Прототип

Обычное расписание — Нет, Антон. — Чайльд устало закатил глаза и принялся объяснять тему ещё раз. Антон сидел и уже мало что понимал, мозги кипели, хотелось спать. — Прошу, давай сделаем и пойдём спать. — Я утром сделаю. — голова Антона упала на тетрадь. — Я не выдержу, Тарталья, хватит. — старший начал говорить об учёбе и как это важно. — Не-е-ет! Мамочки, святые Архонты, упасите меня и мою душу от этих демонов… — Антон… — Я просто жить хочу, жи-и-и-ить! Архонт сущий на небесах… — Антон. — Да придёт царствие твоё небесное… Я не выучил молитву до конца, но пожалуйста!.. — Антон! — Тарталья сам устал как собака, мало того, что на парах устал, так ещё и попросили позировать художники, он свои дела еле осилил, так тут Антон со своей геометрией. Чайльд, конечно, математик, но объяснить кому-то та ещё задача, особенно, если этот кто-то пропускал все предыдущие темы. — Антон, я сам устал, но ты же знаешь отца. — он потёр глаза. — Хорошо, давай так. Я напишу тебе решение, ты его перепишешь. Но на выходных ты будешь учить и пытаться понять тему. Понял? — Хорошо. За несколько минут на листе вырисовался треугольник под дано, решение и ответ. Антон быстро всё переписал и юркнул под одеяло. Тарталья с завистью понимал, что в школу брату к 14, в отличие от него самого. Будильник на шесть утра и в сладкий сон. *** Тарталья резал хлеб, пока мать готовила омлет почти на всех членов семьи. Тоня принесла ещё сонного Тевкра и усадила за стол, этому мальчику никакое умывание не поможет. — Хлеб нарезал. — сказал Чайльд и закинул нож в посудомойку. — Ещё чем-то помочь? — Нет, уже всё. — мать уже раскладывала омлет по тарелкам. — Аякс, тебе столько хватит? — Тарталья посмотрел на тарелку и кивнул, Аякс — его второе имя, что используют только члены семьи и один человек, которому очень нравится так его звать. Тарелки расставлены, все едят молча, как приучили родители, обычно разговоры разрешают только за ужином. После завтрака, братья и сестра одеваются, чтобы отправиться в школу и садик. Тарталья чмокает макушку матери на прощание. Отвозит Тевкра в садик, затем Тоню в школу, только после доезжает до своего университета. Возле входа его поджидает девушка, очень знакомая ему. — Привет, Ёимия. — они целуются в щёчки. — Ты подстриглась? Ёимия улыбается и кивает, по пути к аудитории она достала шоколадку и начала есть её, чтобы проснуться окончательно. Они садятся у окна, Мия устало кладёт голову на парту, Тарталья зевает и достаёт тетрадь с пеналом. — Я сейчас умру. — А чего такое? — Ёимия открывает глаза и смотрит на Чайльда, всё ещё лежа на парте. — Антону тему до ночи объяснял. Не понимаю сложность геометрии. — Не все такие умные, как ты, мальчик мой. — Ёимия кратко смеётся. — Как с художниками? — Я еле нашёл их корпус. Там был какой-то лес. — Не лес, а парк. — Кэйа возник сзади, испугав парня с девушкой. — Утречка, Аякс, Мия! — от него пахло перегаром, который пытались скрыть за одеколоном. — Доброе утро. Ты пил вчера? — Тарталья вскинул брови. — Всё таки заметно? Надо было добавить духи в гель для душа. — Кэйа посмеялся и уселся рядом. — Ты же шёл в театр с Фишль, как умудрился? — Ёимия подпёрла рукой щёку, пытаясь не свалится в сон, хотя по состоянию видно, что уснуть она готова и так. — Так я после. — Кэйа забрал тетрадь у Тартальи, открыл свою и начал искать вчерашний конспект. — Меня подкупила надпись о вкусе пиццы в пиве, конечно это наебалово, там было пиво. — Ты учишься на факультете рекламы, почему ты ведёшься на такое? — Тарталья развёл руками. — А ты вроде очень умный, мальчик мой, и должен был понять, что я искал предлог, чтобы купить ящик пива. А ещё я специалист по связям с общественностью, а не… — он на секунду завис с открытым ртом и направленным пальцем на Тарталью. — Не то что ты сказал. — палец попал в грудь. — А ещё, скажи, пожалуйста, что есть это слово. — он указал в конспект. Чайльд закатил глаза, теперь его задача зашифровать непонятные слова, пока не пришёл учитель, а не появлялся он десять минут точно. *** После положенных трёх пар у Ёимии и Чайльда, они отправились на подработку. Кэйа же свалил в неизвестностном направлении, щебеча что-то про любовь и халявные деньги. В пять часов вечера, Тарталья едет за братом и домой… Неделя 2. Тарталья постучался в дверь амбара, Дотторе почти сразу открыл, зажмурился на секунду, затем посмотрел на гостя красными глазами. — Что тебе надо? — Дотторе нахмурился, опёрся на руку, чтобы удержаться и не упасть. — Я пришёл узнать, как проходит