В паутине Готэма

      Кон не знал, сколько он так пролежал. Может задремал. Может просто выпал из реальности. Но когда пришел в себя, вдруг обнаружил, что все еще холодное, но уже мартовское солнце клонилось к закату.       Тихо скрипнувшая дверь заставила сморгнуть наваждение, но не смогла помочь сбросить оцепенение, заставить шевельнуться. Кто-то бесшумно прошел к его постели, чуть прогнулся под чужим весом матрас. Ласковая ладонь коснулась его взъерошенных волос.       — Спишь?       — Нет, — тихо отозвался он, перехватывая руку Тимоти, чтобы коснуться губами ладони. — Прости меня. Я не должен был…       Только ни о чем не жалел. Странные люди существа — каким-то образом умудряются чувствовать противоположные чувства одновременно, желать противоречивые вещи. Говорят, амбивалентность мышления — признак шизофрении. Кон бы и этому уже не удивился, честно говоря. Тогда, во всяком случае, все происходящие бы приобрело смысл и имело объяснение.       Пока же у него были только комки чувств, завязавшиеся морскими узлами, и тонны вопросов к самому себе. А еще были губы Тимоти на его губах. И нежный, до чертиков трепетный поцелуй с привкусом меди, от которого внутренности сжимались подобно тугой пружине. Кон отстранился только, почувствовав нехватку воздуха, и заглянул Тиму в лицо, коснулся пальцами разбитых губ.       — Джейсон все же ударил тебя… Он многое рассказал мне про тебя, но… Тим, он сделал это только ради твоего блага, — заверил он, виновато опустив глаза. — Поверь, я никогда не использую эти знания тебе во вред.       Повисло молчание. Не то чтобы тяжелое… Просто в этой тишине Кон буквально слышал, как крутились шестеренки в мозгу Тима. А может, в его собственном? Но мыслей не было. Больше нет. Слишком устал ото всего этого.       Тихо вздохнув, Тим взял его лицо в свои ладони, чтобы вновь нежно коснуться губами губ, щек, лба… Поцелуями-бабочками по всему лицу, мешая их со словами.       — Я знаю… Конечно, знаю… А Джей… Язык вырву…       — Тимоти… — попытался возразить Кон, донести до него тот факт, что Джейсон поступил правильно, что он хотел, как лучше. Однако мысли разбегались, а сам он буквально таял от по поцелуев и прикосновений нежных рук. Даже несмотря на то, что, казалось, теперь Тимоти хочет уйти от разговора затащив его в постель. Нет. Нет, они должны остановиться. Прекратить этот бег по кругу. И он вдруг решительно отстранил любимого. На лице Дрейка отразился мимолетный страх, и Кон поспешил смягчить действие тоном. Не сказать, что слова несли утешение: — Нам надо поговорить.       Тим непонимающе моргнул, а после обреченно прикрыл глаза, тихо вздохнув. Сел ровнее, отведя взгляд.       — Ты хочешь уйти? Я… Я понимаю, правда.       Коннер усмехнулся:       — А Джейсон сказал, ты понимаешь другое. Наверное, он все же недостаточно хорошо тебя знает? Если бы я хотел уйти, сделал бы это давным-давно, — заверил он, скользнув ладонью на скулу Тимоти. — Однако некоторые вещи я должен был узнать от тебя, а не от него. Согласен?       Тим посмотрел на него отчасти даже обреченно, но все же кивнул.       — Ты, конечно, прав. Наверное, со стороны, я выгляжу мудаком, который водит за нос, которому… все равно, — заметил он, глядя точно сквозь предметы, в никуда. — Это не так. Просто… Прости, я не очень хорош в чувствах. В том, как выражать их… Мне хорошо с тобой. Очень. Я доверяю тебе. И хочу, чтобы тебе было хорошо. Со мной хорошо. — Выдав тираду со скоростью пулеметной очереди, он наконец умолк, устало выдохнув и опустив голову. Прошептал, едва слышно: — Но и от него я отказаться не могу. Я не знаю, что с этим делать, а потому надеялся, что оно как-то… прокатит?       — Джейсон думал, что знает, — вздохнул Коннер, привлекая Тимоти к себе, зарываясь пальцами в волосы. — Не злись на него, если он ошибся. Мы просто оба хотим, чтобы ты был счастлив.       Тим только и смог, что фыркнуть:       — Джейсон… Он склонен к авантюрам, порывам и не взвешенным решениям. — С тихим раздраженный вздохом он уткнулся носом в грудь Кона. — Чего ждать от человека, который живет по принципу: «Делай — разбираться потом будешь»? Не понимаю, как я его еще не прибил, чтобы не мучился. Ни он, ни я, ни все остальные…       — Наверное потому, что есть в нем и то, что вы любите? — подсказал Кон. Ведь что-то привязало Тимоти к Тодду…       Итак, он снова вернулся к тому с чего начал: есть проблема, но не решение. Вот только попытка все же что-то изменила и, возможно, он сможет как-то жить с тем, что есть в наличии?..       Как там выглядят стадии принятия неизбежного? Отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие? Надолго застряв на отрицании, Кон, кажется, спринтом пробежал все остальное и теперь чувствовал себя усталым и опустошенным. Хотя, возможно, он продолжал заниматься самообманом и теперь торговался с самим собой. Но, в общем-то, какая к черту разница? Ситуацию эту придется пройти так или иначе.       Из размышлений его вырвал тихий смешок Тима.       — Любим… наверное, за то, что он раз за разом все-таки возвращается живым. Потому что в этот момент ты прощаешь человеку все. Все косяки, все то, что он наворотил перед этим, за что хотелось убить…       Кон согласно кивнул, целуя Тимоти в макушку.       — Тим… А чем ты планируешь заняться дальше, после Метрополиса? — неожиданно спросил он, пользуясь небывалой откровенностью Тимоти, подняв еще один насущный вопрос. Пора уже определяться.       — Если я скажу, что не знаю, ты меня придушишь, да? — тихо и печально засмеялся Тимоти. Поднял на Кона грустный взгляд. — Пока я ухожу в отрицание и убеждаю себя, что хочу найти себя настоящего, но… вот он — настоящий я. Часть своей безумной семейки, сходящий с ума от безделья, бесполезности и отсутствия адреналина… Я очень хочу восстановиться. И вернуться. Но не к Брюсу…       — В Готэм? — предположил Коннер. Куда же еще, если город держит крепче любой паутины?.. Обреченно прикрыл глаза, понимая, что, еще не уехав, тоже хочет сюда вернуться. Может это пройдет, если они уедут достаточно далеко?       — Не знаю, — мягко отстранился Тимоти. — Но для начала мы уедем. В Метрополис. Или куда-нибудь еще… Куда захочешь. — Кинул взгляд на часы. — Нас уже ждут. Твой отец готов пешком идти, лишь бы подальше отсюда.       — Это верно, — вздохнул Кон, поднимаясь и утягивая за собой Тимоти. Подхватив по дороге сумку, еще раз взвесил «за» и «против» и оставил нож там, где он был. — Боюсь, к батарее Джона приковывать будет он, а не я… Твои вещи уже внизу?       — В машине, — кивнул Тимоти, тенью следуя за Коннером. Чуть хмыкнул: — Это он еще не знает, что Джон собрался съезжать на квартиру Дэмиана. Так что нам с тобой придется готовить ключи от наручников и веревочные лестницы. Помогать принцессе бежать от дракона к другому дракону.       — Зато не скучно будет, — нашелся Коннер. Слова Тимоти вертелись в голове, и он уже думал, как добавить в пресную обыденность адреналина и полезности.       — Да уж, — тихо хихикнул Тимоти. — Как бы потом не пришлось бежать с Дэмианом в цитадель в Гималаях и просить убежища у Талии. А это, знаешь ли, будет та еще мясорубка, с харакири и прочими прелестями. Придется подтянуть туда Джейсона, в итоге подтянутся все остальные… Веселый кровавый семейный пикничок в горах гарантирован. Давай прикуем мистера Кента наручниками на опережение?       — Интересная мысль, — тихо, напряженно засмеялся Кон, уже слыша голоса, что доносились из холла.       Желающие пришли попрощаться, проводив их в надвигающиеся густые сумерки. Вздох невольно сорвался с губ. Предчувствие, что это будет путь по минному полю, накатило удушливой волной. Особенно, когда заметил взгляд отца, что смотрел на Джона, стоящего в обнимку с любовником. Не могли, мать их, хоть на несколько часов оторваться друг от друга?..       Не могли. Не могли — не могли — не могли! И самое противное, Коннер их прекрасно понимал. И этих бабочек в животе и нежелание отлепиться друг от друга ни на мгновение… Но взрослая часть его разума требовала проявить благоразумие, уважение, да что угодно! Вот только, чего можно ожидать от влюбленных до чертиков детей?.. И если чувства Дэмиана, его настоящие чувства, все еще вызывали кучу вопросов, то Джон даже не пытался сдерживаться, получив наконец то, чего так отчаянно желал… Это и умиляло, и больно кололо одновременно.       — Па, может поедешь с нами? — предложил Коннер, когда все начали рассаживаться в автомобили, что предоставил для переезда Брюс Уэйн, включая две машины сопровождения. Перестраховывался, или правда существовал риск, что они по-прежнему в опасности?       Но отпускал. Возможно потому, что его дружба с Кентом висела на волоске? Сдавался чужому желанию, или скорее не желанию, во избежание больших проблем?       — Думаешь мне легче станет? — горько усмехнулся отец, осторожно склоняясь, чтобы почесать за ухом Крипто не отходящего от него ни на шаг все это время. Кинул взгляд на Дэмиана, что-то обсуждавшего с Брюсом. — Не бойся, не придушу их, если ты об этом.       — Да ладно тебе драматизировать, дядь Кларк. Твои сыновья такие же рисковые, как и ты. Разве могло быть у них иначе? — улыбнулся подошедший Джейсон, на скуле которого расцвел синяк.       Джейсон. Улыбнулся. Искренне и светло. Как показалось Коннеру, впервые на его памяти. Он усмехался, ухмылялся, зубоскалил, но… не улыбался.       — В любом случае, — поддержал партнера-соперника Кон, — время вспять не повернуть. Мы изменились, па, и прежними уже не будем. Даже если бы хотели…       И он заставил себя также улыбнуться, чтобы от слов не веяло обреченностью. Нашел руку Тимоти, переплетая их пальцы.       — То есть склонность к драматизации — это тоже семейное, да? — замогильным голосом поинтересовался Тодд, хотя в его глазах, расплескивая зелень абсента, выплясывали развеселые черти.       Тим, до того упорно игнорировавший Тодда, не сдержался и хихикнул в складки легкого шарфа, в котором вновь прятался, казалось, от легкого, но все еще холодного весеннего ветра, но все они понимали, что все еще от себя. Ничего, не только же Кентам меняться, верно?       — Однажды, он смирится и отойдет, — констатировал Коннер, когда они забрались в авто, возвращаясь к разговору с отцом. Устроившись на заднем сидении, ненавязчиво притянул Тимоти, позволяя ему устроить голову у себя на плече.       — Там подушки сзади есть и плед, — хмыкнул Джейсон кинув на них взгляд через зеркало заднего вида. — Ехать долго, так что лучше подремать. — Насмешливо изогнул бровь. — Или уже выспался?       — Нет. Я даже не поленюсь! — С тихим рыком подавшись вперед, Тим отвесил Джейсону оплеуху, угодив в висок и заставив того весело рассмеяться.       Однако Кону мысль показалась здравой, и он вытащил плед. Укрыв Тимоти, закинувшего на него ноги. Сам спать и не собирался, поглаживая бедро Тима. В кой-то веки появилось время спокойно подумать, глядя во тьму за окном. Почти такую же непроницаемую, как глаза убитого им ассасина.       — Не думай, — вдруг тихо заметил Тодд, не отвлекаясь от дороги, когда Дрейк все же задремал. Ну или сделал вид.       — Что? — тихо переспросил Кон, кинув вопросительный взгляд на отражение Джейсона в зеркале заднего вида.       — Ты слишком громко думаешь, — неожиданно серьезно заметил Сойка. Добавил куда мягче: — Не надо. Оно того не стоит.       И Коннер не сомневался, что знает, о чем Джейсон. Это сейчас Тодд профессиональный наемник и за душой у него, должно быть, не один десяток таких ассасинов… Однако и у него был кто-то первый.       — Как ты с этим живешь? — спросил он, с замиранием сердца ожидая ответ.       — А что остается? — тихо поинтересовался Джейсон. — Ты никогда этого не забудешь. Это ощущение, оно навсегда с тобой. Остальные теряются, сливаются воедино. Однообразный вихрь. Из которого можно выцепить разве что тех, кого знал лично. Друзья. Враги. Но с этим можно жить. Как бы тебе не казалось сейчас. Человек существо сволочное. Ко всему привыкает.       Кон шумно выдохнул, пытаясь привыкнуть к тому, что ему придется с этим жить и дальше. До конца своих дней. Но он же справится? Чем он хуже Джейсона.       — Ты… убивал друзей?       Кон старался не смотреть на собеседника в этот момент, смущаясь неуместного любопытства, что запускало щупальца в чужую душу, однако его отражение находилось в каждом стекле.       Джейсон помолчал какое-то время, может размышляя, может подбирая слова, а может, надеясь молчанием слиться с темы.       Наконец произнес:       — Убивал. Когда ты наемник, ты убеждаешь себя, что у тебя нет друзей. Потому что ты не можешь никому доверять. Но не все такие социопаты, как Слейд. И так или иначе все равно привязываешься к людям, которые прикрывают твою спину, которым прикрываешь спину сам. А потом, ты стреляешь в упор. Потому что… — Задумчиво умолкнув, он приспустил окно. Закурил, щелкнув зажигалкой, и выдохнул вместе с сигаретным дымом: — Да в общем-то и неважно почему.       Несколько минут Кон потрясенно молчал, все же посмотрев на Джейсона в зеркало. Покачал головой, отказываясь понимать услышанное. Да разве это жизнь?.. Конечно, человек может привыкнуть и не к такому, но… как после такого спать? Как сближаться с людьми, зная, что, возможно, возьмешь ответственность за их смерть на свою душу? Неужели Джейсон не вспоминает об этом, не думает, его это не трогает?       Нет, снова покачал головой Кент. Не может быть.       — Прости.       Джейсон только качнул головой в ответ:       — Все нормально.       Нет. Неа. Не нормально. И близко нет. Не могло быть нормально. Даже для Уэйнов — это перебор. Для Джейсона перебор. Кон не мог сказать, что знает его хорошо, но бесчувственной мразью тот не был точно. Слишком искренне заботился о своих братьях и даже о Брюсе, которого периодически грозился пристрелить, но ради которого и сам готов был бросаться под пули.       Однако оспаривать чужие слова не стал, позволив собеседнику закрыться от того, чего они коснулись, разбередив то, что однажды было похоронено в глубине души. Помолчал некоторое время, стараясь не думать особенно громко, а потом и вовсе сделал вид, что задремал. Открыв глаза только, когда проснулся Тимоти и пожелал кофе. Еще бы, он привык пить его литрами, а сегодня в нем оказалась лишь одна чашка…       — Тут по дороге кафешка будет. Они работают круглосуточно, — предложил он вариант. — Кофе, конечно, посредственный, но лучше, чем ничего.       — Гугл говорит, что тут еще Мак по дороге есть, — пробормотал сонно Тим, уже ковыряясь в телефоне. Даже не удосужившись сесть нормально, возможно, не желая избавляться от рук Кона на своих ногах. И улыбнувшись, Кент погладил его. — Впрочем, как хочешь. Мне нужен кофеин. Если что исправим ситуацию сахаром.       Какая разница, чего хотел он, учитывая, сколько народа вынуждено их ждать? Джон, например, предпочел бы Мак, да и обслуживание там быстрее.       — Давайте в Мак тогда, а то Дэмиан нам головы пооткусывает, что мы застряли по дороге, вместо того, чтобы как можно быстрее добраться до Метрополиса и позволить ему затащить Джона в койку, — объявил Кон свое решение.       