1. Танцующая мышь
17 сентября 2022 г., 19:57
она всего лишь танцующая мышь, в осколки бьет чужой ночной покой она всего лишь танцующая мышь, она смешна, но нет второй такой
♫ Канцлер Ги — Танцующая мышь
Идти в школу не хотелось. Дома было хорошо — дома (по крайней мере, по вечерам и по выходным) был дедушка, единственный оставшийся в живых ее родственник, который оформил опеку над пятилетней Ниной, еще не старый мужчина, даже не на пенсии. Дома был компьютер с множеством личной информации, библиотека, телевизор, уютная кровать… Но в школу ходить было нужно. И не то чтобы Нине не нравилось учиться, наоборот — учеба была единственной причиной тащиться в опостылевшее с первого года место под названием «элитная школа». К школе у Нины претензий не было — обучение там действительно велось на высоком уровне, штат преподавателей подобрался идеальный, особенно к последнему году выпуска, и базу знаний Нина получала превосходную. Но ее вечно травили одноклассники. Точнее, они думали, что травили — если Нина и плакала в туалете от обиды, то, может, всего пару раз, и то недолго. Ей повезло, ибо, в отличие от многих жертв, Нина понимала, почему ее травят. Она не была хуже этих противных девчонок и не менее противных мальчишек. Наоборот, она была лучше. Несмотря на ее прическу в виде двух косичек, несмотря на очки, несмотря на невзрачную внешность и постоянное присутствие в руках книги или телефона с книгой на экране. Ее называли ботаничкой, занудой и серой мышью. Как только ее ни называли. Но на всех контрольных и экзаменах Нина получала высшие баллы, а списывать не давала никому — не то, чтобы ей было жалко. Совсем не жалко. Но рука не поднималась позволять пользоваться собой тем, кто еще недавно кричал ей в спину «очкастая крыса». Спишет — и продолжит обзывать. Нина проверяла в младшей школе, вряд ли с тех пор что-то могло измениться. Почему ее звали крысой — Нина не знала. Точнее, знала, но не знала, что в этом обидного — она любила крыс. Тех, серых, которые разносят разную заразу, и то любила, а не боялась. И мышей любила. А людей — не очень. И в школу Нине не хотелось ужасно, но дедушка специально нашел для нее учебное заведение недалеко от дома, где Нина получала образование на порядок лучше, чем в обычных школах, и, естественно, за ее обучение он платил, поэтому пропускать уроки было бы верхом неблагодарности. Хотя их семья не бедствовала, но все-таки. Главное — если Нина попросила бы о переводе, тем самым она признала бы свое поражение. И с какой стати ей уходить из полностью устраивающего ее учебного заведения? Только из-за мерзких соучеников? Ей ведь даже не обидно. Ну обзывают и обзывают. Единственное, что это мешало, отвлекало и поэтому действовало на нервы. Ну мышь. Ну крыса. Ну кто там еще. Понятно же — они от зависти бесятся. Она уйдет — они будут рады. Не дождутся.***
Уже на подходе к школе ее встретили. Марианна думала, что она красавица. Возможно, Марианна была недурна собой — с ее стройной фигурой и длинными черными волосами. Но красилась Мари, по мнению Нины, как дешевая путана, и одевалась так же, а вела себя еще хуже, и считала, что ей принадлежит весь мир, потому что ее отцу принадлежит большой бизнес. — А, мышка, — пропела Марианна. — Мышка прибежала на уроки. Скажи, мышка, а ты в курсе, что такие прически носят только пятилетки? Или ты просто хочешь, чтобы на тебя обратил внимание мужчина постарше? Ты же мечта педофила! Так вот, какие у тебя наклонности! Свита Марианны дружно захохотала. Им нравилось высмеивать ее косы — могли бы за столько лет придумать что-то новое и оригинальное, но куда им, с их куриными мозгами? Даже оскорбляют — и то глупо. Нина подумала: нужно абстрагироваться, какого черта она дожна реагировать… — Но я тебя разочарую — на тебя даже педофил внимания не обратит. Ты уродина. Разве что пакет надеть на голову, тогда можно, и то… — не унималась Марианна. Абстрагироваться не вышло. Роль типичной жертвы, молча глотающей слезы и обиды, Нине не подходила, и такая модель поведения ей претила. — Я вижу, у тебя большой опыт в педофилах? — заметила Нина. — Что, уже в десять лет начала с мужчинами кувыркаться? Или раньше? Интересно, сколько