эксперимент. Видимо я не вовремя. — Почему? — Ты под веществами? Странно выглядишь, хотя алкоголем не пахнет. — Ну спасибо. — Дотторе оттолкнуться, повернулся и направился в глубь амбара. — Я не прав? — Да! Да! И ещё раз да! Я совершенно свежий! — он вскинул руки, будто готов взорваться. — Ты напомнил мне одного моего друга! Знаешь, он тот ещё ублюдок, хотя и ебёт… — Дотторе не напрягая голоса зашёл за ширму, затем выглянул из-за неё. — Ты чего стоишь? Красной дорожки не будет. — А, можно заходить? — Нет, уходи. — Дотторе вопросительно поднял брови. — Оу, тогда, пока? — Ты идиот? Блять, я конечно понимаю, что гений, но люди не могут быть настолько бляд… — его голос продолжал раздаваться эхом, но мало что можно было разобрать, пока Дотторе гулял за ширмой. — …иотами! ЗАХОДИ, БЛЯДЬ, МНЕ ДУЕТ. — он опять выглянул с ножом в руке. Чайльд не стал испытывать его терпение дальше и зашёл внутрь, Дотторе достал откуда-то кусок то ли печени, то ли желудка (у Тартальи зрение не позволило увидеть что это), разрубил это несколькими ударами ножа и закинул в бидон. — Сейчас я заебашу ему нормальную оболочку, дальше он справится сам. — Он? — Клон твой. Назови как хочешь, мне не до этого. Сегодня же суббота? — Да. — Тарталья замер, имя клону? Отдать одно из своих? У него три, в принципе не жалко. — Аякс. — Чего? — Дотторе оторвал глаза от содержимого бидона. — Аякс — одно из моих имён, думаю звать так клона, пока что. — У тебя три имени? — Ну да. — Тарталья-Чайльд-Аякс? — Тарталья-Аякс-Чайльд. — Последовательность важна? — Наверное. — И всё уёб… — Дотторе начал бормотать себе под нос, ища что-то на полках. — Слушай! — резко громко заговорил он. — А ты фамилию свою вообще помнишь? — Ну да. — Ещё скажи, что она двойная. — пошутил Дотторе. — Я промолчу. — Чайльд виновато уставился в ноги. — Пиздец. Сделай тройную для комбо. Девушка есть? — Это слишком личные вопросы, для наших с тобой отношений. — он отвернулся. — Может я тебя на свидание позвать хочу? Ответить трудно? — Дотторе что-то черканул в тетради, затем закрыл бидон, что-то включив на крышке. — Обычно про такие вещи не шутят. — Я не шучу. — он опять подошёл к столу и начал что-то зарисовать. — Чего?! — Этот ебырь Панталоне шляется хуй знает где, у меня не было секса две недели… — Дотторе поднял глаза. — Ты чего красный? — он прищурился, пытаясь осмыслить эмоции Тартальи. — А. Блять, простите. — У тебя есть хоть какие-то нормы приличия?! — Мне действительно нужно отвечать? — Ты… Блять. Я жалею, что согласился. — Ты уже дрочил у меня в туалете, так что тебе не сбежать от позора. Опять покраснел! — Дотторе улыбнулся, хлопнув в ладоши. — Просто у кого-то совесть есть! — Просто кто-то считает, что ему нахуй не сдались ваши нормы приличия. В моём амбаре — мои правила, не нравится? Тогда вали из моего амбара. — телефон зазвенел, Дотторе схватил его со стола и поднял трубку, Тарталья стоял ошарашенно не понимая как дальше действовать. — Ебать, что явилось! А мы живы! — Дотторе уселся на стол, лицом не показывая никаких эмоций, в отличие от голоса. — Иди нахуй, ебырь сраный… — он на несколько секунд замолчал. — Ты знаешь как я тебя люблю? Обожаю блять, когда? — Дотторе схватил ручку, листок и начал записывать это «когда», Тарталья не понимал как можно с каменным лицом передвать столько эмоции только голосом. — Я? Слал тебя на три буквы? Когда это было? — он соскочил со стола и подошёл к бидону, начал, что-то нажимать. — Не-е-ет. Стой! Блять, стой! Ты сейчас садишься в свою машину, блядь, и едешь ко мне. Если нет, то я сам тебя найду и публично выебу! Да, пока! Целую, золотце! Дотторе убрал телефон, открыл бидон, нахмурился, опять закрыл крышку. — Что это было? — Тарталья был ошарашен, с такими талантами только в кино. — О чём ты? — Ты абсолютно не передавал эмоции, пока говорил по телефону. — Голос был? — Ну только им… — Хлебало зачем напрягать? Можешь идти, если не хочешь смотреть на соитие двух мужчин. — Знаешь, я в шоке. — От чего? — Неделю назад… — Мне нужно было, чтобы ты не свалил, вот что было неделю назад. Чайльда обманули. Дотторе показался слегка странным, но приятным человеком, а разговор о мастурбации, как о чем-то обычном, Тарталья счёл просто принадлежностью к биологическому факультету. Но сейчас… Хотелось бежать, смотря на красные глаза и растрёпанные волосы. Дотторе больше не казался студентом, который нашёл способ совершить открытие. Теперь он просто извращенец. Тарталья поморщился и пошёл на выход быстрым шагом. Он сюда больше не придёт!