Пропавший ученик драконьего убийцы

Иккингу шестнадцать, арбалет в руках лежит уверенно и гладко, а стрела попадает точно в цель. Уже который раз, не важно как далеко или мелко выглядит мишень, стрела бьёт прямо в центр, и это заставляет Гриммеля слегка улыбнуться. Он доволен, но этого недостаточно. Мальчику нужно учиться бить по движущимся целям и уклоняться от атак, так что он хлопает Иккинга по плечу и разворачивает лицом к себе. — Это, конечно, хорошо, но не думай, что драконы просто будут стоять неподвижно, как эти мишени. Иккинг слегка поджимает губы: он уже которую неделю попадает в цели, даже верхом на лошади, проскакивая мимо них (у него с Гриммелем есть некая тренировочная полоса с мишенями в лесу, где он часто скачет верхом, тренируясь), но Гриммелю, кажется, этого мало. Если бы он знал, что мужчина просто так беспокоится о нём, потому что любит, то было бы не так обидно. — Тогда, может ты уже возьмёшь меня на охоту? — Иккинг поджимает губы и упрямо смотрит на наставника, — Почему уже все мои ровесники пошли на дракона, а я нет?  "Потому что я не прощу себя если подготовлю тебя недостаточно хорошо и с тобой что-то случится" Но вместо этого охотник молчит пару секунд, лицо, как всегда холодное и нечитаемое, и Иккинг уже хочет стушеваться и извиниться, но его перебивают: — Ты пойдёшь на дракона. Но тогда, когда я скажу, что ты готов, — ладони как-то странно тяжелеют на юношеских плечах и он убирает их, —  А теперь бери меч и иди к кому-нибудь в пару. Я посмотрю как ты атакуешь. Иккинг может только тяжко вздохнуть, прекрасно понимая, что это значит, что на арене он пробудет до заката. Никто не оставался на тренировках так долго, как это делал он из-за Гриммеля. Пока парень хватает клинок и выбирает пару, Гриммель выходит из арены и поднимается, чтобы смотреть за тренировкой сверху.  — Совсем не жалеешь его. Загоняешь ты его и всё на этом, — к нему подходит другой охотник, который также тренировал здесь подростков.  Иккинг мельком смотрит на Гриммеля, тот не отрывает от него глаз и парень атакует противника первым.  — Жалость для слабых. Он справится.  "Иккинг сильный, он сможет это выдержать, я точно знаю"

* * *

Мышцы горят после тренировки, как будто бы пропитанные жаром, и неприятно тянут, но он ничего не может с этим сделать, так что просто ложится спать. Ночь за окном синяя, холодная, несмотря на то, что лето, а ещё очень чистая и щедрая на звёзды. Они крупные и блестящие, так что Иккинг просто любуется ими, пока не проваливается в сон. Гриммелю не спится. В голове всё играют мысли и чужие слова. Может он и вправду слишком сильно волнуется? Молодняк других охотников уже вышли в лес и принесли шкуры убитых рептилий. Иккинг явно лучше них, но почему тогда в сердце едко колет явное нежелание подпускать его ученика к этим тварям? Он не знает как это описать: он не боится, что Иккинг проиграет дракону, он боится, что… Чего? Что может случиться? Мужчина трет переносицу и затем виски, раздражаясь на самого себя за излишнее беспокойство. Иккинг сможет убить дракона, он уже готов и не нужно в нем сомневаться: он умный и смекалистый парень с метким глазом, сильными руками и реакцией. Он уже готов. Его уже можно отпустить от сердца… Но отчего-то либо совсем не хочется, либо не получается. 

* * *

— Это твой первый дракон. Выслеживай его. Иди по следу, читай его, как я учил тебя, — Гриммель держит арбалет в руках, но не спешит его поднимать: вокруг нет подозрительных звуков или запахов для этого. — Да…Да, я читаю, — Иккинг всматривается в следы на земле с присущей ему внимательностью и старательностью, слегка нахмурив брови и поджав губы, — Определенно змеевик. Самец, крупный и возможно молодой. Двигается в сторону реки. — Идём, — Гриммель идёт следом за парнем, подмечая, что тот все-таки научился ходить бесшумно. Иккинг крадется через лес, аккуратно переступает коряги и ветки, издавая минимум шума, и мужчина молча гордится им. Его мальчик хорошо и быстро учится, просто иногда нужно было подтолкнуть в правильное русло.  Они двигаются достаточно быстро и ловко, и вот уже следы становятся совсем свежими, а в десятке метров голубеет драконья спина и гордо змеится пёстрый с жёлтыми вставками хвост. Шипы слегка приподняты, показывая лишь природную настороженность, а не враждебность. Их по-прежнему не заметили.  — Целься в висок или шею. Не думай слишком много. Сейчас это твоя добыча, держись ровнее, — Гриммель пригибается за спиной подростка, но не помогает ему прицелиться, просто остаётся рядом. Иккинг мысленно кивает, нервно сглатывает и с выдохом выпускает стрелу. Он не успевает моргнуть, когда свист встречается с криком дракона и булькающим хрипом. Змеевик пытается приподнять голову, стреляет шипами наугад (никого не задев) и остается лежать на земле, прожигая парня перед собой жёлтыми глазами. Зверь дрожит и жалобно кряхтит от боли, его взгляд яркий и отчётливый, пропитанный истинным страхом. Иккинг дрожит несколько мгновений, неуверенно поднимая над чужой головой длинный нож. Гриммелю хватает этих секунд, чтобы разозлиться. Он хватает парня за руки и опускает лезвие прямо в затылок существа, обрывая его мучения. Кровь расплывается по земле, липнет к коже, как очень неприятная краска, и Иккинг пару раз моргает, чтобы глаза больше не щипало и он смог задышать. — Посмотри на меня, — Гриммель раздражен и почти что рычит, недовольный теми секундами слабости. Они могут убить Иккинга в момент битвы или охоты, такого не должно произойти в будущем. Парень послушно поднимает на него глаза, надеясь, что они не блестят от растерянности. Он хотел убить дракона, он сделал это, так почему сейчас щемит сердце?  — Ты не должен видеть в нем живое существо. Это дракон, — голос холодный и режет по сердцу длинными осколками, — Дракон всегда. Всегда. Хочет убить. Ты понял это? Он никогда не сжалится над тобой и убьет тебя за те секунды растерянности, что ты только что показал. Злость немного спадает и Гриммель выдыхает её. Он молчит и потом снова смотрит на ученика, но уже спокойнее. — Никогда не жалей ни врагов, ни драконов, иначе они убьют тебя. Ты понял? — Да. — Повтори. — Драконы – враги, их нельзя жалеть и с ними нельзя дружить.  — Хорошо, — Гриммель мягко улыбается и прижимает Иккинга к себе, — Ты будешь лучшим охотником, вот увидишь.