Шизофрения

      Пока Джоанна ездила с Майклом к Меган, Николя был в Хьюстоне, в доме Лавинии. Ему всё это очень не нравилось, как и не нравилось то, что у него не получалось ей отказать. В последнее время всё больше и больше накатывала усталость, хотелось отдохнуть ото всего, особенно от поисков Кристиана. Николя, как и Джоанна надеялся найти его, особенно живым, но просто надоело гоняться за призраками прошлого.       Ехать до дома Лавинии пришлось очень далеко, и Николя пожалел, что решил сэкономить в прокате автомобилей, и вместо комфортабельной, почти новенькой «Тойоты», взял «Форд» — по году выпуска, своего ровесника. В результате он проклинал себя, прокат и несчастный «Форд», когда ехал вдоль кукурузных полей, а жгучие солнце Техаса, вошло в свой зенит и безбожно жарило. В какой-то момент Нико даже показалось, что изжариться живьём в этой «консервной банке», именуемой автомобилем. Пот катил градом, футболка прилипла к спине, а волосы можно было выжимать.       Кое-как доехав до ближайшей забегаловки, он рухнул на ярко-красный диванчик из кожзама и заказал полуторалитровую бутылку ледяной колы и двойную порцию мороженого. В голове не осталось ни единой мысли. Ему казалось, что все мозги расплавились и превратились в желе, нет, скорее просто в жижу.       Нико не запомнил, сколько по времени он просидел в кафе, но когда собирался ехать дальше, то солнце катилось к закату. Мужчину это более, чем устраивало. Перед уходом, он купил здесь же ещё бутылку минералки.       Внутри автомобиля было, как в духовке. Когда Николя пристёгивался, то всерьёз подумывал вызвать такси, а «Форд» бросить здесь, и чёрт с ним с этим залогом, но всё же решил оставить всё, как есть.       В доме Лавинии тоже стояла духота и какой-то странный запах, что-то типа лаванды и аниса. Николя подёргивал ноздрями, пытаясь идентифицировать вонь, которая вызывала неприятные ощущения. Он решительно открыл все окна, чтобы хотя бы немного проветрить, когда стало легче дышать, стал осматриваться. Небольшая гостиная в стиле шебби-шик, с обилием розового цвета и рюшей, ещё больше фотографий разной степени давности, журнальный столик под старину, хотя Николя подозревал, что это и есть самый настоящий антиквариат, розовый гарнитур состоящий из дивана и двух кресел, был накрыт кружевными накидками, явно очень старыми. Согласно описанию Лавинии, чулан находился под лестницей, в который вела небольшая дверь, оклеенная обоями в мелкий цветочек, такие же были и в гостиной. Николя зашёл внутрь и чуть не задохнулся. Резкий запах каких-то трав и пыли чуть не сбивал с ног. Кое-как пересилив себя, мужчина приступил к поискам того самого сундучка. Перерывая вещи Лавинии, Николя чувствовал себя жутко неловко, как будто в чужом нижнем белье копается. В помещении было полно всего: какие-то книги по оккультизму, старые письма, пузырьки с неизвестным содержимым, охапки трав — большинство из которых, он никогда не видел; блокноты и школьные тетради и очень много свечей всех видов и мастей.       Сундучок нашёлся на полке в самом дальнем и пыльном углу. Николя облегчённо выдохнул. Он собирался до рассвета вернуться в отель — ещё одну такую поездку по жаре просто не выдержит, поэтому хотел ехать ночью. Едва Николя дотронулся до сундучка, как его резко и неожиданно понесло по волнам памяти.       Джоанна уговорила его поехать в Париж за вещами Кристиана. Николя не хотелось, но ради её спокойствия поехал, не веря ни единую минуту в успех операции. В какой-то момент он чувствовал глухое раздражение и злость на неё, особенно когда сидел в самолёте и их мотыляло из-за турбулентности. Николя даже гневную речь придумал, когда вернётся и всё ей выскажет.       По прилёту, он поехал в отель и заселившись, тут же рухнул в кровать и проспал несколько часов кряду. Это пошло ему только на пользу. Отдохнув и выспавшись, Нико сменил гнев на милость. В конец концов, может быть тётка права, и Кристиан жив? Помимо родителей Кри-Кри, Николя повидаться с друзьями и обзвонив всех, они договорились встретиться в том самом кафе «У Альфредо». Встреча получилась очень тёплой и радостной, гораздо приятнее, чем их последнее времяпрепровождение с Джоанной. Здесь все смеялись и веселились, вспоминая прошлое и рассказывая о настоящем. Правда девочки жалели, что Джоанна не смогла приехать.       — Я её так давно не видела, — взгрустнула Лали. — Ну раз вы к нам не едите, то надо мне до вас добраться, что думаешь, Себастьен?       — Прекрасная мысль, — согласился он с женой.       — И мы с Бене приедем, — вставил Жозе.       — Конечно! — подтвердила девушка. Николя украдкой поглядывал на Элен, которая тоже пришла на встречу, но по большей части молчала, лишь изредка вставляла реплики, когда её спрашивали напрямую. За эти два года она почти не изменилась, разве что взгляд стал грустным. От Жозе, Николя знал, что у неё не клеится личная жизнь, а последний роман закончился тем, что её возлюбленный сломал девушке нос. Она угодила в больницу, а он под следствие. У Нико кулаки сжимались от ярости из-за такого обращения с Элен. Несмотря на всю некрасивость их расставания, она по-прежнему занимала особое место в его душе.       — А что-то слышно о Кри-Кри? — спросил Жозе, выводя Николя из его мыслей.       — Увы, нет, — признался он. — Как в воду канул.       — Это же в его духе, — пожала плечами Лали. — Объявится, когда хвост прижмёт. Остальные с ней согласились, кроме Николя. они с Джоанной решили не рассказывать друзьям всю историю пропажи Кристиана — к ничему. Они ничем не помогут, только душу себе вымотают. У него уже был один пример перед глазами — Джоанна. Чем дальше, тем сильнее её засасывает эта трясина.       Они ещё несколько часов просидели и повспоминали дела минувших дней, когда мечтали стать рок-звёздами, а в результате все забросили музыку и занялись прозаическими делами. Себастьен работал в строительном магазине, Жозе туристическим гидом и теперь с важным видом вещает гостям из Аргентины и не только, историю Парижа, показывая достопримечательности. Бене трудиться в маленькой, частной галерее. Лали в строительной фирме архитектором. Элен всё так же работала в кризисном центре. В общем, все были при деле, и вроде бы все были счастливы, или хотели таковыми казаться.       Они засиделись допоздна, и Николя вызвался проводить Элен, которая жила в той же квартире в Двенадцатом округе. До самого дома ехали молча, лишь изредка обмениваясь ничего незначащими фразами о погоде, иногда о друзьях, не касаясь их самих.       Уже у подъезда, Элен обернулась и спросила Николя, пока тот ещё не уехал в такси:       — Может поднимешься? У меня до сих пор остались кое-какие твои вещи.       — Да лучше сейчас их забрать, а то, когда ещё удастся выбраться в Париж, — после недолго колебания, ответил Николя. В квартире почти ничего не изменилось, разве что теперь здесь не было их совместных фотографий, хотя, когда они были на каждом шагу — Элен любила их фото вместе, особенно на природе. Она частенько говорила, что это придаёт живость и теплоту. Николя не спорил.       — Всё хочу сделать ремонт, но никак не соберусь, — поймав изучающий взгляд Нико, произнесла Элен, словно оправдываясь. — Я взяла ипотеку на эту квартиру.       — Здорово! Поздравляю! — искренне поздравил Николя. — Какой хочешь сделать ремонт?       — Ничего особенного, но мне жутко не нравятся стены. Здесь бы подошёл что-то типа цвета шампанского или слоновая кость, а ты что думаешь? — спросила она.       — Даже не знаю, — протянул Нико, который ничего не думал, поглядывая в открытый вырез Элен. — Наверное, тебе лучше знать, чего хочется. Ему хотелось дотронуться до зоны декольте, потянуть топ вниз и высвободить упругую грудь Элен из тесного плена, а потом долго осыпать поцелуями. Эта идея была так заманчива, что всё читалось у него в глазах. Элен улыбнулась и коснулась губами его, даря нежный поцелуй, её руки проворно принялись расстёгивать джинсы, когда Николя остановил её.       — Ты разве не хочешь? — недоумённо спросила она.       — Хочу, но ещё хочу быть верным Джоанне, — хрипло произнёс он, борясь с возбуждением. — Я люблю её.       — Понимаю, — отступила Элен и отошла от мужчины. — Думаю, теперь уже пора.       — Да, до свидания, — попрощался он и быстро вышел из квартиры, пока ещё мог сопротивляться своим желаниями.       Элен долго и с тоской смотрела ему вслед, пока его фигура окончательно не скрылась в ночи.       Николя, добравшись до отеля и приняв холодный душ, решил больше не встречаться наедине со своей бывшей возлюбленной. Ему стоило колоссальных усилий не изменить сегодня Джоанне. Каждая клеточка его тела жаждала бурного секса с Элен. Эти воспоминания дарили обжигающее чувство похоти. Очень уж хотелось развернуться и поехать обратно, чтобы провести ночь в объятиях, некогда любимой девушки.       Николя вынырнул из воспоминаний так же резко, как и очутился там. Он даже не сразу понял, что находится в доме Лавинии и держит тот самый сундучок с пионами на крышке. Ему даже чудился запах Элен, словно она стояла поблизости. «Странный морок», — подумал Нико и засунул сундучок в сумку. Перед тем, как уехать, он проверил везде электричество.       Пока добирался до аэропорта, начался сильный ураган и все рейсы отменили. Пришлось сидеть в аэропорту. Он не мог избавиться от мысли, что вся эта поездка пошла кувырком с самого начала, и его не покидало нехорошее предчувствие.