Тьма в объятиях света.

Как только закончилось добровольное затворничество (чтобы новое ядро Вэй Ина получше прижилось), Мейлин вместе с семьёй снова появилась в зале, где праздновалась свадьба любимой шицзе папы. Вэй Ин то и дело трогал спрятанный в рукаве мешочек цянькунь, в котором находились все его записи из пещеры Фумо. Хитрое дитятко сгоняло на Луаньцзан и не только собрало все его изобретения и записи до последнего клочка, но и помогло остаткам Вэней найти безопасное убежище, уведя их с горы. То есть, прикрыла ему тылы по полной во время нахождения в Башне Кои. - Доброе утро собравшимся и мучающимся похмельем после длительного празднования свадьбы, - ехидно сказала Вэй Мейлин, глядя на опухшие рожи находящихся в зале людей. - Кто уже успел забыть, пока не маячить перед глазами, я Вэй Мейлин. В будущем многих из вас нет в живых, потому что один "сильно умный" индивидуум оболгал человека, просто хотевшего жить спокойно со спасёнными им людьми. Эта книга, - она показала увесистый томик, - расскажет историю Старейшины Илин и прольёт свет на то, кто был главным злодеем. - И так понятно, что главный злодей - Старейшина Илин, - проворчал кто-то из глав мелких кланов. - Ой-ой, на себя бы посмотрели, господа праведные заклинатели, - фыркнул Усянь, заняв своё место рядом с братом. - Читай, А-Лин. - Момент, - Мейлин открыла книгу, и со вспышками талисманов перемещения в зале появилось ещё несколько человек: скалящий небольшие клычки парень лет четырнадцати, слепая девочка, двое мужчин в белом и черном одеяниях и мальчик лет десяти. - Вот теперь, кажется, все герои на месте. Можно начинать. Перерождение. — Вэй Усянь мёртв! Вот так прекрасные новости! - В смысле? - воскликнул Цзян Чэн, посмотрев на брата. - Не дождётесь, - фыркнул Вэй Ин, развалившись в удобной позе. - Назло вам выживу. По залу прокатились тихие смешки. Не прошло и дня с осады горы Луаньцзан, как добрые вести разлетелись среди заклинателей, будто на крыльях, ничуть не уступая в скорости когда-то разгоревшемуся пожару войны. И в самых именитых кланах, и среди простых бродячих заклинателей — всюду оживленно обсуждали осаду, которую возглавили Четыре Великих Ордена, собрав под свои знамёна сотни союзников. - Осаду? - с интересом уточнил Вэй Ин, посмотрев на дочь. - Вообще это событие должно было произойти через год, если я не путаюсь во временных рамках, - пожала плечами Вэй Мейлин. - Как ты понимаешь, в этот раз загодя была подстелена соломка. И пусть хоть один из собравшихся вякнет, что он не подумывал о том, чтобы пойти войной на "мировое зло"! Слушатели смущенно запереглядывались, но промолчали, признавая её правоту. Всё же нет-нет, но в головах праведных заклинателей мелькала такая мысль. — Прекрасно, прекрасно, событие и в самом деле отрадное! Что же за герой покончил со Старейшиной Илин? — Разве мог это быть кто-то ещё, кроме его собственного шиди, Цзян Чэна? Именно он повёл за собой Четыре Великих Ордена — Юньмэн Цзян, Ланьлин Цзинь, Гусу Лань и Цинхэ Не и, поступившись братскими узами ради великой цели, уничтожил логово Старейшины Илин — гору Луаньцзан. - Кто? Я? - не поверил Цзян Чэн, со скепсисом отнесшийся к этому заявлению. - Видимо, мы крупно повздорили, - похлопал брата по плечу Вэй Ин. - Потому что ты вечно замалчиваешь свои проблемы, дурень, и не даёшь другим позаботиться о себе! - пихнул