해커 [HACKER]

Darknet Discord messenger 18 октября 3.25AM Minion: Я хочу сделать заказ. Jinniret: Условия известны? Minion: Предоплата 100%? Jinniret: <номер счета> Да. Причём немедленно. Minion: <Перевод осуществлён>Мы можем теперь обсудить детали? Jinniret: Господин Ким Хонджун, верно? Я в курсе, что Вас интересует. Вся информация по LeeKnowGroup будет предоставлена Вам в мои стандартные сроки. Если Вы желаете отметить что-либо отдельно, я весь внимание. Minion: Малыш, ты профи, насколько мне известно. Ты уже знаешь, что удалённо это дело не провернуть? Придётся вылезти на свет из своей уютной норки. Jinniret: То есть, Вы осведомлены о расположении сервера? 93 этаж? Minion: Бинго, котёночек. Более того, там сейф с биометрическим замком и сканером сетчатки. Jinniret: Я принял заказ. Вы произвели оплату. Дело будет сделано в течение 10 дней. Minion: И ещё одно. Если Минхо-Хён умрет – оплата удваивается. Jinniret: Я не убиваю за деньги, господин Ким. Так или иначе он умрет. Minion: Ему придётся увидеть тебя? Как мило. Свидетели не выживают.

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

      Ощущение нереальности происходящего как будто затопило комнату. Картинка из сна или же старого кинофильма. Возможно, это просто ароматный сигаретный дым и приглушённый мягкий свет. Наваждение. Мечта. Нептун на асценденте со стороны двенадцатого дома. Его выдало мягкое свечение ангельского нимба и глубина бездонных глаз. Гипнотическая внешность. Невозможность сфокусироваться. Все плывет и замедляется. Реальность растворяется во сне. Таком прекрасном, что не захочешь просыпаться. Одеревеневшие в напряжении мышцы расслабляются. По венам растекается тепло и возбуждение. Не острое и болезненное, скручивающее узлом нутро, а тягучее и сладкое, словно мёд… — Это неправильно… Это какая-то нелепая ошибка. Послушайте, — голос высокий и чистый, но мягкий и спокойный. — Вы что-то явно перепутали. Я ничего плохого не сделал. Вы, очевидно, приняли меня за другого человека. В правом кармане куртки у меня есть документы. Я студент университета Корё. Мой отец прокурор. Какая кража данных? Я половины сказанного даже не понял… Эй. Вы меня слушаете вообще?.. — на мгновение показалось, будто пухлые губы обиженно надулись.       Ли Минхо потушил сигарету и, словно избавляясь от морока, провёл рукой перед лицом, разгоняя дым. Наркотрафик – это его бизнес уже на протяжении многих лет. Он наркобарон этого неонового города. Повелитель заблудших в сладком забытие миллионов, проданных за дозу душ. Он ни разу сам не принимал эту дрянь. Но сейчас его словно отравили. Реальность ускользает от него. Он силится собрать свои мысли и волю, но молчание явно затянулось и висит в воздухе свинцовой тучей. — Проверьте карманы, — наконец кивает он двум бугаям-охранникам.       В огромном роскошном кабинете руководителя и владельца компании LKGroup на 93 этаже главного здания сейчас находятся четверо. Ли Минхо, для общественности честный бизнесмен, меценат, владелец фармацевтической компании, на деле же – человек, курирующий всю наркоторговлю Южной Кореи. Он стоит, оперевшись на массивный стол из красного дерева, и смотрит на человека, стоящего на коленях перед ним. Двое громил стоят тут же, на почтительном расстоянии от босса, готовые к любому приказу. Минхо крутит в руках студенческий билет университета Корё. Легко ли подделать подобный документ? Да, даже если бы он был настоящим. Разве это на что-то влияет? — Мы всегда не те, за кого себя выдаем, — Минхо кидает документ обратно парню, сидящему на полу. — Ты влип, студент. Связался не с теми людьми. И, возможно, не понимаешь до конца всей степени опасности. Верни то, что взял и просто сядешь. Раз твой папаша прокурор, то как-нибудь отмажет чадо. Разойдёмся полюбовно. Я сегодня в хорошем настроении. Несмотря на испорченный праздник.       