Твой идеал оказался не таким, каким ты его ожидал?

Дверь с хлопком закрывается. Все в Академии медленно поворачивают голову. Они знают, кто это… Номер Восемь. — Она снова не в духе? — шепнул Диего — Она всегда не в духе, — так же шепотом сказала Эллисон. — Тише, иначе и нам достанется! — испуганно прошептал Клаус. — Боже, почему вы её боитесь, она же девчонка, что она вам сделает? — спокойно сказал Пятый. Секунда. Руки Пятого пытаются стянуть крепкие нити со своей шеи. — Используешь те же приемы, пора бы придумать что-то новое, — с трудом выговорил он. — Просто девчонка? Просто девчонка?! Значит ты, никчемный старик, который из-за собственной тупости в свои пятьдесят восемь остался в теле тринадцатилетнего! Академия издала лёгкий смешок, но тут же умолкла, заметив гневный взгляд Пятого. Его они боялись не меньше, чем Номер Восемь. — Мэри, милая, отпусти своего брата, — в комнату легкой грациозной походкой вошла Грейс. Она была единственной, кого слушалась Мэри — Номер Восемь. — Да, прости, мам, — тонкие, но удивительно прочные нити, быстро вернулись в руку девушки. Пятый резко вдохнул и выдохнул и начал нервно поправлять свой галстук. — Теряешь хватку, Марье, — Пятый всегда так называл Мэри, когда хотел унизить. — Пятый… Играешь с огнём… — она, уже собирающаяся уходить, медленно развернулась и одарила его гневным взглядом, отчего он попятился. Затем быстрым шагом удалилась. В Академии повисла гробовая тишина. Никто не мог вымолвить и слова. Все прекрасно знали, что одно неверное слово и Номер Пять выйдет из себя. — Как… эм… у вас прошёл день? — попытался начать разговор Лютер, но его перебил грохот из комнаты Мэри. Все поняли, что даже близко к комнате разъярённой девушки лучше не соваться. — Может, мы остановим её, а то мебели в той комнате не останется… — сказал Клаус. — Ты иди, а я туда не ногой, — Диего уже как-то пришлось испытать на себе её гнев. Спойлер: ничем хорошим это не закончилось. Пятый хотел возразить, сказать, что она ничего не может, но он вспомнил, что эта девчонка сделала с его шеей пару минут назад и решил не лезть. — А кто-то хоть знает, почему она такая злая? — решила поинтересоваться Эллисон. Треск. Дверь в комнату Мэри открывается и практически отлетает. Девушка перепрыгивает через перила и выходит из Академии. На улице шёл холодный дождь. Мэри на секунду остановилась. «Может, стоило взять зонт? Хотя… плевать». Прогулка на улице обычно успокаивала, но сейчас только раздражила. Девушка наблюдала за людьми: никто не ходил один, все улыбались, радовались чему-то. «Чему они радуются? Погода ужасная, везде грязно, холодно. Странные.» Она поняла, что единственная ходит в плохом настроении. И это ещё больше злило. Она ненавидит людей. А люди ненавидят её. У неё никогда не было друзей, и она была этому рада. Каждый раз, когда она заводила разговор с людьми, будь то продавец в супермаркете или любой прохожий, просящий подсказать путь, всё шло наперекосяк. Люди казались Мэри слишком глупыми, не понимающими ничего в этом мире. А может она сама чего-то не понимала? Особенно её бесил её брат — Номер Пять. Она пошла в Академию ещё до того, как он решил попутешествовать во времени. «До чего же глупец» Вспоминать о брате не хотелось. Единственный, с кем она могла поговорить, это Диего. Он действительно понимал её! Диего и сам не любил социум. Им было хорошо наедине. Но не долго, они всегда быстро надоедали друг другу. Светофор зажегся. Девушка переходит через дорогу. На миг её ослепляют фары. Она хотела привычным движением руки остановить машину, но что-то пошло не так и она не смогла этого сделать. «Черт»— единственное, о чем она успела подумать.