его локтём в бок Ваньинь. - Прости, Цзян Чэн, не привык, - развел руками Усянь. - Но я буду стараться больше вам доверять. — И хорошо, что покончил, скажу я вам по справедливости. — Так и есть, хорошо, что покончил! — вторили прочие голоса. — Если бы не Орден Юньмэн Цзян, что призрел и взрастил Вэй Усяня, оставаться бы ему поганым босяком до конца своих дней. Ни о чём другом и говорить не приходится… Прежний Глава Ордена Юньмэн Цзян воспитал Вэй Усяня, словно родного сына, а он – подумать только! – отрёкся от них, восстал против всего мира, покрыв клан Цзян несмываемым позором и доведя почти до полного уничтожения. Это ли не пример черной неблагодарности?! Самый что ни на есть! - А-Сянь не виноват в том, что погибли наши родители, - тут же нахмурилась Цзян Яньли, твердо глядя в глаза собравшимся в зале. - Их убил Вэнь Чжулю, а не мой брат! - Спасибо, шицзе, - тепло ей улыбнулся, благодаря за веру в него, Вэй Ин. - Вэни всё равно бы пришли в Пристань Лотоса, ведь тогда они уже сожгли Облачные Глубины, - глухо заметил Цзян Чэн. - Мы просто стали следующими, а повод они могли выдумать любой. Сидящие отдельно представители клана Лань помрачнели, вспомнив о сожжении своего дома, и как они его восстанавливали после войны с Цишань Вэнь. — Цзян Чэн слишком долго позволял этому отродью творить бесчинства. На его месте я не только пронзил бы Вэй Усяня мечом в тот же самый миг, как вскрылось предательство, но и сверху донизу перетряхнул весь орден, чтобы среди учеников не осталось тех, кто вздумал следовать по стопам потерявшего человеческий облик. Здесь уж не до тёплых чувств к бывшему соратнику и другу детства. - Вы не на моём месте, - мрачно сказал Цзян Чэн, обводя взглядом заклинателей, которые стыдливо отворачивали от него свои лица. - Наплюй, А-Чэн, - дружески пихнул его локтем в бок Вэй Ин, заставляя расслабиться. - Они совсем ничего о тебе не знают. - Иди к лешему, А-Сянь. — Но до меня доходили совсем другие слухи! Вэй Ин выбрал Путь Тьмы, и Тьма ответила ему сполна: собственные призрачные солдаты растерзали его тело на мелкие кусочки. Говорят, в тот момент он был ещё жив. — Ха-ха-ха-ха-ха… Вот оно, немедленное воздаяние. Я сразу хотел сказать, что его призрачные солдаты подобны бешеным псам, что бросаются на любого, кто встретится у них на пути. В конце концов они обратили клыки против своего хозяина. Поделом же ему! - А-Сянь? - с тревогой посмотрела на брата Цзян Яньли, её ладонь тут же сжал супруг. - Шицзе, я жив, - тут же поспешил её успокоить Вэй Ин. - Но такая смерть всё равно чудовищна, - покачал головой Цзинь Цзысюань, не веря, что любимый названый брат его жены мог так умереть. - Даже не вздумай проворачивать такой фокус, - Цзян Чэн сунул под нос брату увесистый кулак. - Хорошо, не буду. — Однако осада не возымела бы успеха, не знай молодой Глава Ордена Цзян о слабостях Старейшины Илин. Именно он составил план действий. Не забывайте, чем владел Вэй Усянь, и что помогло ему стереть с лица земли три тысячи заклинателей за одну ночь. - А неплохая идея, кстати, - задумчиво посмотрел на брата Цзян Чэн, услышав про слабости старейшины. - Ты этого не сделаешь, - опасливо поёжился Вэй Ин, отодвигаясь от него. - Как знать, как знать. Будешь плохо себя вести... - Шицзе, А-Чэн обижает Сянь-Сяня! Собравшиеся в зале заклинатели похихикали с его жалобной мордашки. — А