Парень не видит, как невозмутимые лица охранников за его спиной вытягиваются в немом изумлении. У босса выдалась не лучшая неделя. Сперва кто-то опустошил все трасты на Панаме, деньги от незаконного оборота наркотиков, за три последних года, просто испарились в воздухе. Затем один за другим упали все официальные сервера компании, практически остановив ее деятельность на двое суток. Сумасшедшие убытки и пятно на репутации. Но буквально сегодня с утра были украдены данные лабораторных исследований по разработке новых теплозащитных материалов, которые проводила LKGroup по заказу правительства и Министерства обороны. Данные секретные. Сообщить об этом руководителю в день его рождения боялся даже его доверенное лицо и правая рука Хан Джисон. Единственной приятной новостью было то, что похоже группе программистов, уже несколько дней не вылезающих из-за компов, всё-таки удалось вычислить того, кто устроил Ли Минхо предпраздничный марафон неприятностей. Сперва все думали, что это группа иностранных хакеров. Слишком профессионально сработано. Чисто. Слишком чисто. Но после кражи данных из лаборатории внезапно всплыл ip адрес в домене onion. Darknet. Благоговейный шёпот пронёсся среди уставших от недосыпа программеров. Это Принц… — Я безмерно добр сейчас. По хуй знает какой причине. Даже повторю ещё раз для тупых, — Минхо с силой потёр переносицу, закрывая глаза на мгновение. — Верни деньги, и главное – данные исследований. Проект «Лаванда» - правительственный заказ. Это более, чем серьезно. Это пожизненный срок. Я нянчусь тут с тобой по доброте душевной. А мог бы просто сдать властям и вернуться на банкет. На крыше здания сейчас, бля, вечеринка года. Толпа моделей и актрис, и наверняка твой папаша прокурор, на пару с мэром, в ожидании допуска к лизанию моего драгоценного зада. — Я не понимаю, о чем Вы, — голос дрожал.       Минхо знал, что он увидит, встретив взгляд парня. Он думал, что сдюжит. Но. Три господа бога душу мать колумба христофора бабушку в лысый череп… Дыхание остановилось. На коленях стоял ангел с глазами, полными бриллиантовых слез. Его бледные руки с длинными пальцами художника откровенно тряслись. Плечи опущены. Шея беззащитно открыта. Кадык дергается. Его длинные светло-розовые волосы падают на влажный лоб. Его лицо… Минхо видел множество красивых людей. Мужчин и женщин. Но это лицо. Оно вводило в транс. Гипнотизировало. Притягивало настолько сильно, что это пугало. Хотелось смотреть, не отрываясь. Внешность, на которую можно было подсесть. Фея дурмана. Никто не должен видеть ее лица. Иначе сладкий яд красоты навсегда отравит жизнь того, кто на это осмелится.       Минхо сделал шаг и протянул руку. Краем глаза он заметил, как напряглись охранники. В мозгу набатом било 《опасность》. Он замер, не отрывая глаз. Красивые губы ангела изогнулись в болезненном изломе, выпуская легкий вздох. Влажные ресницы задрожали, и сияющие слезы покатились градом по бледным щекам. Кожа будто влажный мрамор. Молочно-белая и словно прозрачная. Наверняка такая же холодная и гладкая. Рука Минхо сама легла на мраморную щеку. Он закусил губу, растворяясь в ощущениях. Всё так. Нежная прохлада благородного камня… Если зрительный контакт завораживал, тормозил реакции, останавливал время и размывал пространство, то физический просто утягивал на дно. Минхо почувствовал себя в центре водоворота непреодолимой силы. Красная лампочка 《опасность》вспыхнула и перегорела с противным шипением. Три.       Ангел распрямляется в полный рост резко, словно пружина. Он немного выше Минхо. Глаза — ярко-синий огонь. Красивые губы — усмешка дьявола. Все мы не те, кем кажемся. Два.       Сильные руки. Удивительно сильные. Такие гибкие тонкие пальцы, гладкие ногти с полумесяцами — лунками. Ребро ладони бьет Минхо в районе ключицы, разрывая дыхание. Пистолет, который Минхо всегда носит с собой, вырывают из кобуры. Один.        Минхо падает в объятия парня, прижимающего его к груди сильной жилистой рукой. Они разворачиваются. Ангел танцует с живой марионеткой причудливый танец смерти. Два выстрела и охранники на полу с пробитыми глазницами. В правую и левую. Четко. Ноль.       Последний выстрел в упор. Легкое пробито. Минхо, распахнув глаза, смотрит на своего убийцу почти влюблённым взглядом. Так смотрят на пике оргазма, умирая от наслаждения. С немым вопросом и бесконечной нежностью. — Мне нужны твои глаза, Минхо-Хён, — почти интимно шепчет парень. — Всё скоро закончится, потерпи немного.       