Настоящая личность

— В очередной раз убеждаюсь в эгоизме людей, — сказала я, без интереса перелистывая книгу, которую читала, наверное, порядком так раз двадцать. — Удивительно, что ты в этом только продолжаешь убеждаться, а не думаешь так на постоянной основе, — нудным тоном ответил Шепот, не отрываясь от толстенной книги. Мы снова были наедине в этой злополучной библиотеке. На удивление Шепот был прекрасным собеседником для таких тем. Кира, непременно, хороша, как подруга, потому что она умела дарить позитив и поддержку, но для серьёзных бесед она так себе, стоило признать. — Даже не знаю. Рита так и продолжает «верить» людям после того, как ею вновь пренебрегли, — вздохнула я, всё же отложив книгу. Библиотека стала для меня теперь невероятно скучным местом, но время от времени я приходила сюда ради Шепота, чтобы поболтать о чём-то умном или поспорить с ним от скуки. — Думаю, о таком должен говорить тебе я. Как думаешь, кто её направляет на такой путь? Шепот вновь не смотрел на меня, словно отвечал из вежливости, ежели из заинтересованности. Иногда меня раздражало, когда собеседник не имел со мной хотя бы беглого зрительного контакта. Честно, у меня чесались руки вырвать из рук Шепота эту толстую книгу, чтобы он обратил внимание на меня должным образом. Однако от реализации этого резкого желания меня остановили слова Шепота, потому что он говорил действительно правильные вещи. — Да, конечно. Здесь есть доля моей вины, — кивнула я с неохотой. Мне было тяжело признавать собственные ошибки или недостатки. — Удивительно, — внезапно хмыкнул Шепот. — Что? — Ты наконец-то признала свою вину, не приписывая ко всем бедам меня. Я приятно удивлён. Сначала я хотела съязвить, но промолчала, потому что Шепот вновь был полностью прав. Я всегда почти во всём винила его, потому что боялась взять ответственность за собственные ошибки. Шепот же всегда справлялся с любым грузом, как мне казалось, просто, а значит мне было легче спихнуть все трудности на него. Пора наконец-то самой отвечать за свои проступки и не искать помощи там, где ею и не пахло. — Тяжело Рите будет одной, — перевела тему я. — Казалось бы, такая добрая и отзывчивая девочка, а доверия к людям всё с каждым разом меньше и меньше. — У каждого человека бывают трудности. Так что, никто не бывает исключением. Раз жизнь решила, что человеку нужно потерять доверие к людям, значит просто так надо. — Но так нельзя. Это нездоровое мышление, тебе так не кажется? — Кажется не кажется, — внезапно захлопнул книгу Шепот. — Покажи мне хотя бы одного полностью ментально здорового человека. Таких нет. Любой человек делает больно другому человеку, порой даже об этом не догадываясь, а после обиженный человек идёт делать пакость другому человеку, и так по кругу. Карина, почему до тебя не дойдёт, что ты не можешь сделать человека идеальным? Прими уже то, что у человека есть. Не пытайся изменить то, что не меняется. Я застыла. Шепот наконец-то обратил внимание на меня. В его глазах я видела лёгкое раздражение и даже какое-то сочувствие. Мне не сдалось его непонятное мне сочувствие, однако я всё же попыталась прислушаться к его словам. Может, я правда слепа, а Шепот снова говорил правильные вещи? — Но разве стремиться к совершенству — это нереально? Человек всегда развивается, это приводит к идеальным результатам. Так почему нам хотя бы нельзя попытаться сделать нашу Риту идеальной? — всё же не могла согласиться я. — Послушай меня внимательно, — тяжело вздохнул Шепот, отведя от меня взгляд. — Ты путаешь истинное значение стремления к совершенству. Стремиться к совершенству надо, но совершенство меняется с каждой секундой, а значит и человек в таком случае должен каждый раз меняться. Когда человек стремится — это, разумеется, прекрасно, но когда он добивается чего-либо и думает, что он достиг идеала — это другое. Нельзя стать полностью идеальным. — Хорошо, я понимаю, — уступила я, примирительно подняв руки. — Однако почему нашей Рите нельзя стремиться к совершенству в том значении, в котором ты высказался? Может быть, именно этого я и хочу добиться для неё. — Ты не этого хочешь добиться. Путь к совершенству всегда начинается с принятия себя и любви к себе. Поверь, с ненавистью к себе сталкивается чуть ли не каждый, даже я, как бы мне это было не стыдно признавать. Ты же пытаешься поменять в человеке то, что следовало бы не менять, а наоборот принять и найти в этом что-то полезное, чтобы использовать