Тим и Джейсон будто в режиме абсолютной синхронизации дружно фыркнули в ответ, а Тодд еще и заметил:       — Кролик недоделанный. Удивительно, что он еще не заказал себе кровать размером три на шесть, как у мамаши.       — Он просто соображает медленно. И пока не обзавелся гаремом на пятнадцать человек, — усмехнулся Тим в ответ, все-таки поднимаясь, чтобы поцеловать Кона в щеку.       — Джон подобного не потерпит, — покачал головой Коннер, не завидуя тогда ни Дэмиану, ни несчастным его любовникам. Притянул Тимоти к себе, целуя за ухом. — И я тоже, так и знай. Хватит с меня и одного Джейсона…       Тим вздрогнул, словно от пощечины. Резво отстранился.       — Я не!.. — искренне вспыхнул он. Не… что? Не изменник? Смешно. Лицемерно. Да он и сам это понимал. Потому и осекся, потухнув почти мгновенно. — Нет. Конечно, нет…       Смешок Джейсона даже Кона заставил вздрогнуть. Вот же зараза.       Черт! Черт!.. Что он делает?!       — Тим… Прости, — виновато выдохнул он, обвивая руками его талию, чтобы снова притянуть к себе, скользнуть руками вверх по спине. — Я не хотел попрекать тебя. Я…       — Заткнись, — пробухтел Тим, уткнувшись носом в его плечо, вцепившись пальцами в водолазку. — Я знаю. Все знаю. И прекрати извиняться.       Вздохнув, Коннер поцеловал его в макушку, послушно замолкая, чтобы случайно не усугубить инцидент. Не отношения, а минное поле какое-то… Отчего же он не может от них отказаться?       К счастью, далеко убежать в своих мыслях на эту тему Кон не успел. Просигналив следующим за ними машинам, Джейсон свернул к Макдональдсу, припарковавшись на почти пустой парковке. Повезло. Меньше народу, быстрее обслужат, меньше посторонних глаз и, соответственно, опасность.       — Ну и что, убогому приспичило украсть мешок с кофе? — фыркнул подошедший Дэмиан, безошибочно определив причину остановки. Выцепив из пальцев Джейсона очередную зажженную сигарету, поднес к губам и тут же получил жуткую затрещину от недовольного Тодда.       — Не в мою смену. — Если бы взглядом можно было убивать, Тодд уже, наверняка, валялся бы на асфальте, но он лишь продолжал потешаться: — И не зыркай на меня так, хэппи мил не куплю.       — Нам всем не помешает подкрепиться, — заметил парню брата Коннер, выбираясь из авто следом за Тимоти. — А-то пока доедем — спать завалимся, проснемся вечером, голодные как волки…       Первым направился к Маку, взяв Тима за руку, не желая терять даже на минуту. Чертово минное поле — никогда не знаешь, когда скажешь то, что поставит в отношениях точку.       Какая-то рациональная часть его разума заметила, что может оно и к лучшему. Подальше от токсичных некомфортных отношений, к которым, похоже, был склонен, от безумия, с которым, оказывается, соприкасался через одно родительское рукопожатие.       Но он не мог. Не мог бросить посреди всего этого хотя бы Джона, пусть и выбравшего уже свой путь. Внутренности вдруг свело ужасным осознанием. Каким может быть путь Джона? Ладно, вечная опасность, — нет, не ладно! — ладно, быть любовником мафиози, — чертово сердце, которому не прикажешь! — но… Чем он будет заниматься? Кем будет работать, когда отучится?       Тяжело взглотнув, кинул мимолетный взгляд на Джейсона, поймавшего Дэмиана в захват и не дающего рыпнуться. Оставалось только надеяться, что тому хватило совести не вербовать Джона. А у брата ума отказаться.       Потолковать что ли с Дэмианом по душам? Узнать какие у него планы на Джона, помимо постели, разумеется, чтобы потом сюрпризом не было… А что брат поступит, как тот скажет, Кон не сомневался ни мгновения.       — Кон, ты в порядке? — ворвался в поток мыслей голос Тимоти.       И он понял, что просто взял и замер посреди дороги. Заставил себя улыбнуться:       — Да. Все хорошо. Видимо, мне тоже не помешает немного кофеина.       Обеспокоенно посмотрев на него, Тим украдкой коснулся губами его губ в нежном и трепетном поцелуе, одновременно переплетая их пальцы. Чуть улыбнулся:       — Бигмак или чизбургер?       — Чизбургер, — не задумываясь ответил Кон, усилием воли выбрасывая из головы навязчивые тревожные мысли. Можно изводить себя ими часами, сутками, вот только пользы оттого никакой. Надо действовать. Заставить себя собраться и действовать. — А ты?       — Филе-О-фиш, думаю, — отозвался Тим, утягивая Кона к кассам самообслуживания, потому что стайка из остальных их спутников уже столпилась у обычной кассы, заставляя сонного работника осоловело моргать.       — Извращенец, — хмыкнул Кон в ответ, подходя к Дрейку со спины и обнимая за талию.       — Ну какой есть, — беззаботно отозвался Тим, закидывая в корзину допы и четыре вида кофе. И что-то подсказывало Кону, что это он не на всех набирает.       Впрочем, про парня своего все же не забыл, кинув в корзину чизбургер и ванильный капучино. Правильно, иначе кто поможет ему все это донести? Кон поцеловал Тимоти в шею, как обещание, что тот может на него рассчитывать. Радуясь, что сейчас всем не до них, и он может позволить себе эту малость.       Хихикнув, Тим чуть дернул плечиком.       — Щекотно…       Сделав заказ, кинул взгляд в сторону Джона, что выпрашивал у отца макфлури. Улыбнулся, вероятно умилившись, и потянул Джона к свободному столику, внезапно проигнорировав Джейсона, сидящего в гордом одиночестве в ожидании еды. Все еще дуется за прошлую ночь? Но если так, то Кон тоже отчасти виноват. Впрочем, перспектива оказаться, в кой-то веке, за одним столом с братом, перевесила странные отношения, что возникли между ним и Джейсоном. Пусть и в одностороннем порядке.       — Выглядишь счастливым, — заметил он, взъерошив Джону волосы и немедленно уворачиваясь. С некоторых пор брат стал считать себя совсем взрослым и не терпел подобных жестов: точно маленький…       — Домой же едем, — тем не менее светло улыбнулся Джон в ответ, отодвигая стул для отца, подошедшего к их столику с подносом. Все верно, он ведь выбирал не Готэм, Дэми. Проводил взглядом Уэйна-младшего, что решил присоединиться к Тодду, внезапно, устраиваясь на диванчике не просто рядом, а буквально в его объятиях.       У Кона аж картофельная долька, вытянутая из заказа отца, поперек горла встала. Он и не ожидал, что Дэмиан способен на братские чувства, и тем более на открытую их демонстрацию. Хотя, если подумать, что Коннер знал о нем? Не так и много, и все больше с чьих-то слов.       Дерзкий, даже борзый, смелый, решительный, но при этом хитрый, не лишенный ума. Не терпящий отказов, напористый. Отчасти грубый. Как казалось Коннеру, искренне ненавидит человечество и человеков, за редким исключением, предпочитая им животных. Но при этом способный на помощь и даже сочувствие, сострадание в какой-то мере. Даже к тем, кого терпеть не может. Кинул мимолетный взгляд на свое Солнце. Все же тот возился с ним весь год. И искренне беспокоился. Это было видно. Что тогда, на зачете, что позже, на катке.       Вряд ли то было продиктовано только лишь нежеланием получить трындюлей от отца. Да и в особняке Уэйнов, когда Тима окружала толпа народа, способного позаботиться о нем, Дэмиан все равно оказывался в числе первых, кто бухтел о сорванном режиме и галлонах кофе двадцать четыре на семь.       Возможно, он… он просто был слишком уж младшим братом. Одним из тех, кто никогда не признает своей любви к старшему, ибо делать ему больше нечего и вообще жирно этому убогому будет. Но слова начисто расходились с действиями. По крайней мере сейчас.       Странный, сотканный из противоречий мальчишка, не способный разобраться в себе. Мальчишка-мальчишка-мальчишка. Ре-бе-нок! Мысль эта вонзилась в разум раскаленной иглой и взорвалась снопом искр.       Твою маковку…       Он никогда не думал об этом всерьез. Знал, конечно, но не осознавал, в полной мере, что, по сути, Дэмиан такой же ребенок, как и Джон. Ребенок с огромными проблемами за спиной и неподъемным грузом ответственности на плечах. Ребенок, выросший в жутком немыслимом мире, где твой дед пытается убить тебя, а ты бьешь на опережение, где родная мать, утром ласково улыбающаяся тебе, вечером пытается вонзить нож в спину, потому что ты выполнил свою задачу и стал для нее помехой. Ребенок, что с рождения усвоил одно лишь правило — доверять можно только себе. Что там могло остаться от его психики, кроме сплошных защитных реакций?..       Очередная раненная птица в гнезде летучей мыши.       — Им полезно пообщаться, — заметил он, улыбнувшись. Как и Джону со своей семьей. А-то, как верно заметил Джейсон, человек ко всему привыкает. Если не укреплять связи, со временем нити ослабнут, потом оборвутся, а он терять брата не хотел. Нет, он не позволит новой «семье» забрать его или сделать убийцей. Потому и вопросы о будущем, что могли напрячь Джона, здесь и сейчас не прозвучат. — По возвращении домой надо будет устроить небольшое семейное торжество. Отметить воссоединение, пообщаться, посмотреть фото. Как вы на это смотрите?       — Думаю, это будет мило, — согласно закивал Тимоти. Тоже кинул взгляд на двух уже перекусывающих птичек. Заговорщически улыбнулся: — У меня есть оцифрованные фото и видео мышки-малышки. Но при условии предоставления политического убежища.       И с этими словами поднялся, чтобы направится за заказом.       — Я обещал помочь, — поднялся Кон следом, подмигнув брату. Если Дэмиан, конечно, не делился с Джоном столь личной информацией, — это его шанс.       Догнав Тимоти, взял один из подносов, потяжелее. Да, где кофе больше. Поймав на себе его взгляд, — так смотрят уличные коты, когда думают, что человек хочет забрать то, что им вынесли, — улыбнулся:       — Спокойно, я не собираюсь тебя ограничивать.       Тимоти только смущенно улыбнулся в ответ:       — Прости… Я… прости, — качнул головой. — Секунду, — он с благодарностью взял дополнительно заказанные макфлури, чтобы отнести их братьям.       Кон качнул головой, направляясь к их столику. Он не понимал, никак не мог постичь всех нюансов отношений в этой странной семье, где все были похожи, как родные братья, и в то же время абсолютно разными. Как в них уживалось одновременно столько всевозможных граней от преданной любви до ненависти, которые порой так быстро сменяли друг друга, что Кон не поспевал.       