После жизни

Девушка недалеко убежала. Она обернулась, упираясь в асфальт напряженными ногами. Она не задыхалась, но дышала глубоко и интенсивно. Прождав некоторое время, девушка перешла на середину улицы и на ходу стала озираться по сторонам. Все здания вокруг — двухэтажные, каменные, с большими окнами на верхних уровнях и чердаках. Над каждой дверью красовался навес. Наверху, между зданиями растянулись настоящие гирлянды: толстые шнуры проводов с яркими фонариками. На дороге было много люков, располагавшихся хаотично. Их черные голодные рты, подставленные солнцу, не издавали ни звука. По краям дороги стояли урны — они все как одна пустовали. И ни души. Пахло мокрым асфальтом. «Вы на Водной улице» — гласила табличка на тонком сером столбе. Другие таблички на нем были с названиями заведений, и их заостренные концы указывали, в каком направлении двигаться. Девушка подошла к одной из дверей. За стеклом угадывался магазин игрушек: разноцветные пушистые творения сидели на полках, большие — на полу. Войти не составило труда. Пройдя мимо полок, гостья устремилась к двери за кассой. Остановилась у кассы. Нажала на кнопку «выпуск» и уставилась на выдвинувшиеся отделения с деньгами. Взяла одну купюру, на которой в рассыпную разбрелись ноли, а в центре стояла единица. На ощупь оказалось, что это не бумага, а плотный полиэтилен. С обратной стороны на девушку взирало незнакомое лицо. Сложив обратно все как было, гостья прошлась по складу, заваленному коробками, и вернулась обратно. Опершись на металлическую столешницу прилавка, стала ждать. Она ждала долго. Переводила взгляд с одной игрушки на другую, терла пальцами заляпанную поверхность кассы, мерила шагами выставочный зал. Не выдержала — вышла. Пройдя вдоль улицы, она заглянула в каждый магазин, дом, кафе, парикмахерскую, но не решалась заходить дальше порога. Заглянула даже в пасть канализации — там плескалась вода, в почтовый ящик — там было пять писем. Вытащив эти полиэтиленовые пакеты, она уставилась на них с благоговением и прочла первый адресат. — Желтый город, улица Ночного парада, дом триста четыре, Ллойду Сименсу… от «Синий город, Водная улица, дом восемьдесят два, квартира шестисотая»… Девушка повертела головой, но не заметила ни одного номера на зданиях. Следующие три письма были тоже направлены в Желтый город, последнее — в Белый. — Белый город… — сказала девушка. Она сложила письма обратно и закрыла крышку. Протерла глаза. Из-за угла вышла старушка: маленькая, щуплая, в темном одеянии, опираясь на трость. Незнакомка улыбнулась и помахала рукой девушке. Та обмерла, вытаращив глаза и раскрыв рот. Старушка направилась к ней крохотными шажками. Девушка поспешила навстречу. Она протянула руку к плечу пожилой дамы, но отдернула и неловко улыбнулась. — Похоже, что ты новенькая, — проскрипела незнакомка. У нее был большой нос, а глаза — полузакрыты. Не слушая никаких объяснений, она указала на синюю дверь на синем крыльце. — Тебе туда. На улице стали появляться люди. Мужчины потягивались, приветствовали друг друга еще издали, женщины в халатах и ночных рубашках раскрывали окна, дети срывались в бег прямо от дверей, с рюкзаками на плечах и сверкающими от нетерпения глазами. Девушка завертелась на месте, желая увидеть всех и все, пока, бабушка не напомнила ей про дверь. Быстро поклонившись старушке, бегом поднявшись по ступеням, девушка распахнула дверь и очутилась в прохладном офисе — люди только начали занимать свои места за столами, отгороженными серыми пластмассовыми ширмами. Зал освещали лампы с высокого потолка, а поверх них кружились лопасти, как винты заводных самолетов. Пахло типографской краской. И где-то трезвонил телефон. Каждый офисный работник имел тонкие наушники с микрофоном, красный пиджак и серые брюки. Один из них, девушка, заметив стоящую в дверях гостью, одарила ее улыбкой: — Прошу, проходите — присаживайтесь! — она указала на предполагаемый стул, скрытый ширмой и поправила микрофон. Пока новоприбывшая занимала место, девушка — бейджик на груди утверждал, что ее зовут Кэти Брик, — включила инфопанель, открыла нужную программу и подняла взгляд на клиентку. — Здравствуй, меня