Дракон и венок

В маленьком доме профессора было также чисто и полутемно, как и в его кабинете зельеварения в Хогвардсе. Снэгг впустил учеников, сразу же предложил Стефани кресло, а Драко и Блейз остались стоять. – Чем могу быть полезен? – профессор не выглядел встревоженным, и, кажется, был рад гостям Стефани протянула профессору галстук. – Профессор, я очень долго хотела узнать правду о том, что произошло с моими родителями, но долгое время не было зацепок. Я нашла это в одной из отцовских книг. И там же мы нашли письмо из Хогвардса, подписанное на имя отца. Значит, он учился в Хогвардсе. Его звали Бальтазар Оливейр. Может быть, вы его помните? Снэгг изучил галстук, а затем бережно свернул и вернул его Стефани: – Нет, Стефани, я не знал твоего отца, даже не смотря на то, что он тоже был на Слизерине. Я был необщителен и предполагаю, что он учился на несколько курсов старше. Внезапно он задумался и вытянул руку. Из одного шкафов выскочила книга в бордовой обложке, покрытая серебристыми растительными узорами. Драко прищурился, потому что никак не мог прочитать название. "Дурацкое зрение",- рассержено подумал он. – "Зельеварение как музыка"! Вот это названьеце! – фыркнул Забини – А автор.... О, Бальтазар Джон Оливейр! – Да! – глаза Стефани заблестели – Это единственная книга, которую папа успел издать Снэгг открыл книгу на предисловии. На странице была напечатана фотография : крупный, широкоплечий волшебник с длинными чёрными волосами и черными усами, стоял в слегка скованной позе и улыбался как будто бы слегка смущенно. – Папа не любил фотографироваться... – усмехнулась с умилением Стефани Драко подошел, чтобы рассмотреть книгу поближе, пробежался глазами по тексту предисловия и вдруг замер: – Его год рождения совпадает с годом рождения моего отца. Значит, они могли учиться на одном курсе! Повисло молчание. Всё подумали об одном и том же : – Конечно, – наконец сказал Драко тише и почти обреченно – Отец вряд ли расскажет мне что-либо. – Он бы точно задал тебе резонный вопрос, зачем тебе это надо знать и не обошлось бы без попыток вывести тебя на чистую воду. Люциус может страшно въедливым, если его что-то интересует. Он докопается до истины любой ценой, – заметил Снэгг – Есть такое, – вальяжно ответил Забини – Профессор, у вас нет винца? Тянет сквозничком, нужно согреться… Снэгг повернулся к Стефани, проигнорировав вопрос Забини: – Если не дают попасть в комнату через дверь, лезь в окно. Попробуй начать расследование с другого конца. У убийства твоих родителей были свидетели? – Да, один свидетель точно был, наша соседка – Надо тебе тогда ехать в Португалию, целенаправленно за выяснением подробностей. Кроме того, посмотри личные записи отца, узнай имена его товарищей Он коснулся плеча Стефани : – Я понимаю, что тебе больно будет слышать подробности... – Я поеду со Стефани, профессор, – сказал Драко – И Забини возьмем – Естественно, – не получив разрешения на вино, Блейз все-таки откуда-то добыл бутылку и наливал себе уже второй бокал Снэгг оглянулся на него с удивлением : – Я ожидал, что вы отправитесь с мистером Поттером в эту поездку, а не с мистером Забини – Зачем нам Поттер , - осторожно спросил Малфой, снова ощущая, неприятное напряжение – Это только наше дело – Вы имеете что-то против меня, сэр? – непонимающе воззрился на профессора Забини – Я начитался о ваших похождениях в газетах. Вы мне Малфоя окончательно испортите, – с лёгкой иронией заметил Снэгг – Больше читайте этот сборник мусора! – насмешливо бросил Блейз – Им выгодно выставлять меня в нехорошем свете. Да и что вы меня воспитываете? Еще давайте вспомним классическое:"Такой был хороший мальчик, а стал..." Чтоб вы знали, в душе я всегда таким был. Только бунтарей в школах не жалуют, предпочитают тихих и исполнительных отличников. Куда эта сладкая парочка без меня поедет? Белобрысый весь на эмоциях, обязательно наваляет ошибок, а Зельевара голыми руками поймают, кому это надо – Тогда отвечаете за обоих головой, – спокойно ответил Снэгг Вечером Драко забрал счастливого сына и вернулся в поместье. Он был полон радостного нетерпения и желания помочь любимой женщине. – Папа, спасибо за вечер! – Скорпиус обнял отца, перед тем как побежать к себе –Ты не сильно обжегся чаем? – Драко ласково погладил светлые волосы сына – Нет, мне мисс Оливейра сразу замазала ожог и даже красного пятна не осталось. Она очень заботливая – Конечно, – Драко кивнул – Только помни про наш секрет. Мне нужно будет уехать на три дня в другую страну. Ты здесь не будешь скучать? – Постараюсь не скучать, – вздохнул Скорпиус – Драко, ты уезжаешь? – Нарцисса проходила мимо и замерла, услышав слова сына – Такое совпадение, я тоже собираюсь уехать, меня Люциус отпустил навестить подругу детства Малфой расстроился. Ему не хотелось оставлять ребенка в Малфой-Мэноре. Он с куда большим желанием оставил бы его у Поттеров на эти три дня или отправил с матерью. Но осознавал, что оба варианта невозможны. – Жаль, все уезжают, – вздохнул Скорпиус – Я уезжаю только завтра утром и могу тебе сейчас почитать, – улыбнулась Нарцисса – Ура! – мальчик радостно подпрыгнул – Спасибо! – Тогда ложись,я скоро приду, – сказала Нарцисса внуку и обратилась к Драко – Предупреди отца Драко нехотя двинулся к отцовскому рабочему кабинету. Снова сердце тронул неприятный холодок. Он прислушался: за дверью еле слышно играла музыка, так тихо, что Драко не мог разобрать мелодию. Он осторожно постучал. Музыка оборвалась: – Войдите Отец стоял спиной к окну и даже не обернулся, когда сын вошел. Драко ощутил словно по воздуху комнаты тяжелое напряжение, висящее в помещении: – Отец, я должен уехать на три дня в Португалию – Какая нужда уезжать невесть куда на три дня? – Люциус вздрогнул и резко оглянулся, под его глазами пролегли темные тени – Работа такая, гроши-то надо зарабатывать,– неожиданно иронично бросил Драко – Не оставляйте Скорпиуса одного, чтобы он не скучал – Счастливого пути, – лаконично ответил Люциус и снова обернулся к окну. Драко отправился к себе. Ему казалось, что он едва переставлял ноги от безмерной тяжести, которой налилось все его существо. «Ты в самом деле так меня ненавидишь или только делаешь вид?» – мысленно спросил он отца – «Если бы ты знал, как ты надоел со своей нестабильностью – то ты готов бить наотмашь, то навязываешь свою заботу и злишься, когда тебя не понимают».