В один миг всё проясняется в помутившемся сознании. Этот человек должен был прийти сюда. Его не вычислили и не поймали. Он бросил наживку, оставил след и попал в кабинет Минхо просто и без напряга. Ему нужно было оказаться здесь, именно с самим владельцем LKGroup. Иначе сейф не открыть. Минхо захрипел. Кипящая ярость заливала кровью его покалеченное легкое, обжигала горло, вырывалась изо рта смертельно красным вином, пачкая подбородок, капая на белоснежную рубашку от Гуччи. — Глупец, — только и смог прошипеть он. Глупец, глупец, глупец, стучало в голове, разрывая череп. Он пытался сопротивляться, когда его тащили к двери. Пытался зажмуриться, когда его сетчатку сканировали. И бессильно упал на пол, когда его ударили в лицо рукояткой пистолета, рассекая бровь. Кровь мгновенно залила глаза, и сквозь алое марево Минхо беспомощно смотрел, как парень заходит в комнату, где находится главный сервер. Теперь понятно, зачем он здесь и кто его послал. Он пришёл не за главой LKGroup, он пришёл за королем наркотрафика Кореи, чтобы свергнуть его с трона и убить… Звон разбитого стёкла взорвался в сознании Минхо, вонзаясь в мозг. Он с трудом открыл глаза. Ресницы слиплись от подсохшей крови. Дыхание било по рёбрам изнутри. Вдох-удар, выдох-удар, нокаут. Огромное панорамное окно кабинета было разбито вдребезги. Ночной ветер ворвался в помещение, разбавляя металлический тяжелый запах крови. И запах чего-то ещё. Терпкий, искусственный, такой знакомый. Бензин. Минхо дернулся. И тут же затих, пронзенный молнией боли. Пацан залил тут всё бензином и разбил окно? Зачем? Оглушающий шум лопастей вертолета легко ответил на этот вопрос. Минхо усмехнулся кровавым ртом, не отрываясь, глядя на прекрасного принца, пристегивающего карабины на грудную перемычку и поясной обхват подвесной системы. С вертолета, зависшего над девяносто третьим этажом, к нему тянулись толстые парашютные ремни.       Минхо поймал себя на дикой мысли, что ждёт последний взгляд. И он его получил. Ветер нещадно трепал длинные волосы. Нежное лицо теперь было холодным, но все так же безупречным. А глаза. Глаза прожигали ледяным огнём. Мимолетным, случайным жестом парень облизал красивые губы, дрогнувшие в сумасшедшей ухмылке демона. Щелчок пьезоэлемента и языки пламени взвились, раздуваемые ветром, вокруг стройной фигуры, шагающей в окно. Ещё секунда, и огненный ад поглотит Минхо. Он, не отрываясь, смотрит сквозь огонь в черноту за окном. Туда, куда только что ушёл его убийца.

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

Полгода спустя. Чеджу. — Хён? Темнота беспамятства разрывается белизной больничных стен. — Хён. Ты меня слышишь?       Минхо знает этот тихий голос. Такой тёплый и родной. Невольная улыбка рвёт тонкую кожу на высохших губах. Хан Джисон. Друг детства. Иногда Минхо ловил себя на мысли, что чувства к этому человеку нечто большее, нежели дружба или привязанность. Осунувшееся, болезненно-бледное лицо Хана с глубоко залёгшими тенями под глазами, пожалуй, самое прекрасное зрелище сейчас. После черноты последних месяцев это именно то, что Минхо хотел бы видеть. В груди разливается безмерное ощущение теплоты. — Хан, — еле слышно, с трудом разлепив губы. Лицо внезапно обжигает. Раскалённая лава из глаз. Соль на языке. И словно отражение в зеркале такое же заплаканное лицо Джисона. — Хён. Всё хорошо. Всё будет хорошо. Теперь. Всё хорошо.       Хан плачет. От счастья и боли. Его друг жив. Он наконец-то пришёл в себя. Он узнал его. Впереди ещё долгий курс реабилитации. Но главное, что Минхо жив и он рядом. Хан срывается на беззвучную истерику. Впервые за последние долгие месяцы борьбы. Он был сильным и держался. Но сейчас, когда почти все позади, его прорвало. Боль хлынула из него потоками слез и тремором всего тела. Его колотило и выворачивало. Душа стряхивала с тела чудовищное напряжение неопределенности.       