зовут Кэти, и я здесь, чтобы ответить на твои вопросы и помочь с заполнением документов. Микрофон у ее рта тихо дублировал с едва заметным опозданием произнесенные слова. Кэти отвела его чуть подальше. Девушка перед ней сидела как громом пораженная. — Ну, если вопросы появятся — задавай в любой момент. — Кэти посмотрела направо, и вверх, и обратно на клиентку. — Давай начнем с общих данных. Твое имя, пожалуйста? Под пиджаком у нее была белоснежная рубашка и тонкая золотая цепочка с рубином. Лак на ногтях — красный, помада — алая. Гостья смотрела в голубые глаза и недоумевала. — Ты можешь назвать… какое угодно имя, — добавила Брик, покачивая головой и дергая плечами. Линии ее ладоней — глубокие, похожие на раны, оставленные ножом на дереве. — Стата. — Хорошо. — Брик занесла имя в соответствующее поле и перешла в следующее. — Фамилия? — Нет. Кэти напечатала «отсутствует». — Так. «Совпадений — ноль»! Ты у нас в базе пока что единственная Стата. — Она улыбнулась сидевшей напротив и продолжила печатать. — «Пол женский». Возраст? Ты совершеннолетняя? Девушка, назвавшаяся Статой, быстро взглянула налево. — Да. — «Восемнадцать лет». День рождения? Помнишь? — Нет, — качнула головой Стата. — Тогда пусть будет «1 января». А какой сегодня день… когда ты здесь оказалась?.. как бы объяснить… Помимо стола и двух стульев, ширма огораживала еще кучу предметов: емкость с водой, десяток книг в пластиковой обложке — их уголки отгибались кверху, три кружки с котятами, три десятка дисков, разложенных по алфавиту и статуэтку девушки, льющей воду из большого сосуда. — Девятое мая, две тысячи двенадцатый год. — Хорошо! — обрадовалась Кэти. — У тебя все еще не появились вопросы? Кэти была блондинкой с темными бровями. Такие же темными, как и корни ее волос. — Нет. Брик посмотрела на следующий вопрос, потом на Стату и сжала губы. Снова зазвонил телефон. — Какова причина смерти? — спросила Кэти, занося пальцы над панельной клавиатурой и глядя на девушку. К телефону долго никто не подходил, он все трезвонил и трезвонил. — Что? — Причина. — Кэти убрала пальцы от панели. — Причина того, что ты здесь. Ты истекала кровью, или долго лежала в больнице, или… — она посмотрела на одежду девушки, — утонула и тебя растерзали акулы? Входная дверь открылась, но из-за ширмы Стата не смогла увидеть вошедшего. — Сюда попадают после смерти. Ты знаешь причину своей смерти? — осведомилась Кэти. — Нет. — Покачала головой девушка. — Тогда я запишу это как «сердечный приступ». Пальцы Брик ожили и зашлепали по панели. Последним нажатием они вызвали полупрозрачную проекцию досье прямо между девушками. Стата пробежала глазами по пунктам, большинство из которых пустовали. — Все верно? Если да, то, пожалуйста, в течение недели посети медгородок по адресу Синий город, улица Белых птиц, остановка Дождливая. Я внизу сделаю тебе пометку. Брик нажала «распечатать» и через минуту вытащила из-под стола прозрачный ламинированный лист. Черный текст был вдавлен в гнущийся пластик. Внизу мелким шрифтом значился адрес медицинского учреждения. — Также я должна выдать тебе десять ассигнаций по десять номиналов и допуск. Кэти достала из кармана ключик, вскрыла столовый ящик и вытащила оттуда стянутую резинкой пачку полиэтиленовых листов и зеленый квадратик. — Деньги этого мира. — Пояснила девушка, кладя это добро перед Статой. — Здесь сто номиналов. Если одна единица и один повторяющийся ноль — это десять, если повторяются по два нуля — это сто. На эту сумму ты проживешь максимум дней семь, поэтому вот тебе зеленый квадратик — это бесплатный проездной на электричку и скидочная карта на все, что угодно. Снова кто-то пришел. Стата вздрогнула. — Увидишь на каком-нибудь заведении такой квадратик, значит, туда требуется работник. — Болтала Брик, не замечая ничего вокруг. — Предъявишь ему допуск и свой документ — он примет тебя на работу и обеспечит бесплатное жилье на первый месяц. Если квадратик с белым кругом в центре, значит, требуется особые умения и квалификация. Ты специалист в чем-нибудь? Девушка покачала головой. — Что ж. Не забудь про медгородок. Кэти натянула улыбку. — И добро пожаловать.