тогда ты стоила? — Что ты сказала, дрянь?! Марианна сгребла Нину за шиворот — почему-то не ударила. Ее свита хором ахнула, но никто из девчонок не двинулся с места. — То и сказала, — ответила Нина. — Что ты в десять лет стоила наверняка дешевле, чем стоишь сейчас. Или дороже? За сколько ты продалась впервые? Девственницы — редкий товар… Они всегда думали, что Нина — молчаливая, тихая и безответная. Нина изо всех сил старалась не отвечать, чтобы не провоцировать скандалы, но, видимо, все, что копилось за годы внутри, решило вылиться наружу. — Я видела, как ты садишься в машину к Чарли. Я видела, как ты садишься в машину к Джеремии. Я видела, как ты садишься в машину к Лучиано… к Кьювеллу… к Бартли… Сколько они платили тебе? И кто из них лучше, а, Мари? И кто из них был первым? Или ты уже забыла? — продолжала Нина. — Заткнись! — Ты говоришь, что я мышь и крыса, но ты — дешевая шлюха! — Ты… тварь… ненавижу… Сдохни! — закричала Марианна Нине в лицо. — Просто умри! Исчезни! Сдохни! Нина удивилась — и испугалась. Она была почти уверена, что Марианна ее ударит и была к этому готова, она сама напросилась на вспышку гнева и заслуженно напросилась, но… Впервые ей желали смерти, и она поняла — Марианна искренне хочет, чтобы Нина умерла. Не в целом, а прямо сейчас, в конкретный момент. И если бы не девочки из школы, Марианна вцепилась бы Нине в лицо или в горло — кто знает? Может, Марианна так рассердилась, потому что Нина была права?.. У нее было страшное лицо. Не уродливое, а именно страшное. Глаза такие… будто вправду готова убить. И тогда Нина, не понимая, что делает, подняла руку, будто защищаясь, и шепнула: — Не злись! Как-то по-детски. Глупо. Не так говорят, призывая человека унять вспышку ярости, особенно после того, как обзывали шлюхой. Но эти слова сами сорвались с губ, и жест тоже получился сам по себе — и внезапно пальцы Марианны разжались, отпуская Нину. Она смотрела на нее, будто впервые видела. Тишина повисла практически гробовая. Жуткая тишина. — Первый урок скоро, — наконец поторопила их Виктория.***
Домой идти было намного приятнее. В школе Нина, как обычно, провела день с переменным успехом — блистала на уроках и старательно пряталась от одноклассников на переменах. Но Марианна больше ни разу ее не тронула, даже гадости никакой в спину не сказала. Сегодня. Нина не питала иллюзий — завтра она снова начнет ее травить, тем более, после сегодняшнего инцидента. Нина уже жалела, что сорвалась, но смолчать не вышло. Мечта педофила, надо же, раньше так ее не называли, что-то новенькое… Нина остановилась перед витриной магазина, в которой отражалась, как в зеркале. Ну, да, косички. Да, взрослые девушки такие прически не носят. Но на ребенка Нина точно не была похожа. Она пошла дальше, решив немного пройтись по городу — дедушка обещал вернуться с работы поздно, а прогулки ее успокаивали. И тут… Если это педофил, подумала Нина, то будет очень смешное совпадение. Но, в любом случае, за ней шел мужчина лет тридцати, и шел именно за ней, даже не особенно пытаясь скрыться и сделать вид, что просто гуляет или идет по своим делам — но и к ней подходить не спешил. Нина специально остановилась возле одного из магазинов — и он остановился. Зашла в маркет — он следом не зашел, но, когда Нина вышла — стоял прямо под дверью. Она на него чуть не наткнулась. У него были седые волосы. Или нет, не седые — серебристые, но, наверное, так свет падал, или он специально красился, не бывает такого цвета волос. Седые — да, поседеть можно и не в старости. А у него даже ресницы были белые. Очки — почему-то такие же, как у Нины, будто специально подобрал. Одет в обычную куртку, руки спрятал в карманы, увидев ее — расплылся в улыбке и вовремя сделал шаг назад, чтобы Нина в него не врезалась. — Привет! — первым сказал мужчина. — Я не знакомлюсь на улице, — отрезала Нина и решительно зашагала прочь. Мужчина спокойно последовал за ней — ему даже усилий не приходилось прикладывать, чтобы ее догонять. Высокий, ноги длинные, один его шаг — за два шага Нины бы сошел. А бегать она не умела. Единственный школьный предмет, где Нина не была гением — физкультура. Впрочем, шахматы — тоже