Ошара

      — Ты меня слышишь?       Ев распахивает глаза и быстро моргает. Храм освещают всего несколько светильников, приделанных к стенам между статуями, и горят они не слишком ярко, но глаза парня всё равно начинают слезиться.       Он чувствует себя так, словно долгое время лежал на спине или спал, а потом его одним резким движением выдернули из безмятежного состояния, поставив на ноги.       Эйвери, внимательно вглядывающийся в ошарашенное лицо Ева, хмурит брови и поддерживает сидящего задницей на полу парня за плечи, словно боится, что, если отпустит, тот не сумеет самостоятельно держать спину прямо.       — Да, — говорит Ев едва слышно. В горле очень сухо, словно он и правда спал в очень душной комнате. Он прокашливается, — в смысле слышу.       — Идти сможешь? — Эйвери не дожидается ответа и, вздёрнув парня на ноги, волоком тащит к выходу. Ев только успевает удивиться, сколько силы в этом не самом сильном на вид парне. — Проклятые благовония. Демонов они изгоняют, как же… на моей памяти людей они изгнали куда больше.       Рыцарь Листа вытаскивает Ева из храма и стаскивает вниз по ступенькам каскадной лестницы, ведущей к храму, к одной из стоящих вдоль скамеек.       — Благовония? — переспрашивает Ев, вдыхая наполненный запахом цветов воздух. Странно, но в храме он не чувствовал никакого странного запаха. Эйвери садится рядом с ним.       — Хорошая смесь, если смотреть со стороны обращения в веру. Дыма от них нет, запаха тоже. Но мозги плывут так, что в любую проповедь поверишь. Некоторые падают, как ты.       Ев откровенно сомневается, что его падению на пол послужили какие-то там чудесные благовония: сначала это был шок от осознания реальности происходящего, а потом явление Шаулы.       Ев устало потирает виски — он разговаривал с богом! Вернее, с богиней, но всё же…       — С ума сойти… — выдыхает он и прячет лицо в ладонях. — Чердак. Богиня. Повозка.       Именно в такой последовательности он помнит всё случившееся с ним. Но если это и правда другой мир, как его сюда переместили? Не могла же Шаула просто щёлкнуть пальцами и всё? Или могла?       — Ты из Змайлии? — неожиданно спрашивает Эйвери, когда Ев смотрит на него, лицо Рыцаря Листа выглядит сочувственно.       — Нет, — отвечает он, рассудив, что «Змайлия» — это название какого-то места, страны или деревни. — С чего ты взял?       Эйвери пожимает плечами.       — Потерянный вид, странная одежда. Тебя будто выдернули с другого конца континента. Да и волосы…       Упоминание волос заставляет Ева внутренне напрячься. Эта тема никогда не была для него простой или хоть сколько-нибудь приятной.       Он инстинктивно выцепляет из общей копны волос одну прядь, длинную, доходящую почти до лопаток, выкрашенную в зелёный, и начинает накручивать на палец.       — А что не так с волосами?       — Ну, — Эйвери, кажется, удивлён звучащему в его голосе напряжению, — побочный эффект от световиков, только в Змайлии не умеют их красить.       Он кивает на один из фонарных столбов, стоящих у края лестницы. Приглядевшись, Ев замечает, что в них вместо обычных лампочек воткнуты грубо отёсанные, почти прозрачные камни.       — Световики. От природы они жёлтые, зелёные, красные — самых разных цветов. Если долго жить под их светом, волосы окрашиваются. Мы эти цвета выводим, но в Змайлии так не умеют.       — Нет, я не оттуда, — повторяет Ев. — Я сам крашусь.       — Зачем? — Эйвери выглядит и правда удивлённым.       — Хочу, — отрезает парень, давая понять, что разговор окончен. Камни и правда пробуждают в нём любопытство, но неприятные воспоминания сильнее.       «Я знаю, что ты переживаешь сложный период. Развод родителей всегда труден для ребёнка, но это не повод привлекать к себе внимание… Таким образом!» — Назидательный голос классной руководительницы, подкреплённый брезгливо поджатыми губами, звучит в голове, и Еву мигом становится неуютно. Он мотает головой.       — Кхм, — Эйвери явно некомфортно видеть чужие метания, и он быстро поднимается со скамейки. — Если ты уже продышался, пойдём. Я покажу тебе сад. Ев кивает.       Они огибают величественное здание храма по тропинке, ведущей ещё выше в гору. За храмом обнаруживается огромный сад, разделённый на квадраты, с выложенными бежевым камнем дорожками.       