The Good Doctor

Сириус рассмеялся и взъерошил волосы Гарри. — Ты снова выиграл, Сохатик! — Я всегда выигрываю у тебя, дядя Бродяга! Тебе нужно научиться играть лучше, — трёхлетний паренёк от переизбытка чувств подпрыгивал на месте, размахивая телефоном крёстного. — Я постараюсь больше тренироваться. Сириусу, конечно, было весело играть с крестником в игру на телефоне, но он уже начинал терять терпение. Он всегда был рад присмотреть за малышом, и сегодняшний день не был исключением, но сейчас они уже больше 20 минут сидели в маленьком кабинете в ожидании доктора, который должен был осмотреть Гарри. Родители малыша уехали отметить День Святого Валентина вдвоем, и Сириус запланировал для них с крестником очень веселые выходные, так что ему совсем не хотелось проводить в кабинете педиатра больше времени, чем требуется для простого осмотра.  Наконец дверь открылась, и высокий мужчина, который, судя по белому халату, был педиатром Гарри, вошел в кабинет, перелистывая карту. Когда доктор поднял глаза на посетителей и на его красивом лице появилась широкая улыбка, у Сириуса перехватило дыхание. Блэк знал, что у него есть определенный типаж, и этот мужчина соответствовал всем пунктам его списка. Высокий и широкоплечий, но худой, с темно-русыми кудрями, спадающими копной на лоб, теплыми зелеными глазами, немного кривой улыбкой, от которой что-то сжималось в животе, и россыпью веснушек на слегка слишком большом носу. Сириус встряхнул головой, пытаясь напомнить себе, что он здесь ради своего крестника, а не ради своего либидо, а, значит, пускать слюни на педиатра не лучшая идея. — Привет, Гарри, как ты сегодня? — доктор положил карту на ближайший стол и подошел к ним. Мальчик прищурился. — Я чувствую себя хорошо. Это значит никаких уколов, да? — Посмотрим, Гарри, — доктор улыбнулся ему и повернулся к мужчине, — я вижу в карте, что вы крестный отец Гарри, верно? Сириус улыбнулся и протянул руку. —Да, Сириус Блэк. Доктор пожал его руку, и у Сириуса снова перехватило дыхание: словно бы электрический разряд прошел через все его тело от этого прикосновения. Он заметил, как доктор прикусил губу и бросил короткий взгляд вниз на их все еще соединенные руки, прежде чем разорвать рукопожатие. «Он наверняка тоже это почувствовал», – пришло в голову Сириусу. —Приятно познакомиться, я Доктор Люпин, — после секундной заминки ответил педиатр и наклонился к ребенку, — Гарри, ты не против, если я осмотрю тебя? Я просто хочу убедиться, что ты правильно растешь и что ты так же здоров, как выглядишь.  Мальчик кивнул, и доктор приступил к осмотру, продолжив разговаривать с ним.  — А где твои мама и папа, Гарри? — Они поехали в… ромашковое шествие. Детям туда нельзя, — Гарри нахмурился. — Романтическое путешествие, Сохатик, — рассмеялся Сириус. — Джеймс наконец смог убедить Лили уехать на День Святого Валентина, это их первый праздник только вдвоем с тех пор, как родился Гарри, — объяснил он доктору Люпину, — Лили не хотела пропускать осмотр Гарри, но я убедил ее, что смогу сводить его сам, так как все равно присматриваю за ним на этих выходных. — Мне нравится оставаться с дядей Бродягой. Он разрешает мне есть мороженое и поздно ложиться спать! — радостно болтая ногами, воскликнул Гарри. — О, неужели? — хмыкнул доктор Люпин, беря в руки отоскоп, чтобы осмотреть уши мальчика. — Тсс, Сохатик, это должно было быть нашим секретом! — Сохатик и дядя Бродяга? Достаточно