Она тоже со шрамом...

Близился ноябрь. Выпал снег, и из окон замка местами сквозило. Было тепло в натопленных башнях Гриффиндора, Когтеврана и в уютной гостиной Пуффендуя. Сидя утром за завтраком, сонная и уставшая из-за большого количества домашнего задания Мира получила письмо, перевязанное оранжевой лентой. «Мира, зелье готово. Лечение лучше проводить не в замке. Боюсь мадам Помфри не одобрит мое вмешательство в ее обитель. Я знаю, что у вас в эти выходные будет поход в Хогсмид, могу забрать тебя оттуда. Либо забрать прямо из замка. Лечение займет три дня, Дамблдора я предупредила. Жду ответа. Калисто» Мира пробежала глазами по записке. Оглянулась на Гарри и тут же на этом же листке написала ответ, и передала сове, которая принесла послание. Это была сова-сплюшка с огромными глазами. Та моргнула и взлетела. Гарри, заметив знакомую сову Калисто, подошел к Мире. – Тебе Калисто написала? – спросил он, садясь рядом и приобнимая. – Да, пишет, что зелье готово и что заберет меня на выходные, – ответила она, кладя голову ему на плечо. – Получается, скоро все это закончится? – Да. Надеюсь. Меня, кстати, не будет до вторника. Она написала, что лечение займет три дня. – Хорошо, буду ждать. Утром субботы камин в кабинете Северуса Снегга полыхнул ярко-оранжевым пламенем, и оттуда вышла Калисто. Профессор, в тот момент занимавшийся раскладыванием трав, вздрогнул. – Любишь ты театральность, – буркнул он вместо приветствия. – И тебе здравствуй, – ответила женщина, сегодня одетая в черную мантию с корсетом и глубоким декольте, на правой ключице было видно голову татуировки змеи. Северус глянул на внешний вид женщины и тут же отвел глаза. – Я принесла тебе записи и рецепты зелья для Золотовой, – произнесла она, протягивая ему плотную тетрадь, исписанную почерком в завитушках. – Как обычно без твоей магии всё это бесполезно и невозможно воплотить? – буркнул он и открыл первую страницу. – Не совсем, я постаралась переделать рецепты под твои возможности. Но там возникают проблемы с добычей ингредиентов. Короче посмотришь. Но я не за этим. Мне, нужна помощь, – сказала она и присела на стол. Северус высоко поднял брови и подошел ближе. – Тебе? От меня? – удивленно переспросил он. – Да. После лечения я возможно буду какое-то время не в состоянии сварить даже простейшее зелье, а у меня есть клиенты, которые нуждаются в скоропортящихся. Мог бы, ты в том случае их приготовить? – вкрадчиво спросила она. Мужчина прищурился. – То зелье только активатор и вытолкнет яд и заклятие наружу? Главный ингредиент зелья ты? Опять? Калисто опустила голову. – Да, ты же сам видел, что там творится. А я нашла способ отделить это от нее. Расщепить я это смогу, но только сил уйдет очень много, – пожала она плечами. Он тяжело вздохнул. – Ладно, помогу, – кивнул он. – Благодарю, – кивнула она и направилась к выходу. Он резко выбросил руку, обхватил ее за талию и притянул к себе. Теперь их лица находились в сантиметре друг от друга. И тут резко полыхнуло волной холода. Лицо Калисто, до этого бывшее спокойным, стало каменным и его выражение сменилось на брезгливость, голова змеи словно ожила и, шипя, потянулась к его лицу. По телу Северуса прокатилась волна ледяного воздуха. – Еще раз так сделаешь, пожалеешь – бросила Калисто, оттолкнулась и пошла к выходу. Северус схватился за область между ног. – Не забывай, я ведьма, не только зельевар, – хлопнула она дверью. Мужчина сполз на пол, боль была невыносимой, но не долгой. Выйдя за дверь, Калисто передернула плечами, вздохнула и пошла по коридору в сторону холла, где ее должна была ждать Мира. В доме Сириуса. – Сними верхнюю кофту, белье можешь оставить, – сказала Калисто, когда они вошли в ее лабораторию. Мира разглядывала полки с книгами и баночками. На другой стороне стояли коробочки и разного размера котелки. Под потолком пучками висели травы и разные сушенные части животных и других существ. На столах стояли другие котелки, в некоторых что-то бурлило. В самом углу стоял диван, а рядом кресло. – Сейчас ты выпьешь зелье, и я погружу тебя в сон. Сутки ты будешь спать. Потом начнется стадия заживления. Будешь периодически просыпаться, чтобы поесть, попить и т.