Гранатовый цвет

ДС Инк спокойно шёл по коридору JR к Блейзу, поправляя на шее непривычный для него шарф. Свой он вчера порвал и попросил Эррора помочь ему подштопать тканевый аксессуар, ведь сам шил Инк, мягко говоря, не очень. Да и не любил он это дело, только вечно раздражался с того, что не мог попасть ниткой в ушко иголки. Вздохнув, ДИнк убрал руки от шарфа, решая больше его не трогать, пусть будет так, всё равно вечером ему обещали вернуть уже починенную вещь. Да и отвлекаться на ткань на шее было не с руки, Инку сейчас предстояло предоставить Дриму отчёт о последних событиях в их Альтернативе. Он надеялся, что всё пройдёт быстро, всё же его ждала в комнате не законченная картина. Вернее, она ждала его уже не первый день, он всё никак не мог понять, чего там не хватает, что-то было не так… Можно сказать, Инк был в не настроении писать, возможно из-за недавних кровавых событий, возможно, он просто словил артблок, который не давал взять в руки кисть и наконец довести картину до логического конца, хотя до конца там было явно далеко… Чуть отвлёкшись на свои мысли, Инк не успел заметить выглягувшего из угла Граната, успевшего прижать его к стене, отчего Инк несильно ударился спиной об каменнную поверхность. — Приветик, Инки, — игриво произнёс Гран, успевая перехватить чужие руки, удерживая их по сторонам от Инка, прижав к стене. Честно, Чернильного даже интересовало, как Гранат мог так быстро обездвижить другого, да ещё и не давая ему врезать сразу же? Хотя, кажется, тот просто уже приловчился к подобному, да и руки из его хватки было вырвать затруднительно, слишком крепко держал. И Инка подобное очень раздражало, заставляя оскалиться. — Отпусти, сука! — прорычал Инк, пытаясь выдернуть руки из лап довольно усмехающегося Граната. — Ммм, дай-ка подумать, — наигранно задумавшись проговорил Гран, через пару секунд устраивая своё колено между ног Инка, стараясь раздвинуть чужие, слишком близко стоящие к друг другу, конечности. — Ты умеешь думать? По твоим действиям не похоже, — съязвил Инк, не давая Грану выполнить задуманное, не сдвигая ноги с места. — Как грубо, — усмехнулся Гранат, приближая свой череп ближе к другому. — Теперь точно не отпущу, — произнёс Гран, с насмешкой взглянув в чужие глазницы. — Я тебе сейчас врежу, если не уберёшь от меня свои руки, — зло прорычал Инк, с яростью глядя в яркие глазницы гранатового цвета напротив него. — Ты можешь попытаться, Инки, — хмыкнул Гранни, переведя взгляд чуть ниже с черепа Чернильного на его шарф, который сегодня открывал куда больший взор на чужие шейные позвонки, покрытые витиеватыми узорами. Они смотрелись очень притягательно, хотелось к ним как минимум прикоснуться рукой, но те, увы, были заняты удержанием ДИнка. — Ты задолбал меня так называть! Заткнись уже и свали от меня! — раздражённо проговорил Инк, предприняв попытку пнуть Граната, что увы, не получилось нормально сделать, тот, кажется, даже не поморщился от не слишком сильного удара. — Я же не уйду так просто, Инки, хотя ты можешь ненадолго от меня отвязаться, только сейчас придётся потерпеть, — с насмешкой произнёс Гран, понимая, как можно прикоснуться к чужим костям, не выпуская вырывающиеся руки Чернильного. Резко наклонившись к шейным позвонкам Инка, открывая по пути рот, Гранат сомкнул челюсти на узорчатых костях, всё же прикусывая случайно ещё и шарф ДИнка. Сказать, что это было неожиданно, ничего не сказать, Инк даже среагировать толком не успел, как почувствовал, что чужие зубы сжались на шейных позвонках, даруя неприятную боль с каким-то неясным чувством. Эта часть в теле Инка была самой чувствительной, из-за чего он постоянно носил шарф, чтобы никто не касался этого участка. Но Гранат решил же в это место не просто тронуть Чернильного, что тот бы ещё более менее спокойно стерпел, а укусить! Гортанный рык вырвался из уст Инка, когда Гран сильнее вцепился в кости Чернильного, будто стараясь откусить часть узорчатых позвонков. Пальцы на руках чуть болезненно сжались, вновь предпринятая попытка вырвать кости из хватки Граната