странные прозвища, — доктор усмехнулся, оглядываясь на Сириуса. — Остались со времен учебы в университете, — закатил глаза Сириус. — Мы с Джеймсом, отцом Гарри и по совместительству моим лучшим другом, тогда называли друга друга «Сохатый» и «Бродяга». Не могу рассказать, как мы заработали эти прозвища, это секрет, который я поклялся унести с собой в могилу. — Звучит как очень интересная история. Сириус улыбнулся и слегка прищурился. — О, я очень интересный, доктор Люпин. Доктор издал короткий смешок и медленно оценивающе оглядел Сириуса: кожаные высокие ботинки, узкие джинсы, мотоциклетная куртка, подчеркивающая широкие плечи, и длинные чёрные волосы, собранные в пучок на затылке.  — Я это заметил. Сириус встретился взглядом с зелеными глазами Люпина и облизнул губы.  — Вы и сами кажетесь довольно интересным, док. Вы слишком молоды для педиатра. Ваша жена не возражает против того, что вы так много работаете? Доктор Люпин прикусил губу, пытаясь скрыть улыбку, и посветил фонариком в глаза Гарри, не торопясь отвечать. — Это вы так спрашиваете, не женат ли я, мистер Блэк? Не очень-то изящный способ, — наконец сказал он. — О, вы просто еще не знаете, насколько изящным я могу быть, доктор Люпин — подмигнул ему Сириус. Педиатр взглянул на Гарри.   — Твой крестный всегда такой? — Мама говорит, что дядя Бродяга флиртовал бы и со стеной, если бы посчитал ее достаточно красивой, — кивнул малыш, все еще держа глаза широко открытыми. Доктор Люпин рассмеялся, и Сириус со вздохом провел рукой по лицу.  — Большое спасибо, Сохатик. Не могу дождаться разговора об этом всем с твоей дорогой мамой. Доктор, продолжая посмеиваться, попросил Гарри прикрыть один глаз. — Гарри, ты можешь прочитать для меня буквы на стене? Мальчик назвал верхние буквы, а затем, прищурившись, попытался прочитать еще несколько, но, как ни старался, не смог. — Так, мистер Блэк, я думаю, Гарри придется посетить окулиста, потому что ему скорее всего потребуются очки. Сириус погладил мальчика по голове. — Как ты смотришь на то, чтобы стать еще более похожим на своего отца, Гарри? Знаешь, в очках ты будешь выглядеть очень круто. — Я не против. Это поможет мне лучше видеть? — пожал плечами Гарри. — Да, это поможет. И твой крестный прав, ты будешь очень круто смотреться в очках, — кивнул педиатр. Гарри наклонился к нему и, с таким выражением лица, как будто собирался поделиться со своим врачом главной тайной Вселенной, торжественно прошептал: — Доктор Люпин, мама говорит, что мы никогда не должны говорить дяде Бродяге, что он прав, потому что от этого его мнение о себе перестает проходить в дверь. Смех доктора разнесся по маленькому кабинету, а Сириус закрыл лицо рукам. — Ауч, Сохатик, я думал, ты любишь меня! У нас с твоей мамой точно будет веселый разговор, когда она вернется. — Я люблю тебя, дядя Бродяга! — очень серьезно сказал Гарри и нахмурился, — и мама тоже. У нее будут проблемы? Сириус не смог сдержать улыбку, видя, как его крестник заволновался, и обнял его. — Нет, у твоей мамы не будет проблем, но, думаю, ты разрушил мои шансы с этим хорошим доктором. — Разве я говорил, что у вас есть шанс, мистер Блэк? Сириус ухмыльнулся, заметив улыбку, промелькнувшую на губах доктора. — Но вы также не сказали, что не одиноки. И меня зовут Сириус. — Хорошо, Сириус. Я свободен, но я не говорил, что я гей, — доктор добродушно закатил глаза.  — Я бы сказал, что то, как вы оглядели меня минут 15 назад, было не совсем гетеросексуально.  — Гарри, я начинаю думать, что твоя мама была права насчет твоего дяди. — Мама всегда права, — кивнул малыш. — О, а это ты подхватил от своего отца, я уверен, — усмехнулся Сириус. Доктор Люпин улыбнулся и покачал головой.  — Я считаю, с Гарри все в порядке, за исключением того, что ему нужно еще раз проверить зрение. Вас или Поттеров беспокоит что-то еще? — Нет, они оба сказали, что думают, что с ним все в порядке, это просто профилактический осмотр в три года, — покачал головой Сириус. — Я думаю, что маленький озорник исключителен во всем, но это всего лишь предвзятое мнение крестного отца. — Кажется, вы двое очень близки. — Дядя Бродяга мой лучший друг, — Гарри посмотрел на крестного так, будто в его глазах он был настоящим героем с развевающимся плащом за плечами. — Ты тоже мой лучший друг, малыш, только не говори папе об этом, — Сириус взъерошил волосы Гарри.  — Вам очень повезло, что вы есть друг у друга, скажу я вам, — доктор улыбнулся, глядя на такую крепкую связь крестного с ребенком, и обратился к малышу, — так, Гарри, у тебя все очень хорошо, но, чтобы мы могли быть уверены, что ты будешь оставаться таким же здоровым и дальше, мы сейчас сделаем тебе две прививки, и потом ты сможешь пойти домой. Как ты думаешь, ты сможешь еще немного побыть храбрым? Гарри надулся, но кивнул. — У меня есть специальные леденцы для мальчиков, которые храбро переносят уколы. Как думаешь, ты с этим справишься? — доктор Люпин взял со стола большую коробку с конфетами и показал их Гарри.  — О, я обожаю леденцы! Я могу быть храбрым! — заверил его Гарри. — А храбрые крестные тоже получают леденцы? — с ухмылкой спросил Сириус. — Уверяю, я люблю хорошо пососать. При этих словах Сириуса доктор, который как раз собирался поставить контейнер на стол, закашлялся, и большая часть леденцов рассыпалась по полу. Доктор Люпин наклонился, чтобы подобрать их, бормоча извинения за свою неуклюжесть, и Сириус прикусил губу, одновременно любуясь его восхитительной задницей и румянцем, окрасившим его щеки. Через полминуты он все же опустился на колени, поднял несколько конфет и протянул их доктору. — Вот. Извините, я не хотел вас смущать. — Нет, все в порядке, вы не смутили. Румянец на лице педиатра противоречил его словам. Он поднял взгляд на Сириуса, а и его зеленые глаза встретились с серыми Блэка. — Тогда, думаю, мне стоит приложить больше усилий, — Сириус изогнул бровь. Доктор со вздохом прикрыл на секунду глаза, покачал головой, открыл глаза и, улыбнувшись, посмотрел на Сириуса, все еще стоявшего на коленях рядом с ним.  — Что вы надеетесь получить всем этим флиртом? — Ваш номер телефона? И, надеюсь, свидание? Доктор Люпин встал и поставил контейнер обратно на стол.  — Вы даже не знаете меня, почему вы хотите сходить на свидание со мной? — Почему? — Сириус встал, недоверчиво глядя на мужчину перед собой. — Так, вы врач, так что вы, очевидно, умны. Вы работаете в педиатрии, поэтому, уверен, вы обаятельны, любите детей и обладаете огромным терпением. Вас позабавили мои жалкие попытки флирта, и вы смеялись над словами Сохатика обо мне, так что у вас, очевидно, хорошее чувство юмора. И я уже упоминал, что вы чертовски хороши собой?  Доктор Люпин, явно удивленный таким подробным ответом, на мгновение уставился на него, а затем прочистил горло.   — Меня зовут Ремус. Сейчас мы сделаем Гарри прививки, а потом посмотрим, заслуживаешь ли ты пососать…леденец. На лице Сириуса промелькнул шок, и доктор Люпин усмехнулся. — О, мы наконец перешли на «ты»? Звучит неплохо, Ремус, — быстро справившись с удивлением, расплылся в широкой улыбке Блэк. Доктор Люпин повернулся к Гарри, терпеливо ожидающему продолжения приема, сидя на смотровом столе.  — Сейчас придет медсестра и сделает тебе уколы, Гарри.  Будь храбрым мальчиком, — он улыбнулся и малышу, и Сириусу и вышел из кабинета. — Дядя Бродяга? — Гарри отвлек Сириуса от мыслей о подтянутой заднице и кривоватой улыбке.  — Что такое, милый?  — Ты подержишь меня за руку, чтобы я мог быть храбрым? — Конечно. Храбрые мальчики могут держать своего крестного за руку, — Сириус улыбнулся крестнику и приобнял его. В кабинет вошла медсестра с подносом и принялась готовить плечи Гарри к уколам, и Сириус ободряюще взял Гарри за руку. — Помни о леденцах, Сохатик. Ты храбрый мальчик, всё закончится через секунду, вот увидишь. Гарри зажмурил глаза и крепко сжал своей маленькой ручкой руку Сириуса, когда медсестра сделала ему первую прививку. Милая женщина одобрительно улыбнулась мальчику, похвалила его и быстро наклеила пластырь с супергероями на место инъекции, прежде чем перейти к другой руке. — Остался всего один, Сохатик. Ты такой молодец! — подбодрил Сириус. Он увидел, как Гарри снова прикрыл глаза перед уколом, и в тот момент, когда медсестра наклеила второй пластырь и все закончилось, Сириус радостно воскликнул: — Ты сделал это, Гарри! Ты такой храбрый! Гарри несмело улыбнулся крестному.  — Я был храбрым, да? Я даже ни разу не заплакал! — Я думаю, что ты самый храбрый мальчик, которого я когда-либо видел, — заверил его Доктор Люпин, заходя в кабинет, — и ты определенно заслужил угощение. Держи, — он протянул контейнер малышу, чтобы тот мог выбрать конфету. — Спасибо, доктор Люпин! — Гарри взволнованно выбрал вишневый леденец и разорвал обертку.  — Ты так заботишься о нем, думаю, ты тоже заслужил, — Ремус протянул контейнер и Сириусу. — Он мой мальчик. Во всяком случае, самое близкое к этому, — Сириус пожал плечами и взял конфету.  — Но все равно он был храбрым благодаря твоей помощи. Я уверен, Поттеры гордились бы тем, как он перенес уколы, большинство детей его возраста рыдают от них. — Джеймс, наверное, плакал бы вместо Гарри, если бы был здесь с ним, — рассмеялся Сириус и отправил в рот леденец. Ремус улыбнулся на это замечание и замер, не в состоянии отвести взгляд, увидев как Сириус медленно облизывает леденец, а затем возвращает его в рот и тут же вытаскивает его обратно только для того, чтобы вновь провести по нему языком.   По шее и лицу доктора пробежал румянец, и Сириус, заметив это, широко улыбнулся и подмигнул ему. — Так что насчет ужина? Ремус прочистил горло. — Ты не сдаешься, да? — Не тогда, когда я чего-то хочу, — улыбка Сириуса стала ещё шире. Ремус со смехом покачал головой, вытащил из кармана визитку и протянул ее Блэку.  — Номер моего мобильного есть на обороте. — Я скоро позвоню тебе, Ремус, — заверил Сириус, засовывая визитку в карман. Ремус, улыбнувшись, кивнул, попрощался с Гарри и направился к двери, чтобы встретить своего следующего пациента, но в последний момент, уже взявшись рукой за ручку, обернулся. — Сириус? — Да? — Надень эту куртку, когда заедешь за мной. Ремус подмигнул ему и вышел за дверь, оставив ее открытой. Довольный смех Сириуса разнесся по коридору вслед за ним.