Последовавший за ним Тим, потрепал по волосам Джона и протянул ему порцию мороженого с орео, и тот немедленно засиял.       — Спасибо.       — Не стоило тратиться, — сдержанно и чуть смущенно улыбнулся отец, принимая пончик к кофе.       Кон чуть улыбнулся, взглянув на сияющего Тима. Солнце. Хитрющее, но Солнце. Которое, не мытьем так катаньем, пыталось расположить к себе Кента-старшего. Прием стар, как мир. Только что ж с того, если он вполне удачно работал и по сей день? А отец любил хорошее обхождение.       Словом, вынужденная остановка в пути прошла на дружественной теплой волне, немного разрядив обстановку и взбодрив тех, кто успел задремать. У Коннера даже потеплело на душе, отлегло. Впрочем, в последнее время, он сам себе напоминал маятник: то любил обитателей Готэма и сам город, желая остаться, то они начинали его пугать, напрягать, рождая острое желание свалить как можно дальше… Наверное, в Метрополисе, все же надо будет записаться к психотерапевту, а то так и до Аркхема рукой подать.       Когда все начали покидать здание и потянулись к машинам, Джон отстал от Дэмиана, чтобы придержать за локоть брата:       — Кон… Подожди минуту. — Тон его заставил Коннера хмуриться, гадая, что могло случиться. Может, не так все ладно у них с Дэмианом, как хочет показать Уэйн-младший? Нет. Нет, тут что-то другое. Слишком тревожно заглядывает ему в лицо Джон. — Ты согласился?       — Согласился? — переспросил Коннер, посмотрев вслед Тимоти. Заметив, как на выходе из Мака Джейсон чуть приобнял его, удерживаясь, однако, в дружеских рамках. Разве что поцеловал Тима в макушку, но это тоже можно было принять не более чем за братский жест.       — Я… — Джон замялся, понизил голос: — Я слышал… Ладно, я подслушал. Разговор Джейсона и Дэмиана в бильярдной. Они обсуждали, что, для гражданского, ты хорошо показал себя в Нанда Парбат. Джей собирался предложить тебе… стать наемником.       Вот оно как. Значит, его предложение не было стихийным, просто выбрал удобное время и место, подходящий момент. Бросил приманку. Коннер сощурился, кинув в спину сопернику недобрый взгляд. Хотя, если подумать, решение того было вполне обоснованным и логичным. В конце концов, Кон уже очень сильно увяз во всем этом, имел подходящие физические данные, мотивацию, уже перешагнул грань, забрав человеческую жизнь. А еще, ему можно было доверять, и не только потому, что он Кент, хотелось надеяться.       Шумно выдохнув, пытаясь скинуть негатив, потрепал брата по волосам:       — Нет. Я не соглашался, — успокоил он. — Надеюсь, ты поступишь так же, если ему придет в голову сделать подобное предложение тебе.       — Нет, что ты… — Джон вновь замялся и отвел взгляд, заметив: — Я не оперативник. Да и не хотел бы. — Покачал головой. — У меня другие планы, в общем. Не знаю, получится ли, но…       — Но? — с улыбкой поинтересовался Кон, у которого буквально отлегло с души. Его умный, правильный братишка. Никому не позволяй сбивать себя с истинного, твоего пути. Потянул в сторону выхода. А-то как бы без них не уехали…       — Я бы хотел все же стать юристом. Я не знаю, сложиться ли у нас с Дэми в дальнейшем, но я хотел бы стать юристом. Быть полезным. Ему или кому-то другому, — собравшись с духом уверенно выпалил Джон, с какой-то надеждой посмотрев на Кона.       Тот аж воздухом подавился, уставившись на брата, впервые за последние месяцы услышав из его уст хоть какие-то сомнения относительно совместного будущего. Привлек к себе, обнимая в знак одобрения и поддержки, поцеловав в макушку.       — Ты справишься, — заверил он, игнорируя недовольный взгляд Уэйна-младшего, вынужденного терпеть очередную задержку. — Ты главное не отступайся. Если будет трудно, Тимоти поможет тебе. Идем. А то Дэмиан меня сожрет, — засмеялся он тихо. Стараясь не думать о том, что, возможно, Джону придется защищать совсем не ложно обвиненных.       Устроившись на капоте авто, Джейсон курил, смотря в ночное небо. Присевший рядом с ним Тимоти потягивал огромную порцию кофе. Они о чем-то тихо переговаривались. И Тим смотрел на Сойку бесконечно влюбленным взглядом. На мгновение уткнулся лицом ему в плечо. И Кон смог расслышать тихое:       — Вернись. Пожалуйста, только вернись.       Нет, Джейсон, нет. Кон качнул сам себе головой, решив, что не станет таким как он, не позволит, чтобы сердце Тимоти постоянно разрывалось, отпуская любимых. Дрейку необходим кто-то постоянный рядом, кто любил бы его, поддерживал и заботился, каждый день, пока Тодд далеко. Кто-то, кто утешит и заполнит пустоту, если… тот не вернется. Но возвращайся, Сойка. Обязательно возвращайся, ведь ты занимаешь большую часть сердца Тимоти. Ты нужен своим братьям, приемному отцу и дяде. Не пропадай, заставляя их страдать.       Кон намеренно немного замедлил шаг, давая им еще пару мгновений прежде, чем все расселись по машинам.       