Километры осени

В девяти случаев из десяти все, что после заката надумаешь, утром заново передумывать придется С. Кинг «Долорес Клейборн»

Получилось как-то нелепо, не с начала, что ли. Антон заезжал за Арсом на Джи Ти Эр и они пытались узнать друг о друге разные мелочи, хотя уже знали самое важное. Любимый цвет (зеленый), любимый фильм («Зеленая миля»), любимое блюдо (горячие бутерброды), любимый человек? И все же они говорили и не могли наговориться. Будто книга началась с развязки и они отчаянно хотели узнать что же в их прошлом привело к такому воссоединению в настоящем. Имела ли значения любимая фирма одежды, когда Антон был согласен взглянуть самому большому страху Арсения в лицо, хотя тот и не просил даже? Оказалось, имела. Все обрело смысл, даже самые незначительные детали. Собственно так они и провели три дня — ездили на машине к реке и болтали, глядя на закат. — Антон, — Арс смотрел на огни машин, стоящих в пробке по ту сторону реки. — Поехали ко мне? Это прозвучало так внезапно, будто бы не являлось логичным продолжением всего, что происходило с ними. Антон сглотнул и прочистил горло. Сейчас бы попросить совета у Димы, но он как раз был в самолете. — Это тоже придется самому, Антон, — Арс все так же смотрел вперед. — Так же, как ты весь год хранил мою тайну. — Почему ты уверен, что я никому не сказал? — Когда я вернулся, они все на меня смотрели так же, как и до этого. Только твой взгляд изменился. — Это как? — Не знаю — но с той во дворе ты будто взглянул глубже и навсегда потерял способность смотреть поверхностно. Ты увидел и хорошее и плохое. В ту самую секунду ты знал обо мне все и нашел оправдание. Значит хорошее победило. — Хороший подкат, молодец, — севшим голосом сказал Антон и завел машину. Арс усмехнулся, но они оба понимали, что разговор не имел ничего общего с попыткой затащить в постель. Хотя бы потому, что желание было обоюдным. И все же Антон нервничал. Он уже больше года ездил на машине Арса, но ни разу не был у него дома. В прихожей было много коробок, полки были пустыми. — Переезжаешь? — спросил Антон, стягивая кроссовки. — Да. Ну знаешь, оказывается, если стремиться к большей независимости от родителей и их денег, нужно начинать с жилья поскромнее. Антон протянул брелок от машины Арсу. — Перестань, — Арс опустил взгляд и покачал головой. — Мне купят новую машину, если я попрошу. Просто я хочу взять чуть больше ответственности за свою жизнь. К тому же… — Что? Они так и стояли в прихожей. — Квартиру можно снимать на двоих. Антон сделал шаг к Арсу, слегка наклонился и коснулся его губ, продолжая размышлять, каково это — жить вместе. Можно будет каждый день прикасаться к Арсу, как сейчас. И Антон губами спустился вниз, целуя шею. Можно будет держаться за руки, как сейчас. И Антон переплел их пальцы. Можно будет вдыхать запах Арса - смесь одеколона, табачного дыма и чего-то горьковато-пьянящего. Антон так и не разобрался, что же это, но почему-то представил, что так пахнет очень дорогое виски, которое в магазинах за стеклом стоит. А еще можно будет наконец объяснить Арсу, что нельзя в такой холод носить лишь кожаную куртку, которую он сейчас бросил на пол. И спальня — в спальне ведь тоже много чего можно будет. Арс толкнул Антона на кровать, стянул с него худи, и глядя сверху вниз, произнес: — Сам подумай, если мы будем жить вместе, я тебя наконец смогу отучить носить эти вечный балахоны. Антон снова переплел их пальцы и потянул Арса на себя: — Не поверишь, — Антон нежно поцеловал парня. — Я думал примерно тоже самое про твою куртку. Арс посмотрел на Антона слегка задумчиво: — Обещаешь сказать, если вдруг плохое во мне победит хорошее? — Обещаю. Скажу, а потом мы вместе с этим как-нибудь справимся. Но сейчас, в это самое мгновение справляться ни с чем не надо было. Антон понял еще в тот самый вечер, когда узнал про красную машину — такое просто так не получится вычеркнуть из жизни, не будет у них как у Димы с Сережей, будет сложнее и однажды придется с этим столкнуться лицом к лицу. Но не сейчас. Сейчас каждый миллиметр кожи горел от желания быть еще ближе, их голые тела соприкасались, поцелуи становились жестче и требовательнее, хотя Антон и не особо представлял, чего хочет и получит. Смазка слегка холодила, чувствовался запах каких-то фруктов, и Антон смотрел на Арса, которого освещала полоска света из коридора, пытался запомнить рельефы его тела. Было больно, но желание было сильнее. Почувствовать еще ближе, увидеть еще больше, чем самые сокровенные тайны, оправдать окончательно и бесповоротно, сказать, что хорошее победило, а плохого не осталось. Арс притянул Антона ближе, закинул его ноги себе на плечи, сжал сильнее, задвигался быстрее. Он смотрел на Антона, но в его взгляде плескалось только возбуждение. В этот момент он забыл, что ж, Антон тоже готов все забыть. Арс лег рядом и накинул на них свободный край одеяла. По телу прокатилась приятная волна и Антон вдруг понял каково это — пытаться вспомнить что-то плохое и не суметь. *** — Что за формулировка такая вообще? — недоумевал Антон. — Мы давненько не охотились на призраков. С каких пор это стало нашим хобби? — Каждый год… — еще раз взялся объяснять Сережа. — Мы с вами, или вы без нас, решаем проблемы потустороннего мира. Они сидели на кухне в новой съемной квартире Антона и Арса, пытаясь найти в коробках кружки для чая. — Серег, какой еще потусторонний мир? Забыли, а то все отъедем в психушку, ты чего? — Дим, — Сережа позвал громче, чтобы Дима, куривший на балконе, его услышал. — Как в старые добрые, давайте найдем заброшку, сгоняем на выходных. Было же весело. И мы так и не раскрыли тайну двери, на которой написано кровью. — Было опасно, Серег, нас чуть не убили. Антон оставил друзей спорить на кухне, а сам вышел к Диме. Парень стоял, у него в пальцах тлела сигарета, а сам он смотрел в телефон. — Эй, ты чего? На детской площадке сейчас было пусто даже несмотря на утро субботы. — Помнишь мою историю? — Какую? — Про мужика во дворе в квартире Паши. — Ну? — Ты знаешь, что вы сняли ту же квартиру? — Что? Дима показал фотографию со своего профиля ВКонтакте, снятую еще в школьные времена. В самой квартире был свежий ремонт, но балкон тот же, перепутать было невозможно. — Может им не говорить, — Антон задумчиво посмотрел на двор. — Проигнорировать? — предложил Дима. — Забыть навсегда? — Знаешь что, Дим, — Сережа зашел на балкон, привычно положил подбородок Диме на плечо, и тоже посмотрел на детскую площадку. — Я что вообще вспомнил про наше путешествие. Знаешь, ты когда ту историю свою про мужика с детской площадки рассказывал, я почему-то вот и хату и вид один в один как эта представлял. Сейчас увидел, прям дежа вю… Интересно так. Антон с Димой переглянулись. Видимо, рассказать все же придется. Проблемы потустороннего мира отпускать не хотели.