Будни необычной старшей школы

На полу у дальней стены сидел Айзек Кларк собственной персоной. С завязанной поперёк зубов тряпкой. Завязанными его собственным галстуком руками. В полурасстёгнутой рубашке, открывающей обзор на подтянутый торс с вереницей красных засосов от шеи до середины груди. И крупным бугром на уровне ширинки. Компрометирующе. Лиззи, моргнув, мигом достала телефон, послышался щелчок затвора камеры. Джилл зажала рот рукой, сдерживая смех. Лиззи как всегда — оправдывает свою фамилию и корни. Испепеляющий взгляд Айзека устремился на Лиззи, та неловко потёрла затылок.        — Мне хана? — спросила она. Айзек, нахмурившись, кивнул. — А можно я всё-таки оставлю фотку? Мужчина отрицательно помотал головой. Лиззи хмыкнула.        — Тогда мы не будем развязывать вас, мистер Кларк, и подождём, пока вас найдёт кто-то другой и начнёт задавать неудобные вопросы, — проговорила она, беря Джилл под локоть и утаскивая из лаборантской. Айзек остановил их, что-то промычав. Лиззи посмотрела на него с ухмылкой. — Правда можно оставить? Айзек покорно покивал, закатывая глаза. Лиззи захлопала в ладоши, тут же подбегая к нему и кидаясь на шею. Мужчина в шоке посмотрел на неё, после на Джилл, потом снова на Лиззи. И на Джилл взглядом а-ля «Снимите это с меня». Джилл снова похихикала, приближаясь к щебечущей подруге и немного оттягивая её от Айзека. Через пару минут он уже с немой злобой и смятением застёгивал рубашку и завязывал галстук на место, смотря куда угодно, но не на девушек.        — Спасибо, — коротко поблагодарил он, на миг всё же глянув на подруг.        — Не за что, не за что, — отмахнулась Лиззи, сияя, как начищенный чайничек.        — Так кто это вас так? — спросила Джилл задумчиво, приложив руку к подбородку. Айзек фыркнул, поправляя галстук на шее.        — Догадайтесь с первой попытки.        — Регина? — предположила Джилл.        — Угу, — снова хмурясь, ответил Айзек, отворачиваясь от девушек. Стыд какой.        — Господи, это ж как её надо было вывести, — присвистнула Лиззи.        — Сильно, — фыркнул Айзек.        — Это мы и так поняли, — выдохнула Джилл, всё ещё загадочно поглядывая на мужчину. В голове зрела идея.        — Как это вы её так? — осторожно спросила Джилл. Айзек искоса посмотрел на неё через плечо, но всё же со вздохом ответил:        — Повздорили немного. У неё самой лучше спросите. Лиззи покивала, делая себе заметку поговорить с подругой по этому поводу. А Джилл продолжала думать. Похоже, это не самый плохой способ утихомирить надоедливого учителя химии, если у него снова начнётся приступ гипертактильности…        — Так вы мне лабораторные принесли, — перевёл тему Айзек.        — Ну да, они в кабинете у вас на столе.        — Несите сюда, я при вас быстро проверю. Лиззи живо покивала, пока Джилл так и стояла в своих мыслях. Стало чертовски интересно, как на подобные действия с её стороны отреагирует Раймонд…        — Не спать, — послышалось из-за её спины, по голове легонько хлопнули её собственной тетрадью для лабораторных работ. Приходя в реальность, Джилл посмотрела на хитрющую Лиззи, подающую ей тетрадь. Мда. Неловко вышло.       Через несколько дней Джилл уже пожалела, что пришла сюда. Раймонд всё щебетал и щебетал у неё под ухом, не давая толком сосредоточиться на работе, что-то рассказывая и объясняя. И даже усадил её себе на колени, обнимая со спины и крепко прижимая к себе. Захлопнув тетрадь, девушка глубоко вдохнула, подавляя подкатывающие волны гнева.        — Что-то не так, счастье моё? — спросил довольный, как наевшийся сметаны кот, Раймонд, посмотрев на Джилл. Та глянула на него в ответ, и Раймонд отчётливо почувствовал, как внутренности пробила дрожь.        — Герр Аккерман, вам не кажется, что вы ведёте себя слишком развязно? — процедила она сквозь зубы, ощущая, как колотится сердце от его касаний. Было приятно, и это раздражало. Раймонд моргнул, его выражение лица осталось прежним.        — А?        — Руки, — фыркнула она, намекая на его руки у неё на животе, поглаживающие пресс. Раймонд тут же повиновался, поднимая руки и кладя их на стол по бокам от Джилл. Та нахмурилась, пыхтя. Она даже не могла объяснить, почему, но он бесил её. Просто бесил и всё тут. Может, даже и тем, что нравился ей. Она сама себя слабо понимала.        — Вот так? — наивно спросил Раймонд.        — Да, — выдохнула Джилл, пытаясь собрать мысли в кучку. — Так… Концентрация ушла и помахала платочком на прощание. Как дальше заниматься уроками — непонятно. Снова глубоко вздохнув, Джилл методично развернулась на коленях Раймонда к нему лицом, внимательно вглядываясь в него, даже немного щурясь. Мужчина моргнул, смотря на неё в ответ. Чего это она?.. Внезапно девушка схватилась за ворот его рубашки, притягивая к себе, и впилась в губы резким поцелуем, заставляя Раймонда непонятливо замычать, открывая глаза ещё шире от удивления. Только он ответил на её действия и едва коснулся хоть кончиком пальца её талии, как воротник натянули ещё сильнее, Джилл зарычала, пуская по его спине мурашки.        — Руки, — повторила она, снова втягивая его в поцелуй. Раймонд лишь томно выдохнул, прикрывая глаза и покорно поднимая руки. Чёрт возьми, да где она научилась этому… Мужчина отчётливо почувствовал, как тонкие пальцы развязали галстук у него на шее, снимая, а после полезли расстёгивать пуговицы на рубашке. Голова просто кружилась от чувства её языка на губах и нёбе, казалось, связь с реальностью медленно отключается. Джилл, впрочем, казалось так же. Она чувствовала себя крайне странно, хоть и тоже подрагивала от удовольствия. Она даже предположить не могла, что способна на такое… Так же резко, как и прильнула до этого, она отстранилась от его губ, припадая с тяжёлым вздохом к его шее, с непривычки сильно кусая кожу, от чего Раймонд вздрогнул, издавая странный звук, похожий на смесь вздоха и стона. Что-то похожее на второе из него вырвалось, когда Джилл всё же оставила крупный красный след на его шее, спускаясь всё ниже, на ключицы, оставляя за собой целую цепочку таких «меток». Раймонд зажмурился, вытягивая шею и закусывая губу. До чего же дивные ощущения… Оставив последний засос у него на груди, Джилл со вздохом отстранилась, тяжело дыша и оглядывая раскрасневшегося и так же громко дышащего Раймонда, что откинулся на спинку стула, пытаясь отдышаться и смотря в никуда затуманенным взглядом. Губы сами скривились в нечитаемой ухмылке. Хорошая работа. Увлекая его в очередной поцелуй, Джилл потянулась к его рукам, связывая за спиной его же галстуком, неосознанно поёрзав на коленях мужчины. В её бёдра упиралось что-то твёрдое, а от понимания, что это, перехватило дыхание, глаза заблестели. В последний раз смяв его губы, девушка сползла с его колен, часто дыша и пошатываясь. Она не брала в рот и капли, но словно была пьяна. Неужели, его перегар такой едкий?        — Вот, что бывает, герр Аккерман, если ко мне слишком много приставать, — проговорила она шёпотом, пятясь к партам и немного сгибаясь.        — Милая фройляйн… Наткнувшись бёдрами на первую парту, Джилл прикрыла лицо руками, пытаясь осознать, что она только что сделала. Сквозь пальцы она оглядывала красного, как маков цвет, Раймонда, который, казалось, окончательно испустил дух, бормоча что-то с придыханием. Внизу живота от этого зрелища как-то странно тянуло, но Джилл держалась, сглотнув. Оставить его так? Или всё же сжалиться и развязать?.. Нет, тут без ста грамм не разберёшься. Собравшись с силами, Джилл пошла прямиком в лаборантскую, смело распахивая шкаф и беря бутылку с чем-то и рюмку. Это должно привести мистера Аккермана в сознание. Ну или придать храбрости ей в крайнем случае… Налив в рюмку содержимого бутылки, Джилл с осторожностью понюхала сею субстанцию, тут же жмурясь. Самогон. Крепкий. Должно помочь. Поднеся рюмку к носу Раймонда, она поводила ею из стороны в сторону, то приближая, то отдаляя.        — Милая фройляйн… — вторил Раймонд едва слышно, поводя головой с закрытыми глазами. Мда. Реакции ноль. И что с ним теперь делать?.. Джилл не рассчитывала, что он так бурно на это отреагирует. Просто ведь хотела его утихомирить!.. Вздохнув, девушка с озадаченностью посмотрела на полную рюмку у себя в руке, потом на Раймонда и снова на рюмку. Ну… клин клином вышибают, да? Глубоко вдохнув, девушка опрокинула рюмку в себя, тут же жмурясь до слёз и зажимая рот рукой. Горькое и обожгло горло. Как только Раймонд пьёт эту гадость?! Вцепившись руками в стол, стараясь устоять на ногах, Джилл сглотнула. Кажется, всё же стоило чем-то закусить, поздно она об этом подумала… Зато буквально через пару минут бешеное смущение пропало, дышать стало чуточку легче. А сидящий, можно сказать, без чувств Раймонд неимоверно притягивал к себе. Облизав губы, Джилл закатила рукава на блузе, подходя к мужчине. Розовые глаза недобро блестели, когда она тронула ремень на его брюках, расстёгивая его и стоящую горбом ширинку.        — Моя фройляйн… что ты делаешь? — хрипло вдруг спросил, видимо, очухавшийся Раймонд, смотря на неё, усевшуюся на колени прямо на пол. Джилл, посмотрев на него, ничего не ответила, избавляясь от его брюк, приспуская их. Раймонд ещё сильнее залился краской, хоть и казалось, что больше уже некуда.        — Мил… милая фройляйн… — продолжал он её звать, моргая.        — Замолчи, — перебила его Джилл, не давая закончить. — Иначе я прекращу. Хочешь остаться сидеть здесь связанным и с… вот этим? Или, может, мне стоит завязать тебе рот? Раймонд тут же замолчал, закусывая губу. Такая маленькая, а уже запросто может заставить его заткнуться… идеальная девушка. Он готов был прямо сейчас увести её под венец. Джилл же тем временем добралась уже и до белья, слегка спуская, но не осмеливаясь оголить стоящую штыком мужскую плоть. Проводя ладонью по его торсу под рубашкой, девушка не выглядела слишком заинтересованной. Скорее, чрезмерно сосредоточенной, ведя по коже ногтями и вызывая новые волны дрожи. Раймонд уже даже не представлял, чего от неё ожидать. Её рука поднялась выше, оглаживая шею, за ней нижнюю челюсть и подбородок, подобралась к губам. Кончиками пальцев она очертила их контур, вдруг резко сжав пальцами его щёки, держа за подбородок. А вторая рука окончательно спустила бельё, давая естеству мужчины под его протяжный вздох свободу.        — Оближи. Раймонд почти вздрогнул от этого командного тона. Приоткрывая глаза, он обнаружил перед лицом её руку, тонкие светлые пальцы были вытянуты, хоть и слегка подрагивали. Сглотнув, когда пальцы другой руки больше не сжимали его щёки, мужчина покорно приоткрыл рот, проводя по ним языком, оставляя обилие влаги. От этого по спине Джилл прошлась дрожь, хоть она и предпочла этого не показывать. Хмыкая, она позволила мягкому языку скользнуть между пальцев, смачивая слюной и ладонь.        — Усерднее. Или тебе нравится чувствовать боль? Раймонд тихо выдохнул, покоряясь. Потянувшись за рукой девушки, когда она её отстранила, мужчина откинул голову со стоном, чувствуя, чего коснулась эта самая длань. Связанные руки дёрнулись, щёки стали ярко-красного цвета, сердце забилось, как сумасшедшее. Он никогда не думал, что она сделает это. И никогда не думал, что её рука может сделать настолько приятно. Продолжая водить рукой по твёрдой и налитой кровью плоти, Джилл хмыкнула, находя это не слишком сложным. Рука скользила легко, Раймонд продолжал тяжело дышать, поскуливая иногда и выгибаясь в пояснице. Как же пошло это выглядело со стороны… Он даже представить себе не мог. Да и зачем?        — Неужели, так приятно? — елейно протянула Джилл, щурясь и чуть ускоряясь. Из Раймонда вырвался дрожащий стон, он закивал, жмурясь.        — Очень, милая фройляйн, — выдохнул он шёпотом, сдувая чёлку с лица. Девушка ухмыльнулась, одной рукой погладив его щеку, проводя по скуле большим пальцем. Раймонд с новым вздохом потянулся за её рукой, прикрывая глаза и потеревшись о прохладные пальцы. Такие ласковые и мягкие…        — Может, всё же… — с некоторой одышкой, но смог выдавить из себя Раймонд, посмотрев на Джилл. — …милая фройляйн меня развяжет? Лицо девушки тут же стало жёстким, она сильнее сжала руку на его естестве, начиная водить по нему ещё быстрее, от чего из груди мужчины вылетел очередной вздох, перемешанный со стоном.        — Как же было хорошо, когда ты молчал, — прорипела она, тоже вздыхая и подвигаясь к его шее, покрывая поцелуями. Пора брать быка за рога, чёрт подери, это начинает надоедать… хотя эти звуки, которые он издаёт… господи, зачем так сладко? Раймонд ничего не ответил, глухо снова простонав, его глаза сами по себе прикрылись, а кулаки сжались. Темп ускорялся, сколько это уже длилось? Он не знал. Но мог сказать точно: долго он этого не выдержит. Низ живота ужасно тянуло, было невообразимо жарко и просто всё внутри кричало, что его финал близко.        — М-моя фройляйн, — тихо позвал он сквозь глубокое дыхание, когда ощутил, что его вот-вот накроет. Джилл хмыкнула, с рыком сжав руку и совершив ещё более резкое движение, от какого по телу Раймонда прошлась дрожь, он сжал губы, заглушая голос. Откидывая голову назад, он изо всех сил пытался отдышаться. Голова кружилась, в глазах темнело, всё тело мелко потряхивало. Казалось, его вот-вот вырубит. Он даже не почувствовал, что руки ничего больше не стягивает, и не услышал, как Джилл удалилась в лаборантскую, умывая руки. И не заметил, как она так же тихо выскользнула из кабинета, прикрывая за собой дверь. Придя домой, девушка осела на пол, хватаясь за голову. Она до сих пор не могла поверить, что сделала это. На руках всё не проходило ощущение выплеснувшегося на них горячего семени, губы помнили те головокружительные поцелуи, а в животе продолжали пархать бабочки. Джилл сглотнула. Хорошо хоть ей ничего другого в голову не пришло…

***

Раймонд поправил на себе галстук и кипельно-белую рубашку, на которую накинул такой же белый выстиранный халат, и улыбнулся своему отражению. Даже волосы были аккуратно причёсаны, выблёскивая рыжеватым блондом. Он приковывал взгляды. Теперь точно можно было заметить, насколько симпатичен Раймонд Аккерман на самом деле. Шагая по школе, спрятав руки в карманы, он сиял дружелюбной улыбкой, полный сил и пышущий энергией. Что не преминул заметить Айзек, заметивший его в учительской.        — Кто ты и что сделал с Аккерманом, изверг.        — У него отгул на день, — отмахнулся мужчина, продолжая сиять улыбкой, ища нужный журнал на полке. Айзек дёрнул бровью.        — Удивительно. Ну, колись, для кого наряжаемся.        — Мистер Кларк всё прекрасно знает, — загадочно заметил Раймонд, подмигнув приятелю и удалившись, оставляя того стоять в непонятках. В голове появились нецензурные выражения. Айзек впервые понял отцов, которые ревностно охраняют дочерей от подобных индивидов, пусть мисс Стингрей ему совсем не дочь и годится в сёстры максимум. У Джилл же день начался нестандартно — с таблетки обезболивающего от головы. Удивительно, как её от одной рюмки самогона развезло. Больше она к алкоголю точно не прикоснётся, неа. Осталось придумать, что делать с Раймондом и тем, что произошло вчера… В остальном — всё, как обычно. До школы она добралась без происшествий. Да и в школе всё было как всегда: интересующаяся всем на свете Лиззи со своими расспросами, шумные одноклассники, уроки. И, на первый взгляд, обычный обеденный перерыв. Длинный и такой желанный. Спокойно пообедав с Лиззи за весёлой беседой двух подружек, Джилл наконец смогла полностью расслабиться и забыть вчерашний день. Пока Раймонд нигде ей не попадался, всё было действительно прекрасно и навязчивые мысли не заполняли голову. Но вот стоило ей выйти в коридор… Он сразу приковал взор. Опрятный, приветливый, светящийся слишком ярко. Манящий подойти. Так и остановившись посреди коридора, Джилл ей-богу не могла отнять от него глаз. Сердце в груди непроизвольно ускорило ход, подскочив, а щеки заалели, едва её взгляд пересёкся с зелёными, подобно листу берёзы в мае, очами. Тут же поспешив упрятаться от этого взгляда, Джилл прижалась спиной к стене за поворотом, положив руку на грудь и зажмурившись. С ума сойти. Она никогда не ощущала ничего подобного. И это от одного только взгляда. Не имея сил сопротивляться, девушка последовала за внезапно потянувшей её мягкой рукой с грубыми пальцами, пожжёными реактивами, в нос закрался не запах спирта, а приятный аромат парфюма. Такой сладкий и непривычный, заводящий всё больше. Тёмное помещение было слишком маленьким и тесным, но им больше места и не требовалось. Держать обнявшую его руками и ногами Джилл было немного тяжело, но прижимая к стене — куда проще, чем Раймонд и воспользовался, втягивая её в очередной поцелуй. Голодный и несколько грубый, издающий так много влажных и чавкающих звуков. Стыд