***

Джеймс согнулся пополам, его лицо исказилось от боли. — Сукин сын… — Джон. Джон Смит. — Поправил вошедший, закрывая дверь. — Ты бы постригся, что ли… Он прошел на кухню и сел спиной к холодильнику. — Ой, да ладно тебе загибаться, пуля навылет прошла! Вон она, в стене. Завтра уже запишешься на курс танцев живота, ха-ха. Браун попытался выпрямиться, держась за солнечное сплетение. Кровь стекала за резинку спортивных штанов. — И помыться бы тебе. — Заботливо заметил Джон. — И пол помыть заодно, вон, заляпал весь. Джеймс ответил, чтобы Смит шел лесом и скрылся в ванной.

***

— Нужна работа? Да без проблем! Нам нужна уборщица. Платим первый месяц по триста сорок и крышу над головой предоставляем, а потом — как пойдет. Стата кивала на каждую фразу. Перед ней стояла высокая немолодая женщина, худая, с длинными светлыми волосами, в зеленом брючном костюме. От нее веяло свежестью. — Если согласна, давай свой допуск, я сделаю на нем пометку. Эй, Мюрида, снимай квадрат, я нашла девушку! Девушка в голубой униформе, протирающая столы, обернулась и, кивнув, полезла к наклеенному на стекло зеленому прямоугольнику. — Мы работаем с 13 до 5 утра по понедельникам, и с 15 до 5 — ежедневно. Твоя обязанность — поддерживать частоту минимум три раза в день: в 5 утра, — она отогнула мизинец, — в 10 утра и в течение всего дня. Соответственно отогнулись средний и большой пальцы. — Я надеюсь, ты не куришь? Хорошо. Ты будешь обязана носить форму. Посмотри на Мюриду, видишь, в чем она? У тебя будет другая. Кстати, это Мюрида, сегодня у нее повышение. Стата повернулась к девушке, но женщина развернула ее обратно. — Я не люблю, когда меня не дослушивают. — Сказала она. — Помимо Мюриды ты познакомишься со Стэном и Эмили. А меня зовут Патриция Бенуа, я здесь менеджер. Стата пожала протянутую руку. Ладонь Патриции была холодная, а хватка — крепкая. — А теперь мне нужны твои документы и допуск. Так, тебя зовут Стата… В чем дело? Почему столько пустых мест? Девушка вздрогнула и попробовала забрать досье обратно, но госпожа Бенуа только отмахнулась от ее руки. — «Сердечный приступ», «18 лет», «1 января»… Знаешь, я не доверяю людям с таким досье. — Она сунула лист Стате. — Люди с таким листом выглядят фальшиво. Уж лучше было написать, что ты Коко Шанель, тебе шестьсот лет, а родилась ты 30 февраля. Прояви фантазию! И принимайся за работу. Мюрида, бросай тряпку, тебе еще долго? С этими словами она развернулась и ушла в подсобные помещения. — Она странная. Стата обернулась на голос. — Но очень классная. — Продолжила девушка в униформе, указывая ладонью на закрывшуюся дверь. — И путает имена. Меня зовут Мэрилин. Давай сейчас я закончу, а потом тебе все покажу. — До открытия десять минут осталось, — добавила она, начиная протирать самый дальний стол. — Вот она и волнуется. Стата кивнула и села на рядом стоящий стул. Ее пальцы гнули анкету, а глаза изучали стену за сценой. В отличие от остальных трех, эта — черная, как экран телевизора. — А это наша гордость. — Мэрилин указала на стену. — После Эмили, конечно… Самая большая инфопанель на весь Синий город! Патриция хочет в будущем еще больше ее расширить. Волосы Мэрилин, густые, каштановые, вились до самой поясницы. Девушка была нестройная, но с хорошеньким лицом и аккуратно постриженной челкой. — Так, здесь я закончила, осталось вынести микрофон и открываться. Она швырнула тряпку на стол. — Где этот чертов Стим пропадает?! Увидев удивление на лице слушательницы, она смутилась. — Мне, похоже, опять придется его заменять. Пойдем, поможешь мне. Можешь оставить документ в раздевалке, там есть шкафчики.