разве не пять? — Три, пять — всё едино. Хотя, пять, скорее всего, ближе к истине. — Он и в самом деле потерял человеческий облик... — Хорошо, что перед самой смертью он уничтожил Тигриную Печать Преисподней, можно сказать, совершил одно доброе дело. А иначе этот артефакт остался бы в мире людей и продолжил причинять им вред. Тогда преступлениям Вэй Усяня не было бы конца. - А по-моему, Вэй-сюн даже лучше сейчас выглядит, - заметил Не Хуайсан, то и дело бросавший взгляд на друга. - Ты себе не представляешь, Не-сюн, что такое выспаться впервые за долгое время без кошмаров, - мечтательно вздохнул Вэй Ин. - Всё те же кошмары? - уточнил Цзян Чэн, прекрасно помнивший, как сам вскакивал посреди ночи после окончания "Аннигиляции Солнца" с тяжелым дыханием и колотящимся в горле сердцем. - Ага. Эти три слова — «Тигриная Печать Преисподней» — разом оборвали все разговоры, и повисло опасливое молчание. Через некоторое время кто-то сокрушенно вздохнул: — Эх… А ведь когда-то Вэй Усянь был одним из самых одаренных заклинателей, молодым господином именитого ордена, прославившимся в юном возрасте. Как великолепен и своенравен был... Почему же его жизнь завершилась столь плачевно?.. Тема разговора поменялась, и спор разгорелся с новой силой. Вэй Ин агрессивно зыркнул в сторону Цзинь Гуаншаня, прекрасно помня, кто именно в первых рядах хотел заполучить артефакт и жадно смотрел на него. Вот ещё, отдавать этому похотливому козлу Тигриную печать, давшуюся ему большим трудом! Сам бы находил нужные материалы и сам изготавливал всё, что ему нужно! — Это ещё раз подтверждает, что заклинатель должен следовать Правильному Пути. На первый взгляд Путь Тьмы кажется весьма и весьма соблазнительным, будто на нём любой может достичь небывалых высот. Но чем же все закончилось? - Только Правильный Путь позволяет самосовершенствоваться! - напыжился от гордости Лань Цижэнь. - Досточтимый учитель Лань подвергся греху высокомерия и забыл, что без тьмы света не будет, поскольку есть баланс инь-ян? - невинно похлопала глазами Вэй Мейлин, заставив того лишиться дара речи. - И берется осуждать человека за его выбор, не зная истинных причин, почему так случилось? Глава Лань, какое наказание полагается за невежество? - Пятьдесят ударов ферулами по спине, - машинально ответил Лань Сичень. - Я понял вас, молодая госпожа Вэй. Кто-то прогрохотал: — От него даже целого трупа не осталось! — Но не всему виной Путь Тьмы. Говоря начистоту, сам Вэй Усянь был довольно безнравственным человеком, его поступки вызывали всеобщее возмущение. Каждому, так или иначе, воздастся по делам его. Небеса милостивы и справедливы! - Да уж понравственнее большинства из вас будет, - пробурчала себе под нос Вэй Мейлин. - Целого трупа? - вновь ахнула Цзян Яньли, посмотрев в сторону брата. - Шицзе, успокойся, я жив, - поспешил её заверить Вэй Ин. Так болтали обыватели после смерти Старейшины Илин. Почти везде шли разговоры об одном и том же, а любые попытки возражать немедленно пресекались. Однако же была одна мысль, что тревожила всех, но никто не решался высказать её вслух. Невзирая на полное уничтожение тела Старейшины Илин на горе Луаньцзан, никто не мог призвать душу Вэй Усяня. Может быть, призрачные солдаты разорвали её на куски и пожрали?.. Или, может быть, ей всё же удалось ускользнуть?.. - То есть, всё это время мы слушали болтовню