Восьмой этаж

31 декабря, среда. И вот наступил день, когда вся страна готовится к такому общеизвестному празднику как новый год. Все люди готовят различные салаты, жарят утку, намазывают на хлеб толстый слой икры. Как бы это прискорбно не звучало, но в моей семье совершается то же самое. Моя мама носится по квартире и готовит несколько блюд в одну минуту, мой отчим бегает в магазин, потому что маме не хватает каких-то ингредиентов, я же все это время валяюсь на диване и наблюдаю за всем этим ужасом. — Настя, сходи в магазин за горошком! — воскликнула мама, не в силах больше терпеть мое безделье. — Ладно. Мне это было необходимо. Куда-нибудь смыться, пока в доме кто-нибудь не начал ссору. А это был отличный предлог. Я вышла в подъезд и вызвала лифт. Интересно, на этот новый год мы с мамой поссоримся? Невольно вспоминается прошлый новый год, на котором мы с мамой и отчимом поссорились из-за какой-то хрени. В последствие чего я ушла в свою комнату и заснула под бой курантов. Из-за размышлений я даже не заметила, как рядом со мной встал сосед, который устало засунул руки в карманы. Лифт открылся, и парень, не смотря на меня, зашёл в кабинку. Я следом. Нажав на кнопку первого этажа, мы поехали вниз. Опять мы в одном лифте, вдвоем, едем молча. Интересно, куда он направляется так рано утром. Скорее всего, его тоже отправили в магазин. Когда лифт открылся, я невольно кинула на него взгляд. Его, казалось, не смущало и не раздражало мое присутствие. Владу было просто безразлично. Ну и отлично. Мы вдвоем вышли из подъезда и отправились в одну сторону. Я, не желая идти сзади, быстрым шагом обошла его. Рядом с домом был один единственный магазин, в который, похоже, мы сейчас с ним вдвоем направляемся. Я услышала, как за мной шаги ускоряются, сминая только выпавший белоснежный снег. Да, он меня обогнал и пошел своей излюбленной гордой походкой. Не хочу смотреть на него, поэтому я тоже прибавила шаг, который уже плавно переходил на бег, обогнала его. Я, а точнее мы, уже приближались к магазину. Я уже подходила к маленькой лестнице, которая вела ко входу в магазин. И вдруг знакомый силуэт, который опять меня обогнул и, резко открыв дверь магазина, зашёл внутрь. Признаю, это было ужасно смешно со стороны, но его фигура меня уже начала раздражать. Быстро взяла зелёный горошек и отправилась на кассу, возле которой уже стоял Влад, мрачно повернув голову в мою сторону. Я не хотела смотреть на него, поэтому кинула взгляд на то, что он хочет купить. Мои глаза невольно округлились. Удивилась я больше не от точно такого же зелёного горошка, как у меня, а от пачки презервативов, которые заставили меня смутиться. Но вида я не подала, лишь молча ждала своей очереди. Твою мать! Смущаюсь даже от такой фигни. Когда он наконец расплатился и вышел из магазина, я вздохнула с облегчением. Будто он забирал весь воздух, не давая мне даже расслабиться. Вот почему я постоянно в его присутствии не могу сделать и вдоха? А ему абсолютно плевать на мое присутствие. Похоже, что я слишком много придаю этому значения. А ещё, похоже, я ни разу не встречалась с парнем. Да, точно, это именно та причина, по которой я рядом с каким-нибудь парнем (необязательно с Владом) чувствую себя неловко. — Вы ещё долго будете стоять на месте? — спросил кассир с небольшим раздражением. — Тут ещё целая очередь. Черт! Все это время я просто тупо простояла и пялилась на бейджик кассира. Я быстро расплатилась и вышла из магазина. Благо, мы больше не пересеклись ни на улице, ни в подъезде. — Что так долго? Будто в Москву посылала тебя, — прошипела мама, забирая у меня из рук горошек. Я быстро разделась и легла на кровать. Так я и пролежала до вечера, пока мама не позвала меня к столу. Я протянула руку за хлебом с икрой, но тут ее что-то хлопнуло, будто убивая