спорт, а в шахматы Нина играла превосходно. Лучше бы научилась паре приемов самообороны, но кто бы ее учил? Одноклассники, на которых она бы свои навыки и использовала? …точно, шахматы. Нина принялась просчитывать варианты, как поступить, и что произойдет от каждого из ее ходов. За пару секунд в ее голове сложилось несколько версий развития событий, и в итоге Нина решилась на самый, возможно, идиотский, но также, по ее мнению, самый радикально все решающий. Она повернулась к идущему за ней мужчине и спросила: — Что вам нужно? Он не обиделся, не смутился и не стал ничего отрицать, говоря, что она ошиблась и он просто гуляет. Заулыбался еще шире и качнулся с пятки на носок, не вынимая рук из карманов. — Давай поговорим? — Нет уж, — отказалась Нина. — Вы еще предложите мне пойти поесть мороженого. Или поехать в парк аттракционов. Или… в общем, никуда я с вами не пойду, спасибо. — Я же никуда тебя не пригласил, — невозмутимо откликнулся мужчина. — Говорить можно на улице. Вот прямо здесь. Нетипичное поведение для маньяка. Или он начинает втираться в доверие издалека. Ну-ну, пусть попробует — Нина решила, что ничего не теряет. На все его доводы она все равно не поведется, а если ей удастся выяснить, что он действительно маньяк… что ж, у нее есть телефон полиции и она достаточно умная, чтобы обеспечить себе защиту свидетелей. — Говорите, — разрешила Нина. — Да вот думаю, как начать, — признался он, поправив очки. — Чтобы ты мне поверила. Потому что важно, чтобы ты мне поверила. — Ну, начинайте как-то, — сказала Нина. — Раз вам так важно. — Меня зовут Ллойд, — мужчина вновь улыбнулся. — Ага, — свое имя Нина называть не собиралась. Но Ллойд и не спрашивал. — И я ученый, — продолжил он. — Ученый… маг. Точнее, я намного больше маг, чем ученый, но так как я исследую природу магии, то думаю, что могу зваться ученым. — Маг? В смысле, экстрасенс? Ни в какую магию Нина не верила. Все медиумы, целители, гадалки и ясновидящие для нее были только очень хитрыми людьми, делающими деньги на лжи и людской надежде, что даже по натуре циничная Нина считала перебором. — Нет, — Ллойд презрительно скривился. — Не экстрасенс. Говорю же, я маг. — Прекрасно, и что дальше? — спросила Нина. — Ну, как бы тебе сказать… — Ллойд потер затылок. — Ты тоже — маг. Нина рассмеялась — такого она ни разу не слышала. Вправду идиотская ситуация: незнакомый мужчина, преследующий ее, не делает ей неприличные предложения, а несет бред про магию. — Вы что, хотите пригласить меня в Хогвартс? — спросила Нина. — Куда? — озадаченно заморгал Ллойд. Отлично, он еще и необразованный, подумала Нина. Не то чтобы книги о Гарри Поттере были бессмертной классикой, о которой стыдно не знать, но не знать про нечто настолько популярное невозможно. Не в пещере же он жил? Как в его возрасте можно не знать, что такое Хогвартс? — Неважно. Мне пора. — Стой-стой-стой! — Ллойд кинулся за ней. — Подожди! Ты правда маг! Сегодня утром ты это сделала! Я видел, что ты это сделала! — Что я сделала?.. Стоп, то есть, вы за мной с утра следите? — ахнула Нина. — Я полицию вызову! — она выхватила телефон и быстрыми шагами пошла вперед. — Ты сняла злость! — прилетел ей в спину голос Ллойда и Нина застыла, будто он применил какое-то парализующее заклинание из книжек или онлайн-игр. Медленно обернулась. Посмотрела на Ллойда снизу вверх и спрятала телефон обратно в карман. — Рассказывайте. С начала, с конца, с середины, я пойму. Я гений, — сказала Нина. Последнее она могла заявить без тени скромности. И без капли самолюбования — ну, разве что с семью процентами самолюбования, потому что сложно не гордиться собой, когда ты гений и это подтверждалось не раз и не одним человеком. Это был просто факт. — Тогда мы точно друг друга поймем, — обрадовался Ллойд. — А то я тоже гений. Итак, понимаешь, я не просто маг, я маг Королевства. Старший придворный маг и старший маг дороги. Королевство — это… Королевство. Оно не привязано к какой-либо территории и не является территориальной единицей. Королевство ведет кочевой образ жизни, переезжая с места на место. Потому что Королевство — это и есть магия, тонкий мир, только сосредоточенный между определенным