Прошла неделя с того дня, как Минхо очнулся. Он сидел на кровати в просторной и светлой больничной палате, больше похожей на номер в хорошем отеле. За распахнутым окном мерно шумело море. Соленый воздух приятно щекотал ноздри. Уже апрель, и солнце потихоньку пригревает. Минхо уже знал, что они на острове Чеджу, в частной клинике, куда его привёз Джисон сразу после реанимации. Минхо почти не помнил ничего за последние полгода. Ему сказали, что он был в коме и не приходил в сознание почти два месяца. Положительная динамика в его состоянии наметилась буквально несколько недель назад. И теперь прогнозы врачей на восстановление вполне оптимистичные. Дыра в легком, руки в ожогах, раздробленные рёбра. Минхо был физически разбит. Дышал с трудом. Сказали, что трубки ему вынули месяц назад. Он страшно похудел-кожа да кости. Волосы и брови отросли уже, хотя ему сказали, что при поступлении в клинику у него из-за пожара не было ни волос, ни бровей, ни ресниц. Лицо почти не пострадало. Был сильный ожог с правой стороны, но врач заявил о возможности пересадки кожи. Минхо было всё равно. Шрамы и ожоги не смущали его совершенно… — Морской воздух полезен для легких. Знаешь, — Джисон смотрел в окно на бесконечную синюю гладь, — останемся тут навсегда? Я куплю нам домик на берегу. Будем есть крабов и отмокать в горячих источниках по выходным. Он боялся смотреть в лицо друга. Но знал, что этот момент настанет. Что ж. Так тому и быть. Хан обернулся и встретил его взгляд. Минхо худой, изнеможденный, не похожий сам на себя, словно тень человека. Но в его глазах сталь. Джисон слишком хорошо знал его. Этот тяжелый взгляд, отливающий металлом, означал лишь одно. Решимость. — Ким Хонджун послал ко мне этого парня. Я прав? — голос Минхо был тих, но твёрд. Джисон вздохнул и мотнул головой. — Точно никто не знает. Доказательств нет. Записи с камер наблюдения исчезли. Само собой, это Хонджун. Он теперь во главе. Сеул принадлежит ему. Пак Сонхва отхватил себе порты. Аппетиты у его ушлого фаворита просто космические. Не был бы он таким тупым отморозком, давно бы уже грохнул Кима. — Джисон усмехнулся. — Благо без Хонджуна у Сонхва не хватит мозгов удержать власть дольше часа. Так что, сам понимаешь, в Сеуле нам теперь делать нечего. Лучше было бы вообще уехать из Кореи. — Я убью их обоих, — Минхо сказал это так, словно спросил, который час. Его, казалось, не волновало, кто занял его место и распоряжается теперь всем, чем он раньше владел. — Тот, кого Хонджун послал ко мне. Кто этот парень? Ты узнавал о нем? Джисон внимательно наблюдал за Минхо. Тот едва пришёл в себя, но уже из глубины поднимала голову его былая сила. Дух сломить не удалось. Таких людей надо добивать наверняка, иначе они легко вернуться с того света и заберут у вас всё, чем вы дорожите. — Его называют Принц Даркнета. Или просто Принц. Этот человек-хакер. Способен достать любую информацию, любые данные. Его ценник — миллион долларов. За десять дней он выполнит всё, что ему поручат. Единственное условие — это то, что он ни с кем не контактирует лично. Он не показывает своего лица. Любой, кто его видел, умирает. Вычислить его, если он того не хочет, невозможно. Он своего рода легенда среди программеров и всяких компьютерных гиков. Узнать его личные данные или поймать невозможно. Странно, что он пришёл к тебе сам. — Он не просто пришёл, — Минхо задумчиво смотрел, как ветер колышет занавески. — Он кинул нам приманку, а мы повелись. Вычислили ip в каком-то богом забытом кондоминимуме на окраине Сеула и притащили его в главный офис. Мне так не терпелось размозжить ему башку, что я велел привести его в свой кабинет. Бросил гостей на вечеринке и спустился на 93й этаж, предвкушая старый добрый мордобой. Хотел ему лично все зубы выбить. Так чесались руки… — И что же тебе помешало? М? — Джисон скривил губы в ухмылке. — Пожалел мальчика? Или он расплакался, и у тебя сразу встал? Надо было сперва бить, а потом вопросы задавать. Минхо бесшумно рассмеялся. Смех причинял боль в груди. — Я не знаю, смогу ли ударить его даже сейчас, если вдруг нам случится пересечься. А тогда, в кабинете я вообще впал в невменяемое состояние. Я словно что-то принял. Знаешь. Я не чувствовал реальности. Словно мир потерял четкость. Словно я смотрел на все сквозь залитое дождем стекло. И да. Ты прав. Он пустил слезу, и у меня едва штаны не разорвались. Он стоял на коленях и плакал. Я сказал, что если он