Поймай меня, если сможешь

POV Наруто - Вообще-то я старался изо всех сил забыть эту историю – начал я – мой отец был полицейским, работал в особом отделе, занимался самыми странными и жестокими преступлениями. Я не знаю подробностей, но в общем, когда он распутывал одну серию убийств, все концы тянулись к одному человеку. Я думаю ты уже понял, что этим человеком был глава Акацке по имени Пейн. Его преступления как рассказывал отец, занимали целый стеллаж в архиве, в то время как у других преступников даже крупных, могла быть всего лишь одна папка. Так вот. Я был ребенком и как многие дети ходил в детский сад. В один из дней в наш сад ворвалась группировка Пейна и всех детей взяли в заложники. Мы провели в плену как ты можешь увидеть шесть дней. Каждая полоса на моей щеке ознаменовала день, проведенный в этом аду. Пейн делал разрез, фотографировал мое лицо и отправлял фото в полицейский участок, каждый день раздумий, стоил мне ужасной боли и страха. Он хотел, чтобы полиция выполнила его требования и выпустила из страны, взамен на это он отпустит детей. Полиция и правительство колебалось, потому что для них было тяжело принять решение отпустить такого отморозка как он. Так как мой отец был главным, кто отвечал за эту спецоперацию, мне доставалось больше всех. Все эти шесть дней детей кормили хлебом и водой, меня же кормили раз в два дня. Я сильно похудел, как сказала мама, когда все закончилось и они меня увидели, они меня не узнали. Я был худой, бледный, весь избитый, под глазами были синяки и эти уродливые шрамы на щеках, которые не дадут забыть о случившемся никому из нас никогда. Полиция решила переиграть Пейна и сделать вид, что идет на его условия, ему сказали, что его будет ждать вертолет, который доставит его на границу Японии. Когда он стал отпускать детей, все выходили по одному, меня же, он сказал, что возьмет с собой в качестве гаранта до конца операции. Когда мой отец это услышал, он пришел в бешенство и с группой захвата взяли детский сад штурмом, в здании был я, Пейн и восемь человек его головорезов. Он сидел за столом в кабинете директора, а меня заставлял сидеть у него в ногах. Чтобы он мог меня видеть и периодически пинать, когда на него нападал очередной приступ безумия. Он же действительно имеет диагноз. Так вот, в какой-то момент раздался громкий шум, разбилось стекло, началась суета, а Пейн спокойно сидел и ждал, когда нас найдут. Когда выстрелы стихли и послышались шаги, приближающиеся к кабинету, он схватил меня за волосы и приставил к моему виску пистолет. Дверь была выбита ударом ноги одного из группы захвата. Зашли люди в форме, со стволами, было темно, только фонари на оружии давали свет. - Отпусти моего ребенка, или ты сдохнешь, прямо здесь не дожидаясь суда – услышал я, в тот же момент, мои глаза наполнились слезами, и я хотел побежать к папе и обнять его, но я не дернулся и только тихонько всхлипнул. Пейн оскалился и сказал выйти вперед тому, кто это сказал, вышел мой отец и прозвучал выстрел, Пейн ранил его тогда, очень серьезно и в дальнейшем из-за этого отец бросил службу в полиции. Дальше кто-то кинул дымовую и шумовую гранаты, отца оттащили, и я потерял сознание. Я очнулся на следующий день в больнице. Как мне сказали Пейна задержали и отправили в тюрьму. Я думаю ты знаешь, что позже, ему помогли оттуда сбежать и Пейн на какое-то время пропал. Никто не знал где он, его искали везде где могли. Прошло уже столько лет и эта история стала мной потихоньку забываться, но сегодняшний день… заставил меня снова все это вспомнить. Когда я закончил свой рассказ, я посмотрел на Саске, на нем не было лица, я не знаю, что было в его голове, но глаза выдавали что он задумал что-то, что мне явно не понравится. - Саске, только не думай вмешиваться в это, я не хочу, чтобы