Любимая жертва

Веки будто окаменели. Казалось, что если их поднимешь, то увидишь рай. За ними точно был свет. Захотелось потянуться и руками помочь себе продрать глаза. Но это было тяжело. Все было тяжело. Тело ломало. Каждая мышца вопила от боли. Но тяжелей всего было оставаться неподвижным и ничего не делать. Думалось, что так можно и умереть. И еще невыносимая тяга, и Леви не понял, к чему или к кому эта тяга, она заставила шевелиться налитое свинцом тело. Как он и предполагал, солнце ударило в глаза. Он сощурился, несколько минут припоминая, что с ним было. Пересилив тысячу и тысячу мучительных ощущений, он поднялся с кровати. В спальне он был один. Рядом на кровати лежала его чистая одежда. Леви подумал, что следовало бы умыться, и направился в ванную. Опершись руками об край раковины и посмотрев в зеркало, Леви решил, что он точно мертвец. Живые так не выглядят. Впалые щеки, синяки под глазами, белые иссохшие губы — и это еще ничего. На всей его мертвенно-бледной коже красовалась россыпь засосов, следов от зубов и кровоподтеков. И это даже еще не все. Самое страшное, от чего у парня побежали мурашки — это иссиня-черная бездна, разросшаяся на правом его плече, как раз в том месте, где удачно впились зубы одного так называемого демона. Безобразная гематома с рваными засохшими ранами от клыков охватила все плечо и поднималась до шеи. Леви поплохело, он был в паре шагов от обморока. Быстро ополоснув лицо холодной водой, он отошел от зеркала. Вернувшись и надев свою темно-серую хлопковую рубашку и повидавшие виды черные штаны, в которых отходил не один год, он вышел из спальни. Пол тянул его магнитом, голова кивала болванчиком, а ноги шаркали по полу. Его шатало из стороны в сторону, и сильная боль с каждым шагом разносилась по мышцам. Но он упорно стремился вперед. Разве он в тот раз запомнил дорогу? Или это была странная сила, передвигавшая его ноги в необъяснимом стремлении добраться до цели? Он смутно представлял, что это за цель, но он явно ощущал, что ему надо поскорее найти ее. Спустя некоторое время оказавшись перед знакомой дверью в гостиную с камином, Леви приложил последние силы, чтобы открыть ее. Проходя внутрь он не видел ничего. Он не видел таращившихся на него молодых людей, не видел, куда он идет и к кому. Только когда его обессиленное тело упало, соприкоснувшись с мягкостью другого, чужого и теплого тела, он осознал себя и окружающий мир. Но это было уже не важно, он уставши прикрыл глаза и уткнулся носом в чужую грудь. Наконец, ему стало хорошо. Наконец, эта мучительная тяга его отпустила. Видимо он достиг цели. — Господи, Эрен! Да он едва живой! — услышал он испуганный возглас. — Ты его чуть не убил! — Так не убил же! — грубо ответили в ответ. Леви немного вздрогнул, так как последний голос доносился чуть выше его макушки. Потом его нежно погладили по спине. Он словно ребенок устроился между ног демона. Тот сидел на полу со скрещенными ногами, как и в первый раз, когда он его увидел. И видимо Леви просто подошел и уселся к нему, уткнувшись в грудь. Эрен его обнял в ответ, и даже почудилось, что слегка начал укачивать. — Ты посмотри на его шею! — Леви почувствовал, что девушка, ее вроде звали Ханджи, оттянула воротник его рубашки. — Боже мой! — Надо обработать мазью, — сказал низкорослый блондин. — Армин, будь добр, возьми из моего кабинета, — попросила его Ханджи, отодвигаясь. — А я пойду что-нибудь приготовлю из еды для Леви. Он совсем слаб. Господи, Эрен… Леви не видел, но представил, как она укоризненно покачала головой. А Эрен лишь сильнее сжал его в своих объятиях. Потом Леви вроде как ненадолго отключился. Через поверхностный сон он слышал голоса тех, кто был в комнате. Разобрать что они говорят было непосильно. Тем более когда чужие руки тебя так приятно укачивают. Ему даже почудилось, что мимолетный поцелуй коснулся виска. Или может это все же сон? Окончательно его разбудил грубоватый голос Ханджи. — Вот, корми свою жертву! Иначе он прямо у тебя в руках окочурится! И вот мазь. Спасибо Армин. Хотя давай-ка я сначала лучше обработаю рану. Прикосновения были аккуратные. Было понятно, что девушка старается как можно меньше причинить боли. Но Леви все равно морщился и вздрагивал периодически от болезненных ощущений, зарываясь носом в ткань мягкой рубашки Эрена. После того как девушка закончила обрабатывать рану, он почувствовал как знакомые пальцы легкими осторожными движениями повернули его подбородок. Ко рту приставили ложку. Приятный аромат овощного рагу заставил сглотнуть. Сколько он уже не ел? Такое ощущение, что это было в прошлой жизни. — Ну, давай же, — тихо, но требовательно попросил Эрен, слегка надавив пальцем на подбородок, держа ложку. — Открой рот. Тебе надо поесть. Все еще оставляя глаза прикрытыми, Леви подчинился и медленно приоткрыл рот. Рагу было восхитительным, и он подумал, что с первой ложкой в момент наберется сил. Но нет, тело по-прежнему было тяжелым. И такое простое действие, как пережевывание пищи, давалось с большим трудом. — Умница, — похвалил его демон. Вдруг Леви подумал, что ему бы хотелось снова заглянуть в эту магическую зелень. Раскрыв глаза и приложив немало усилий, он приподнял голову. Леви даже перестал жевать, когда встретился на удивление с теплым, заботливым взглядом. — Ну, чего ты? Жуй, давай, — сказал ему демон, слегка ухмыляясь. — Тебя еще откармливать и откармливать. А мне уже хочется повторить то, что было ночью… — Эрен, господи! — где-то недалеко взвыла опять Ханджи. — Да, чего ты шумишь? — недовольно подал голос высокий парень. — Все живы-здоровы. Все обошлось. Пусть теперь развлекаются. Могу поспорить, этому мелкому в определенные моменты тоже было приятно. Ха-ха! — Это некрасиво, Жан, — приструнила его черноволосая девушка. — Не говори так, будто все понимаешь. — Да, Жан. Мы уже обсуждали, что у тебя другая ситуация, — строго сказал Армин. — Какие вы! — обидчиво провопил шутник. — Все прошло хорошо, а вас не отпустит! Пойду-ка лучше прогуляюсь раз солнце вышло. В наших краях это больша-ая редкость, — и Леви услышал как скрипнул диван. — Микаса, пойдешь? — Если только ненадолго, — ответила девушка. Затем хлопнула закрывающаяся за ними дверь. — Ты слышал? — тихо спросил Эрен у Леви, загребая остатки еды в тарелке. — Солнце вышло. Как думаешь, чья это заслуга? Но Леви так утомился, что даже не смог поразмыслить над ответом. Веки снова стали невыносимо тяжелыми. Ему теперь было тепло, уютно и сытно. Поэтому организм решил снова отключиться, пустив все силы на восстановление.