вернёт деньги и данные, то я просто сдам его властям, и он отделается легким испугом. Я сам от себя ахуел. Любого другого я бы пытал до смерти прям там, на месте. Но его я смог всего лишь погладить по щеке… Его кожа была такой холодной… Джисон не верил своим ушам. Это кто-то другой. Это не его друг. Минхо подменили. Он нёс откровенный бред. — Что с тобой не так? Что не так с тем парнем? Почему ты так говоришь о нем? Он скрывает своё лицо, потому что с ним что-то не то. Или что? — С ним определенно что-то не так, — Минхо прикрыл глаза. — Он не человек. — В каком смысле? — Он фея дурмана. На него нельзя смотреть. Он правильно делает, что прячется. Ему следовало бы изуродовать себя, чтобы просто выходить на улицу спокойно. Он настолько красив, что его не забудешь. Внешность очень приметная. Цепляет сразу. Если бы он стал айдолом, ему бы поклонялись, как живому богу. Джисон закусил губу и нахмурился. — Что ты несешь? Надо спросить врачей, может у тебя уже мозг поврежден после всего. Какая на хрен фея? Этот чувак тебя не добил по нелепой случайности. Я выбил дверь кабинета за секунду до того, как там полыхнуло так, что мама не горюй. И вытащил тебя так быстро, как смог. Поэтому ты и сидишь тут, закатив глаза, и почти дрочишь на того, кто пустил в тебя пулю. Минхо смеялся, кривясь от боли. Старый добрый ревнивец Хан. — Ладно. Я вытащу его на свет, и ты сам решишь, на кого похож этот Принц. Может, ты тоже вздрочнешь на его прекрасный образ. Джисон фыркнул. — Избавь меня от своих тупых приколов. Нам надо думать о том, как бы нас не обнаружили. Ты в курсе, что нас ищут? Хонджун не получил твой труп и не верит, что ты мёртв. Полиция с ним заодно. Твоя сладкая фея сдала все наши связи с наркотрафиком. На тебя дело завели на хуй знает сколько томов. А мы тут обсуждаем, на кого бы подрочить. Не до этого сейчас. Мы в такой жопе. Что самое время свалить. Хоть в Китай, хоть в Японию. Хоть куда угодно, лишь бы не нашли. — Мы здесь под какими именами? — Минхо улыбался, словно ему было всё равно на то, что он в розыске. — Ты у нас Ли Богом. А я Тан Джеха, твой двоюродный брат. — Легко запомнить. Документы делал сам? — Сам. Не бойся. Если нас до сих пор не нашли, то и не найдут пока что. Если не будем высовываться. Я все базы подчистил. Комар носа не подточит. Но если мы уедем, будет ещё лучше. Давай махнём в Токио? Там отличные клиники. Встанешь на ноги мигом. Взгляд Минхо не предвещал ничего хорошего. — Я знаю, Хан, ты мой единственный друг. Я не посмею рисковать тобой больше. Я должен быть здесь. Я все равно не успокоюсь. Ты же знаешь. Я встану на ноги и побегу. Никто меня не удержит. Ты всегда был моей правой рукой. Ты спас мне жизнь, заботишься обо мне, словно я и правда твой брат. Но если ты хочешь уехать, я не буду против. Я и так тебе обязан слишком многим. Руки Джисона дрожали. Он едва мог держать лицо. — Не смей так со мной говорить. Я не брошу тебя. Мы сдохнем вместе, если так суждено. Но я хочу, чтоб ты знал. Я хочу нормально жить. Хоть тут, хоть где. Согласен. Тут, бля, рыбу удить для тебя и в крестьяне податься. Или свалить с родного берега к япошкам и жрать их безвкусные пудинги до конца жизни. Но тебе это не нужно. Что ж. Пусть так. Я все равно буду рядом. Минхо разрывало от чувств. Грудь сдавливало железным обручем эмоций. Он и так едва дышал от травм. Откинувшись на подушки, он пытался успокоить своё сердце и расслабиться. Конечно, Джисон не бросит, Минхо не сомневался. Просто внезапно почувствовал страх за своего друга. Быть может, и правда есть смысл быть одиночкой на этом опасном пути в никуда. Ведь сейчас он никто. У него нет никакой власти, а состояние своих финансовых возможностей он вообще пока не мог оценить, но понимал, что, скорее всего, у него больше ничего нет. Он не сможет оказать Хану поддержку или спасти его в случае непредвиденных обстоятельств. Скорее, Минхо сам нуждается в помощи сейчас… — Не думай об этом, — Джисон словно читал его мысли. — Я сам за себя в ответе. Это всегда был мой выбор. Я не брошу тебя. Даже не проси об этом. Я все решил. Минхо посмотрел Хану в глаза. — Я знаю. Я просто боюсь. — Я тоже, — ответил Джисон.

