Свидание со смертью

      У Хосока наблюдалась серьёзная проблема, даже две. Первая и главная заключалась в том, что за тридцать шесть лет своей жизни он так и не научился говорить людям «нет». Неудобно как-то, стыдно почему-то ставить свои интересы выше других. Слабохарактерный, слабовольный, безотказный, тряпка. Ещё он добрый и отзывчивый, сердобольный, но глупый. В этом и крылся корень зла, именно это его неумение и довело до беды и греха. Глупость и недальновидность тоже. Он легковерный. Ему наобещали золотые горы, возможности развиваться, проводить исследования во благо человечества и науки, а Хосок купился. Закончилось же всё взрывами и пожарами, которые выжгли секретную базу дотла, и никому Хосок помочь не смог.       Вторая актуальная проблема напрямую связана с первой. Хосок опять не смог возразить или возмутиться, сказать «нет», хоть какие-то вопросы задать, нет, не смог, растерялся и испугался, поэтому в его доме поселился замечательный сосед. Это и странно, и тревожно, и очень-очень страшно. Хосок в тихом ужасе. Он никак не мог понять, почему всё это свалилось на него. Он бы ещё понял, если бы беглый профессиональный агент, бывший пленник, киллер с более чем десятилетним стажем, жертва жестоких опытов пришёл к нему, чтобы отомстить за всё причинённое зло, за всю боль, за все страдания. Да, Хосок бы это понял, он к этому был готов, он три года ждал своё свидание со смертью, которая должна была принять совершенный облик Ви. И Ви пришёл к нему, но ожидания не оправдал.       Радоваться надо, да не получалось. Безумно страшно, это жутчайшая пытка. Очень изощрённое психологическое давление. Может быть, Ви ждал, когда сердце Хосока само остановится, руки пачкать не хотел? Ему теперь спешить некуда, можно и подождать, наблюдать за ходом своего эксперимента из первого ряда, точно так же, как и Хосок за ним когда-то наблюдал. Тигр и его будущий обед заперты в одной клетке. Какой ожидать итог? Хэппи энд? Верится что-то с трудом, да и не в этом даже дело. Других Ви не пожалел, прошёлся по списку всех причастных и вовлечённых, включая неприступную верхушку, никакие оправдания и мольбы не помогли, ничто его не остановило. А для Хосока он приготовил нечто особенное, видимо.       Хосок всё ещё живой и дышит. С трудом, прилагая усилия, перебарывая страх и тревогу. Он регулярно ездил на работу, вёл приём пациентов, спать, правда, стал ещё хуже, аппетит пропал, но есть приходилось, иначе никак.       Очень ему неспокойно. Голова трещала и шла кругом. Мысли разные мешали отрешиться от реальности и отпустить ситуацию, расслабиться. Он постоянно находился в напряжении, в любой момент ожидал подвоха. У Ви или, как тот просил себя называть, Тэхёна тоже была проблема. У Хосока появился сожитель, в единственном числе и экземпляре, то есть один человек, который занял свободную спальню на втором этаже, но, на самом деле, их двое.       Тэхён всё придумал и продумал, всё проверил и решил. Он не собирался прятаться и скрываться, активничал, проявлял интерес ко всему вокруг, вопросами Хосока осыпал и очаровал всех соседей своей улыбкой, лёгкостью, беззаботностью, мужественностью и верностью. К каждому нашёл подход, задобрил, расположил к себе. Внедрился, вписался, надел на себя маску простодушного своего парня, который будто бы всю жизнь здесь прожил. Теперь их с Хосоком считали милой гей-парой, которая, наконец, воссоединилась после долгих лет разлуки и расставания. У Тэхёна есть тщательно проработанная легенда и ответ на любой неудобный вопрос.       Как познакомились? У моего Хоби золотые руки, он спас мне жизнь, с того света вытащил, и когда я очнулся, увидел яркий солнечный свет, ослепительный, тёплый, согревающий, и влюбился в ту же секунду.       Где был всё это время? Служил, все долги раздал и вернулся к моему Хоби, теперь можно отдохнуть, зажить нормальной жизнью.       Чем занимаешься? Кем работаешь? Я отличная домохозяйка.       Этого Хосок тоже не понимал. Почему пара? Почему не старые друзья-приятели или дальние родственники, а? Это же гораздо проще объяснить, внимания было бы меньше, но нет. Тэхён выбрал очень необычный способ отомстить и свести Хосока с ума.       Соседи продолжали умиляться, говорить, как же Хосоку повезло, а он в ответ кивал и натянуто им улыбался. Никакого везения он тут не наблюдал совсем, даже близко нет.       