Любят не думая

Огонь. Предсмертные крики. Всё смешалось в сумасшедшей агонии. Тени скользили по крышам и переулкам, сжигая до тла улицы и площади, не оставляя ни следа. И они не оставили шансов маленькой девочке, тихо плачущей под горящим деревом, окружённым пламенем. Языки огня уже лизали её ноги, но рядом никого не было. Ни родных, ни знакомых, ни друзей. Никого. Одна тень прошмыгнула мимо яростного костра и скрылась за ближайшим домом, снова высунулась, внимательно всматриваясь в силуэт плачущей. Тень медленно подходила к палящему огню, но девочка её не видела. Сквозь огонь пробивались яркие рыжие волосы, тело напряжённо до предела. Секунда. Две. Три. Она рванула к плачущей, проходя сквозь пламя, подхватила ту на руки, выскочила и бросилась бежать. Куда? Огонь не знала. Как и не знала Орхидея, в шоковом состоянии свисая с её плеча. Она даже не пробовала задаваться вопросами, ведь не могла попросту думать. - И куда это мы бежим? - перед ними возникла тёмная фигура, - Вас никто не отпускал! - Твоё разрешение не требуется, - буркнула Огонь, усаживаясь на землю спасённую, - Ты ещё скажи, что драться с нами будешь! Раздался смешок, а за ним последовал удар. Огонь рассмеялась. Промах. И ещё. И опять. Она не наносила удары, нет. Её задача была уцелеть и помочь маленькой девочке. Когда противник немного измучался, она быстро закинула к себе на плечо златовласая и кинулась прочь, бросая все силы только на бег. И это была главная её стратегия - сам себе не поможешь, то некому будет помочь другим. Она бежала прочь в густой лес, скрываясь в ночном тумане, подальше от горящей деревни. Это была очередная диверсия, очередной террор со стороны Ночного племени. Они не жалели никого. Дети, старики, женщины погибали, а их главному было всё равно, как на чужие жизни, так и на то, что будет дальше. Пока Огонь бежала, за ней следила пара пронзительно-голубых глаз из темноты. Они сверкнули и скрылись, оставляя за собой морозную дымку и летящие белоснежные волосы. Их обладательница перебегала по сплетённым ветвям, догоняя бегущую вдаль рыжую бестию.

***

- Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! В радиусе пятидесяти метров был сплошной погром. Стены разрушены, перевёрнута и развалена мебель, побиты все вазы, раскиданы все никчёмные картины старшей сестры, порваны фотографии, выбито окно, люстра валялась где-то на улице, посередине всего этого бедлама стоит на редкость низкая девчушка, прожигая всё вокруг своими серыми, как лёд, глазами. Ничего необычного, мы просто наблюдаем картину ревущий Бури. Буквально. А в чём же причина? Ответ прост. Кто-то потерял только что любимого человека, который всю жизнь отдавал ради неё. И из-за какой-то ерунды под названиемт "авария". Вот так бывает. Любишь человека, а вот "бах", и нет его. Нет, он не уехал, не предал. Его просто нет. Так легко и просто рушиться мировоззрение, детские мечты. И кричи, не кричи. Всё одно - нет его. Уже не будет. И Буря это понимала, как никто другой. Знала, что разрухой и слезами ничего не исправить. Знала. Но что можно сделать, если ты любил, но потерял? Всё абсолютно верно. Ничего. Человек бессилен перед смертью. Так было всегда и будет. Это исправить невозможно. Понимала Буря и другое. Её выставят из дома, как ненужный шкаф, в который не уместились все вещи по вине хозяина. Её ненавидит мачеха, а старшая сестра недолюбливает. Типичная история для типичного сюжета. Ничего нового. Просто Буря. Орхидея нетерпеливо переминались с ноги на ногу, жуя очередную порцию конфет. Слева Фирн и Буря настраивали гитары, а Огонь плясала от счастья, ведь здесь было фортепиано. Какие-то мальчишки перед ними исполняли довольно сложную композицию с помощью скрипки, барабанов, какой-то странной ерунды из ударных и того бедного клавишного инструмента в углу. Орхидея в сотый раз думала, что они не пройдут в четверть финала. Слишком много талантливых людей здесь собралось. И всё же они были единственными, кто исполнял столь громкое произведение в рок-стиле. Да ещё и с фортепиано. Жуть. Ужас. И далее по списку. Минуты растягивались, а её нервы уже были на пределе... Раздались апплодисменты. - Перед вами выступила группа "Жизнь-через-века"! - А теперь мы приступаем к финальному выступлению единственной заявленной рок-группы, - пауза протянулась вечность, в которую запихнули неодобрительные выкрики из зала, - Приветствуйте, "Разные жизни"! - Погнали. Под достаточно тихие апплодисменты в зале девочки вышли на сцену. К слову, то это не первое выступление, предыдущие очень грандиозно срывались. Но что сделано, то сделано. Тихая мелодия клавишного инструмента расплылась в воздухе. Огонь начала первая. Златовласая следила за ней, не пропуская ни одного звука, ни одной ноты. Орхидея грандиозно и постепенно вступала в игру, энергии хватало ей не только на это. Огонь остановилась. Впрочем, так и надо. Чёткий ритм барабанов разносился по тихой атмосфере. Он становился всё громче и громче, златовласую трясло от эмоций. Всё также постепенно в её башенный ритм влилась Буря, её подхватила Фирн, а спустя какое-то мгновение подключилась Огонь.

Я объявляю вам войну, Пусть всё будет так. Да, я вновь уйду, Идя во мрак, Идя во мрак.

Пока плавное начало хрустального голоса Фирн шокировала зрителей, к своей партии готовилась Буря, которой предстало пропеть почти всё. И сделать это в лучшем виде.

Вновь усмешки за спиной Не дают себя узнать, Вы следите за собой, Мне нечего терять! Гроза грозой, я ураган! А вам смешно? Мне больно, много ран! Мной быть не грешно! Снова нож, опять капкан, Но я встаю с колен. Я пропускаю вновь удар, Я ненавижу плен!

Орхидея во время игры всматривались в спину подруги, напряжённые плечи которой не давали покоя всей группе.

И это война, это война! Я наношу удар, Совесть мертва, совесть мертва! В мире это пожар! Сгинь, сгинь, сгинь!

И снова куплет достался Фирн.

Я объявляю вам войну, Пусть всё будет так. Да, я вновь уйду, Идя во мрак, Идя во мрак.

И снова перехватывает черноволосая.

И полетят снаряды, И минами поле заросло. По лесу рыщут "Грады", Практикуя ремесло!

Орхидея остановила игру, в следующем миге утихли обе гитары. Остался лишь чистый вокал Бури и мелодия Огонь.

Но верю я, что мир живой. Но жизнь одна, живи собой. И если что-то вдруг не так, И жизнь бьётся об косяк. Верь, война не решение, Верь, война не спасенье...

И снова вступают в бой инструменты. Но на этот раз поют все.

Я объявляю вам войну, Пусть всё будет так. Да, я вновь уйду, Идя во мрак, Идя во мрак.

Резкое затишье, и тихий шёпот:

Вы объявили раньше, И вот наступит час, Не важно, что я младше, Мы всё решим сейчас.

Удар по барабанам, последней аккорд, заключительная нота. Затишье. В зале сидели в немом изумлении... И вдруг всё взорвалось апплодисментами. А где-то на заднем ряду сидела высокая сероволосая девушка с синими глазами, тихо улыбалась и понимала, что очень ошибалась в младшей сестре. И была готова объявить результаты.