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

      С грохотом открыв с ноги дверь, в кабинет вальяжно зашел высокий мужчина в чёрном костюме. Его надменное лицо всем присутствующим хорошо знакомо. На окружающих он смотрит, как на мусор и известен своим несдержанным нравом. На нем военные ботинки, совершенно неподходящие к шикарному костюму, а в руке бейсбольная бита. — Пошли все вон отсюда! — нервно бросил он. Бита летит в дальний угол, а сам мужчина двинулся к рабочему столу в центре кабинета. Десять человек — члены совета директоров и акционеры, в спешке покидали помещение, стараясь не встречаться взглядом с бешеным псом председателя Кима. Последний уходящий, закрывая за собой дверь, мельком видел, как Сонхва бесцеремонно садился на стол напротив хмурого Хонджуна. — Какого хрена ты себе позволяешь? Сколько можно? — Кима трясёт.       Он вцепился побелевшими костяшками пальцев в подлокотники кресла, с трудом удерживая себя от того, чтобы не сорваться на наглеца, рассевшегося прямо перед ним на рабочем столе. Пак Сонхва красивый и сумасшедший. В нем нет ни грамма мягкости. Ни во внешности, ни в характере. Он грубый и резкий, но простой. Ему далеко до манипулятора и интригана Кима. Он делает, что хочет и говорит, что думает. Этим и хорош. Ни одного камня за пазухой, весь как на ладони. — Заебали меня твои переговоры и прочая хуета. Торчишь тут с утра до вечера в кресле Ли Минхо и пиздишь со старпёрами о прибыли. Самого не тошнит? — Пак нервно облизал губы и снял пиджак.       Рванул пуговицы на рубашке, обнажая шею и грудь. Затем расстегнул бриллиантовые запонки и стал заворачивать рукава. Чёрные, как смоль волосы упали на лоб. Из-под непослушной густой челки горели лисьи глаза. Он смотрел на Хонджуна плотоядно и развязно. Как всегда. Голодным взглядом человека, не скрывающего своих желаний. Этот взгляд буквально пригибал к земле, давил оппонента. Люди обычно избегали Пака из-за его излишне доминантной природы, но только не Хонджун. У Кима подгибались ноги от желания, когда на него смотрели так откровенно. Его самого все вокруг боялись, а вот Сонхва нет. Сонхва вообще ничего и никого не боялся, потому что был отбитым на всю голову человеком без страха. На том и сошлись. Каждый был самим собой и получал, что хотел в этой странной связи двух максимально не похожих людей. Ким шумно вздохнул. Хуй с ним. Всё равно разговоры между ними никогда не приводили ни к чему хорошему. Конструктивное сотрудничество для них начиналось там, где слова заканчивались, и нужно было просто делать то, что требуется, или то, чего так сильно хочешь. Ким протянул свою руку, позволяя поднять себя с места и притянуть в объятия. Сонхва прижал его к себе, обнимая руками и ногами, словно желая змеёй обвиться вокруг тела своего любовника и слиться с ним в одно целое как можно скорее. — Инчхон вроде так близко и в то же время так далеко, — Сонхва жарко дышал Хонджуну в шею, шаря руками по его телу. — Не думал, что буду так сильно скучать и беситься, занимаясь портом. Всего-то полчаса езды. А я уже схожу с ума. И подумываю о том, чтобы всё бросить. Хонджун тихо засмеялся. — Ты так хотел быть там главным. Я не мог тебе отказать. Ты сам не знаешь, чего хочешь. — Тебя.       Горячие влажные губы приникли к чужим, заставляя забыть обо всем прочем, вовлекая в долгий глубокий поцелуй. Пак всегда закрывал глаза, целуясь. Словно подросток. Выключая для себя весь окружающий мир. Не желая видеть и чувствовать никого, кроме своего любовника. Хонджун терял голову от такой отдачи. Сам он редко отпускал себя, даже в сексе. И немного завидовал той легкости, с которой Сонхва бросался в омут с головой, обнажая свою душу и тело. Это не могло не льстить. И да, это подкупало. И Хонджун каждый раз готов был продаться с потрохами.

