Шизофрения

      Бетси запаниковала, но старалась не подавать виду. Она, не меняя траектории, приближалась к Майклу. Эту сволочь намеривалась оскопить чего бы ей это и не стоило, а потом уже разобраться с просыпающейся Кимберли. Её планам не суждено было сбыться.       Бетси сделала ещё два шага по направлению к клетке, когда почувствовала, как кто-то изнутри схватил ледяной рукой её за горло. Дыхание перехватило, и она могла только открывать и закрывать рот, судорожно хватая воздух, которого отчаянно не хватало. Бетси почувствовала, как сознание ускользает от неё и в следующее мгновение свет померк, и она с грохотом рухнула на пол.       Очнулась Бетси в выжженной пустыне, где лишь холодный ветер разносил по воздуху серый пепел. Она поднялась на ноги и принялась осматриваться по сторонам. Впервые за очень долгое время ей стало по-настоящему страшно. «Неужели это ад?» — задалась она вопросом, и очень скоро получила ответ.       — Здравствуй, Бетси, — поприветствовала её Кимберли, материализовавшаяся из кучи серого пепла, который столпом поднялся ввысь, приобретая черты женской фигуры.       — Кимберли, что ты здесь делаешь? — спросила она.       — Решила пообщаться с родственницей, — улыбнулась Кимберли. — Как у тебя дела?       — Всё хорошо, но я всё равно не понимаю…       — Конечно не понимаешь, — перебила она её. — Это естественно. Ты думала, что я сплю, но пришло время просыпаться.       — Но зачем? Кимберли, не нужно этого делать! Там тебя не ждёт ничего хорошего, поверь мне! — убеждала её Бетси. — Разве тебе было плохо в своём мире мечты?       — Но было ли мне хорошо? Вот в чём вопрос. Кимберли медленно, нарочито медленно приближалась к Бетси. Хоть они и имели одно лицо, но выглядели по-разному. Кимберли не в пример Бетси, была одета в рваные джинсы и еле держащийся на плечах топ на тонких лямках. Серые глаза были густо подведены, а губы алели красным цветом. Полная противоположность Бетси.       — Так почему ты проснулась?       — Ты нарушила обещание! — прикрикнула на неё Кимберли. — Ты дала слово не вредить Майклу и нарушила его!       — Что? Ты серьёзно? Да он же сволочь! Ублюдок, который трепал тебе нервы и издевался!       — Да какая разница, если я люблю его! Я хочу, чтобы у него всё было хорошо, но ты этого не понимаешь, — констатировала Кимберли.       — Хорошо-хорошо, я отпущу его и всё будет по-прежнему, Кимми, милая засыпай, — уговаривала её Бетси.       — Я тебе не верю! Убирайся! Бетси почувствовала, как её тянет назад. Она сопротивлялась этой невидимой силе, даже упала лицом вниз, вдохнув пепел и закашлявшись. Женщина пыталась хоть за что-то ухватиться, но в руках был только пепел, который легко проскальзывал сквозь пальцы.       — Кимберли! — крикнула она в отчаянии, перед тем как окончательно вылететь из тела правнучки.       Кимберли почувствовала облегчение, как будто гора с плеч упала. Ветер заметал следы Бетси, унося последнее напоминание о ней. Конечно сама Кимберли её никогда не забудет — не сможет, зато сможет двигаться дальше, больше не прячась в мире иллюзий, где всё идеально, но не по-настоящему.       Она вернулась в тот самый коридор, где ещё совсем недавно бродила её память в надежде рано или поздно выбраться, где сейчас находилась Лавиния. Она ждала её и верила, что Бетси исчезнет и всё встанет на свои места.       — Спасибо, — поблагодарила Кимберли Лавинию. — Ты сможешь вернуться обратно?       — Я не знаю, — грустно ответила она. — Но главное, что Бетси больше нет. Ты смогла её одолеть.       — Нет, мы смогли. Попробуй вернуться, а я пока побуду здесь, — предложила Кимберли. — Через ту дверь — это выход.       Она указала рукой на самую неприметную дверь из всех здесь существующих. Сколько времени здесь бродила Лавиния, но никогда не замечала её. Возможно, просто не могла, а память Кимберли или не знала, или не хотела показывать до того момента, как вновь воссоединиться с остальной частью разума.       