количеством людей. И туда, где мы поселяемся, обязательно приходят другие люди, но… это люди, не владеющие магией. Они приносят с собой так называемый «толстый мир», город разрастается, строятся лавки, кузницы, гончарные, прочие мастерские… И в итоге толстый мир побеждает тонкий, магия исчезает, и Королевство должно искать новые земли. Должно отправляться в дорогу, а в дороге опасно, поэтому и существуют маги дороги. Точнее, мы и без дороги — придворные маги, но в пути зовемся так. Я же понятно объяснил? — Скажем так, учителем бы вы работать не смогли, — усмехнулась Нина. — Так себе объясняете. Но я поняла. Вам бы книги писать, бестселлер бы вышел. — Ты что, совсем в чудеса не веришь? — сник Ллойд. — Я не верю в то, что не доказано наукой, — отрезала Нина. — В частности, в существование параллельных миров. — А если я тебе докажу? Возьму и докажу? — О нет, — хмыкнула Нина. — Не надо. Мне домой пора. Было интересно пообщаться, но если снова замечу, что вы за мной следите — позвоню в полицию. Удачи вам в вашем Королевстве. — Подожди! Догнав ее, Ллойд вложил Нине в руки непонятного происхождения шарик. Тяжелый, но какой это металл — было неясно. Возможно, сплав. Красивый. Нина повертела его в руках — шарик не походил ни на бомбу, ни на наркотик, ни на секс-игрушку. — Это Ключ от Королевства, — объяснил Ллойд. — Если ты захочешь в него попасть — просто подумай об этом и брось шарик к себе под ноги. Ну, удачи!***
Прошла неделя. Нина сдала очередной экзамен на самый высший балл из возможных, но больше ничего эта неделя не принесла — те же серые будни. Иногда Нине казалось, что ей всегда будет мало, что даже когда она закончит школу, закончит университет, начнет работать, изобретет что-то великое, о чем мечтала, к примеру, лекарство от СПИДа или звездолет — все равно ей будет чего-то не хватать. Она не раз представляла себя взрослой — великим ученым, лауреатом Нобелевской премии, изобретателем, не имеющим равных специалистом в определенной области или в сразу нескольких областях, богатой, красивой, успешной женщиной — и понимала, что даже видя себя на вершине мира, на кажется себе счастливой. Может, этот мир ей попросту не подходит? Нина пару раз пробовала снимать чужую злость — но у нее ничего не вышло. Да и не злился с тех пор никто так сильно, как тогда Марианна. А что еще могла магия — она не знала. Да и какая к черту магия? Ллойд был просто психом, и ей повезло, что он был мирным психом. Больше он за ней не следил, может, санитары начали лучше присматривать за пациентами, или таблетки сменили. Или забыл и переключился. Но шарик… Нина никак не могла понять, что это за металл, и что за сплав. Она проверяла самыми разными доступными ей способами — и ни одна проверка не дала результата.***
— Я же тебе говорю, эта мышь положила глаз на нашу училку биологии! — сообщила Виктория. — А я была уверена, что она лесбиянка! — поддакнула Габриэль. — Ну да, на такую парни не поведутся, только один выход! — расхохоталась Марианна. Нина стояла за углом коридора, прижимаясь спиной к стенке, и слушала, что о ней говорят одноклассницы. Внутри все закипало — да как они посмели? Как они могли… мерзкие испорченные и думающие только об одном людишки! Если они шлюхи, то не значит же, что все вокруг такие? Преподавательница биологии действительно была красивой женщиной. Молодой и даже незамужней. И Нина действительно очень часто оставалась после уроков в ее классе. И она ей действительно нравилась — но абсолютно не в том смысле! Нина восхищалась ею. Нина хотела быть на нее похожей. Нина признавала, что, несмотря на молодой возраст, учительница — гений в области биологии, и многое узнавала от нее на дополнительных занятиях — но занимались они совсем не той биологией, о которой трепались эти… Дебилоидки. — А давайте напишем на доске в классе биологии любовное письмо? — предложила Марианна. — Точно-точно! И в ящик стола подбросим конверт с теми же словами! Интересно, как тогда мышь будет выкручиваться? — поддакнула Габриэль. — Отлич… Марианна осеклась, увидев Нину. Что у нее было на лице — она не знала, но Марианна… испугалась? — А вот и наша любительница биологии… — начала Марианна