у тебя были проблемы… Я не знаю, может мне стоит уехать из Токио? Или вообще из Японии? Может мы уедем вместе и начнем другую жизнь? – я стал судорожно искать варианты, как мне оградить этого человека от Пейна. - Молчать – произнес Саске – с этого момента Наруто, ты живешь у меня и ни на шаг от меня не отходишь. В институте скажешь, что заболел и не сможешь пока посещать занятия. Ты меня понял? - Что ты собираешься делать? Я не хочу тебя впутывать Саске, ты не понимаешь? – крикнул я. - Наруто ты помнишь в чем я клялся тебе? Я не позволю этому уроду даже пальцем тебя тронуть – сказал Саске и направился в коридор, где был Суйгетсу. Я не знаю, о чем они говорили, но через несколько минут Саске вернулся, а входная дверь хлопнула, ознаменовав тем самым уход его помощника. Саске прошел к дивану сел на него и опустил голову закрыв лицо ладонями. Следом раздался глубокий вдох и выдох. Я медленно подошел к нему и опустился на колени. Я обнял его, тогда он убрал руки от лица и обнял меня в ответ, положив свою голову на мою. Мы сидели так молча несколько минут. Потом Саске поднял голову и сказал: - С тобой ничего не случится Наруто, я клянусь все будет в порядке, я дал приказ отправить одну свою шестерку к Пейну, чтобы тот передал, что ему от тебя нужно. Если шестерка вернется, мы узнаем, что он хочет. Если не вернется, я узнаю лично. Вопрос закрыт, предложения не принимаются. - Если ты уже все решил, я пойду с тобой. И не пытайся мне запретить. Я все равно не буду слушать – сказал я. - Я подумаю – сказал Саске и поднялся. Я все так же сидел на коленях, тогда он легонько взял меня за подбородок и поднял мою голову. Мы смотрели друг другу в глаза какое-то время, находясь в таком положении. Потом он слегка потянул меня, и я встал с колен. Наши лица находились в паре сантиметров друг от друга. Я в который раз был будто под воздействием гипноза. Его глаза будто смотрели сквозь меня, и я был не в силах пошевелиться или даже моргнуть. Я вышел из транса, когда холодные губы Саске накрыли мои, мои руки тут же оказались под его футболкой и я ощутил, что он холодный весь, будто мраморная плита. Я корил себя, ведь это все из-за моих проблем, он нервничает. Я стал жадно сжимать его в своих объятиях, пытаясь хотя бы немного согреть. Воздух в комнате как будто сгустился, было даже ощущение, что мы находимся и вовсе под водой. Мы ласкали друг друга губами, то беря чужую сторону штурмом, то капитулируя. В какой-то момент я почувствовал, что Саске подхватил меня на руки, я обхватил его ногами, а руки мои зарывались в его волосах. Он нес меня в спальню, по пути мы столкнулись с преградой в виде двери. Саске вжал меня в нее, и я почувствовал его напряженный член в районе моего паха, вероятно, как и он почувствовал мой. Какие-то доли секунд дверь не поддавалась нам, но потом все же открылась, мы прошли несколько шагов и упали на кровать, не разрывая поцелуя все это время. Дальше Саске стал доводить меня до исступления своими поцелуями в шею, такими горячими, словно после них и правда оставались ожоги. С моих губ сорвался хриплый стон, говоривший красноречивее слов. Мне никогда не было так хорошо, как сейчас, ни с кем. Ни один человек на этой земле не сравнится с тем, кто сейчас завис над моим лицом. От его взгляда, полного желания и страсти меня бросало в жар и щеки мои пылали. Хорошо, что в темноте этого, наверное, не было видно. Я толкнул бедрами и повалил Саске на кровать, оказавшись сверху я снял футболку и опустил руки к ремню на его брюках. Медленно, будто бы дразня его, я расстегнул ремень, а потом резко и вовсе вынул его. Задрав руки Саске над головой, я обернул их ремнем и затянул его потуже, но не доставляя лишнего дискомфорта. По его выражению лица, я понял, что он удивлен, но заинтересован моими