to look in somebody's eyes

      Началось всë с обычного бала, который ничем не отличался от остальных. Семейство Хванов пригласило всех представителей знати в их городе с целью отпраздновать помолвку старшего сына – Хвана Хëнджина. Виновнику торжества, к его удивлению, позволили самостоятельно выбрать стиль, на что юноша произнëс лишь ëмкое: «Розовый,» и ушëл к себе. — Здравствуй, Ëнбок, - кивнул в знак приветствия Джисон, оглядываясь по сторонам и замечая обилие нежно-розового цвета в обделке зала. — Хани, родителей рядом нет, мы можем свободно выражаться, - тепло улыбнулся своему лучшему другу Ли. — О, хорошо. Знаешь, Феликс, впервые вижу, чтобы Хëнджин выбирал что-то такое, - задумчиво произнëс квокка. — А ты не слышал? — А? — Он мне рассказал, насколько ему повезло убедить родителей, что Сынмин – идеальная кандидатура на роль его мужа. Так что думаю, он банально рад, что выйдет замуж по любви, - улыбнулся Феликс, поправляя свои блондинистые волосы. — Я ему завидую, почему кому-то везëт, а кому-то, - Хан рассматривал кольцо на своëм безымянном пальце, - приходится терпеть. — Стерпится-слюбится, Хани, стерпится-слюбится, - огладил чужие плечи Феликс, обнадëживающе улыбнувшись, - пройдëмся, осмотрим зал? Может на Хвана наткнëмся, - предложил юноша, подхватив друга под локоть.       Джисону оставалось лишь кивнуть, позволяя Ëнбоку вести его через всю напыщенную толпу, которая всеми силами пыталась показать своë финансовое положение дорогими костюмами, украшениями, гримами и париками. Не то, что бы они сильно от них отличались. По-другому и нельзя ведь было, пускай порой от белил лицо чесалось особенно сильно. Спасибо, что молодым позволили отказаться хотя бы от душных париков, и Феликс был вправе расчесать свои светлые волосы короткими пальцами, гордо держа осанку.       Так и не найдя свою цель, парни остановились, услышав приветствие где-то со стороны широкой мраморной лестницы, ведущей прямо на второй этаж в жилую зону. Выслушав вступительную речь Отца Хëнджина, следом представившего своего сына и его жениха, а так же объявление первого танца, парни улыбнулись, глядя как освещение стремительно сменилось с яркого на приглушëнный, и начали звучать первые аккорды с угла зала. — О, за тобой уже идут, - сфокусировал зрение Феликс на человеке, идущего к Джисону со спины, - а я надеялся, нам позволят хотя бы немного покружиться в танце. — Да, - с досадой произнëс Хан и повернулся к своему мужу, почувствовав обхватившие его запястья пальцы, - увидимся чуть позже. — Отдыхай, - улыбнулся Ли, помахав на прощание дорогому другу и обойдя толпу по краю.       Стоило поскорее найти кого-нибудь для танца по двум причинам: во-первых, балы – страсть Ëнбока, а самое лучшее в них – это танцы, несомненно; во-вторых, не хотелось подвести родителей, ведь если он не будет интересен абсолютно никому, это можно будет считать за провал. И к счастью юного наследника, его взгляд зацепился за двух юнош, что пытались станцевать несчастный вальс. Парень повыше был несколько нескладным, наступающим на ноги своему партнëру, судя по частым поклонам в извинениях. Тихо посмеявшись, Феликс приблизился к незнакомцам и дотронулся до плеча того, что был ниже, и чьи ноги отдавили, кажется, в кашу. Поклонившись, когда на него обратили внимание, Ли обворожительно улыбнулся, спросив: «Вы не возражаете, если я вас украду на танец?»

Вау.