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

Kakao Talk 3:15PM Felix: Привет, 👋 Чанни. Я взял билет. Вылетаю завтра ночью. Рейс Сидней-Инчхон, прибытие в 10 утра. Надеюсь, всё в силе, и ты встретишь меня? Chris: Привет, Боки👋. У меня завтра сложный день на службе. Но ты не волнуйся. Тебя встретят. Я скину контакт человека, который согласился тебя приютить на время. Я обо всем договорился. Felix: Ты как обычно. Весь в делах))). Что за человек? Он знает английский? Ты в курсе, что у меня с корейским туго. Chris: Вот тут есть пара нюансов, которые нам не мешало бы обсудить заранее. Но лучше поздно, чем никогда)). Этот человек английский практически не знает. И он отдельно попросил как можно меньше контактировать с ним. Он живет на огромной вилле и согласен предоставить тебе целый этаж безвозмездно. Единственное условие – не пересекаться с ним. Только в случае крайней необходимости и четко по делу. Встретить тебя в аэропорту он согласился после долгих уговоров. Но я думаю, вы подружитесь. Ты ведь солнышко ☀️, растопишь любое ледяное сердце. Так что удачи и напиши мне, как приедешь и устроишься. В выходные выберемся в город и отметим твой приезд.😉 Felix: Отлично)). Друг называется. Подсовываешь мне какого-то чокнутого затворника. Chris: Зато с шикарной виллой😉. Уверен, ты оценишь степень комфорта богатой жизни. Felix: Это твой знакомый? Chris: Скорее коллега. Felix: Он тоже полицейский??? Я думал, вы средний класс. Откуда богатая жизнь?))) Chris: Нееее)). Он не работает в полиции. Он помогает лично мне. И не имеет отношения к нашему управлению. Частное лицо. Не бери в голову. Лучше вообще не интересуйся его деятельностью. Felix: Как всё загадочно)). Ладно. Храни свои секреты. А как я его узнаю в аэропорту? Скинь мне хотя бы его фото и номер. Chris: +82102467@@@@ Его зовут Хван Хенджин, а вот фото выслать не могу. Но ты не волнуйся. Он сам найдёт тебя. И скорее всего, он будет в маске, очках и безразмерной панаме 😂. Так что лица разглядеть невозможно. Он всегда так ходит. Felix: Стесняшка, затворник, богач. Ок. Приметы записал. Постараюсь найти кого-то похожего))). Chris: Я серьезно. Не парься. Хенджин тебя сам найдёт. Он знает, как ты выглядишь. Я показывал ему наши общие фотки. Он сказал, что узнает тебя, особенно если ты улыбнёшься)). Felix: Договорились. Буду стоять в аэропорту и улыбаться, как дурак.

ⵈ━══════╗◊╔══════━ⵈ

      Улыбаться, как дурак, не пришлось. Едва выйдя в зал прилёта и получив свой багаж, Феликс увидел высокую стройную фигуру человека в огромной панаме, солнечных очках Balenciaga на пол-лица и чёрной маске. Одет он был в свободные джинсы и чёрное худи. Казалось, вещи велики ему минимум на три размера. Пружинящей походкой он шёл прямо на Феликса. Действительно, не стоило волноваться. Феликс хмыкнул. Его сразу же нашли. — Привет, — из безразмерного рукава вынырнула бледная рука с длинными красивыми пальцами. — Идём? Моя машина на стоянке, тут недалеко. Хенджин говорил на корейском, но Феликс примерно понял слова «привет» и «машина». Он улыбнулся и пожал прохладную ладонь, возможно, немного дольше, чем положено. — Меня зовут Ли Феликс. А ты Хенджин, — сказал он, глядя на своё отражение в темных очках. Хенджин едва заметно вздрогнул. Феликс знал, как люди реагируют, когда слышат его. Его милая внешность совсем не соответствует его глубокому бархатному басу, и все постоянно удивляются этому. — Хенджин, — парень кивнул и потянулся к чемодану Феликса.       Феликс счастливо улыбнулся. Не так уж плох этот стеснительный чувак. Помогает с багажом, вежливый. Пока он семенил за Хенджином к машине, мысли в его голове сменяли одна другую. Почему он прячет лицо и одет, будто завернут в вещи огромного размера? Словно прячется целиком. Может у него что-то с внешностью? Из-за этого он не хочет пересекаться? Вдруг у него какой-то физический дефект, и люди своими липкими взглядами ранят его? Феликс закусил губу. Его доброе сердце уже разрывалось от картины, нарисованной воображением. Несчастный уродливый миллионер прячется от мира, зная, что его никто не полюбит без денег. Разочарованный и замкнутый. Ну ничего, Феликс его спасёт от одиночества. Станет ему другом и научит любить себя, не смотря ни на что. Внешность не главное, в конце концов. Углубившись в себя, Феликс не заметил, как Хенджин остановился, и со всего размаху влетел тому в спину, ткнувшись носом аккурат между лопаток. Феликс замер. Всего на секунду. Хенджин офигительно пах. Этот аромат Феликс знал хорошо. Le Labo Rose31, шикарный унисекс парфюм, на покупку которого Феликс не решился разориться. Слишком дорого. Он поспешно отпрыгнул от Хенджина и пробормотал: — Извини, пожалуйста. Я задумался. Прости, — Феликс смотрел в пол, сам не понимая, отчего он так растерялся. От запаха, скорее всего. Или от собственных мыслей.       