надоедливую муху. Я подняла свой вопросительный взгляд на руку матери. — Ещё гости не пришли, а ты уже жрать хочешь, — сказала мама. — Ну ты же меня позвала к столу. — А посидеть с родителями ты не хочешь? — хмуро подняв бровь, спросила мама. Ох, блять, как хочу! Спустя время к нам домой стали заходить будущие пьяные и нажравшиеся в клочья люди. — Ох, как Настя выросла! Давно мы тебя не видели, даже на дне рождении не смогли встретиться. Совсем скоро замуж будем отдавать, — промямлила ненавистная уже мне женщина. — Не дай бог, — ответила хмуро я. — Что ты такое говоришь? Дай бог! Дай бог! Я лишь устало вздохнула и принялась наворачивать еду. — Как ты себя ведёшь? — прошипела мне на ухо мама, отчего я вопросительно подняла на нее глаза. — Ты же девочка! Почему так некультурно все лопаешь? — Как хочу, так и буду есть. — Прекрати немедленно! Ты меня позоришь. — Отвали, — забылась на несколько секунд я, продолжая пережёвывать еду. — Что ты сказала?! — продолжала говорить шепотом мама. Вот черт! Я и правда сказала это вслух! — Прости пожалуйста, — шепнула я ей в ответ. — Вон из-за стола, — уже громко сказала мама, так, чтобы все слышали. — Что? — переспросила обеспокоенно я. — Ты слышала. Я посмотрела на всех этих гостей, которые смотрели на эту сцену с разинутыми ртами. Затем я повернула голову в сторону отчима, в надежде на… На что? — Ира, — обратился тот к моей маме, — ну перестань, не стоит портить такой славный вечер. — Нет! Она мне уже надоела! С самого утра меня достает. Да, именно сейчас мне хотелось просто разреветься как маленькая девочка. Интересно, как же это я ей надоедаю? Я гордо встала и вышла из-за стола. Все гости вдруг стали упрашивать меня и маму успокоиться и продолжить вечер. Но мама стояла на своем. Хорошо, если не хочет меня видеть, тогда я уйду. Я напялила на себя пальто и ботинки и вышла из квартиры. Да, меня никто и не остановил. Когда я закрыла за собой дверь, то по моим щекам покатились жгучие слезы. Опять. Опять, черт возьми! Опять это случилось. Мы поссорились из-за какой-то фигни. Она меня будет продолжать ненавидеть. До нового года оставался час, а что я делаю? Стою в холодном и совсем недружелюбном подъезде одна и жду чуда. Что мне делать? Продолжать стоять или пойти на улицу, где меня встретит такой же недружелюбный мороз, как и в подъезде. — Анастасия? — послышался добрый и ласковый голос. — А что вы тут стоите? — я подняла голову на Ольгу и улыбнулась ей своей искренной улыбкой. — Жду нового года, — вот так просто ответила я. — Что-то случилось? — Да, но не стоит из-за этого переживать, — не хочу никого больше расстраивать перед новым годом. — А вы откуда? — В магазине была. Утром отправляла Влада, который купил только горошек, похоже, забыл, кукурузу, — да, настолько забыл, что вместо неё взял презервативы. Я кивнула в знак конца разговора. — А не хотите отметить новый год с нами? — спросила Ольга, отворил дверь своей квартиры. — Что? — с недоумением посмотрела я на нее. — Вы слышали, — улыбнулась мне Ольга. — Да, но… — Да, я понимаю, что у вас что-то произошло, о чем вы не хотите говорить, — произнесла Ольга. — Я не настаиваю на объяснении, но настаиваю на вашем присутствии. Я лишь тупо захлопала ресницами. Да, только это я и умею. Дура. — Но… — Да, вам неудобно, но вы знаете, что я настаиваю, — заканчивала каждую мою мысль Ольга, отчего я казалась себе просто тупым человеком, у которого в лексиконе только: «Но… Да, но… Я…Что…». — Заходите, — подтолкнула меня Ольга в свой дом. — Спасибо, — прошептала я. — Мам, почему ты так дол… — вышел из-за угла Влад в ужасно сексуальной черной водолазке. Его одна бровь резко взметнулась вверх, от полного непонимания, что тут забыла я. — Ты ведь не против, если Анастасия к нам присоединится отмечать новый год, — после этих слов лицо