***

— Заснул? — чуть слышно спросил Армин. — Да, — в тон ему ответил Эрен. — Пойду уложу. Ему нужно отсыпаться. Маленькое тело брюнета с легкостью подняли на руки и понесли в главную спальню владельца замка. Она Леви была уже знакома. — Совсем плох паренек, — Ханджи огорченно цокнула языком. — Выкарабкается, — Армин был более оптимистичен. — А как там его мать? Вы ее нашли? — Да-а, — протянула она. — Микаса сказала, что еще пару часов и мы бы уже не понадобились. — Хорошо, что успели. Как она? — Быстро пошла на поправку. Не перестаю удивляться крови Эрена! Вот это чудодействие! Жаль, что подопытных так мало… — с сожалением вздохнула девушка. — Ханджи… — упрекнул ее блондин. — А что?! Мне бы склянок побольше, может приборов, да людей больных. Хочу подробно изучить как кровь Эрена людей лечит. Представляешь, скольким бы мы помогли! Разработали бы лекарство, пустили бы в массовое производство… — Ханджи… Это Эрен уже проходил… Ничем хорошим это не закончилось, ты же знаешь. — Эх, знаю… — пыл девушки угас. Историю Эрена она знала. Ей не раз ее рассказывали Армин и Микаса. Сам же Эрен не любил говорить на эту тему. Поэтому быстро пресекал все расспросы. А если же все-таки при нем что-нибудь такое обсуждалось из его прошлого, он был близок к тому, чтобы выйти из себя. Нрав у хозяина замка был тот еще, с этим другие обитатели замка были осведомлены хорошо. — А! Знаешь еще что?! — вдруг встрепенулась опять девушка. — Я видела своего отца! Старику уже за сотню перевалило! А Микаса сказала, что он еще в хорошем здравии! — Вы говорили с ним? — Ну, да. — Ханджи… — Микаса разрешила! — попыталась оправдаться девушка. — Только сказала, чтобы Эрену не говорили. Так что не рассказывай, пожалуйста… — Хорошо, — вздохнул Армин. — Кстати, отец сказал, что это он послал Леви к замку. — Вот как… Армин подумал, как все быстро начало меняться. Не так давно в замке их было четверо. Ханджи пришла пятой — последней. Теперь этот Леви Аккерман… Хотя прошло не так много времени, несколько десятков лет. А долгое время они вообще были вдвоем… Долгое-долгое время, а кажется целую вечность за окном шел дождь или снег. Армин уже отвык от того, что может быть по-другому. Точно эта декорация приложена к самому замку. Да, и он сам тоже стал словно декорацией... Для Эрена же все обитатели его замка были декорацией. Но сейчас все изменилось. За окном солнце. Он даже не верит, что оно настоящее, поэтому и не выходит на улицу. Вдруг это иллюзия? И если он выйдет, картина теплого солнечного дня вдруг исчезнет? Но одно Армин знает, что точно не иллюзия. Это оживающие, как после глубокого сна, глаза Эрена, его близкого друга. В них тоже долгое время была непогода. Он за этой непогодой не видел ничего. Они отражали только видимость жизни, но сам он будто бы и не жил. Но сегодня, бережно держа в своих руках хрупкое, покалеченное тело, Эрен словно глотнул свежего воздуха. Да, крови Леви он тоже испил немало, но это другое… Армин пока сам для себя не мог объяснить что это, но он явно осознал, что началась новая пора в жизни его друга-демона и жизни замка в целом.