Возвращаясь домой после смены в больнице, он каждый раз замирал на пороге, прислушивался. Каждый раз надеялся на тишину, но из гостиной доносились звуки. Очередное аниме, низкий смех Тэхёна или его возгласы, повторяющие реплики героев с экрана. — Банкай!       Предательница Микки не спешила встречать хозяина. И её Тэхён переманил на свою сторону. Вместо Микки к Хосоку спешил сам Тэхён. Странная ассоциация иногда приходила, словно Хосок себе ещё одну собаку завёл.       Тэхён громкий, любопытный, назойливый и приставучий. Он вёл себя так, будто бы ничего не случилось, будто бы та выдуманная легенда реальна, словно прошлого не было. Он с радостью и охотой, буквально с огнём в глазах занимался скучной и нудной работой по дому. Готовил еду! Съедобную вполне, кстати. Убирался и возился со стиркой. В саду посадил розовые кусты, забор покрасил, раздобыл где-то парочку керамических фламинго и расставил их по двору, следил за состоянием газона, чтобы ровный был и аккуратный, подстриженный, и чтобы не засох. Гирлянды развесил на деревьях, создавая атмосферу праздника и какой-то совершенно ненужной и неправильной, неуместной романтики. Он с детским восторгом знакомился с творениями Диснея, таскал сникерсы из своего же рюкзака и постоянно смотрел на Хосока, болтал, особо не ожидая реакции и ответа, планировал совместные походы по магазинам, в кино, поездки на озеро и прочие развлечения. Легенду нужно поддерживать, а это означало быть на виду и прикосновения. Не неприятно, но жутко, неудобно. Хосок постоянно испытывал дискомфорт.       О том, что не со всеми проблемами Хосок столкнулся, он узнал где-то спустя месяца полтора или два с того дня, как в его жизни объявился Тэхён.       Ночь тихая и тёмная, в этом районе вообще всегда тихо и спокойно, ничего необычного не происходило. Хорошее место, псевдонормальная фальшивая жизнь с выдуманной легендой, только Хосок никак не мог уснуть, ворочался, прислушивался и очень много думал. Обычно у должников возникали проблемы со сном, с Хосока же долги никто не требовал.       Он убеждал себя, что нужно отдыхать, именно для этого и даются людям выходные, что скоро Тэхёну надоест играть в игру, правила которой Хосоку неизвестны, и его мучения так или иначе закончатся. Представлял, как тот войдёт в спальню прямо сейчас и придушит или горло перережет, тем самым поставит точку, и Хосок больше не будет изводить себя. Самовнушение и фантазия не помогали, только хуже становилось. Хосок вымотался от постоянного напряжения, у него нет сил, закончились. Если бы он оказался в лаборатории на месте Тэхёна, он бы не справился, не смог бы выдержать, он слабый, он обычный человек, который очень устал от неопределённости.       Возможно, нужно принять какую-нибудь таблетку или несколько, выпить чего-нибудь крепкого и алкогольного, чтоб наверняка. Именно эти мысли и побудили Хосока встать со своей постели.       Он спустился вниз, свет включать не стал, привык и неплохо ориентировался в доме. Хосок почти дошёл до кухни и напоролся на помеху. Буквально из ниоткуда, совершенно неожиданно и бесшумно перед ним возникла мощная фигура, преградив путь. Хосок вздрогнул, инстинктивно сделал шаг назад, попятился и чудом не закричал, рот открылся, но ни звука не вырвалось. Хосок онемел от шока, хотя, сознание его панически вопило, а сердце точно остановилось на бесконечные мгновения. Фигура синхронно повторила движение, сделала шаг навстречу. Той ночью Хосок впервые за долгое время снова встретился с Ви.       Ви, в отличие от Тэхёна, немногословен. Его рука так быстро оказалась на шее у Хосока, что он даже не успел уловить это движение. Зажмурился, пусть и темно, пусть толком ничего не видно, ни глаз, ни эмоций на лице, так лучше. Страшно до трясучки, Хосока прошиб озноб и нервная дрожь. Он всё ждал того мгновения, когда будет больно, а оно всё не наступало. Ви отчего-то медлил, шею крепче и до хруста не сжимал, не отшвырнул куда-нибудь в стену, не ударил, нет, он ничего из этого не сделал. И молчал. Касание пальцев почти и не ощущалось, силы не прилагались, это было похоже на дразнящее поглаживание. Щекотно немного, мурашки по телу разбежались. Ладонь скользнула вверх, приподнимая подбородок, большой палец слишком медленно мазнул по губам, очень интимно. Хосок сглотнул и судорожно выдохнул, а следом всё-таки вскрикнул или скорее запищал, потому что Ви без единого слова и объяснения с лёгкостью закинул его себе на плечо, как какой-то мешок с рисом, и целенаправленно зашагал к лестнице.       