***

Джеймс сел за стол. Сидевший перед ним парень умер от взрыва при утечке газа. От этого ему осталось рябое лицо и бледная кожа. — Что-то я не помню… — задумался Джон. — Я выстрелил в тебя или нет? — Попробуй еще раз. Браун достал пистолет из ящика стола и положил перед гостем, а сам откинулся на спинку стула. — Мило. — Смит перевел взгляд с оружия на оппонента. — Я так и знал, что у тебя в каждом кармане по пистолету. А этот, небось, незаряженный. Никто из них так и не додумался включить свет — они сидели в кромешной тьме, и где-то сзади хозяина маячил робот-кот. — Я тебе не гусь. — Заявил Джеймс. — С тобой не поспоришь. — Я серьезно. Это старик приказал? — Не то чтобы… просто сегодня плановый отстрел зарвавшихся подчиненных. — Джон пододвинул стакан и перевернул его вверх дном. — Ты же знаешь: я ответственный. Он нахмурился. — В отличие от тебя. Смит был одет в короткую куртку, свитер и джинсы. — Да ладно тебе! — Он тоже откинулся на спину. — Пошли выпьем, как в старые добрые времена. — Я спал. — Ну что ж теперь, время такое, неспокойное. — Он внимательно посмотрел на собеседника и усмехнулся. — Ад как-никак. Могут два жнеца позволить себе напиться?.. Джеймс провел рукой по лицу. — Впрочем, если у тебя проблемы… — закатил глаза Джон. — Пошли. — Сорвался парень. — Давно бы так! — указал ему на спину Смит и вернул стакан на место.

***

Стата сидела в подсобке, как примерная ученица. Она уже переоделась в униформу желтого цвета с белыми пуговицами и заправила под воротник волосы по настоянию Мэрилин. Ее лицо было неподвижно, словно отлитое из фарфора. Из зала сюда доносилась музыка и нежный женский голос. Пахло мятой. Девушка то и дело отрешенно подносила руку к носу. Дверь открылась, впустив аплодисменты, запах алкоголя и Мэрилин. Ее шикарные волосы были забраны в узел. — Ну наконец-то он пришел, — сообщила вошедшая, когда снова стало тихо. — Мне уже надоело смотреть на эти пьяные рожи. Платье провоняло насквозь! Она прошла мимо Статы в раздевалку. — Что мне делать?.. — пробормотала новенькая. — А? Что говоришь? Мэрилин стянула с себя синюю форму и бросила в большую корзину для белья. Надела новую. — Ты что-то сказала? — полюбопытствовала она, выглядывая и стараясь завязать поясок за спиной. Стата опустила голову на колени и замотала ей из стороны в сторону. — Слушай, а почему бы тебе не выйти? — Девушка покрутилась перед зеркалом. — Эмили сейчас исполняет свою любимую песню. Здесь же плохо слышно. Стата с ужасом посмотрела себе под ноги. На ногах были белые балетки, как и у Мэрилин. Ее волосы растрепались по спине. — Ты ведь ее даже не видела. — Мэрилин уселась рядом, подперла рукой щеку. — Она как принцесса! Не то, что эти курицы. Хорошо, что ты их не знаешь: те еще кикиморы. Не поднимая головы, Стата искоса взглянула на говорящую. Та зевнула. — Не понимаю, как ты здесь сидишь. Это же камера пыток. — Заметила бывшая уборщица. — Может, это потому, что я умерла от недостатка воздуха? Вот ирония. Стата обняла колени и уткнулась в них носом. — Эй, тебе плохо? Точно? Ну смотри. Если что я тебя заменю. Хотя что тут делать? Там в раздевалке можешь взять какую-нибудь книжку. Ее голос был тонкий, тихий, но каким-то образом пересиливал шум из зала. — А мне надо идти и делать дело. — Сказала она, вставая. — Только теперь свое. Снова раздались аплодисменты. Довольная Мэрилин вышла через третью дверь подсобки, ведущую на склад. Стата вздрогнула. Ее лихорадило. Рядом лежал лист с ее досье.

