноги по частям в травмпункте! - Открылось... - Неуверенно направив взор в сторону коридора, где легко открывшаяся дверь сейчас стукнулась о стену, после он начал осматривать помещение.        Две пустые койки - его единственный "сосед" умер совсем недавно, а никого нового сюда перевести не успели. Примятое покрывало на его кровати... Занятой? На ней же несколько мгновений назад никого не было! Он был ошеломлён до глубины души, когда разглядел в появившемся кого-то знакомого. - К-коля?! - Парень замотал головой, снова вглядываясь в эту фигуру. - Ты же... - Да, он мёртв.        Сидящий на постели мальчик в серых майке и шортах выделялся дружелюбной и яркой улыбкой. Зато глаза были неестественно и пугающе холодны, будто хотели сказать собеседнику за их хозяина, что сидящий перед ним - совсем не "Коля". - Ты кто такой? - До Александра начало доходить, что происходит что-то совершенно ненормальное.        Стоило начать с того, что его старший брат, Николай, погиб совсем юным, - названному только-только стукнуло одиннадцать, когда его сбил автомобиль - и именно таким своего старшего запомнил Саша. Несколько вредным, озорным и улыбчивым, да вот только подобного взгляда у него никогда не было. Может, ему всё это снится? Пугающая мысль - возвращаться к своему прошлому состоянию не хотелось страшно. - Я? - "Мальчик" весело оскалился. - Никто. - В смысле? - Глупое выражение появилось на лице юноши, которое затем сменилось хмуростью. - Ты кто такой, урод?! Почему притворяешься моим братом?        Ухмылка исчезла с детских губ, что выглядело несколько жутко в сочетании с этим пробирающим до костей взглядом. Разглядывая несколько пугающе долгих секунд своего мгновенно вспревшего визави, "малыш" начал искажаться, обращаясь чем-то запредельным: без формы, без тела, без всего. Что-то аморфное, неразличимое никаким чувством, помимо шестого. - А я тебе вовсе и не врал, отброс... - Шелест десятков разных голосов крался по всей комнате, пока тот догоняло его же эхо. - Я не являюсь чем-либо или кем-либо, пока сам не определю свои форму и естество, понимаешь меня? Я тот, кто решил спасти твою жалкую жизнь, - Демон Неизвестности.        Волна воспоминаний нахлынула на юношу, когда он шустро попытался покинуть палату, но встретился лишь с бежевой стеной вместо двери. Неверяще ощупав эту точку, он ощутил, как по его виску катится холодная капля пота. - Знаешь, а я ведь был тебе даже благодарен! - На этот раз возглас напоминал гром. - Пока ты не открыл свой поганый рот! - Я-я... - Паренёк не успел договорить, когда его перебили. - И я тебя за это накажу... - Спокойный, умеренный и даже какой-то деловой тон внушал нешуточную тревогу и опаску. - На этот раз твоя дерзость будет стоить тебе левого ока! - Н-нет, прости, прости меня! - Александр испуганно завизжал, вжавшись в стену, когда прямо перед ним сформировалось сгнившая кисть с кривыми и поломанными ногтями. - А-А-А!!!        Та потянулась к нему, не давая и шанса на отступление. Что-то не позволяло ему сопротивляться, заставляя беспомощно смотреть на то, как жёлто-зелёные пальцы забираются в его глазницу... *** - Х-а-а-а! - Шумно и громко вдохнув свежий воздух, Саша подорвался с влажной от утренней росы травы, ощупывая глазницу, в которой будто ничего никогда и не было. - А...        Не ощутив искомого, он тут же испытал головокружение и "упал" в сон - к подобному юноша готовым быть не мог...