Находясь в ступоре и недоумении, Хосок снова не сказал и не закричал «нет», не сопротивлялся, смиренно лежал или висел на крепком плече и думал о своём скором будущем. А что дальше-то? Предполагал и гадал, но никак не ожидал, что его затащат в гостевую, которую занимал Тэхён, без всяких церемоний грубо бросят на кровать и лягут рядом, покрутят и устроят так, как ему надо и удобно, прижмут спиной к твёрдой груди, подгребут к себе так, что совсем близко, руками крепко держать будут, в шею жарко дышать, носом в волосы зарываться. Хосока затрясло ещё сильнее от всего происходящего, он окаменел, сам дышал через раз.       Ситуация усугубилась, когда чужая рука, властно огладив бедро, коснулась живота, пробралась под футболку. Глаза у Хосока распахнулись, кожу в том месте будто раскалённым железом обожгло. — Лучше. Тепло. Спи, — обрывисто и резко.       Голос такой хриплый и совершенно другой, глухой. Тэхён звучал мягче, бархатнее, объёмнее. Этот же скрипуче, будто бы очень давно голосовые связки не использовались.       Середина лета за окном, а Хосок замёрз. Он боялся пошевелиться, боялся того, какое может последовать продолжение у этой ситуации. Он не мог сомкнуть глаз, пялился в темноту бездумно, все мысли вышибло. Ни о каком сне не могло идти и речи. Шумное дыхание позади спокойствию и душевному равновесию не способствовало, как и крепкое тело, пышущее жаром и силой, как и лёгкие поглаживания той горячей руки на животе.       В какой-то мере Хосок наивен, но не невинен, да и не настолько глуп. Ему очень не нравилось направление, в котором сейчас медленно, но верно двигалась его жизнь. Или не двигалась, не ясно пока, ничего ещё более пугающего не произошло. Рука в какой-то момент замерла и обмякла, но не отпустила, контролировала ситуацию, не сбежишь. Ещё и ногу на Хосока закинули, дополнительная страховка, чтобы точно не сдвинулся с места. Вдохи-выдохи за спиной стали тише и спокойнее.       В какой-то момент Хосок всё-таки отрешился, организм достиг предельной точки и просто ушёл в аварийный спящий режим, махнув на всё рукой. Будь, что будет. Хуже, лучше, уже, собственно, и не важно. Хосок так-то к смерти был готов.       На утро в ужасе был Тэхён. Хосоку пришлось его успокаивать, выслушивая тысячи сбивчивых и заикающихся извинений, а потом и объяснения того, что именно произошло.       Ещё до того, как инопланетный феникс с земным именем Мин Юнги обрушил свой гнев на базу, до того, как у Хосока появилась возможность сбежать, он подозревал, что у его подопечного есть некоторые психологические расстройства. Диагностировать их было сложно, да это и не специализация Хосока всё-таки. Приобретённая особенность объекта V3012 заключалась в том, что его невозможно было разговорить. Это не мешало ему исполнять приказы, следовать указаниям, он изъяснялся жестами с сопровождающей его на задания боевой группой, тоже достаточно скудными, но этого хватало. Он не был нем от рождения, просто в какой-то момент после нескольких лет в качестве подопытного замолчал. Именно тогда у руля встал Ви.       Десятилетия жизни, проведённые в таких адских и жёстких условиях, сплошные мучения, опыты, инъекции, тренировки и дрессировки, наказания, а после и приказы, задания, миссии, цели, череда жестоких убийств и горы трупов — всё это не могло не оставить следов. Раны на теле заживали, видимых шрамов не осталось, а внутри произошёл необратимый раскол.       Ви и Тэхён — совершенно разные личности, запертые в одном сознании и теле. Первым, урождённым, естественным, настоящим был Тэхён. Ви появился уже в лаборатории, пробудился, обособился. У них разные привычки и повадки, но вкусы в некоторых вещах у них совпадали. По какой-то причине они оба симпатизировали Хосоку, тому, кто ничего не сделал, чтобы помочь. И способы достижения своих целей у них разные. Тэхён последователен и аккуратен, настойчив и навязчив, но всё же некоторые границы не переступал. Ви… он видел цель и не видел препятствий. Тэхён терпелив, а Ви устал ждать, наблюдать за провалами своего… как бы выразиться поточнее? Пусть будет своего более человечного близнеца, да, поэтому Ви перехватил управление и решил действовать весьма прямолинейно.       