Заветный подарок

Минуло еще три года. Каждый день из них наполнен был любовью. Но как ни силился Кощей, не мог отогнать своего вечного страха предстоящей потери. Убеждал его Иван, что он молод и полон сил, что ждет их еще долгая жизнь, но тот не переставал искать рецепт зелья, способного даровать вечную жизнь. На Ивана Купалу задумал царевич дело одно. Отпросился в лес, чтоб сыскать папортников цвет — в знак любви подарить своему чародею. Ведь одарил его Кощей, чем только мог, а ответного дара не получил. Что еще мог простой смертный поднести своему возлюбленному? Долго бродил средь деревьев, да и вышел на поляну. Под сенью развесистых дубов кудрявились резные листья. В свете полной луны хорошо были видны папоротники, да вот только цветка не находил царевич. Может, и вправду, это только легенда. До утра почти ходил. А как стал брезжить рассвет, вдруг где-то поодаль вроде искра мелькнула. Иван туда. И точно, промеж листьев засверкало что-то, вытянулся тонкий стебелек-цветонос, а на нем набухшей каплей бутон. Поднялась головка, задрожала, затем с легким треском лопнула, лепестки раскрылись, а внутри — язычок пламени, будто свечка горит. Залюбовался Иван, смотрит, как завороженный. Как сорвать-то красоту такую?! А пламя все выше, колеблется на ночном ветерке. И вдруг погасло. — Что ж я, дурак, не сохранил его?! Упустил удачу свою! — стал было корить себя Иван. Да видит, не умер дивный цветок, теплится в нем огонек, словно уголек тлеет. И из глубины, из самой чашечки поднимается бугорок-коробочка. Стенки его раздаются, дышат, будто живые, а внутри что-то перекатывается. Взял Иван его в ладони, сорвать боязно, а не возьмешь — пожалеешь. Тут по бугорку трещинка пошла, приоткрылись створки, и видит царевич, что внутри горошинки, семечки золотые. Тряхнул он цветок, и выпали они ему в ладонь. Горячие, кожу жгут. Зажал в кулак и скорее в замок. — Где ты? Посмотри, что я тебе принес! — кричит Иван. — Да что там у тебя? Где ты столько бродил? — Не сумел я добыть тебе цветок папоротника в знак своей любви, только это мне досталось. И на обожженной ладони золотые горошинки протягивает. — Хоть их возьми! Надо ли говорить, что горячие зёрнышки и оказались тем золотым семенем, что Кощей так долго искал для своего зелья. Добровольно и с любовью отданы они были. Изготовил колдун зелье, чтоб любимый его навек с ним остался.