***

— Зачем ты снова меня сюда привел? — бурчал Джеймс, пробираясь к бару. Девушка у микрофона — блондинка с пятым размером груди — крепче сжала микрофон на металлической стойке, провожая Брауна взглядом. — А где мы обычно пьем? Ты же знаешь: я консерватор. — Джон высвободил два места одним взглядом. — Ну вы только подумайте! Кто пожаловал! — повернувшись, Стим едва не разбил стакан. — Смотри! Смотри, что ты творишь только своим присутствием. — Больше дела, бармен! Нам как обычно. — Распорядился Смит. — Прелестный костюм. — Да, я сам его сшил! — растянул в улыбке губы Панк, разливая напитки. — Исколол все пальцы, ты бы знал! — Сегодня снова неподражаемая Эмили, — обернулся Джон. — И снова все ее внимание на этого неудачника. Он хлопнул по плечу приятеля. Тот даже не обернулся. — Знаешь, Джеймс, я б тебя убил. Если бы был убийцей. — Оскалился Смит. — Напомни, зачем ты меня сюда приволок? — Старик, ты как мешок с песком! — заметил бармен. — Я ради тебя даже хотел работу прогулять… — Это ты завсегда! — хором ответили приятели. Окружающие захохотали. — Это ж вечеринка Анжелики! Только попробуй не пойти четвертого! — Анжелика — это два. Эмили — это пять. — С видом знатока заявил Смит. — Я дождусь сегодня, нет? — Удар под задницу ты дождешься. — Только попробуй! — погрозил пальцем Джеймс Стиму, уже открывшему рот для шутки. Тот усмехнулся и выставил по стакану перед приятелями. Когда входная дверь открылась, он замер и уже не улыбался. Джон посмотрел через плечо на вошедшую компанию. Посмотрел на Стима. — Да ладно тебе, успокойся. Тут уже обернулся Джеймс. Вошедшие сорвали со стола табличку «Резерв» и уселись кругом. Табличка улетела на другой стол. Подошедшей Мэрилин один из парней показал серебряную карту. Девушка осмотрела ее, сколь могла придирчиво, и вернула. За это ее шлепнули по ягодицам. Нахал получил пощечину, и под ядовитый смех гордая девушка вышла через дверь рядом со сценой. — Пф, немое кино. — Прокомментировал Смит. Панк невозмутимо разливал заказы и проливал мимо. Зарезервированный столик располагался ближе всех к сцене. Певица нервно переминалась с ноги на ногу, но с нот не сбивалась. Она то и дело бросала взгляды то на бармена, то на Джеймса. — А не напиться бы мне… — Смит опустошил махом свой стакан и занюхал воротником куртки. — Пфмх. Джеймс, давай я за тебя! — Ну разве что замуж. — Браун, не глядя, отодвинул свой стакан подальше от Джона. — Сволочь, ты же все равно не пьешь! — парень все еще щурился от своей порции. — А где моя соломинка? Смит сжал губы. — Может, тебе и зонтик с лимоном?! Браун повернулся к собеседнику. — Можно. — Кивнул он. — Давай я тебе их поглубже… чтоб не потерял… — Смит заозирался по барной стойке. Стим исподлобья поглядывал на возбужденную компанию. Уже никто не хлопал песням Эмили, все переглядывались с разными чувствами на лицах. Перед началом новой песни девушка слизала с губ остатки помады, и это привело дебоширов в восторг. Панк едва успел словить очередной падающий стакан. Джеймс двинул нетронутый алкоголь другу и встал. — Ой, все смотрите — Супермен! Сейчас пойдет разбираться! — Смит проглотил и чужую порцию. Внюхался в рукав, вставая. — Ну Бэтмену тоже сидеть не стоит! Спешит на помощь! Турутуту-туту! Двое парней вскочили, заметив Джеймса еще на подходе. Браун остановился. — Парни, у вас проблемы? — начал он переговоры. — Не, не так! Надо: «Парни! У вас проблемы!» — вставил Смит, опираясь на Брауна. Стим Панк занял позицию слева. Эмили замолчала. Музыка смолкла. Встала вся банда — шесть человек. — Так! Что тут происходит?! — это вернулась Мэрилин. — Да! Давай! Выпинай их всех, толстуха! — поднял кулак Джон. — Краснорожим слова не давали! — ответила девушка. — Я спрашиваю: что здесь творится?! — Да, что здесь творится?! — поддакнул один из компании. — Мы пришли сюда отдыхать, а не драться! Сидели, слушали, а тут подходит этот парень. — Ничего тут не творится. — Отрезал парень с хвостом черных волос. Он смотрел на Стима. — Да, давайте послушаем девушек — они иногда дело говорят! — Закивал Джон. — Какой он у тебя заводной, Панк. — Вежливо улыбнулся брюнет. — И давно вы вместе? Раздался звон стекла. Это Смит разбил пустую бутылку о край сцены и остался с «розочкой». Мэрилин