Что ж, многое стало понятно после неловкого пробуждения по утру, панической атаки у Тэхёна и не менее неловкого признания. Искреннего, чистого, убедительного и… ну это же не нормально? Это не любовь, не что-то здоровое и логичное. Это болезненное желание покалеченного человека, который в какой-то момент от безвыходности зацепился за толику доброты, проявленное сочувствие, за сострадание и человеческое понимание, жалость по отношению к себе. Хосок просто не мог вести себя иначе, не мог живого человека приравнивать к вещи, он хотел помочь хоть чем-то. Сам привязался и переживал, но никогда даже не задумывался, не рассматривал, не искал и не вкладывал в это какого-то иного смысла, глубины, подтекста, чего-то скрытого. Этого не могло быть по множеству причин, профессиональная этика одна из них.       Жизнь Хосока уже давно была далека от понятий нормальности, да и вообще их мир уже давно сошёл с ума в погоне не пойми за чем. За суперсилами, вечной молодостью, богатствами, славой и признанием. Тайные организации, секретные лаборатории, мутанты и инопланетяне — всё это кажется чем-то выдуманным и фантастичным, но такова реальность, в которой приходилось жить, от которой Хосок хотел убежать. Тэхён и Ви его догнали. Да и преследовали вовсе не за тем, чтобы убить или отомстить, им хотелось вновь почувствовать, согреться.       Тэхён говорил о том, о чём до этого дня молчал. О том, почему, спустя три года, вычеркнув последнее имя из списка, приехал в тихий городок, почему привёз фламинго и сникерсы, почему хотел играть с Микки и учился готовить по видео из интернета, почему пытался создать уют, навести красоту в саду, почему хотел прикосновений. На многие свои зачем и почему Хосок получил ответы, а у него самого ответа для Тэхёна и Ви не нашлось.       Хосок вновь не сказал «нет». Он взял ключи от машины и уехал в куда-нибудь, где можно всё это переварить и обдумать, где стены давить не будут, где вообще не будет никого.       Он ехал по шоссе без цели, у его пункта назначения не было названия, одно лишь направление, вперёд, и не оглядываясь.       Вспоминая и анализируя несколько лет работы на безымянную тайную организацию, все контакты и пересечения с V3012, и последние месяцы, прожитые вместе, Хосок понял, что видел различия, замечал разницу, но не придавал особого значения, потому что не ожидал, не связал воедино все сигналы. Раньше Тэхёну было выделено совсем мало свободы, миссии и обследования в основном доставались Ви. С появлением Хосока в лаборатории они менялись, каждый хотел получить внимание, увидеть, почувствовать тепло, услышать голос, запомнить всё: глупые истории, плавные движения и жесты, осторожные прикосновения, которые в какие-то моменты причиняли боль, и настоящие живые эмоции. Ви смотрел жёстко и цепко, требовательно. Его навыки социального общения развиты очень слабо, он человек действия. Тэхён бы заговорил раньше, он очень этого хотел, но нельзя было выдавать себя, последовала бы новая череда проверок и тестов.       В настоящем Ви бодрствовал ночами, уступая место Тэхёну с восходом. Иногда он прорывался и днём. И в такие моменты его уже не интересовали ни игры с Микки, ни очередная серия аниме, ни участливая беседа с миссис Дэвис о хулигане, который воровал её утренние газеты. Ви безразличен к тому, что важно и интересно Тэхёну, кроме одного. Цель, которую нужно держать в поле зрения, а лучше ещё ближе, в руках, чтобы не исчез и не скрылся, обеспечивать безопасность, охранять. Они все три года за ним наблюдали, помогали, присматривали, чтобы никто другой не нашёл, не подобрался, не разрушил заново выстраиваемую мирную жизнь. А Хосок-то и не догадывался, думал, что про него его работодатели забыли, отпустили, решив заняться более актуальными проблемами. Думал, что ему хоть в чем-то, наконец, повезло.       Оказывается, нет. За ним не раз приходили, а выполнить задание не смогли. Ви уступал силами лишь двум другим суперсолдатам, а их дальнейшая судьба неизвестна. Вероятно, что феникс их испепелил и уничтожил. Так что шансов у присланных остатками организации агентов не было никаких. Хосок за какие-то неведомые заслуги или всё же за грехи получил в награду или наказание ангела-хранителя или демона-карателя. Всё относительно и субъективно.       