Страх перед неизвестностью.

       Ночь, ярко сияют звёзды, стрекочут цикады, а где-то вдали плавают пасмурные тучи, грозясь закрыть собою небо – на этой неделе здесь наверняка прольётся дождь. Впрочем, Коноха имела свою, очень даже впечатляющую неподготовленного человека, ночную жизнь. Среди улиц мелькали озорные огоньки фонарей, горел свет в самых различных заведениях, а некоторые гражданские и шиноби сновали туда-сюда…        Вот парочка пользователей чакры вернулась с длинной миссии, и их пропустили внутрь Деревни, скрытой в листве. Путь им освещала хладная Луна. Всем в эту нечастую полнолунную ночь она освещала дорогу. Десятое октября – день рождения сына четвёртого хокаге, праздник лишь для одной конкретной семьи.        Устало зевнув и потянувшись, сидящий в своём кресле правителя Намикадзе Минато встал и направился к окнам. Его голубые глаза смотрели на здания, многочисленные деревья, полупустые узкие улочки, а также на большую и прекрасную Луну. Она напоминала мужчине о дурном. О той ночи, когда погиб десяток его бойцов от рук загадочного человека в маске.        В любом случае, пускай и с некоторыми жертвами, благодаря заблаговременной подготовке и помощи молодому правителю Великой Деревни удалось отбить атаку подлого незнакомца, всеми силами пытавшегося прорваться к, как предположили голубоглазый блондин и некоторые люди позже, джинчуурики девятихвостого лиса, Узумаки Кушине. Лишь очень странная пространственная техника позволила подлецу улизнуть из плотного окружения.        Дурные чувства не покидали четвёртого, и он, приняв решительное выражение лица, предпочёл покинуть своё рабочее место. Всё же он считал себя обязанным поздравить именинника, которому исполнилось сегодня семь лет, с праздником. Минуя утомившегося и скучающего секретаря, а затем коридоры, Минато покинул резиденцию хокаге. Подышав на улице свежим воздухом несколько мгновений, он ненавязчиво огляделся по сторонам.        Мгновение он ощущал, что кто-то, окромя постоянной четвёрки охраны из АНБУ, следует за ним и пилит его затылок своим тяжёлым взглядом. Чувство совсем эфемерное и странное. По наитию шиноби Листа, признанный сильнейшим, запрокинул голову вверх, внимательно рассматривая бледную Луну. На миг ему показалось, что ровно в её центре был зрачок. Серебристый диск напоминал око.        Сердце в ту же секунду забилось чаще, а глаза шокировано сузились, однако мимика Намикадзе не успела выразить его эмоции. Правитель селения ниндзя удивлённо моргнул, но прежнего ощущения гнусного присутствия не осталось вовсе. А Луна теперь была просто Луной. Хмурый мужчина, приготовившись использовать свой знаменитый на весь мир хирайшин, прислушался к интуиции. Та редко обманывает укротителей чакры…        Не добившись по итогу ничего, он показательно помял лоб пальцами, демонстрируя наблюдателям своё утомление. Многие странности можно списать именно на него. Но технику Летящего Бога Грома Минато всё равно применил. Вот он был в одном месте, а теперь уже совсем в другом, в нескольких километрах от резиденции, – телепортация. Отойдя от стены собственного дома, где оставил метку для техники, Жёлтая Молния Конохи удивлённо воззрился на мужчину с длинной белой шевелюрой, что сидел у крыльца и что-то задумчиво черкал в своей записной книжке. - Джирайя-сенсей? – Обескураженно, но с улыбкой спросил блондин. – Разве Вы не на…        Четвёртый хокаге удивился ещё больше, когда его учитель поднял вверх указательный палец, как бы призывая к молчанию. Названный Джирайей, по-видимому, от своего блокнота отвлекаться не пожелал. Он черкал в нём что-то ещё некоторое время, прежде чем захлопнуть и убрать в сумку. Потом он поднялся на ноги, сияя довольной и несколько вызывающей улыбкой. - Минато-кун, нельзя отвлекать учителя от его обязанностей величайшего писателя всех времён! – Прикрыв глаза, он поучительно помахал пальцем. - …Как скажете, сенсей. – Веко четвёртого слабо дёрнулось, когда он предпочёл проигнорировать эксцентричное поведение жабьего отшельника. – Почему Вы не прошли в дом? - Ну, Кушина-чан меня недолюбливает… – Отведя глаза, один из трёх легендарных саннинов почесал щёку. – Думаю, нечего её лишний раз беспокоить, хе-хе. - … - Черты лица хокаге Деревни, скрытой в листве, заострились, выдавая серьёзность. – Джирайя-сенсей, случилось ли что-то важное?        