Хенджин ничего не сказал. Лишь пожал плечами и махнул рукой в сторону пассажирской двери, приглашая сесть в машину. А сам открыл багажник, чтобы положить чемодан. Феликс вздохнул и поднял взгляд. Машиной Хенджина оказался шикарный Майбах S580 темно-вишневого цвета с кофейными вставками и панорамной крышей. Феликс охнул, не удержавшись, пока обходил автомобиль. Хорошо быть богатым. Усаживаясь в кожаный салон молочно-бежевого цвета, Феликс невольно вспомнил слова Бан Чана. «Уверен, ты оценишь степень комфорта богатой жизни» …       По дороге Феликс сидел тихо, глядя в окно и рассматривая окрестности. Он не был в Сеуле с детства. Практически не помнил города, и ему было интересно. Они быстро покинули Инчхон и влетели в Сеул на полной скорости. Солнце светило вовсю, погода радовала. Ветер свистел, врываясь в открытое окно автомобиля. Хенджин молчал. Не слушал музыку и ни о чем не спрашивал. Он снял огромные очки и смотрел внимательно на дорогу. Ехал аккуратно, но быстро. Держал руль уверенно. Феликс ощущал себя необъяснимо спокойно. Словно этот почти незнакомый ему человек, его старый друг. Никакого дискомфорта. Что с Феликсом случалось редко. Он долго привыкал к людям. А сейчас вдруг внезапно расслабился и словно плыл, доверившись рулевому. Он смотрел на небо, впитывал солнце и, казалось, неслышно мурлыкал себе под нос, не замечая, как Хенджин урывками разглядывает его, и веселые морщинки возле глаз выдают его улыбку, скрытую под маской.       Они пронеслись по центру Сеула мимо стеклянных небоскребов, шикарных витрин и дорогих ресторанов, въехали на мост через Ханган, и спустя некоторое время урбанистический пейзаж сменился на частный сектор. Сперва уютные домики и богатые виллы были словно прижаты друг к другу, а затем стали попадаться все реже и реже. Постепенно за окнами стал мелькать лишь зелёный лес, залитый солнцем. Наконец, Хенджин снизил скорость, и они медленно въехали на территорию огромной виллы в стиле хай-тек. Белая коробка с громадными окнами. Стекло и бетон. Вокруг только лес и тишина. Феликс смотрел во все глаза. Шикарное место. Недалеко от центра. По подсчетам Феликса, не больше 20ти минут. И в то же время, словно на своём отдельном островке среди зелени. В современных реалиях городских цен на недвижимость — это просто баснословная роскошь. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы это понять. Феликс думал о том, кто же такой этот парень, что так просто пускает к себе в такой дом совершенно незнакомого человека. — Я давно знаю Бан Чана, — голос Хенджина вырвал Феликса из раздумий. — Я ему доверяю. Он ручался за тебя. Поэтому располагайся. Идём, я покажу тебе твой этаж.       Феликс не понял до конца слова Хенджина. Но имя друга узнал. Видимо, Бан Чан поручился за него. Надо будет разведать у него побольше о Хенджине. Они вошли в дом, и Хенджин все также тащил чемодан Феликса. Дом был огромен. Феликс хотел бы знать, живет ли тут кто-то ещё. Есть ли прислуга или Хенджин вызывает клининг и заказывает еду. Но языковой барьер и предупреждение Бан Чана о том, что Хенджин не хочет контактировать по пустякам, накладывали свои ограничения. Может это и к лучшему. Феликс не хотел испортить впечатление о себе лишней болтовней и навязчивостью. Поэтому он просто молча шёл за хозяином дома и тайком вдыхал амбровый аромат влажной розы.       Ему выделили даже не этаж, а целое крыло. По сути, Хенджин жил в правой части дома, а Феликс в левой, на втором этаже. Хенджин, как смог, объяснил, что если что-то нужно, то Феликс может писать ему в какао по любым вопросам. Затем выдал ключ-карту от двери и главных ворот. Указал пальцем на открытый бассейн с южной стороны особняка и широким жестом дал понять, что им можно пользоваться когда угодно. После чего улыбнулся глазами, кивнул и поднял ладонь в прощальном жесте. — Спасибо большое, — Феликс улыбнулся и также поднял руку, повторяя жест Хенджина. Ему почему-то страшно не хотелось оставаться одному в этом шикарном доме.