действиями. Следом я расправился с пуговицей и молнией на брюках и потянул их вниз, освобождая тело Саске от ненужной сейчас одежды. Когда штаны оказались на полу, передо мной предстало прекрасное зрелище. Самый красивый из всех мне знакомых парней лежал предо мной, раскрасневшийся то ли от смущения, то ли от желания. Пряди его волос были раскиданы по подушке, но не в каком-то беспорядке, а словно художник изо всех сил старательно и аккуратно их разложил, чтобы нарисовать. Он как будто был не из этого мира, мне казалось, что нельзя быть таким как он. Он слишком хорош собой. Я замер, любуясь им, было ощущение, что я никогда вдоволь не смогу насмотреться на него. Саске повернул голову на меня и хотел, наверное, что-то сказать, но не успел, потому как моя рука опустилась к его возбужденному члену. И единственное, что вырвалось из его губ, это был стон, больше похожий на мольбу. Я и сам уже до безумия хотел близости. Сняв последнюю часть одежды Саске, я обвил ствол его члена рукой и стал неторопливо водить рукой то вверх, то вниз. Мой нежный любовник спустил руки к лицу и прикрылся ими, как будто стыдясь того, чем мы сейчас заняты, а я уже в этот момент взял в рот. Я никогда раньше не делал этого, но делали мне, поэтому я старался доставить ему удовольствие, а не дискомфорт, опираясь на свои воспоминания. Саске тяжело дышал и в какой-то момент я почувствовал, что его руки зарылись в моих волосах. Он слегка взял меня за волосы, от чего они натянулись и стал потихоньку задавать нужный темп. В какой-то момент Саске оттянул меня все так же за волосы, и я застыл перед ним в самом непотребном виде. Моя рука держала его член, рот был приоткрыт и нас соединяла только тянущаяся от моего языка тонкая линия слюны. - Ну все это уже слишком, я больше не могу – сказал Саске и следом приказал мне раздеваться. Я разделся, смочил несколько своих пальцев и стал подготавливать свое тело к нему. Когда я понял, что готов, я спустился к Саске и мы слились в жадном поцелуе, он же обвил меня руками, скованными ремнем и вошел в меня, постепенно, боясь травмировать. Его руки сомкнулись на моей талии, и он качнул бедрами, проникая в меня полностью. Я выгнулся, но не от боли, а от удовольствия. Все никак не мог поверить, что это происходит со мной, я был ужасно счастлив. Стоны заняли все пространство комнаты, нам обоим было очень хорошо. Я двигался на нем то набирая темп, то замедляясь. Наши тела были уже мокрыми от пота, волосы стали липнуть к лицу, Саске это делало еще более сексуальным, хотя, казалось бы, куда еще. Мы шептали друг другу все что приходило на ум, о любви, привязанности, удовольствии. Мы были самыми близкими людьми в этот момент. Наверное, Саске понял, что скоро кончит, потому что он переместил руки к моему члену и стал помогать мне тоже получить этот вид удовольствия. Несколько минут… и мы кончили вместе. Тяжело дыша, я слез с Саске и помог ему освободиться от оков. После этого мы пошли в ванную, для того чтобы искупаться, а когда дело было сделано, вернулись в спальню. В эту ночь мы заснули только под утро, мы проговорили почти до рассвета, рассказывая друг другу о своей жизни и постепенно узнавая немного нового, о человеке рядом, случайно ставшим таким нужным, жизнь без которого уже не имела никакого смысла. Последнее, что сказал Саске, перед тем как заснуть, я запомню на всю свою жизнь. - Наруто, как-то один человек сказал следующее: «Учиха ценят любовь сильнее, чем все остальные, вот почему они подавили ее и спрятали в самых укромных уголках своих душ, стоит Учихам познать любовь... то словно все чувства освобождаются и становятся еще сильнее, они пробуждают истинную любовь и невероятную силу, которую не понять никому». Такое завершение получила эта ночь, я спал, сжимая в объятиях того, кого люблю.