Деревья здесь растут разные, по три-четыре штуки на квадрате. Большинство из них вполне обычные — Ев узнаёт пихту и клён, но есть и те, которые он никогда раньше не видел.       — Что это?       Три дерева перед ним с расстояния в несколько шагов кажутся абсолютно прозрачными, но, если посмотреть ближе, в их глубине видны жёлтые прожилки, находящиеся в постоянном сокращении.       «Словно мышцы» — думает Ев, наблюдая, как одна из прожилок то расширяется до толщины указательного пальца, то сжимается, становясь не толще нити.       Глаза Эйвери сияют.       — О! Это Сильва Прозрачная, — спешит объяснить он. — Нам привезли три штуки из Волкании три года назад, и она прижилась! Осенью будем снимать первый урожай коры.       — Урожай коры? — переспрашивает Ев.       — Этот вид растёт не в высоту, а в ширину. Видишь прожилки?       Ев кивает.       — На самом деле это наполовину разумное живое существо, для своей защиты оно вырабатывает прозрачную, быстро застывающую слизь — это и есть кора Сильвы. Срезать кору нужно очень аккуратно, если повредишь эти «прожилки», всё дерево погибнет.       — Но тогда это не дерево, — Ев поднимает глаза вверх, прозрачный материал формирует ветки, но на них нет ни единого листа. Теперь, после объяснения, это существо кажется ему скорее мимикрирующим паразитом.       — С какой стороны посмотреть, — отзывается Рыцарь Листа, когда Ев высказывает свои мысли вслух, — паразиты питаются за счёт других и ничего не дают взамен, а из коры Сильвы в Волкании делают стёкла. При правильной обработке этот материал очень сложно пробить.       — В Волкании? — наверное, ещё одна местная страна. — А у вас?       — А у нас ничего. Сильва у нас до этого ни разу не приживалась. До этих красавцев, — он любовно гладит ствол дерева.       — Это твоя работа здесь? — спрашивает Ев, — следить за садом?       — Не только. Формально, я и мой отряд отвечаем за все деревья и кустарники на территории Ошары. Сад скорее приложение к основной работе.       Они продолжают движение вверх по тропинке, пока Эйвери продолжает объяснять:       — Официально Десять Рыцарей делятся на две пятёрки: одна, в которой мы с тобой, отвечает за добычу и использование внутренних ресурсов Ошары и их целостность, а вторая за их защиту. Джорджо, Рыцарь Земли — ты его сегодня видел — отвечает за поля, Иден Пламя — за ремонтные работы, Гришиа Солнце… ну, вообще-то она целительница, но… В общем, в твои обязанности входит уход за всей домашней живностью Ошары.       — Всей?       — Ну… Да. Честно, я не знаю, чем конкретно ты должен заниматься. Прости. Я никогда не спрашивал Демиана о его работе. Сейчас вообще всё идёт не по плану. Тебя должны официально представить, зачитать обязанности, принять присягу… Много чего ещё, но…       С каждым словом Эйвери выглядит всё более взвинченым, всё сильнее теребит манжеты своего плаща. Ев правда хочет сказать ему, что всё нормально, но сам понимает, что это не так. Паника медленно накрывает его с головой.       Внезапно Эйвери останавливается и начинает оглядываться, придирчиво осматривая растущие между тропинок деревья, словно кого-то ищет. Лицо его каменеет, кажущиеся мягкими черты заостряются.       — Что-то не так? — обеспокоенно спрашивает Ев и рефлекторно прислушивается — увлечённый разговором он не замечал, что в саду очень пусто и тихо.       Приглядевшись, он замечает лежащие рядом с некоторыми деревьями садовые инструменты — лейки, лопаты, ножницы, но людей, принёсших их сюда, нигде нет.       — Здесь должны работать две бригады моих подчинённых, — сообщает Эйвери, продолжая оглядываться.       Писк прорезает тишину. Нервы Ева всё же сдают, и он резко отшатывается, оборачиваясь.       Но, увидев источник звука, он расслабленно выдыхает.       На одном из особо крупных корней дерева, не стесняясь присутствия людей, сидит, греясь на солнце, большая серая крыса с белыми лапками.       Ев испускает длинный вздох — живя в частном доме, быстро отучаешься бояться грызунов, а он ещё и будущий ветеринар — только удивляется откормленности животного. Впрочем, в садах, где на каждом дереве висят спелые фрукты, у неё и правда нет недостатка в еде.       Эйвери бросает на крысу быстрый взгляд и машет рукой в её сторону. Крыса разражается ещё одной недовольной трелью, но соскакивает с насиженного места и быстро скрывается в неизвестном направлении.       — Напугала, — признаёт Ев, переводя дух.       