Крестная мама

      Самые прекрасные глаза, что я видела в этой жизни были у неё. Маленькая девочка, что искренне улыбалась и всегда радовала не только родителей. Она любила музыкальные инструменты с детства и поэтому каждое её новое исполнение приходили слушать все, кто только любил музыку и любое её проявление. Она улыбалась ещё шире, если на таком концерте присутствовала и я. Как правило, я была там каждый год, в первом ряду, прямо рядом со своей подругой и её мужем. И мы не могли глаз отвести от этой прелестной картины. Тогда все казалось так обычно и в то же время вкусно и сладко до умопомрачения. Тея была обычным ребёнком, который просил только внимания. Ей нужны были твои глаза и губы, чтобы она могла видеть и понимать насколько важна для тебя. Вскоре это стало традицией. А когда она пошла в первый класс, в шесть своих полных лет, то сразу же стала любимицей учителя музыки. Там она и выбрала скрипку. Для неё это был самый драгоценный и сложный предмет и поэтому Тея делала все возможное, чтобы впечатлить не только родителей, но и всех вокруг. Она была неповторима. Я слышала, как она играет на скрипке, как держит её, как чувствует музыку и то, как она смотрит в самом конце на присутствующих, лишь бы понять, насколько сильно это было. Но это было тогда. Тогда, когда я все ещё не верила своему счастью, что нахожусь там с ней, с ними. А сейчас...       Она стояла в распахнутых дверях и продолжала смотреть на меня, сверкая своими глазами. Они были намного темнее чем я помню или это от того, что она была готова разорвать меня.       Да, сейчас у неё в руках не было скрипки и более того, передо мной была вовсе не маленькая улыбающаяся девочка, она исчезла по-видимому. Но то, как Тея изменилась не давало мне покоя. И больше всего я не понимала, в какую именно сторону она крутанулась и как переживает из-за потери родителей, наверное, на данный момент, единственные кто любил её бесконечно.       - Тея, я же велел тебе оставаться внизу, - капитан в который раз нахмурился, хотя и говорил это больше с добротой, чем с упреком.       Она молчала. Продолжала сверлить во мне дырку и должно быть делала это прямо в моём лбу.       - Ничего страшного, капитан, - начала воспитатель детдома. - Девочка будет в надёжных руках. Тех, что точно не дадут её в обиду.       Я поморщилась и скривила губы.       - Знаю я как в вашем детдоме протягивает руки. Лишь бы залезть в трусы...       - Да как вам не стыдно! - она аж соскочила со стула. - Вы понятия не имеете, как у нас там.       Я тяжело вздохнула, но осталась сидеть на месте. Моя стрессоустойчивость может не выдержать и тогда я наконец-то буду лупить не только бьющееся в доме, но и примусь за эту белокурую девчонку.       - Прошу, успокойтесь, - капитан пытался остановить этот фарс. - Здесь нет врагов. Тея осталась одна, ей нужен дом.       - Правильно, - воспитатель села обратно и уже в полоборота к капитану начала делать "едва" заметные намёки. - Чтобы вы не придприняли, тепло и уют это у ме... у нас.       Я повернула голову и вновь наткнулась на тёмные изучающие глаза. Какой она стала. Высокая для своих лет, грудь начала округляться, подтянутый живот и крепкие ноги, говорили о том, что она ухаживала за своим телом. На лице было пару прыщиков, но ни капли макияжа. А волосы были чуть выше плеч, явно подстриженные наспех, так как длина везде была разная. Может она решила укоротить длину и под рукой как раз оказались ножницы? Дерзкое решение, но уверенное. Значит, я уже имею дело с той, кого вообще больше не знаю.       - Эй, вы не слышите меня?! - Тея щёлкнула пальцами. - Я не поеду к ней.       Она указала на меня и замотала головой так, будто я её злейший враг.       - Тебе и не придётся, - Ксения была на высоте. Она подошла к Тее и улыбнулась своей обворожительной улыбкой. - Ты можешь остаться здесь, в том месте, где о тебе позаботятся.       