д. В понедельник ты будешь в порядке, только очень уставшей, отдохнешь, я понаблюдаю за тобой, а потом отправишься в школу, – проинструктировала Калисто. Мира кивнула и сняла свитер, оставаясь в одном топе. Женщина протянула ей бутылек с ярко-розовой жидкостью, в которой плавали золотые пузырьки. – Выпей все, – добавила она. Мира откупорила крышку и поднесла жидкость к губам, пахнуло смородиной. Она выпила, на вкус это было как смородиновое варенье с грушевым послевкусием. Посмотрела на Калисто, та улыбнулась и указала на диван. – Ложись, зелье получилось обманчивым, сейчас будет больно. И правда, послевкусие пропало, тело начало словном бы гореть. Мира легла набок, так, чтобы шрам был сверху, и прикрыла глаза. Становилось больно. Калисто погладила ее по голове и что-то прошептала, девочку тут же потянуло в сон, и она мгновенно уснула. Женщина встала и посмотрела на нее, вошел Сириус. – Мне лучше остаться тут? – спросил он, глядя на жену. – Нет, лучше не видеть, тебе будет плохо от этого, – прошептала она, обнимая его за шею. – Все будет хорошо? – Надеюсь, – прошептала она, и тут под ее платьем что-то зашевелилось, рисунок головы змеи начал становиться ярче, на нем проступили цвета. – Через 12 часов зайди и унеси меня, а Миру намажь мазью, – кивнула она на стол. Сириус внимательно наблюдал за змеей, которая теперь уже приобрела объем и выползала из платья Калисто. Сириус вошел в комнату спустя 12 часов. Картина, которую он увидел, была ужасна. Змея успела вернуться на тело Калисто, сама женщина лежала в той же позе, в которой он ее оставил, только теперь была очень бледной, губы посинели, все тело было в холодном поту и тряслось. Мира все еще спала, только теперь на месте ее бока была глубокая рана, но она не кровоточила, словно затянутая коркой. Мужчина подошел к жене и коснулся ее, холодная, едва дышит. Его пробил озноб, тут же нахлынули воспоминания шестнадцатилетней давности, когда он нашел ее под мантией невидимкой в разрушенном здании. Она приоткрыла глаза, бледные, словно весь цвет, даваемый огнем, горящем в ней, теперь едва тлел. – Все получилось, – улыбнулась она. Он тяжело вздохнул, решив, что выскажет ей все, что о ней думает, когда она придет в себя. Молча поднял ее и понес в их спальню. Она прижалась к нему и тут же уснула. Сириус донес ее до кровати и уложил, накрыв пледом. Затем вернулся в лабораторию и увидел, что Мира уже просыпается, подошел к ней, чтобы намазать мазью рану. Девушка не него посмотрела и попросила попить. Он призвал ей стакан воды и нанес на рану мазь, она ойкала, но терпела, после чего опять уснула. Он отнес ее в комнату, где летом она жила с Гарри, и вернулся к Калисто. – Милая, может тебе в лес? – ласково дотронулся он до ее плеча. Она покивала и что-то невнятно пробормотала, но при этом ухватилась за его руку и не отпускала. Он снова поднял ее и трансгрессировал в Запретный лес, на границу Хогвартса, донес ее до поляны и, разложив плащ, уложил на снег. Мгновенно она покрылась свечением, словно коконом. К ней стали возвращаться краски, а он сидел рядом и наблюдал. Где-то через полчаса она пошевелилась и открыла глаза. – Будешь сильно ругать? – едва слышно пробормотала она. – Потом, – улыбнулся Сириус и присел поближе, чтобы она могла положить голову ему на колени. Она устроилась поудобнее и прикрыла глаза. – Через полчаса нужно вернуться, – пробормотала она и уснула. Сириус вздохнул. Сколько раз уже было такое, что