Если бы не сыворотка в крови Тэхёна, обычный человек уже давно бы загнулся, не выдержал, не справился бы с такими ментальными и физическими нагрузками. И как-то между собой Ви и Тэхён смогли договориться, не мешать друг другу, не пугать объект своего интереса и желания раньше времени. Они с самого начала были заодно, поэтому и выжили, смогли выбраться. Пожалуй, одно они не учли, что Хосока и дуновение ветра, и шорох листьев, и безобидный скрип двери могли до икоты и сердечного приступа довести, что уж говорить о таком внезапном появлении того, кто обучен и создан убивать.       Дорога лентой стелилась под колёсами автомобиля, пустая, очень редко попадался встречный транспорт. Сотни две миль и он доберётся до границы штата. Побег? Нет, его иллюзия. Никуда Хосоку от них не деться. Тем более Микки осталась дома с раздосадованным Тэхёном и Ви, который растерял весь свой напор и не решался выходить из тени.       Хосок повернул обратно, точно не зная, что ему делать.       Встроенный навигатор с картами не позволил бы заблудиться, он поможет найти дорогу домой, выведет из самого пропащего и глухого места. Очень жаль, что ещё не придумано средство, которое позволило бы точно так же найти ответ среди запутанных мыслей.       По большому счёту, Хосоку это всё не нужно. Он растерял интерес к жизни, желаний у него нет, он не мечтал. Не строил планы. У него не было, да и, пожалуй, до сих пор нет уверенности в завтрашнем дне, поэтому он ничего себе и не позволял.       Тэхён и Ви теперь свободны, и в самом Тэхёне жажда жизни била ключом, он хотел наверстать упущенное за все прожитые в неволе годы. Чего хотел Ви? Этого Хосок до конца не понял. Они могли выбрать своим новым домом любое место на этой планете, они могли избавиться ото всех напоминаний о прошлом, включая Хосока, и закрыть эту главу раз и навсегда, начать свою новую и чистую историю. Они могли получить от свободы и жизни всё, чего бы ни пожелали. Они могли продолжить свой кровавый путь, иметь бешеный спрос на свои услуги и огромные гонорары. Только почему-то выдрессированный пёс, натасканный на мгновенную расправу, сорвавшись с поводка на волю, вернулся, виляя хвостом. Растерзал и перегрыз горло всем, кто его на цепь посадил, а Хосока не тронул.       Что Хосок мог сказать о себе и своём отношении к этой ситуации? Тэхён и Ви, оба его пугали. И своим присутствием, и своим поведением, и своими желаниями до конца непонятными. Ещё вина перед ними никуда не делась. Что-то ещё? Может быть. Складывалось впечатление, что это у Хосока всё человеческое атрофировалось, он разучился привязываться, доверять, любить. К хорошему быстро привыкаешь, но и на то, чтобы отвыкнуть, времени у него было достаточно. Он сам себе отдал приказ «нельзя», потому что скоро всё закончится. Забрав к себе Микки, он и так позволил лишнего. Суперсолдат с расщеплённой личностью вписывался в составленный Хосоком сценарий только на эпизодическую роль для финальной напряжённой сцены. Планы рушились, титры всё никак не появлялись на экране. Солдат слишком задержался в кадре, да он даже не собирался никуда уходить.       Всё только начиналось?       Возможно, Хосок снова ошибался, возможно, торопился и не всё обдумал, а может, всё-таки намеревался получить своё слишком долго ожидаемое свидание со смертью. Ему нечего терять, а Тэхён легенду придумал, в Сан-Диего собирался Хосока отвезти посмотреть на розовых фламинго, у него новый список целей составлен. У Тэхёна план, у Ви инстинкты и рефлексы, а у Хосока… ему просто нужно перестать пытаться контролировать то, что контролю не поддаётся, то, что сильнее, и чуточку смелее стать, рискнуть. Попробовать. Мир давно сошёл с ума, может быть, Хосоку тоже стоит начать ему соответствовать.       Возвращаясь домой в этот раз, он услышал то, чего несколько месяцев с потаённой надеждой ждал. Тишину, но она обманчива. Возможно, инстинкты у Хосока в последнее время обострились, предчувствие, как и в тот день, сработало. Уже стемнело, но ни один светильник не горел, даже в саду гирлянды выключены.       Силуэту, отделившемуся от стены, Хосок совсем не удивился. Догадывался, что именно так и будет. — Вернулся.       Не Тэхён. — А ты бы меня отпустил? — Нет.       Честно, и никаких иллюзий. Смысла бежать не было и нет, что тогда, что сейчас. — Чего ты хочешь? — Тэхён успел своими мыслями поделиться утром, теперь Хосок хотел услышать ответ от Ви.       Ему не сказали словами, показали действиями и наглядно, нежно прижав большую ладонь к щеке.