Влада выражало то, что я никак не могла описать. Сначала мне показалось, что он злится, потому что его лицо немного побагровело, а потом я подумала, что он…смущён? Спустя несколько секунд его лицо уже ничего не выражало, будто показывая мне назло, насколько ему безразлично. — Мне все равно, — гордо сказал он, после чего развернулся и ушел. — Не обращайте внимания, — нагнулась к моему уху Ольга. — Он с самого утра, сразу после магазина, почему-то не в настроении. Да, интересно, что его могло разозлить? Или кто? Я, чувствуя себя лишней, не смела снять ботинки и просто уставилась на Ольгу, которая уже сняла верхнюю одежду. — Я вам не помешаю? — спросила наконец я. — Что вы! Настя, я вас прошу, не задавайте мне больше таких вопросов. Мы вам рады, — нахмурясь, сказала Ольга. Я обратила внимание на то, что она назвала меня не Анастасия, а Настя, что мне даже нравилось намного больше. Я кивнула и сняла ботинки. Мы пошли в зал, который уже был украшен различными гирляндами, а посредине комнаты стоял большой стол с разными блюдами. Я успела заметить оливье, поджаренную курочку, вареную картошку. От всего этого у меня уже пошли слюни. Я быстро кинула взгляд на Влада, который уже успел сесть за стол и начать есть свой салат. Я последовала примеру Ольги и села за стол, рядом с ней. — Анастасия, двигайтесь, тут много места, — сказала Ольга, не поднимая на меня взгляд. Я немного подвинулась в сторону, ближе к Владу, который меня вовсе и не замечал, а продолжал есть. — Всем приятного аппетита, — произнесла Ольга. Я кивнула и посмотрела на свою пустую тарелку. Слева от меня сидела Ольга, которая уже начала перекладывать салат в свою тарелку, а справа сидел Влад, от которого пахло мятой и зубной пастой. Я усмехнулась своим мыслям и переложила к себе в тарелку жареную картошку. Новый год наступит через двадцать минут. По телевизору показывают «Иронию судьбы», который крутят уже который новый год. За окном идёт белыми хлопьями снег. Я сижу за столом и провожаю ушедший год рядом с людьми, с которыми познакомилась в этом месяце, а не с теми, с которыми знакома всю свою жизнь. Что же это? Неправильно? Плохо? Дурно? Нет. Мне хорошо в этой компании. Настолько хорошо, что я даже подумала, будто это моя семья. — Новый год наступит совсем скоро, — начала говорить Ольга. — Я рада, что в этом году познакомилась с вами, Настя. — Благодарю, — ответила я. — Я очень счастлива, что познакомилась с такими людьми, как вы, — посмотрела на Ольгу, а потом, немного задумавшись, медленно повернула голову к Владу. Влад же, наконец оторвал взгляд от своей тарелки, взглянул на меня в ответ. Он смотрел не с нежностью, а скорее испытующе, недоверчиво, будто искал в моих словах скрытый смысл. Затем я отвела взгляд и уставилась на свой фужер с шампанским. И да, мы пили шампанское, вам не показалось. — Совсем забыла! — воскликнула я. — Мы же будем пить сожженное желание? — Простите? — в недоумении спросила Ольга, не совсем понимая о чем я говорю. — Ну как же? — я взглянула на Ольгу, а потом на Влада, в надежде, что он знает об этой традиции. — Не знаете? — они помотали головами, в знак непонимания. — Написать на маленьком листочке бумаги желание, сжечь его, и пепел выпить под бой курантов. — Никогда так не делала, — сказала Ольга восторженно. — Влад, принеси бумагу. — Серьезно? — спросил тот с насмешкой. — Ну конечно, Влад, принеси, — попросила Ольга. Влад же, тяжело вздохнув, отправился в комнату. — А ты не будешь? — спросила я у Влада, когда обнаружила, что он принес только две бумаги и ручки. — Таким бредом я заниматься не собираюсь, — ответил он и уселся на свой стул. Вдруг на телевизоре показался президент, и мы все сели за стол. Когда «душераздирающая» речь была сказана, начался бой курантов. — Пишем желание! — воскликнула я с возбуждением.