вскрикнула. — Как насчет пластической хирургии, детка? Я знаю, у тебя найдутся лишние органы. — Как насчет заняться йогой и проверить свои? Должно же было остаться хоть что-то. — Пошли вон отсюда! — закричала девушка. Ее схватил особо разнервничавшийся. Стим рванул к ней на помощь и врезал тому, кто попытался его остановить. — Бабу не трогать! Она моя! — закричал Смит. Люди вокруг повскакивали с мест, похватали бутылки и свои вещи и устремились к выходу. Брюнет перевернул стол и схватил целую бутылку. Один из буянивших рискнул напасть на Брауна — тот успокоил его одним ударом. Панк ударил державшего Мэрилин парня. Девушка вырвалась побежала к выходу, крича про то, что вызовет стражей. Смит с брюнетом размахивали стеклянными орудиями, как два клоуна на арене. Напуганная Эмили пятилась к стене, увлекая за собой микрофон. Там она зажалась в угол с такой силой прижимая колени, что едва могла дышать. Она и так едва дышала от страха, вздрагивая каждый раз, когда кто-то кричал или что-то ломалось. А когда раздались выстрелы она закрыла голову руками и завыла. — Никому не с места! — прокричал усатый мужчина, все еще держа пистолет наготове. Парни замерли, обращенные к нему лицом. Один из нападавших отбросил стул, которым намеревался ударить Стима. Мужчина, удостоверившись, что его приказу подчинились, сунул оружие в кобуру. — И без фокусов. — Предупредил он. — Я Энди Картвел, служитель правопорядка уже сто пятнадцатый год, и вам, щенки, понадобится еще сто лет, чтобы провести меня. Нашли быстро стулья для ваших задниц! Он прошествовал мимо занятых тотчас стульев и устроился у барной стойки. — Пошевеливайся, Стим. Мне как обычно. — Проворчал он. Стим поднялся со стула, спокойно вернулся за стойку и принялся за привычное дело. Его волосы и одежда были потрепанными, а лицо — бесстрастным, и Картвел едва сдержал смех. Тогда Мэрилин взяла командование на себя, а Эмили сбежала со сцены в подсобку. Затаившуюся Стату она не заметила. — Никто отсюда не уйдет, пока не расплатится за весь этот бардак! Из-за вас разбежались все клиенты! — негодовала Мэрилин. Хулиганы не воспринимали ее всерьез, но убираться из зала не спешили. Но когда в помещение вошла Патриция, дело приняло иной оборот. И первым к кому она обратилась, был Панк. — Немедленно приведи себя в порядок, неряха! — указала она на него пальцем. — Кто собирается отвечать за весь этот бардак? Пострадавшие есть? Что здесь происходит, черт возьми! Эй ты, отвечай! — она бросилась к оцепеневшей служащей. — М-мэм… — Где Стата, я спрашиваю? Почему такой бардак? За что я плачу деньги? — она развела руками. — Что здесь делает Картвел?! — Здравствуйте, — он обернулся и наткнулся на ее указующий перст. — Не люблю, когда меня перебивают! Закрой рот и кури свое бренди! Матильда, почему ты стоишь на месте? Я здесь хозяйка! Пока мадам Бенуа вытягивала информацию из дебоширов, Вотерфол нашла и привела в чувство новенькую. Стата заморгала и отвернулась от запаха алкоголя, который девушка совала ей в нос. — Мадам Бенуа нужна твоя помощь. Там учинили такой погром, ты бы видела. Стата едва понимала, что ей говорила знакомая. Оценив ситуацию, Мэрилин и вывела на свежий воздух с черного выхода. Стата дрожала и все норовила присесть куда угодно, да хотя бы на асфальт. Официантка с трудом удерживала ее. — Да что ж такое, приди ты в себя. Что с тобой? Вдруг ее осенило. — Погоди, неужели тебя вот так… — ее взгляд стал невыносимо сочувствующим. Она стиснула в объятиях едва держащуюся на ногах девушку. С головы Статы соскользнула пилотка. Задняя дверь заведения выходила на короткий переулок. Стояла ночь, стояли мусорные баки, полные бутылок. — Бедная моя, как я тебя понимаю! — причитала Вотерфол. — Мэрилин… ты меня… заду…шишь… — прокряхтела Стата. Ее сил не хватало, чтобы ослабить эту бульдожью хватку. — Эти несносные, похотливые животные! Эти грязные, вонючие…. — все неслась о своем Мэрилин. Она отняла от себя бедняжку и, сжав кулаки, вперила взгляд в темноту. — Они безмозглые, как червяки, тупы, как бетон…! Да как они смеют находиться в одной комнате с принцессой Эмили, как они только… Сила притяжения возобладала над Статой, официантка едва успела ее схватить за подмышки и продолжила ворчать про слабые ноги.