не привела к успеху. Как же хотелось врезать по этой наглой морде, приложив его пару раз черепушкой об стену, желательно так, чтобы тот потерял сознание от ударов. Но пока Инк мог довольствоваться лишь проклинанием Грана в мыслях, ведь говорить сейчас, почему-то, не получалось, возможно, из-за боли, охватившей шейные позвонки, неприятно отдающей в череп. Боковое зрение внезапно ухватило чей-то силуэт и ДИнк перевёл взгляд в ту сторону, замечая новую фигуру. Кажется, случайный зритель заметил на себе чужой взор, отчего поспешил объявить о своём присутствии с лёгкой насмешкой в словах. — Хах, весело тут у вас, мне не мешать вам развлекаться дальше, а, Инки? — протянул Блу последнее слово на манер Гранни, широко улыбаясь, явно веселясь с ситуации, которую совершенно случайно сумел застать. Услышав посторонний голос, Гранат наконец отцепился от шейных позвонков Инка, вырывая из него облегченный вздох и новый злой рык, скрывающий за собой чувство боли, которое сейчас пылало в месте укуса, распространяя болезненные ощущения дальше. — Можешь даже присоединиться, — игриво проговорил Гранат, повернув череп к другой персоне, попеременно проводя языком по зубам, облизывая их после укуса. — Пошёл ты, — прошипел Инк, обращаясь непонятно к кому: Гранату, Блу или им обоим. — Я и иду дальше, а тебе могу лишь пожелать быть не сильно затраханным, — усмехнулся Блу и в правду начиная шагать вперёд, под немного ошарашенный, а после злобный взгляд Инка, направленный в спину ДС Блу. — А хотя нет, — произнёс Блу, поворачиваясь обратно к сладкой парочке. — Дрим попросил тебя к нему поскорее зайти, мол что-то важное, так что, Гранат, придётся тебе его отпустить, Блейз ждать не любит, — развёл руками Блу, пожав попеременно плечами, чуть наклонив череп вбок, как бы говоря, какая досада, но делать нечего. — Какая жалость, — деланно огорчённо проговорил Гран, отступая от Инка на шаг, попеременно отпуская его руки. — Ну, ничего, я тебя ещё поймаю, Инки, — усмехнулся Гранат, исчезая, телепортируясь подальше от от этого места, ведь сейчас не особо хотелось получить по черепу. — Уёбок, — выплюнул вслед Гранату Инк, осторожно прикасаясь к шее, дабы на ощупь понять, каков полученный урон. Хотя и так было понятно, что след останется и вряд ли он пройдёт скоро… — Должен будешь, — усмехнувшись проговорил Блу, неспешно подходя к Чернильному, сложив руки за черепом. — Я тебя не просил ничего делать, я бы и сам справился, — оскалился Инк, раздражённо смотря на рядом находящегося скелета, начиная движение вперёд по коридору. — Ага, самообманывайся больше, — хмыкнул Блу, шагая вместе с ДИнком в сторону кабинета Блейза, можно сказать, он решил составить компанию укушенному скелету, который всю дорогу только и материл Граната, его поступки и вообще всё, связанное с ним. До места назначения монстры дошли достаточно быстро, однако Инк чуть замешкалкся у кабинета, замечая зеркало, в которое он мимолетом бросил взгляд, а теперь оторваться от него не мог, рассматривая полученный укус. Тот слишком ярко выделялся на костях приковывая к себе всё внимание, заставляя Инка болезненно поморщиться, особенно когда тот повернул шею в сторону Блу, бросившего, что он удаляется. Оставшись один у кабинета, ДИнк потянул руки к шарфу, пытаясь устроить его так, чтобы скрыть след от чужих зубов, пришлось даже завязать глупый бант, лишь бы нормально закрыть шейные позвонки. Махнув рукой на нелепый бант, Инк наконец постучался в кабинет, прося разрешение войти, на что ему ответили согласием. —... И в заключении могу сказать, что никакой преступной активности замечено не было, — закончил отчитываться Инк, проведя у Блейза уже минут пятнадцать и хотелось бы уже удалиться, насчёт чего и поинтересовался Чернильный. — Я могу идти? — Погоди, мой друг. Ты был явно раздражен, когда зашёл ко мне. У тебя что-то произошло? Я смогу помочь? — поинтересовался Блейз, встав с кресла, подходя к Инку, положив руку на его плечо. — Нет, ничего не произошло, я в порядке, — отмахнувшись от чужого беспокойства проговорил Инк, лишь