«Прошу, чтобы в следующем году в моей жизни остались Ольга…и Влад»

— Зажигаем! Быстро поджигая свою бумажку, я опустила в бокал шампанского. Поднеся все содержимое ко рту, я вдруг, не понимая зачем, взглянула на Влада. Парень наблюдал за нами своим безразличным взглядом. Я опустила свои глаза на его губы и увидела, что он что-то шептал про себя, отчего я подумала, что он загадывает желание. Недолго думая, я выпила шампанское с пеплом. Неприятный комок прошел ко мне в горло, отчего я нахмурилась. — Что загадали? — когда уже пробили куранты, Ольга обратилась ко мне, которая тоже уже выпила свое шампанское с пеплом. — Не скажу, а то не сбудется, — наивно ответила я, отчего подумала, какой тупой я сейчас кажусь. В телевизоре заиграла музыка, от которой так и хотелось танцевать. Я покачивала свою голову в такт музыке. — Не хотите танцевать? — спросила Ольга. Боже, неужели она и правда ангел? — Ещё чего, — ответил Влад, смотря на то, как я уже вместо ответа встала и схватила за руки Ольгу. Мы с ней танцевали, будто были одного возраста, будто мы подруги. Мы прыгали как сумасшедшие из стороны в сторону. Я посмотрела на Влада, который сидел сложа руки и просто глядел на наши нелепые движения. У меня было такое воодушевление, что я подскакала к нему и взяла его за руки. — Давай с нами, — шепнула я ему на ухо, отчего он от неожиданности вздрогнул. — Не горю желанием, — ответил он сдержанным тоном. Мне казалось, что он притворяется. — Ну ладно тебе, забудь хоть на пять минут, что тебе отвратительно мое присутствие и повеселись с нами, — с искренне-честной улыбкой сказала я. Он взглянул на меня такими глазами, что я даже не знаю, что означал его взгляд. Недолго думая, он крепко схватил мои руки и встал со стула. В первый раз он держал мои руки в своих. Возможно, это странно и глупо, что я отдаю этому много внимания, но они были такие теплые, большие и крепкие, что мне не хотелось, чтобы он их отпускал. Несколько секунд он просто стоял и сильно держал мои руки, переводя взгляд то на меня, то на свою маму. Отпустив мои руки, он стал танцевать вместе с нами. Он так странно и одновременно соблазнительно поджал губы. Затем начал покачивать своей головой в так музыке. Его движения были уверенными и будто отрепетированными. Во время наших танцев я старалась одним глазом смотреть на него. Его волосы были взлохмачены, в глазах горел огонь, а на лице играла хитрая ухмылка. Я танцевала как в последний раз. Покачивая бедрами и проводя по воздуху руками, я прикрыла глаза от удовольствия. Когда же музыка закончилась, а наши лица были настолько красные, я упала на диван. — Схожу за водой, — сказала, запыхавшись, Ольга и вышла. Я взглянула на Влада, который упал на диван возле меня. Он ещё раз взлохматил свои волосы и потянулся к столу за шампанским. — Влад, — тихо произнесла я, отчего он резко посмотрел на меня. — Я хочу тебе кое-что сказать. — Так говори, — ответил Влад, поднося к губам бокал шампанского. — Послушай, тогда, в лифте, я не долж… — Давай не будем об этом, хорошо? — перебил меня Влад, отставляя бокал в сторону. Он вдруг стал серьёзен и холоден, отчего я поджала губы. Я не успела ничего ответить, потому что в комнату зашла Ольга. — Мама, я скоро вернусь, — сказал Влад, вставая с дивана. — Влад, ты куда? — последовал в недоумении ответ. — К подъезду. — Ах! Опять курить! — воскликнула Ольга, понимая, что он будет делать у