Эйвери не смотрит на него, спрашивает, кажется, только для поддержания разговора:       — Боишься крыс?       — Нет, просто нервы ни к чёрту.       Эйвери механически кивает и резко разворачивается на каблуках, устремляется куда-то вбок, хотя до этого они шли только прямо. Ев, боясь отстать, устремляется за ним следом.       Спустя примерно семь пройдённых «квадратов» до них доносится громкий мужской голос.       — Ты посмотри с этого угла… Нет, не так. Прищурь глаз. В-о-о-от! Да что такое? Всё равно не видишь?       Не небольшом пустыре, не засаженном деревьями, стоят два молодых парня немногим младше Ева — блондин и брюнет. Блондин приобнимет товарища за плечо и увлечённо показывает тому что-то в небе, тыкая туда пальцем.       Брюнет, не переставая качает головой и тихо что-то втолковывает настойчивому товарищу.       Появление Эйвери и Ева первым замечает брюнет. Он смотрит на них немигающим взглядом, и вся краска моментально сходит с его лица.       — Капитан Лист! — восклицает он. Второй тоже вздрагивает и отрывает взгляд от неба.       — Ой, — только и выдаёт он.       — Где остальные? — стальным голосом спрашивает Эйвери, в голосе нет ни тени мягкости.       — Ну… — парни переглядываются, словно пытаясь согласовать общую версию, — ушли на холмы.       — Зачем?       Парни снова переглядываются.       — На поиски.       Эйвери тяжело вздыхает и закатывает глаза. Губы его безмолвно шевелятся, словно он считает до десяти, чтобы успокоиться.       — А вы почему остались?       — Айва сказала, что кто-то должен остаться ухаживать за деревьями.       Эйвери окидывает парней весьма выразительным взглядом и изгибает бровь. Блондин на секунду теряется, но довольно быстро находит оправдание.       — Капитан, вы же знаете — мы новенькие. Что чем поливать-удобрять не знаем. Возьмёмся за дело — только хуже сделаем.       — Таблицы висят на дверях инструментальных сараев.       — Ой. Мы забыли, — парень смотрит на Эйвери честными глазами очень сильно не желающего работать человека.       — Не знали, — спешно поправляет приятеля брюнет.       Эйвери продолжает пристально смотреть на них обоих и, хотя в глубине его глаз всё ещё виднеется гнев, руки Рыцаря Листа бессильно опускаются.       — Как только это всё закончится, — он неопределённо машет рукой в сторону гор, — будете месяц хвостом ходить за Айвой, и только попробуйте не запомнить, что чем поливать.       Оба парня не сдерживают облегченные вздохи.       — Как прикажете, Капитан Лист! — салютуют они.       — Постой здесь, я схожу за удобрениями, — обращается Эйвери к Еву. И добавляет тише, словно сам себе, — из-за этих проклятых детей в садах не останется ни одного живого дерева.       Он быстро исчезает среди деревьев, и Ев остаётся на поляне один на один со сгорающими от интереса к его персоне парнями. От пристальности их взглядов ему становится некомфортно.       — Еле выкрутились, — говорит брюнет. — Говорил тебе, надо домой идти.       Блондин только отмахивается, Ев, кажется, занимает всё его внимание.       — Ты новенький? — спрашивает он.       — Что-то вроде того, — неопределённо пожимает плечами парень и спешит перевести тему. — А о чём вы спорили?       Оба парня заметно оживляются, и блондин делает ему пас рукой, призывая подойти поближе. Когда Ев делает это, парень указывает пальцем куда-то в небо.       — Небесные сады видишь?       Ев жмурится от слепящего глаза солнца и прикрывает глаза ладонью на манер козырька.       В небе, куда указывает блондин, виднеется тёмное пятно. Довольно большое, учитывая огромное расстояние, разделяющее Ева и объект. В небе, должно быть, зависло что-то по-настоящему гигантское.       — Что это? — спрашивает он, удивлённо отмечая, что, приглядевшись, в пятне можно различить очертания какого-то здания с куполообразными крышами.       — Небесные сады, только развёрнутые. Я говорю ему, что они стали ниже.       — А я говорю — не стали.       — Стали. В прошлый раз я видел их, когда ещё дома был, они висели в трёх локтях над верхушкой гор. А сейчас что?       Он принимается на глаз прикидывать расстояние. Делая широкие пасы руками.       — В двух с половиной. Говорю тебе, они падают. Отец вообще говорит, что раньше их с земли видно не было.       — И ты, и твой отец идиоты. Кто так расстояние мерит? На глаз и от разных горных вершин. Или, по-твоему, все горы одинаковые?       