Обозначенный тоже мигом посуровел, потеряв всю внешнюю дурашливость. Сложив руки на груди, он заговорил: - Полагаю, о уничтожении Храма Огня ты уведомлён?        Эта тема куражировала по всей Стране Огня, точно какое поветрие. Новость разлетелась мигом, и на помощь выжившим, что как раз и поведали подробности произошедшего, поспешили шиноби Конохи. Асума Сарутоби, один из молодых и самых перспективных джонинов селения, был в невероятном шоке, когда узнал о гибели своего близкого друга и, в прошлом, товарища из одной команды, монаха-ниндзя Чирику. Намикадзе пришлось посодействовать его пылу и позволить лично возглавить поисково-спасательную миссию к тем руинам, что остались от Храма Огня. Впрочем, вторая миссия по этой трагедии, карательная, была пока что на стадии регистрации… Уж больно «особенный» попался ублюдок.        В голосах тех, кто видел ту тварь, пылали настоящий ужас и страх. Не перед кем-то, кто просто заведомо более сильный, чем ты. Не перед кем-то, кто желает для тебя лишь зла. Скорее это был ужас и трепет перед настоящим чудовищем и монстром. Он был столь сокровенен, что напоминал боязнь, которую люди испытывают перед хвостатыми демонами. И это тоже, выжившие монахи не сомневались и секунды, был самый настоящий демон. Не в форме зверя, но настоящий кошмар и истинное зло – кто-то, описавший ЭТО именно так, помутился умом. Но вся картина в общем… Настораживала. Мир шиноби ни в коем случае не нуждался в пришествии десятого биджу. Впрочем, каких-то новых злодеяний исчезнувший с места атаки монстр совершать не стал. Или же голубоглазый об этом пока что не знает… - Гамамару-сама сделал новое предсказание. – Посмурнев ещё больше, он прикрыл глаза и заговорил по памяти. – «Грядёт катастрофа». - И это всё? – Брови тени огня взметнулись вверх. – Или у предсказания есть продолжение? - В том-то и дело, что нет. – Устало выдохнув, сказал Джирайя. – Это первый раз в истории горы Мьёбоку, когда пророчество Оогамы-сеннина получилось настолько размыто в своей трактовке. - Это нехорошо. – Понимающе кивнул Намикадзе. – Это нужно тщательно обдумать. Возможно, само существование Конохи или даже мира находится под угрозой.        Поджав губы, четвёртый хокаге утомлённо покачал головой, как бы признавая для себя невозможность решить эту проблему в сию же секунду. Один он однозначно не справится, так что придётся привлекать дополнительных людей, это даже не вопрос, а факт. - И всё же, Джирайя-сенсей. – Улыбнувшись с некой теплотой, блондин обратился к своему учителю. – Вы не можете уйти вот так вот, не поздравив своего крестника. - Я-то?! – Мгновенно расслабившийся саннин осклабился и горделиво выпятил грудь. – Дней рождений у Наруто будет ещё много, а меня может приступ хватить даже через минуту! А мне ведь нужно «вдохновение», чтобы закончить свою книгу.        Осуждающе покачав головой, Намикадзе посмотрел на человека напротив чуточку серьёзнее, что не осталось незамеченным. - В ту ночь именно благодаря Вам человек в маске не добрался до Кушины. – Заметил он. – Так что мой сын должен знать того, кто защитил его деревню и мать.        Джирайя не показал этого, но на душе от этих слов у него потеплело. В некоторой степени он считал, что Намикадзе Наруто не стоит быть знакомым с ним, с одиноким извращенцем со стажем. Когда-то он позволил себе слабину, пусть и под уговорами его же сенсея, Сарутоби Хирузена, и взял себе учеников. Будучи сам сиротой, он проникся к одному мальчику без семьи и клана из той группы настолько сильно, что в сердце принимал его за собственного сына. В ночь, когда рождался Наруто, Джирайя просто не позволил себе не появиться. В час, когда Кьюби получает настоящую возможность вырваться на свободу, он, мастер печатей, обязательно должен был быть рядом. И не важно, что там были и другие красноволосые Узумаки, ведь если хочешь, чтобы что-то вышло правильно – сделай это сам… Это был его моральный долг, так он считал. И не зря. - Не отстанешь ведь? – Вопросительно подняв бровь, ехидно спросил жабий отшельник. – Ну, если Кушина-чан взбеленится, то отвечать за всё должен будешь ты. - Не взбеленится, сенсей. – Отрицательно покачав головой, отметил четвёртый. – Пойдёмте. - Отлично! – Довольно улыбнулся саннин.        В небе зияла Луна, а на ней - маленькая чёрная точка. Будто выпученный глаз...