Настоящая личность

— Кирилл, как думаешь, когда человек начинает понимать, что долгое время ошибался в своём выборе близкого человека? — спросила я невзначай, в утреннее время суток, во время нашего мирного чаепития. — К чему этот вопрос? — с подозрением поинтересовался Кирилл, непонимающе взглянув на меня. — Мне кажется, ей нужна помощь, а нам — сформулировать общее мнение, — мягко ответила я. Стоило мне поставить разрисованную чашку на блюдце, как внезапно заскрипела деревянная лестница. Я обернулась и заметила хилую фигуру сонной Киры, которая лениво спускалась по ступенькам, семеня ногами, словно косолапая. — Доброе утро, Клюква, — формально поприветствовал приятельницу Кирилл. Я только кивнула лениво разлепившей глаза Кире, которая громко зевнула, потянулась и протянула вялое «доброе утро», плетясь в ванную комнату. — Так, каково твоё мнение? — снова обратила своё внимание на Кирилла я. Тот оторвался от чтения излюбленной книги, изящным движением поправил очки и разместил закладку в книге, отложив её в сторону. Это один из знаков внимания Кирилла. Мне всегда это симпатизировало, — это признак того, что он готов пожертвовать своим любимым увлечением ради разговора со мной. — Человек может быть ослеплён чувствами или эмоциями, что заставляет его смотреть на своего близкого человека, как на единственного и неповторимого идеала. Это — первая ошибка. Маленькая и крохотная ошибка, которая понесёт за собой тысячи неисправимых, — начал Кирилл, сложив руки в замок и устремив внимательный взгляд на меня. — Человеку кажется, что он счастлив со своим близким человеком, потому что тот — идеальный вариант для него. — Считаешь, что идеализация несёт за собой многие непоправимые последствия? — поинтересовалась я. — В большинстве случаев, — кивнул головой Кирилл. — Спустя время человек начнёт замечать недостатки в своём близком. Кто-то с ними мирится, кто-то не может принять. Затем следует разочарование. Всё это время этот человек считал, что рядом с ним тот самый идеальный, которого он долго искал, а потом оказывается, что этот человек не такой уж и идеальный. — Думаешь, люди слепы? — Да. — Она тоже чувствует разочарование? — задала я решающий вопрос. Кирилл нахмурился, отпивая из своей чашки горячий зелёный чай. — Возможно.

***

Нет ничего лучше, чем наслаждаться трепетными касаниями стеблев лилового вереска и чувствовать лёгкий ветер всем своим телом, которое покрылось трогательными мурашками. Рядом со мной лежала Кира и мечтательно тыкала в звёздное небо, показывая и выдумывая всё новые и новые созвездия, а то и даруя имена совершенно крохотным звёздам. Кирилл сидел по другую сторону от меня, смотря просто перед собой. Вересковые поля с далёким, но таким прекрасным видом на тёмные и могучие верхушки высоких гор, — всё это завлекало внимание. Кирилл обожал находиться вне особняка, бродя по просторам вересковых полей и наслаждаясь невероятным горным пейзажем. Казалось, я знала о Кирилле многое, но мне так и не удалось разгадать его, как личность. В отличие от вечно весёлой и очень харизматичной Киры, Кирилл казался серой и неприметной личностью, но оставлял после себя толику тайны. Кира толкнула меня в бок локтем. — Знаешь, мне тут пришла на ум странная теория, — хихикнула она, не отрывая взгляда от звёздного неба. — Какая? — А что, если каждому человеку соответствует его звезда? — спросила она, — Те, что поярче — амбициозные и устремлённые люди. Те, что потусклее и поменьше — маленькие и потерянные в этом большом мире людишки. Теория не показалась мне столь безумной. Кира часто несла всякую чушь, но в этот раз её слова заставили меня задуматься. — А если звезда погасла или упала? — спросила я. — Этот человек сдался или ушёл своим путём, — пожала плечами Кира. — У тебя слишком странное воображение, Клюква, — заметил Кирилл. — А мне кажется, что это очень даже интересно, — согласилась я с Кирой. — С какой звездой ты себя ассоциируешь? — вдруг спросила у меня Кира. Я не дала ответа. Наверное, моя звезда только-только родилась. Хотелось бы в это верить, но мне было сложно назвать себя большой и яркой звездой.