правильно. — Даже если и так, то как недоверие к людям ей поможет в жизни? — начала закипать я. Поверхностное отношение к людям уж точно не могло быть полезным умением для Риты. — Когда я говорил про то, что раз жизнь заставила человека потерять веру в людей, значит так нужно, я не имел в виду, что это есть хорошо. Я просто сказал, что порой неприятностей не избежать, но иногда некоторые вещи решаемы. Возможно, когда-то в жизни человека появится кто-то, кто заставит переубедить его в том, что людям верить нельзя, и покажет, что на самом деле иногда можно и даже нужно. Есть вещи, которые меняются, а есть вещи, которые лучше принять. Понимаешь, что я хочу до тебя донести? Я тебе уже как пятилетнему ребёнку разжёвываю. Как только я хотела разразиться возмущением и вновь начать спорить с Шепотом на пустом месте, тяжёлой дверью библиотеки хлопнула Кира. Я осеклась и уселась в своё кресло поудобнее, делая вид, что вообще не злилась. Шепот тем временем неодобрительно взглянул на Киру и вновь взялся за книгу, ища нужную страницу. — Ага, так и знала, что вы снова вдвоём тут воркуете, — с весёлым настроем сказала Кира. — И не стыдно вам всегда оставлять меня одну? Мне так-то скучно… — Умей развеселить себя сама. Мы тебе не клоуны, — огрызнулся Шепот. Кажется, я испортила ему настроение. Обычно он грубо всем отвечал, когда злился или был раздражён. Кира лишь понимающе приподняла брови. — Дайте-ка угадаю… Вы снова повздорили? Что на этот раз было причиной? Карина допустила фактическую ошибку при пересказе какого-то чересчур заумного детектива? Кирилл вновь сказал что-то слишком равнодушное для чувств Карины? Или же… — Хватит, Кира. Тебя ещё не хватало, — тяжело вздохнула я. — Да ладно вам, я всего лишь пытаюсь поднять вам настроение. Чего вы вечно в напряге рядом друг с другом? Вообще не понимаю, почему вы вечно воюете, как кошка с собакой. Я решила промолчать. Шепот, видимо, тоже. — Какие же вы зануды… И как вам нескучно тут вдвоём?.. Я бы уже померла от тишины и скуки, — пожала плечами Кира, задумчиво начиная оглядывать яркие книги на книжных полках. Я заметила, что Кира любила время от времени навещать нас и просматривать иллюстрации к книгам. Сразу видно, что чтение её не привлекало, сколько привлекали картины и оформление. Когда Кира исчезла за книжными стеллажами, вновь оставив нас наедине, я взяла в руки ту самую книгу и пыталась сосредоточиться на повторном чтении, но почему-то не могла из-за присутствия Шепота. Ведь всё было нормально, а теперь он меня нервировал. — М, к слову, об эгоизме. Человек не любит истериков, что большую часть времени думают о себе, — внезапно заговорил Шепот так, словно мы не ссорились несколько минут назад. Ах, точно! Он же говорил, что не может заставить себя обидеться на меня. Могу предположить, что именно поэтому он так спокойно вновь начал разговор. — То есть? — Человека часто окружают слишком неуверенные в себе люди, боящиеся осуждения и чужого мнения. Человека это раздражает. Я знаю причину. Я заинтересовалась, позабыв, что вроде бы должна на него обижаться. Что поделать, я вообще никогда не умела долго обижаться. Конечно, если это несерьёзная вещь. — И что же за причина? Как это связано с эгоизмом? — Не знаю, как другие, но я давно сделал вывод, что самые главные эгоисты те, кто больше всего волнуется о том, что о них подумают. Ты только представь, а казалось бы, тихони и стеснительные люди. Они, скажем грубо, имеют наглость думать, что людям есть до них дело, когда всем по большей части всё равно, чем увлекается этот человек, что у него происходит в жизни, как он одет. И почему-то именно неуверенные люди часто приглядываются к другим людям, находя в них что-то, за что они могут их осудить. Думаю, это в самый раз для раскрытия понятия эгоизма. — Надо же, я никогда не думала в это русло… — Я не говорю, что такие люди плохие. В каждом из нас живёт свой собственный эгоист, но у некоторых он проявляется чаще, чем должен. Человека это раздражает. — И правда, в последнее время нашу Риту раздражают именно такие люди. Знаешь, всё же иногда я согласна с тобой. Пускай мы часто ссоримся и… — Ребята! Кажется, я нашла что-то секретное! — внезапно перебил меня громкий голос Киры где-то в другом конце библиотеки. — Вы вообще знали, что у нас тут есть подвал?! — Подвал? — ошарашенно спросила я, взглянув на Шепота. Тот только пожал плечами и поспешно захлопнул книгу. Мы определённо должны в этом разобраться.