Тим, вопреки ожиданиям, поспешил устроиться на переднем сидении, показывая, что спать больше не собирается. Да и с таким запасом кофе неудивительно. Впрочем, это могло быть только предлогом. Предлогом быть на пару дюймов ближе к Джейсону, невзначай касаться его руки, когда тот переключал скорости, спорить до посинения обо всем на свете…       Кон послушно устроился на заднем сидении один. Позволяя им условно уединиться. Надо когда-то начинать приспосабливаться к необычным отношениям, вырабатывать терпимость к подобным моментам. Свыкнуться с мыслью, что любимый спит не только с ним, потому что на очередной тройничок он вряд ли решится, если Тим не выразит сам подобного желания. А может и тогда… Скулы и так начинали предательски гореть при одном воспоминании.       Сделал вид, что задремал, давая время побыть вместе перед очередной скорой разлукой. Сам пытаясь абстрагироваться, чтобы посвятить время чему-то более полезному, например, покопаться в себе и что-то решить на будущее, как Джон.       И вдруг понял, что понятия не имеет. Вообще. Не имеет никакого представления о том, как дальше, куда… В вихре происходившего безумия он давно уже потерял какую-либо цель. Все его мысли занимали отношения с Тимоти, тревоги за Джона и вопросы выживания, конечно, большей частью, психологически. Понимал только, что юриспруденция — это уже не совсем то, чего бы ему хотелось. А между тем ему была необходима материальная база. Не будет же он сидеть на шее у Тима…       Черт! Как все сложно!       Кон попытался успокоиться и еще раз, внимательнее прислушаться к себе, отбросив все, что связывало его с реальностью, оставив только желания, требования к будущей профессии. И с ужасом понял, что тяготеет к темной стороне жизни, по ту сторону закона и моральных норм. Нет. Нет, он конечно не думал о роли, что предложил ему Джейсон, скорее о родительской стезе. Криминал всегда пользовался «спросом» у далекого от него обывателя, а значит, освещая его, Кон мог заработать неплохие деньги. Особенно учитывая его связи.       И снова повесит мишень себе на спину. Но Тим ведь его простит, правда? Еще неизвестно, как будут развиваться их отношения, будут ли… Может, они вообще разбегутся, поняв, что в условиях безопасности и комфорта им ну вообще вместе никак.       Мысль эта отозвалась болью в груди и в измученном разуме. Он едва не застонал, медленно присаживаясь. Можно ему какую-нибудь другую жизнь, а не вот это вот все?..       Тим даже отстегнулся, чтобы повернуться к нему, светло улыбаясь, демонстрируя — будь они прокляты и благословенны — ямочки на щеках:       — Ты как? Подремал немного? Мы уже скоро приедем.       Будто и впрямь был… счастлив? Здесь и сейчас, втроем, подальше от Готэма и Брюса Уэйна. И Коннер понял, что, если бы можно было все так и оставить, он бы… согласился. Вот только за пределами комфортабельного салона их подстерегала реальность, что обрушится на головы, стоит им открыть двери.       — Замечательно, — надел он улыбку и посмотрел на сосредоточенного, уставшего Джейсона. — Хочешь, я тебя сменю?       Тодд только качнул головой, вновь приспуская стекло, чтобы закурить, жадно затягиваясь:       — Нет. Мало ли, что может случиться на дороге. Да и ехать тут минут тридцать, не больше. Мы уже в город въезжаем.       Кон кивнул и откинулся обратно на спинку сидения. Паранойя такая паранойя… Впрочем, и опыт Джейсона в этом плане много больше, соответственно, вариантов развития событий. Достал бутылку с водой, сделав несколько глотков, прежде чем предложить спутникам.       — Когда ты так говоришь, мне хочется обратно в Готэм, — усмехнулся он.       — Молчу, — хмыкнул Джейсон, с опаской стрельнув глазами в сторону вмиг потемневшего лицом Дрейка. — Птица, спокойно, не стоит бить человека за рулем.       — Ничего. Я подожду пока приедем, — фыркнул Тим, устраиваясь нормально и вновь пристегиваясь.       Кажется, один из них твердо решил не возвращаться в Готэм. И Коннер, право, не знал радоваться тому или нет. Возможно, время поможет ему заново найти себя и выбрать новый путь. Только время, в течение которого к ним не нагрянут какие-нибудь арабские ассасины, не разразится новая война в Готэме, или еще какая напасть.       Салон вновь погрузился в тишину. Каждый окунулся в собственные размышления, а может, просто не желали отвлекать Джейсона, который внезапно… свернул не туда.       — Джей, — осторожно заметил Тим, вдруг напрягаясь, — дом Кентов направо.       — А нам налево. В центр, — отозвался Тодд. — В бардачке.       Тим потянулся к бардачку, чтобы вытянуть оттуда бумаги. Зашебуршал ими, вчитываясь. Наконец, обескураженно выдохнул:       — Я его убью.       — Вот поэтому он и не передал бумаги лично, — коротко засмеялся Тодд.       Тим протянул бумаги Коннеру, и тот бросил в них любопытный взгляд. Мистер Уэйн купил Тиму квартиру в самом центре Метрополиса. Не удивил. Конечно же любящий отец не мог отпустить сына без подарка. Ютиться в доме родителей его парня, учитывая определенные неудобства, что несомненно возникнут с обеих сторон. Кроме того, привязав их к определенному месту жительства, за ними будет проще присматривать, верно?       