Лавиния молча кивнула и направилась к двери. Она взялась за ручку, как отвалилась и растаяла у неё в руках. Лавинии ничего не нужно было говорить, чтобы понять — дверь не откроется. Это конец. Об этом предупреждала память Кимберли. Было ли ей жаль? Отчасти да, но она всё равно считала, что поступила правильно.       — Это конец, — тихо прошептала Кимберли, подходя к Лавинии сзади. — Мне так жаль. По бледному лицу женщины потекли чёрные ручейки слёз от расплывшейся подводки и туши. Кимберли порывисто обняла Лавинию, уткнувшись носом ей в макушку.       — Ничего, я знала, что такое может произойти, — погладила она Ким по спине. — Но я ни о чём не желаю, и ты не плачь.       — Но мне так…       — Не надо. Мы всё сделали правильно. Спасли несколько жизней, в конце концов я уже старая и всё равно скоро умерла бы, — продолжала она утешать Кимберли.       — Всё равно больно, — всхлипнула Кимберли. — Почему мы не познакомились раньше?       — У нас не было возможности, но ничего, мы всё исправили. Вот ещё, что, Ким, я чувствую, даже не так, знаю: у тебя есть кое-какие способности, поэтому, когда ты вернёшься в реальный мир, то забери у Нико мою книгу. Обещаешь?       — Обещаю, — кивнула Кимберли.       Лавиния ласково улыбнулась и в последний раз погладили Кимберли по волосам, перед тем как исчезнуть навсегда. Перейти в другой, лучший мир.       Пришло время возвращаться.       Пока Бетси лежала на полу без сознания, всё это время Майкл звал Кимберли, хотя уже не был уверен, что получится и жива ли она вообще — в этом тоже были сомнения, но надежда умирает последней.       Николя же был озабочен состоянием Джоанны, которая так же не приходила в себя. Из приоткрытого рта девушки, вытекала тоненькая струйка слюны. У него сердце сжималось, глядя на неё. Кристиан тоже его волновал, но не до такой степени, и он так же до конца не мог прийти в себя, но хотя бы шевелился в отличии от Джоанны. Первой очнулась Бетси. Она тихо застонала всё ещё лёжа на полу, затем села, потирая ушибленную скулу во время падения. Было больно, да ещё и язык прикусила до крови.       — Бетси? — осторожно позвал её Майкл.       — О, Майкл! — Кимберли попыталась резко встать, но у неё закружилась голова, и она, пошатнувшись, села обратно на пол.       — Кимберли, ты вернулась! Ей не нужно ничего было больше говорить, чтобы он понял — Кимберли проснулась. Сердце неожиданно сильно сжалось и по телу разлилась теплота. Он по-настоящему по ней скучал всё это время.       — Питер, и ты здесь! — воскликнула она. — Я сейчас! Кое-как встав, Кимберли принялась шарить по карманам в поисках ключа от замка на цепи. И он нашёл. Она тут же ринулась к Майклу, чтобы освободить его. Трясущимися руками, женщина открыла замок и рухнула в его объятия, разрыдавшись.       — Прости меня, прости! Я не хотела, чтобы так всё вышло! — Ничего, Кимми, ничего, — гладил её по голове Майкл, крепко обнимая. — Теперь всё будет хорошо.       — Эй, а меня кто-нибудь освободит? — подал голос Питер.       Кимберли оторвалась от Майкла и направилась к другу, чтобы и его избавить от цепей. Перед ним она тоже чувствовала вину, в конце концов, именно в своё время очень помог ей.       Пока открывала замок, заметила краем глаза отрубленную голову Меган. Кимберли не удержалась и завизжала, а потом выскочила за дверь, за ней последовали Майкл и Питер. Они поймали её уже на улице. Про Николя, Джоанну и Кристиана, как будто бы и забыли.       — Ким, стой! — Майкл перехватил её у ворот.       — Я убийца! О, боже! Меган… — Кимберли упала на колени и закрыла лицо руками.       — Это сделала не ты! Это всё Бетси!       — Ни один суд в это поверит…       — А зачем кому-то знать об этом? Мы уедем из Кливленда и начнём новую жизнь, — успокаивал её Майкл.       — Ага, будешь мне ножовки запекать в шоколадный торт? Есть ведь свидетели, те, оставшиеся в подвале, — резонно заметила Кимберли.       — Мы подумаем об этом позже, — глаза Майкла нехорошо блеснули в свете луны.       Он не собирался отказываться от Кимберли, чего бы это ни стоило ему или кому-либо другому.