отступал под волнами жара, прокатывающими по телу, Джилл выдохнула, ощущая горячие губы на своей шее. Откидывая голову, она сжала губы, ощущая, как по телу бегут мурашки от слабого покалывания на помеченном красным участке кремовой кожи. Руки потянулись к его рубашке, расстёгивая пуговицы и оглаживая тонкими пальцами выпирающие ключицы, ярёмную ямку, кадык и подбородок. Кажется, она не могла насытиться ощущениями от прикосновений к нему. Руки Раймонда же впились в её бёдра, сжимая ягодицы под плиссированной юбкой, но быстро разжались, оглаживая мягкую кожу. Спускаясь губами всё ниже, он зацепился зубами за синий галстук на её шее, приподнимая и смотря девушке прямо в глаза затуманенным взглядом.        — Тебе мало того, что было вчера?        — Непозволительно мало. Да и… я хочу отплатить милой фройляйн за это. Гордость брала за каждый сорванный с её уст вздох, каждый поцелуй на губах распалял только больше. Джилл ничего не ответила, лишь бессильно откидываясь спиной на стену и обречённо выдыхая. Она толком не видела его в полутьме небольшой кладовой где-то в закоулках коридоров школы, но отчётливо чувствовала, какой горой Раймонд нависает над её телом, прижатым им к холодной стенке.        — Так давай. Плати. Снова впиваясь в его губы, Джилл просто пожелала никогда не жалеть о своём решении. Безрассудный поступок манил к себе, впутывая в сети, из каких не выбраться, и оставалось надеяться, что всё это не зря. Вжимаясь вскоре в его плечо, Джилл зажала рот рукой, пытаясь не издавать никаких звуков от его ритмичных движений там, внизу, которые после первого болезненного толчка становились всё приятнее и приятнее. Мокро, жарко, пошло, но чертовски изумительно. Ощущая нечто подобное впервые, девушка льнула к этому чувству, сильнее сжимая ноги на талии Раймонда, изо всех сил пытаясь чётче ощутить это, ощутить его. Вобрать его в себя, растворить, прочувствовать каждой клеточкой вожделенное тело. И никогда не забыть. Другая часть её мозга смеялась. Как она могла докатиться до этого? Переспать с учителем прямо в школьной подсобке… но эти мысли мгновенно прогонялись его горячим дыханием у самого уха и влажным шёпотом, вторящим её имя, как мантру, твердящим пылкие слова любви. Она не могла и мечтать о подобном ни сейчас, впиваясь в его плечи пальцами со сладкими вздохами, ни когда-либо в будущем. Всё казалось сказочным сном.

***

       — Вас сегодня много, — Раймонд улыбнулся, оглядывая 1-С почти в полном составе, что на факультативе по химии было редкостью. Было приятно видеть, пусть немного уставших после трудового дня, но вполне расслабленных детей за партами, которые были полностью готовы работать. — Неужели, всем внезапно понадобились дополнительные занятия? Джилл чуть улыбнулась, ныряя за учебник и прячась таким образом от взора учителя. Лиззи, заметившая это, вскинула одну бровь, посмотрев на неё. Чего это она?.. Джилл лишь подмигнула, обещая рассказать позже. По крайней мере, Лиззи на это надеялась, пусть подобные подмигивания были ей ответом уже несколько дней подряд. В последнее время эта партизанка куда-то пропадала и совершенно ничего не желала объяснять. Но Лиззи её не винила, хоть и слегка была озадачена. Каждый имеет право хранить свои тайны. Рано или поздно они вскроются, стоит просто подождать. Урок шёл своим чередом, весёлый мистер Аккерман с шутками-прибаутками, как он умеет, рассказывал тему, растянувшись на стуле за столом под лучиками холодного ноябрьского солнышка. Лекция совсем не казалась скучной, поэтому слушали все, кто пришёл, но неторопливая и расслабленная атмосфера была разрушена одним махом. Точнее, с размаху открытой дверью в кабинет. В пороге стоял Айзек Кларк. Хотя стоял — громко сказано. Пошатываясь, он, взъерошенный и какой-то помятый, опирался рукой о дверной косяк, мутными глазами взирая на хозяина кабинета, медленно двинувшись к нему. В классе повисла гробовая тишина, можно было запросто услышать, как тикают настенные часы. Раймонд моргнул.        — Мистер Кларк, — с каким-то непонятным смешком выдавил он из себя приветствие, смотря на неумолимо приближающегося приятеля, идущего, опираясь о стол.        — Научи меня играть на гитаре.