уже не так уверенно. Ни разу Нина ни с кем не дралась — даже в детстве, даже в шутку. Она думала, что не приемлет насилие в любой форме. Нина размахнулась и со всей силы залепила Марианне пощечину. Так, что щека у той запылала алым. Тут же Нина получила такую же пощечину в ответ. Ее схватили за косы, она потеряла очки — и поняла, что теперь все на самом деле паршиво. Ее будут бить, уроки закончились, все учителя, возможно, разошлись по домам, и Нину может постигнуть судьба многих жертв травли, которых избивают, всячески издеваются, унижают, при этом снимая все на камеру, а потом выкладывают в интернет. Если ее одноклассники так поступят, Нина обязательно привлечет их всех к уголовной ответственности, но факт побоев и унижения останется. Как и видео. С просмотрами. Будущий лауреат Нобелевской премии — с разбитой физиономией стоит на коленях в туалете, или что они там могут еще придумать? Если позовут парней… Нина за секунду просчитала шестьдесят три варианта, ни один из них ей не понравился, ей захотелось разрыдаться, но она решила — назло им рыдать не будет в любом случае. Вместо слез она со всей силы пнула того, кто держал ее за волосы, по голени. Кто ее держал — потерявшая очки Нина не видела, но этот кто-то охнул голосом Виктории. Видела Нина только цветные пятна, но ее отпустили, и она побежала. Куда бежать — она знала и без очков, столько раз видела эти коридоры, что с закрытыми глазами бы прошла. Память, в отличие от зрения, у Нины была идеальной. Поэтому ей удалось ни разу не споткнуться, спрятавшись на заднем дворе. Отлично, теперь они точно напишут на доске любовное признание мисс Круми, да еще и в таких выражениях, что Эммануэль Арсан позавидует! И как тогда Нине возвращаться в эту школу? Как ей учиться среди этих… существ? Как ей жить в этом мире? Кто-то на месте Нины, возможно, подумал бы о суициде — она не раз читала разную литературу, в том числе для подростков (она читала все, что попадалось ей на глаза), и в подобных ситуациях многие героини книжек хотя бы задумались бы «а не умереть ли мне, прекратив эти мучения?» Нина ничего подобного даже мельком в мыслях не допустила. Зато задалась более важным вопросом — как вернуться домой, ибо без очков передвигаться ей было затруднительно. Сходить обратно за очками нельзя. Ждать, когда цирк уродов-одноклассников уйдет домой — тоже не вариант, школа закрывалась после шести, насколько Нина помнила, шесть часов должно было наступить через пять минут. Что цирк уродов будет искать ее здесь и найдет — вероятность была меньшая, Нина знала, где прятаться, и на территории школы должен был находиться сторож, который услышал бы ее крики. Значит, она просто позвонит дедушке, соврет, что разбила очки (потому что потерять или забыть их где-то Нина не могла априори) и попросит забрать ее от ворот школы. До ворот она доберется. Новые очки — трата денег, но деньги у них были, Нина знала, ибо сама же рассчитывала бюджет. Она засунула руку в сумку в поисках телефона — и наткнулась пальцами на что-то гладкое. Гладкое, металлическое… почти металлическое. Ключ от Королевства. Бросить под ноги, подумать о Королевстве… Какой идиотизм. Ну что это за Королевство такое может быть? Замок, как в Диснейленде? Драконы, как в Игре Престолов? Эльфы, гномы и орки, как во Властелине Колец? Говорящие животные, как в Хрониках Нарнии? Короли, принцы, принцессы, рыцари, маги… Даже в детстве Нине не нравилась сказка про Золушку. И про Белоснежку. И про Спящую Красавицу — особенно их слащавые интерпретации в мультфильмах Диснея. А вот Игра Престолов нравилась, и Властелин Колец тем более — бессмертная классика фэнтези. Валинор, Нуменор, Лориэн… А у этого сказочного мира, в который ее пригласил седой псих — даже названия, и то нет. Королевство. Ересь какая-то, подумала Нина — Королевство. Как будто она может туда попасть! Кто вообще может хоть на секунду допустить существование подобной чуши?.. Нина внезапно разозлилась — на психа, на себя, на Марианну, на весь мир вокруг, который ей не подходит, в чем она в очередной раз убедилась. Из этого дурдома, что ждет впереди, хоть в Королевство бежать, и то лучше! …и выронила шарик себе под ноги.