      Сердце забилось в бешеном ритме, разгоняя кровь, которая через полсекунды залила и щëки Феликса, и, если его сейчас не обманывают его же глаза, щëки незнакомца. Этот парень обворожил его в момент, заставив с трепетающим сердцем и уже слегка подрагивающей рукой ожидать ответа. Словно зачарованный к нему плавно скользнул брюнет, в чьих таких же тëмных, как и волосах, глазах можно было утонуть. Ëнбок его подхватил, уложив одну руку на талию, второй же придерживая за кисть на уровне плеч прямую руку. Лицо безымянного юноши исказилось в смущëнной улыбке, в то время как его взгляд упëрся куда-то то ли в грудь Ликса, то ли вообще за его спину. — Вы так обворожительны, - пробасил Ли, склонившись к партнëру через полминуты, так как ему понадобилось достаточно времени чтобы собраться с мыслями и не ляпнуть какую-нибудь глупость, - не посчитайте меня наглым, однако мне так сильно хотелось бы узнать ваше имя. — Со Чанбин, - наконец впервые за весь их танец взглянул в глаза Ли парень, - Прошу, только не томите и представьтесь тоже. — Ли Феликс Ëнбок, - задержал дыхание от чужого взгляда Ликс, крепче сжимая руку на чужой талии.       Они проигнорировали момент, когда все менялись партнëрами по танцу, оставаясь в своëм маленьком мире, не желая покидать его. Так они сбежали на изящный балкончик, чтобы никто не мог их потревожить. — Правда? У вас много друзей тут, - тепло улыбнулся Чанбин, опираясь поясницей на мраморные перила, - Я только недавно приехал сюда, пожалуй, впервые со дня моего рождения по случаю смерти отца. Поначалу я планировал вернуться, как только разберусь с наследством, однако матушке совсем горестно без своего супруга, так что я решил остаться с ней. Тем более, что тут ничем не хуже, чем там, откуда я вернулся. — Мне так жаль, - в знак поддержки неуверенно накрыл чужую ладонь Феликс. — Не стоит, прошло уже с полгода, я отпустил это. А как у вас родители поживают? Живы, здоровы? - поинтересовался Со, стараясь не двигать рукой, чтобы не спугнуть младшего. — С ними всë чудесно, даже чересчур, я бы сказал. Но это хорошо, - улыбнулся Ëнбок, оглядывая вид с балкона и подмечая пруд в саду Хванов.       Летом, когда было нестерпимо жарко, они сбрасывали с себя лоскуты дорогущей одежды, аккуратно снимали изящные мужские туфли и, уже ничем не отличаясь от всех остальных людей, сорвав с себя на время всë, что их внешне связывало с высшим слоем общества, прыгали в воду, начиная плескаться как малые дети. В такие моменты Ëнбока обычно переполняли особенные, непередаваемые словами чувства, а в голове появлялось осознание, что, фактически, они все равны перед Богом, который каждого человека создавал вот так, без статуса. Если бы только остальные люди могли это понять. — Как вы смотрите на прогулку по саду? Предупрежу, что переживать не стоит, мой дорогой друг позволяет мне туда ходить, когда мне будет угодно, - предложил Ли, оторвавшись от приятных воспоминаний. — Ну, - Чанбин наконец подхватил кисть, лежащую до этого поверх его руки, и оставил нежный поцелуй на тыльной стороне ладони младшего, - раз уж вы предлагаете, я не могу отказаться.       Следующие пару часов они провели у небольшого водоëма, войдя в него по колени и стараясь обрызгать друг друга. Прохладные капли попали на лица юношей. Это заметил Феликс и, приблизившись почти вплотную к Со, стëр влажными ладонями белила с чужого лица, оставляя разводы краски и стекающие по подбородку человека, который смог зажечь в его сердце непотухающее пламя, капли воды, смешанные со светлой краской. Глаза устремились друг к другу, замëрзшие губы обдавало горячим дыханием, и непонятно, кто это начал, и в какой конкретно момент это произошло, однако в конце концов их уста встретились в трепетном поцелуе, в который они вложили всë то нетерпение, что таилось в них весь вечер. Мокрые ладони Ëнбока с остатками белил легли на талию старшего, совсем не жалея и бессовестно пачкая роскошный костюм, в то время как сухие, однако холодные, пальцы Чанбина вплелись в чужие пряди, изредка потягивая их. Когда уже начало сводить шею, Феликсу пришлось оторваться, не отводя взгляда от чужих затягивающих тëмных омутов, в которых блекло отражались звëзды. Проследив за направлением зрачков Со, Ли в восторге застыл на пару секунд. По небу скользнула падающая звезда, словно чиркнули пером. — Звезда, прошу, исполни моë желание, я хочу, чтобы это была далеко не последняя наша встреча, - с мольбой прошептал Чанбин, ловя чужое удивление и оставляя короткий, неловкий поцелуй в уголке губ Ëнбока. — Я тоже прошу, звезда. Очень.