она лечила друзей, зверей, да кого угодно и оказывалась на грани сама. Но до такой степень это второй раз, и к сожалению, в прошлый раз у них не было возможности попасть на эту поляну. А в подобном состоянии каждая секунда не счету, и чем дольше она находиться в таком состоянии, тем дольше потом восстанавливается. Он вообще подумывал, что надо ей запретить так рисковать, у них ведь будут дети и желательно, чтобы они были в порядке, а как они будут в порядке, если их мать доводит себя до состояния живого трупа. Через полчаса Сириус поднял ее и трансгрессировал обратно. Уложил спать в теплую кровать, покормил Миру, которая как раз проснулась. Так, переходя от одной к другой, прошли следующие сутки. Калисто иногда просыпалась, спрашивала, как там Мира и снова засыпала. Рана у Миры затягивалась, и к утру следующего дня она полностью затянулась, оставив на своем месте только розовое пятно молодой кожи. Девушка проснулась и заявила, что больше не хочет спать, а хочет увидеть Калисто. Но сильно расстроилась, когда узнала, что та чувствует себя не очень. Сириус передал ей, что необходимо еще день соблюдать постельный режим, а потом он ее проводит в Хогвартс. В холле Хогвартса ее встретил Гарри. - Привет ты как? – тут же спросил он как только обнял и поцеловал. - Теперь все хорошо, только я не поняла, что с Калитсо. Сириус ее унес в комнату, и она даже не выходила, - ответила девушка, утыкаясь в грудь Гарри и вдыхая его запах. - Надеюсь все хорошо. Напишу письмо Сириусу завтра, - ответил Гарри. Мира подняла голову и посмотрела ему в глаза. В них играл задорный огонек. - А Выручай-комната свободна? – спросила она и потянулась чтобы поцеловать Гарри в шею. Он прикрыл глаза понимая намек девушки. - Думаю да. - Тогда пошли туда. Я покажу место шрама, - задорно улыбаясь потянула она его. - А тебе точно можно? Вдруг надо подождать, пока окончательно заживет, - забеспокоился Гарри. - Думаю в таком случае Калисто предупредила бы, - отмахнулась Мира и потянула его дальше. Как только за ними закрылась дверь, Выручай-комнаты и Гарри снял мантию невидимку, не успел он еще сложить карту Мародеров, Мира прижалась к нему и потянулась для поцелуя, он ответил, обнял ее за талию, прижал. Она запустила пальцы ему в волосы, взлохмачивая их сильнее чем они уже были. Он спустился поцелуями по щеке к шее, она запрокинула голову подставляя шею под поцелуи. Тяжелое дыхание смешалось. Они начали срывать одежду друг с друга. Гарри покрывал поцелуями каждый открывшейся участок кожи Миры, когда на них остались только брюки, Гарри подхватил Миру за талию, а она обвила ногами его торс. Гарри стал целовать ее грудь, уделяя особое внимание соскам. Мира уткнулась носом ему в волосы и застонала, когда Гарри в очередной раз поймал губами ее сосок. Он подошел к кровати и опустился на нее, теперь Мира сидела на нем. Она ощущала его вставший член и начала двигаться чтобы потереться. Гарри оставил засос у нее на шее, перевернул ее на кровать, чтобы стянуть с них остатки одежды. Она отползла повыше чтобы лежать на подушке, Гарри навис над ней. Мира потянулась для поцелуя и тут же обхватила ногами торс парня прижимая к себе. Он потерся об нее, наблюдая как она выгибается и стонет от удовольствия. Он начал целовать ее в шею, начал спускаться ниже, задержался на груди, а когда дошел до места, где был шрам, обнаружил нежную гладкую кожу, как у только что затянувшегося шрама, чем в прочем она и была. Он аккуратно поцеловал туда, Мира выгнулась, подставляясь под поцелуи. Видимо этот участок кожи был особенно чувствителен. Гарри начал подниматься с поцелуями выше и Мира обхватила его голову руками и притянула к себе, поцеловала в губы. Гарри, отвечая на поцелуи вошел в нее, она выдохнула и прижалась к нему сильнее. Дальше все потонуло в стонах и вздохах удовольствия.