Неловко принимать подобные подарки… Однако Кон старался видеть лишь плюсы, хватит с него минусов. Например, Тимоти сможет жить в комфорте, к которому привык. Готэм недалеко, если соскучатся по родным, Кон сможет перевестись на другой факультет и закончить университет. Найти работу. Хоть Метрополис город и спокойный, но не захолустье какое-нибудь.       Но Тимоти его энтузиазма очевидно не разделял. Бухтел и шипел, подобно разозленному котенку, которому подстригли когти, что он так старательно отращивал и затачивал. А еще, он в этот момент становился так похож на Дэмиана, что аж жутко становилось. И, одновременно, смешно.       Кон не видел, но готов был поклясться, что Тодд только и смог, что глаза закатить, выслушивая весь этот бубнеж. Возможно, на попытки Уэйна помочь ему самому, он реагировал примерно также. Забавное семейство… Все они строили из себя сильных и независимых, включая самого Брюса, но на самом деле жить друг без друга не могли. А сам миллиардер, как показалось Коннеру, и вовсе был к этому не приспособлен. Что он, по факту, мог без своих детей? Без Альфреда? Нет. Вероятно, многое. Без детей так точно. Жил же он как-то до них. Но с появлением всех этих людей в его жизни, вероятно, способность выживания и вытворения великих дел, — ужасных, но великих, ага, — отмерла у него за ненадобностью.       Ну что ж, к хорошему быстро привыкаешь. К плохому, впрочем, тоже, но для этого нужно смирение. А вот им никто из Уэйнов, как раз, и не отличался. Интересно, Брюс специально таких подбирал или его воспитание оказалось так сильно? Или все же это было воспитание Альфреда? Потому что любое взаимодействие Брюса Уэйна со своими детьми грозило превратиться в апокалипсис в миниатюре. А то и в полномасштабный, как пойдет…       Потому что вот сейчас Тимоти Джексон Уэйн совершенно точно готов был повернуть и вернуться в ненавидимый им Готэм, только для того, чтобы запихать Брюсу и бумаги, и ключи в… ну, понятно, в общем.       Так что, припарковавшись на подземном паркинге, Джейсону пришлось буквально за руку тащить искренне возмущенного Тима к лифтам. Детский сад. Кон только и мог, что покачать головой, вытаскивая из багажника сумки. Благо, на этот раз, Дрейк не перетаскивал за собой половину особняка. Как показала практика, отчасти Тодд был прав: Тим вполне мог довольствоваться малым, был бы кофе, интернет и… тот, кого можно обнимать по ночам.       Уэйн-старший явно считал иначе. Поэтому при выходе из лифта их встретил буквально кукольный домик в хай-тек стиле.       — Никогда не поверю, что Брюс реально учел мои вкусы, — наконец пораженно выдохнул Тим, оглядываясь в огромном пентхаусе квадратов этак на двести, с лестницей, ведущей на второй этаж, с тремя спальнями, кабинетом, огромной гостиной и несколькими ванными комнатами, полностью меблированный и напичканный техникой. Вещи, их вещи из родительского дома, тоже были на месте. Ну, во всяком случае, игры Тима красовались на полке из черного стекла.       — И правильно сделаешь, — хмыкнул Тодд, проходя на кухню и тут же включая кофемашину. — Их учли Альфред и девочки.       Кон пораженно застыл на пороге. Нет, он конечно понимал, что это будет не среднестатическая квартирка с одной спальней, но явно что-то попроще. Поставив сумки на пол, прикрыл рукой глаза. Он не сможет тут жить. Жить, не думая каждый день о том, что не может обеспечить любимому достойную жизнь. Одна коммуналка, наверное, превышала зарплату отца…       — Коннер, отомри, — тихо засмеялся Джейсон, смотря насмешливо на соперника. Ударил по руке Тима, потянувшегося к чашке кофе. — Ты лопнешь, птенчик. Или не будешь спать неделю. Давай чая травяного заварю.       — Здесь нет травяного чая, — фыркнул Тим, наконец стаскивая с себя куртку и шарф.       — Ты недооцениваешь Альфреда и миссис Кент. Здесь есть все.       — Что? Мама тоже в этом замешана? — наконец сумел произнести хоть что-то Кон, также раздеваясь.       В любом случае, какое-то время ему будет некуда деваться. Смотреть же дареному коню в зубы, что-то там возникать, говоря о собственной пошатнувшейся самооценке, было просто наглостью с его стороны. А потом, Кон надеялся, он что-то решит для себя и определится, выработав какую-то позицию.       — Я так понимаю, Брюс не рискнул действовать за спиной твоих родителей, побоявшись, что они откусят ему голову. Особенно мама, — фыркнул Джейсон, ставя чайник, чтобы действительно заварить чай. Вновь посмотрел на недовольного Тимоти, что уселся за барную стойку. — Что ты решил по поводу предложения Брюса?       — У него было много предложений. Но, в целом, он может идти нахрен. К тому же, я еще не обсудил это с Коннером, — кинув на Кента полный нежности взгляд, Тимоти устало улыбнулся.       Джейсон, судя по взгляду, едва не перекрестил Кона, на всякий случай. А может, хотел вылить кипяток ему за шиворот. Слишком много эмоций сменилось на его лице.       — Да, нам определенно нужно поговорить, — согласно кивнул Коннер. Заметив, как улыбка потухла окончательно, поцеловал Тимоти в макушку. — Нет. Не так, Солнце. Думаю, нам пора просто поговорить. На чистоту.