Блондин запинается — очевидно, он так и думает, но решает прибегнуть к мнению незаинтересованной стороны.       — Эй, новенький, а ты как думаешь?       Хлопок по плечу отвлекает Ева от задумчивого созерцания пятна в небе, в котором с каждой секундой всё отчётливее видны силуэты городских крыш.       — Город в небе… — поражённо говорит он. — Поразительно.       — Да-да, очень, — нетерпеливо соглашается парень. — Так как ты думаешь?       — А на какой высоте он находится? — спрашивает Ев, стремясь подтвердить свою догадку.       — Раньше был выше, — не сдаётся блондин.       — Хватит болтать, — спор прерывает Эйвери, появившийся из-за кустов с ведром воняющей, всегда плавающей на поверхности субстанцией. — Деревья сами за собой не ухаживают.       — На какой высоте Небесные сады? — спрашивает Ев. Эйвери на секунду теряется, вопрос явно ставит его в тупик.       — Принято считать, что волна, призванная Селеной, достигла семи километров в высоту, — неопределённо отвечает он. — Наверное… сады висят выше.       — На десяти километрах?       — Эээ… Может быть?       Ев кивает своим мыслям и окидывает переодевшегося в садовничью одежду Эйвери вопросительным взглядом.       — Прости, — говорит Рыцарь Листа. — Экскурсию придётся отложить. Работа.       — Я могу помочь?       — Нет, — его голос звучит излишне резко. — Прости, но ты не прошел даже первичную подготовку, лучше тебе к ним не прикасаться.       — Да какая там подготовка, — машет рукой блондин, не замечая, что его товарищ усилено делает предупреждающие пасы руками за спиной у Эйвери, — Знай: лей воду под корни, пока не кончится.       — Экзамен по всем видам деревьев, растущим в саду, будешь сдавать лично мне, — сухо сообщает ему Эйвери, и оба парня заметно сникают. Эйвери поджимает губы и отворачивается, предпочитая не обращать на них больше никакого внимания.       — Я уже говорил, что не знаю, чем занимался Демиана на своей должности, но слышал, что у водной фермы сейчас большие проблемы. Это недалеко отсюда — пятый поворот направо, потом прямо и вниз с горы.       — Иди на запах смерти и тухлой рыбы, — весело советует блондин.       — Если заблудишься, возвращайся сюда, — не удостаивая парня вниманием, продолжает Эйвери.       Ев кивает и, помахав на прощание приунывшим парням, возвращается на ведущую через сад тропинку. Все его мысли занимает город в небесах.       Небесные сады, висящие далеко над землёй. Узнать об их существовании было и правда не так уж и сложно. Но как туда попасть? И как часто там бывает Шаула? Надо будет расспросить об этом кого-нибудь.       Он сворачивает на пятом повороте и долго идёт прямо, пока сад не заканчивается, а тропинка не начинает становится уже, резко уходя вниз. К счастью, камни, которыми она выложена, не настолько скользкие, чтобы Ев боялся поскользнуться и покатиться кубарем вниз.       При спуске сладкий запах фруктового сада сменяется тошнотворной кислятиной. Будто кто-то бросил нафаршированный тухлыми яйцами труп гнить в морской воде.       Ев с трудом заставляет себя продолжать спуск по тропинке, с каждым шагом всё отчётливее различая характер зловонья.       Это… тухлая рыба? Очень много тухлой рыбы. Но откуда ей здесь взяться? Нигде не видно ни намёка на речку, озеро или болото.       Спустившись с горы, Ев видит перед собой уходящее в глубь горы здание с синей крышей, зловонье витает вокруг него, словно зловещая аура. Само здание больше напоминает военный бункер — в нём совершенно нет окон и его стены выглядят так, будто пережили бомбардировку.       Слышится журчание воды. Подземный источник? Ев думает о том, что, возможно, тухлыми яйцами пахнет из-за брома. Но есть ли в этом мире бром? Мысль о природном источнике газа он предпочитает отбросить в сторону.       Собравшись с духом, он подходит к двери и, приоткрыв её, заглядывает внутрь —здесь царит абсолютная темнота.       — Есть тут кто?       Он делает пару шагов внутрь, следя, чтобы дверь не захлопнулась.       Слабый, едва уловимый шорох раздаётся в темноте, и Ев поспешно пытается рассмотреть его источник. Но когда чья-то тень наконец попадает в поле его зрения, становится поздно — она находится рядом с ним. Дверь всё же захлопывается. Последний луч солнца высвечивает пасть, полную десятком острых клыков.