обывателей? - разочарованно протянул Не Минцзюэ. - Похоже на то, дагэ, - кивнул Лань Сичень. - Но зачем лишний раз тревожить уже умершего человека? - подал голос заклинатель в чёрном, прибывший в Башню Кои буквально перед началом чтений. - Я Сун Лань, бродячий заклинатель. - Ой, а я о вас слышал, - обрадовался Не Хуайсан, да и прочие заклинатели удивлённо загудели. - Вы с даочжаном Сяо уже у всех на устах, как весьма умелые заклинатели, несущие в мир справедливость! - Я Сяо Синчень, - улыбнулся даосс в белом, кивая на его восхищенные слова. - Нам приятно, что вы о нас слышали, молодой господин Не. Первый вариант наполнял сердца людей безмерной радостью. Но с другой стороны, слухи утверждали, будто Старейшина Илин способен перевернуть Небо и землю, сдвигать горы и осушать моря, поэтому для него не составило бы труда противостоять призыву. В тот же день, когда его душа вернётся, заклинатели со всех концов земли или даже весь мир столкнутся с самым беспощадным и мстительным чудовищем, повергающим всех и вся в пучину кровавого хаоса, где миром правит Тьма. Именно поэтому на вершине горы Луаньцзан возвели сто двадцать каменных изваяний для подавления тёмных сил, а все крупные ордены постоянно пытались призвать его душу, и от их пристального внимания не ускользал ни один подозрительный случай. - Мало ли что слухи утверждают, - фыркнул Вэй Ин, махнув рукой, когда на нём скрестились опасливые взгляды. - Обывателям лишь бы почесать языками. Недавно сам слышал сплетню, что у меня на Луаньцзан гарем из девственниц. Ханьгуан-цзюнь, ты хоть одну деву там видел, кроме нашей целительницы? - Кроме девы Вэнь - ни одной, - улыбнулся уголками губ Лань Чжань. - И вы снова спорили, сажать редис или картофель. - И кто кого переспорил? - весело хихикнула Цзян Яньли, прикрыв рот рукавом. - Вэнь Цин. Редиска невкусная, фу! - Меня удивляет, что на тех почвах вообще что-то умудряется вырасти, - закатил глаза к потолку Цзян Чэн, удостаиваясь пораженных взглядов. - Что? Был я на Луаньцзан, тоже слышал спор про редиску. Заклинатели нервно хихикнули и поспешили от него отстать, уж больно многообещающе начал потрескивать Цзыдянь у него на пальце. Прошёл год. Ничего не случилось. Минул второй. Ничего не случилось. Пролетел третий. Ничего не случилось. - А они прям сидят и ждут возвращения старейшины Илин, - хихикнул Не Хуайсан, прикрывшись веером. - Как ради меня потратились ордена, - ехидно прищурился Вэй Ин. - И правда, терпеливо так ждут, даже стыдно их разочаровывать. - Ха, тебе - и стыдно? - фыркнул Цзян Чэн. - Да ты тут же поспешишь воспользоваться ситуацией и что-то отчебучить! Шёл тринадцатый год. По-прежнему повсюду царил порядок и спокойствие. Мало-помалу, люди поверили, что Вэй Усянь не был таким уж могущественным, и возможно, в самом деле сгинул навечно. Он был способен уничтожить этот мир мановением руки, но в итоге уничтоженным оказался сам. Никто не может стоять на пьедестале величия вечно — мифы остаются лишь мифами. - У-у, Вэй-сюн обязательно поспешит исправить это вопиющее недоразумение и снова явить себя миру! - улыбнулся Не Хуайсан. - И почему я впервые слышу про такие твои таланты, Усянь? - вопросительно посмотрел на брата Цзян Чэн. - Преувеличивают, - тут же поспешил откреститься от обвинений Вэй Ин. - Конец главы, - сообщила Вэй Мейлин, закрывая книгу и переводя дыхание.