подъезда. — Когда ты уже бросишь? Влад, вместо ответа, молча вышел из комнаты и ушел в коридор. Ольга пошла за сыном, а я следом за ней. — А ничего, что у нас дома гость? — спросила многозначительно Ольга, головой кивая в мою сторону. — Я уверен, что Анастасия, — ответил Влад, делая ударение на моем имени, показывая свою иронию к тому, что его мама любит меня так называть. — сможет пережить мое отсутствие, — слегка улыбнулся он, переводя взгляд на меня. — Влад… — женщина была недовольна словами своего сына. Я боялась, что она скажет что-нибудь оскорбительное, поэтому перебила ее. — Мне тоже уже, наверное, пора. — Как? Уже? — повернулась ко мне женщина. — Да, мне было очень приятно и весело проводить с вами время. Спасибо вам, — посмотрела я на Ольгу, а потом на Влада, который уже накинул на себя куртку. — Вам спасибо, — печально улыбнулась женщина и подошла ко мне, чтобы обнять. Я от неожиданности вздрогнула, но потом тоже тепло обняла в ответ. Влад, открыв входную дверь, пропустил меня вперёд. Я вышла из квартиры, а он следом за мной. Я подошла к своей двери и протянула руку, чтобы открыть, но потом, недолго думая, прислонила ухо. Я услышала свою маму, которая, похоже, была громче всех. Все люди, находящиеся в квартире, были полностью пьяны. Мое желание зайти в дом резко упало. Я повернула голову в сторону закрывающегося лифта, в который уже зашёл Влад. Я быстро взметнулась и придержала дверцы ногой. — Впустите ещё одного? — спросила я, слегка улыбнувшись. Вместо ответа он нажал на кнопку первого этажа. Мы ехали в тишине. Выйдя из подъезда, он открыл пачку сигарет и достал зажигалку. Я от незнания куда идти и что мне делать, встала рядом с ним. Повисла тишина. Надеюсь, что он не думает о том, чтобы я поскорее ушла. — Не хочешь возвращаться домой? — спросил Влад, нарушая тишину. — Да. — Неужели там так плохо? — спросил он, поджигая сигарету. — Уж точно не хорошо. — Могу помочь расслабиться, — с усмешкой ответил он, смотря на меня сверху вниз. Я посмотрела на него с недоумением и смущением. Парень протянул мне свою сигарету, которую совсем недавно держал во рту. — А ты о чем подумала? — парень уже в наглую посмеялся надо мной. От злости и собственной глупости, я покраснела. — Ни о чем, — нахмурилась я. — Я не снимаю эмоциональное напряжение курением сигарет, — ответила я, не принимая протянутую сигарету. — Зануда, — парень сделал очередную затяжку и выдохнул сигаретный дым. — Я зануда? —переспросила я с удивлением. — Я вроде бы так и сказал. — Давай сюда, — хмуро сказала я, протягивая руку для сигареты. Влад, подняв брови, вручил мне в руки сигарету. Я зажала никотиновую палочку между указательным и средним пальцем. Прежде чем поднести ко рту, я облизнула свои губы. Затем я, едва приоткрыв рот, сделала короткую затяжку. Мои брови поползли наверх от противного вкуса у меня во рту. Мне захотелось выплюнуть слюну и растоптать сигарету. Ужасное першение в горле, от которого я начала громко кашлять и почти задыхаться. — Какая же ты ещё мелкая, — усмехнулся Влад и нежно выхватил у меня из пальцев сигарету. — Будто ты такой взрослый, — промямлила я, не переставая кашлять. — Ну, уж взрослее тебя. — Ничего подобного. Мне семнадцать. А это значит, что я могу мыслить здраво, думать и понимать какой ты говнюк, — усмехнулась я. — Раз уж ты такая «взрослая», тогда почему краснеешь из-за всякой ерунды? — Я такого не припомню, — отвела