Она не обращала внимания на улыбку воспитательницы. Для неё существовала лишь я или своего рода месть мне. Только кому от этого было хуже, я не знала. Понимать, что девочка восьми лет выросла и перестала называть тебя второй мамой, значит, что ты потеряла эту девочку.       - Мне плевать, - с желчью в голосе ответила Тея воспитательнице и вновь обратилась ко мне. - Мои родители умерли, а тебя не было рядом.       Да, я понимала это. Я знала, что упустила тот момент, где наша связь рухнула в один момент. Но что я могла? Разве это правильно? У меня была своя семья, свои обязанности, я не могла быть с ними каждый божий день, да я даже не могла с собой быть. Все время кто-то что-то хотел, хватал, брал, не пытаясь даже вернуть или хотя бы понять насколько все это далеко зашло. Я тоже не железная. Я устала. Я устала слушать, какая я ужасная и да, пусть я буду виновата, пусть она права, мне уже было далеко все равно. В этот момент мне хотелось безразличия. Повесить свою душу на крючок.       - Почему ты молчишь? - голос Теи дрогнул. Было слышно, как она сжала зубы до боли в суставах.       Я не видела, но чувствовала, как все трое смотрят на меня. Изводят. Испепеляют. Они могли лишь осуждать. Осуждать было проще, чем кого-то понять. Так легче.       - Что я должна подписать?       Капитан молча моргал, понимая, что сам предложил это, что сам сделал так, чтобы я оказалась здесь, подписала все необходимое и забрала девочку, что не хотела видеть меня.       - Тут немного документов.       - Нет! Я не поеду с ней!       Тея выбежала из кабинета и устремились куда-то вниз.       - Её там остановят? - Ксения уже была готова бежать следом.       - Да, мои ребята не пропустят её. - Капитан кивнул. Он перебрал документы и дал мне пару листков. - Это те документы, которые вы можете подписать сегодня, а эти пойдут на рассмотрение.       - Стоп, что? - я пыталась вчитываться в написанное, но кроме имени моей подруги и моего, в голове больше ничего не задерживалось. - Вы же сказали, это решается быстро. Мне нужно возвращаться в Екатеринбург.       Воспитательница громко усмехнулась.       - Что?! - раздражительно спросила я у неё. - Вы и так действуйте на нервы, не дай бог...       - Не дай бог, что? - она вновь перебила меня, как видно ей нравилось и подошла ближе. - Вы всегда угрожаете той от кого зависит отдадут вам ребёнка под опеку или нет?       Меня пронзило током, как гром среди ясного неба. Какого черта она несёт?       - Что это значит?       Капитан хмыкнул, но ему даже не дали сказать и слова.       - Это значит, что без нашего одобрения вы не заберёте девочку к себе. А я вам точно его не дам.       Я резко поднялась, от чего стул пошатнулся, но не упал, а она отошла на пол шага назад. В её глазах читался ужас, хоть она и пыталась ему противостоять.       - Давайте успокоимся, - капитан вышел из своего стола, видно сам напуганный не меньше её и встал по центру. - Ксения, я вас прошу, не усугубляйте. А вы, Алёна, боюсь, что это правда. Без одобрения детского дома в котором сейчас будет находиться Тея, вы не сможете удочерить ребёнка. Есть ряд правил и процедур, просто так не один суд вам не позволит этого сделать. Поверьте, было бы легче, если все мы успокоились и перестали конфликтовать.       Я понимала, что он говорит. Отчётливо слышала. Но также понимала, что сегодня мне надо оказаться в другом городе, чтобы моя благоверная и дальше разрешала видеться с сыном, а не наделала кучу запретов на приближение.       Я провела рукой по лицу и тыльной стороной ладони протерла губы.       - Сегодня мне нужно быть в Екатеринбурге, иначе я не смогу видеть своего сына, что по вашему мне делать?       - Так у вас уже есть ребёнок? - Ксения ахнула, достала какую-то папку и что-то там чиркнула. - Это меняет все.       - Что? - я попыталась добраться до неё, но капитан знал куда вставать и поэтому не дал мне это сделать. - Что ты несёшь?!       Она ужаснулась ещё сильнее и снова что-то написала.       - Пожалуйста, успокойтесь. Мы так ни к чему не придём.       Я истерично засмеялась. Мне уже хватало и так слишком много боли и страха в этой жизни. Я упустила то, что должна была сохранить, а сейчас какие-то люди хотят у меня и сына отобрать? Я больше так не могла.       - А знаете, что. Пошли вы нахрен!       Я обошла капитана и вылетела из кабинета как пробка из бутылки.       Мои быстрые шаги вели меня вперёд. Я понимала куда мне надо, но не знала зачем. Точнее, я понимала, что нужно. Это же мой сын, моя жизнь. Так почему я должна оставаться здесь и позволять какой-то девчонке в юбке у которой молоко на губах ещё не обсохло мной помыкать? Почему я должна менять свою жизнь на вечные разбирательства и девочку, которую я... которую я так любила.       Я остановилась, когда моя рука легла на дверь. Да что я творю вообще? Как снова можно оказаться в жопе, когда ты так старательно вылезла из неё?       Я выдохнула и отошла в сторону, чтобы не мешать сотрудникам участка. Мой пульс был слишком взбешен всей это информацией. Но более того, я совсем не знала, что делать.       - Черт!       Я резко ударила по батарее и тут же осела на пол от тупой боли в ноге.       Несколько любопытных глаз заметили это и если бы не моё короткое "простите", то я бы уже была за решёткой, думаю психбольницы.       Тупая боль в ноге была куда желание, чем то, что творилось в голове. Моё сознание перевернулось окончательно. Мне нужно было одобрение этой воспиталки, что думала о себе, как о божестве спасающем души. Черт возьми. Как можно быть такой красивой и противной в одном флаконе? Не удивлюсь, если её парень терпит из последних сил все её заморочки, особенно любимую работу.       Я откинула голову назад и не дала волю своим эмоциям. Мне было жутко страшно и странно. Как это происходит? Что делать? Мне предстояло решать, делать выбор день за днем. И сейчас этот выбор влиял на жизнь двух людей, двух дорогих мне людей. С одной стороны это был мой только что родившийся сын, которого я не держала и минуты на руках, а с другой, та, что стала мне далёкой и потерянной девочкой, ту, что я любила всем сердцем. Я до сих пор её люблю, просто... просто не знаю, как все исправить.       - Почему ты все ещё здесь?       Я открыла глаза и увидела ребёнка. Тея смотрела на меня сверху вниз, но уже без той злости в тёмных зрачках.       - Да как тебе сказать, - я улыбнулась своим мыслям и первое, что вспомнила, это её скрипку. - Последние пять лет, я не слышала твоей игры на скрипке, не знаю, сколько могу ещё прожить без этого.       Она фыркнула, но я заметила, как проступили её ямочки на щеках. Она хочет улыбнуться, но сдерживается.       Тея опустилась рядом, обхватила колени руками и притянула к себе.       - Я уже не играю несколько недель.       Я посмотрела на неё с вопросом, на что она пожала плечами.       - Если ты надумала бросить, то это не страшно. Найдёшь чем заняться. Ты очень умная и интересов у тебя всегда было куча.       Тея смотрела на свои пальцы скрещенные между собой и поправляла кольца, которые явно были ей чуть больше чем нужно.       - Было, - холодно ответила она.       - Кенгуренок, я...       - Не называй меня так, - перебила Тея и её лицо тут же поменялось. Щёчки надулись, а брови двинулись к переносице. - Ты давно потеряла такое право.       Выдохнув, я согласилась с ней. У меня не было ни малейшего права сидеть здесь и что-то ей объяснять. Я даже не знала какая она сейчас. Что для неё важно, не разлюбила ли она фиолетовый цвет и какие мальчики ну или девочки ей нравятся.       - Твоя мама... родители, этого не заслужили.       - А кто заслужил? - усмехнувшись, спросила она.       - Я.       Тея все таки посмотрела на меня. Она сдерживалась, чтобы не расплакаться, думаю, она хотела, чтобы никто не мог видеть детских слез. С какой-то стороны, я понимала её. Такая маленькая, чуткая, смышленная. Она всегда была рядом. Она не отворачивалась от меня.       - Нет, - твёрдо ответила она. Её нижняя губа начала ходить из стороны в сторону, когда Тея нервничала. Её любимое занятие для отвлечения от внешних проблем, было создание внутренних. - Тогда я осталась бы совершенно одна.       Я закрыла глаза. Мои скулы сводило от напряжения. Сдерживаться, это был единственный шанс для того, чтобы ни кого не убить. Поэтому я позволяла себе терять контроль в крайних случаях, ну или тогда, когда передо мной не стоял человек, а находилась та самая батарея или посуда. Так было проще расставаться с плохим.       Я протянула к ней руку и положила её на плечо. Она окрепла. Стала больше походить на маму в её возрасте. В красивых пусть и тёмных глазах я видела необходимость в поддержке. Она любила тактильную связь, для неё это было чем-то вроде обряда. Все будет хорошо, если я обниму.       Но Тея не шевелилась. Она не убирала моей руки, но будто и не чувствовала её. Взгляд девочки был отрешеным и совсем чужим. Словно она построила барьер, свою стену из щитов.       - Тея, вот ты где, - к нам навстречу летела гарпия-блондинка. Выглядела она слишком встревоженно. - Малышка, нам пора.       Тея посмотрела на меня как-то неуверенно.       - Пора?       - Да, - воспитательница присела на корточки от чего её юбка чуть задралась. - Я познакомлю тебя с ребятами, которые во всем помогут. Поверь, никто тебя не обидит. Я не позволю.       От чего то ей хотелось верить и думаю Тея тоже этого хотела, но никто не был в этом уверен. Я слышала, как там, в таких домах и что там происходит и много слышала от Леры, но никогда не хотела узнать сама. Это не входило в мои планы. Как и не входило в планы маленькой девочки, оставшейся одной.       Краем глаза, я заметила, как двое полецейских активно что-то обсуждают, смотря на нас. Они нервно хихикали и более того делали совсем непристойные жесты. И когда мои зрачки начали активно искать причину этого, я заметила, что юбка Ксении задралась, а её чулки стали видны слишком сильно. Ещё немного и оставались лишь трусики.       - Эй! - Я резко встала и в два счета закрыла своей спиной воспитательницу и Тею. - Если вам дорог ваш язык лучше бы прикусили его, а то я знаю одно место, где ему будет очень несладко.       Они прекратили смеяться, но даже не думали прощать мне такое.       - Да у нас тут победитель по жизни. - Пока один говорил, второй подходил ближе. - Небось хочешь засунуть свой язык ей между ног?       Я ненавидела мужчин, откровенно говоря, таких вот ублюдков, которые думали, что они лучше всех. У них были погоны, оружие, сила, но совсем не было чести и ума. Они любили похоть и ложь, лишь поэтому их так завели чулки. Лишь поэтому один из них хотел проучить меня силой, пока второй, как на допросе, испытывает меня своими навыками оратара.       - Что вы делаете? - Ксения поднялась, поправила юбку и закрыла за собой Тею. - Немедленно прекратите!       Мужчины рассмеялись.       - Ладно, ладно. Это же шутка, да? Беззаботная, смешная шутка.       Я чувствовала как в моей голове нарастал гул. Пульс дико сопротивлялся норме, а перед глазами начало плыть. Меня разъедала злость и тому была причина. Причина моего детства и таких же идиотов, которые были в разы меня сильнее.       - Пожалуйста, не надо.       Ксения положила руку мне на плечо и немного сжала его.       - Отставить! - капитан во время оказался в нужном месте. - Вы совсем из ума выжили? Форма даёт какие-то привилегии?       - Нет, капитан! - они встали по стойке смирно.       - Чёртовы дети, - он потряс головой и почесал затылок. - Идите в архив, мне нужно принести дела. Вперёд.       Они резко сорвались с места и без ухмылок, понеслись по команде капитана.       Я ощущала, что рука воспитательницы детдома до сих пор на моем плече, что делало это положение ещё более неловким. Я смахнула её руку резко выбросив плечо назад. Мне не нужны поощрения в виде лёгкого касания, которое что-то должно значить.       - Какого черта... - капитан откашлялся, когда увидел Тею позади нас. - Почему вы все ещё здесь?       - Мы уже собирались уходить, - ответила Ксения.       - Нет! Я не пойду! - Тея подбежала ко мне и обвила свои руки вокруг моей талии. - Можно я останусь с тобой? Я передумала, пожалуйста.       - Господи! - капитан громко застонал. - Тея, так нельзя. Ты же понимаешь, что это не игрушки, ты и так была здесь слишком долго. Черт.       - Здесь? Она была здесь? - Ксения вновь достала свою папку, но я во время её отобрала. - Что вы себе позволяете?       - Хватит, пожалуйста. - Я передала её капитану и присела, чтобы позволить себе увидеть то, что как думала я, потеряла. - Кенгуренок, я все понимаю. Но нужно потерпеть.       - Я не хочу терпеть. Я и так их потеряла.       Она запрокинула голову, чтобы не дать слезам выйти наружу. Тому, что нужно было обналичить. Дать выход.       - Эй! - Я провела пальцами по её лицу и взяла голову в свои ладони. - Формально это сложно, но... я сделаю. Я сделаю это.       Она резко соскочила и повисла у меня на шее. Это были сильные, родные объятия. Тея не хотела туда. Её злость обуяла в ней желание сделать мне больнее, а по факту вскрыла лишь раны, которые не переставали делать больно.       - Ты кинула меня тогда. Ты сделала это. - Её голос дрожал.       Две пары глаз внимательно смотрели на меня, пока я держала в руках то драгоценное, что когда-то потеряла.       - Нам пора, - тихо ответила Ксения, даже мне показалось, что в ней открылось отчаяние.       - Я попытаюсь, хорошо.       Тея перестала меня обнимать, она отошла на несколько шагов назад.       - Ты врешь.       Всё, что было нужно дать ей понять насколько сильно я хочу помочь. Но я не могла ей врать. Я не была хорошим человеком. Я выросла той, кем теперь являюсь. Мне нужно было постараться, чтобы сделать это. Оформить, доказать и забрать. Так и должно было быть. Должно, до того, как мне поставили условия. Я бы могла забрать её сегодня, прямо сейчас, туда, к себе, изменив её мир, природу, оторвав от всего, но мне не дали. Это было не просто. Мне нужно было всего лишь дать ей обещание, то, что я сдержу или по крайне мере то, что она услышит и поверит. Я должна была.       - Я попытаюсь, кенгуренок.       - Мама была права, ты никогда не понимала, кто тобой действительно дорожит.       Я попыталась дотянуться до неё, дать понять, хотя бы что-то, но Тея сделала ещё шаг назад, а затем ещё и ещё.       - Я тебя проверяла, крестная мама и ты нисколько не изменилась. Я останусь в детдоме, а когда выйду оттуда, ты обязательно пожалеешь.       - Тея...       Девочка, что играла на скрипке, та малышка, что всегда любила улыбаться и собирать концерты, её больше не было. Сейчас передо мной стояла девушка, которая знала, что будет дальше, ну или по крайне мере хотела знать. Она не нуждалась во мне, я для нее была пустым звуком. Щелчком в прошлом.       - Ты мне не нужна, - ответила Тея и развернулась, чтобы пойти к выходу.       - Отдайте, - Ксения вырвала папку из рук капитана. - А вам, удачи!       Она с презрением посмотрела на меня и развернувшись, последовала за Теей.       - Вот дерьмо, - капитан тяжело выдохнул.       - Не то слово.       - Да нет, я не о том, - он поправил свою фуражку. - Её родители погибли ещё месяц назад и если бы вы отвечали на телефон, сообщения или письма, то узнали это ещё тогда. Она находится в детдоме уже три недели. К сожалению, мы только сейчас нашли завещание, в котором вы являетесь центровой фигурой, а Тея, она просто захотела увидеть вас. Она думала, что вы сможете стать опекуном, она этого хотела. Поэтому, мы решили вас проверить. Но как оказалось, вы совсем не подходите на эту роль. - Он кивнул в сторону своего кабинета. - Мне нужны всего лишь пару подписей, чтобы вы отказались от имущества их семьи и каких-либо законных прав.       Какого черта?       Я стояла с открытым ртом и пыталась понять, что здесь происходит? И что это за игра в которой я оказалась жертвой, а Тея хищником.