искренне желая наконец уйти. Про Граната не хотелось даже заикаться и про его выходку говорить желания не было совсем. Инк знал, что Дрим лишь желает оказать ему поддержку, но упрямая гордость не хотела сообщать об недавнем инциденте, всё же Чернильный не хотел признавать, что не может в некоторые моменты дать отпор Грану. — Хорошо, — вздохнув, проговорил Блейз, понимая, что Инк не желает ничего говорить. — Но если что ты знаешь где меня найти, — улыбнулся Дрим, убирая руку с чужого плеча, чтобы не задерживать более друга. — Знаю, — коротко кивнул ДИнк, чуть поморщившись, из-за боли в шейных позвонках это действие было не совсем приятно выполнять. Блейз, заметив изменения в эмоциях Инка, потянулся к его шарфу, явно понимая, что этот нелепый бант ДИнк сделал не просто так, скрывая полностью шейные позвонки. — Босс, я в порядке, не нужно беспокоиться, — проговорил Чернильный, останавливая чужую руку в недалеке от себя. — Я могу идти? — вновь спросил разрешение на уход Инк. — Сколько раз я тебя уже просил называть меня по имени, — с улыбкой покачал черепом Блейз, убирая свои руки от жаждущего уйти ДИнка. Всё же тот не желал говорить, а заставлять Дрим не хотел, поэтому, хоть и с лёгким беспокойством за самочувствие друга, проговорил: — Ты свободен. Попрощавшись, Инк наконец ушёл из кабинета, направляясь к себе в комнату, в этот раз пройдя по коридорам без приключений. Родная комната встретила Чернильного полумраком и захламлённым пространством. Привычно переступая через небольшой, по меркам Инка, бардак на полу, ДИнк стянул с себя дурацкий шарф откидывая его в сторону. Переведя взгляд ближе к окну, замечая мольберт с давно не менявшимся на нём холстом, Инк уловил какой-то сюжет среди тёмных красок, пока не усевшийся в черепе. Взор заинтересовано приковался к картине, руки потянулись к табурету рядом, притягивая его к мольберту, усаживаясь на деревянную сидушку. Фаланги пробежались по кистям, задевая их мягкие ворсы, выбирая одну, окуная в уже готовую краску. Мазок за мазком, появлялись очертания, руки непроизвольно потянулись к яркому цвету, добавляя акцент в картине. Инк полностью отдался движению кисти, увлечённо добавляя новые детали, пока не осознавая, что именно вырисовывается на холсте. Инк выпускал свои чувства, мысли, впечатления в одну свою картину, всё больше и больше скрывая различными, в основном тёмными красками полотно. Взяв в руки оттенок золотого цвета Инк как будто очнулся от транса, в котором он пребывал, пока писал картину. Пробегая взглядом по полотну, глазницы Инка расширились в удивлении, даже в неком шоке. Его взору предстали очертания двух скелетов, в которых он признал себя, судя по открытым узорчатым рёбрам, и… И Граната. Это существо было не возможно не узнать, Инк изобразил его с взглядом, полным похоти и желания, на его устах застыла усмешка, руки же расположилсь на чужих ключицах и рёбрах, явно царапая их фалангами пальцев. Тот сидел на тазу лежащего на смятой ткани скелета, череп его был в далеке от чужого, но взгляд был явно направлен в противоположный. Инк не прорисовал достаточно хорошо выражение своей черепушки, зато было прекрасно видно, как руки у скелета на полотне были подняты над черепом, похоже удерживаясь чем-то, лучевые кости были скрещены, далее чёткость терялась, размываясь в тёмных оттенках, присущих почти всей картине. Лишь зрачки, ошейник и разбитое сердце на одежде Граната выделялись на полотне и Инк не мог отрицать, что гранатовый цвет делал хороший акцент на картине. Чернильному даже нравилось эти яркие вставки, настолько, что картину хотелось завершить, даже несмотря на очень не понравившийся сюжет, вырисовывающийся на полотне. Или Инк лишь убеждал себя, что ему не нравится изображённое?.. Тем не менее, руки вновь потянулись к кисти, вновь макая её в гранатовый цвет, который, похоже, раскрасил новыми красками жизнь Инка, делая её более интересной. Эта картину он не покажет никому, но она останется одной из его самых удачных. Ведь гранатовый цвет на тёмном полотне смотрелся поистине чудесно…