я взгляд в сторону. — И вообще из-за какой ерунды? — Ну, например, когда я пошло шучу, когда мы стоим близко друг к другу, когда… — Так! Все, хватит про это говорить, — перебила я его перечисление, потому что чувствовала, что мои щеки скоро не выдержат и покраснеют. Неужели он все это замечает? Влад усмехнулся и кивнул головой, в знак согласия. — Могу я задать тебе вопрос? — Задавай, — ответил Влад, поднося сигарету ко рту. — Меня давно интересует, что, когда твоей мамы не было у тебя дома, то ты вел себя развязно и самоуверенно, — начала я, отчего он поднял одну бровь вверх, в ожидании продолжения моих слов. — А когда твоя мама приехала к тебе в гости, то ты стал каким-то другим. Почему ты перед ней такой? Такой… — запнулась я, не зная, продолжать ли свои слова или остановиться. Закроет ли он мне рот или выслушает. — Такой благочестивый. Он не принял мои слова как шутку, а устремил свой взгляд прямо мне в глаза. Последовала минута молчания, которой я не позволила прерваться. — Суть твоего вопроса близок с тем, что ты говорила мне в лифте. И да, признаюсь, я не хотел сегодня об этом говорить, но…— замолчал Влад, выкидывая сигарету на землю. — Все дело в моем отце. Случилось многое, из-за чего я теперь живу здесь, один, держа в руках уже которую сигарету, — тут он усмехнулся, похоже, своим мыслям. — Я просто не хочу, чтобы моя мама видела меня похожим на отца. И все. Это. Одна единственная последняя фраза повлияла на все мои мысли прежде. Даже если он сказал эту фразу без каких-либо подробностей, то мне она дала многое. «Похоже, ты пошел характером не в свою мать, а в кого-то другого». Сказала я ему в том лифте. «Я влюбилась во внешность, оболочку, в картонного человека. Я была безума от него. Но потом кое-что случилось, что заставило меня поменять свое мнение о нем». Говорила Ольга про отца Влада. Похоже, он был не просто плохим человеком, он был тираном. Даже похуже героя из книги «Незнакомка…». После этих мыслей мне стало тошно за себя, за то, что я ему говорила, за то, что он мне об этом рассказал. Возможно, пока его слов мало, чтобы сложилась целостная картина. Вместо слов я просто, сама от себя не ожидав, приблизилась к нему и обвила своими руками его спину. Мои глаза в этот момент можно было сравнить с шарами для боулинга, настолько они расширились. Но я всё же продолжала стоять и обнимать Влада. Он же, явно такого не ожидая, дернулся. Он стоял несколько секунд на месте, не поднимая своих рук, чтобы обнять в ответ. Но затем одна рука взметнулась вверх и прижала меня еще сильнее к его груди. Другая же рука зарылась в моих волосах. Так мы стояли, как два полнейших идиота, в обнимку, будто целую вечность. Мое сердцебиение наконец успокоилось, и я чувствовала себя в безопасности. Все это время я гладила его спину, а он перебирал в своей руке мои волосы. От его действий было так приятно на душе. — Прости, — прошептала я, когда освободилась от объятий. — Ты прости, — вдруг неожиданно смутился он. — Я... я пойду, — сказал он и, приложив ключ к домофону, зашёл в подъезд. Я ещё несколько минут стояла на одном месте, осмысливая произошедшее. Сердце и мысли вспомнили его объятья. Сердце набирала обороты, ужасно быстрое биение, которое я ощущала только рядом с ним, а мысли переплетались как паутина в голове. Сделав глубокий вдох, а затем медленный выдох, я зашла в подъезд. Интересно, что Влад сейчас делает и о чем думает.