Магглы

Шелест книг. Тихое дыхание ее соседа по столу. Чертово социальное давление, исходящее от сидящих рядом сокурсников, и дедлайны по математике, горящие как посох Прометея. «Да я сама скорость!» — чиркая ответы на примеры со скоростью Флэша, думала про себя Гермиона, параллельно проверяя уже исписанные листки на наличие опечаток. Таковых там не было. Когда последний пример был решен, девочка с нескрываемым удовлетворением во взгляде окинула исписанную тетрадь. Домашка по алгебре была выполнена. «Двадцать баллов Гермионе Грейнджер!» — усмехнулась про себя девочка. В целом, учиться на две школы было не трудно. Было скорее… тяжко. И, возможно, если бы это была не учеба, а что-нибудь другое, то Гермиона скорее бы сдалась. Но ей повезло: от природы любознательная и честолюбивая, юная мисс Грейнджер никогда не отступала ни перед каким объемом учебных материалов. — Как ты справляешься, черт возьми?! — с шутливой завистью прошептал Дин, который точно также как и она, числился на домашнем обучении, чтобы не вызывать вопросы у социальных служб Британии. — Это же элементарно, Томас! — хмыкнула Гермиона, игриво задрав палец вверх. — Немного теории и много практики. Томас только сузил глаза и как-то осуждающе посмотрел на однокурсницу, но уже через несколько секунд смягчил выражение лица и с доброй усмешкой произнес: — Ладно уж, храни свои секреты. Ответом ему послужил тихий смех Грейнджер.

***

Несмотря на то, что ему предложили место ловца в сборной факультета, и мальчик даже исправно посещал все тренировки, танцы засели в его очаровательной кудрявой головушке куда глубже, чем могло бы показаться на первый взгляд. Поэтому большую часть своего свободного от уроков и тренировки времени юный Поттер теперь тратил на изучение танцевальных азов. — Ух, это сложнее, чем я думал. — Гарри нахмурился, пытаясь понять, как делается следующее движение. Вроде бы на видео танцор сначала встал на руки, затем поднял корпус, после чего как-то замудренно прокрутился на руках… а Гарри, пытаясь повторить это, только запутался в ногах и упал, к счастью, на мягкую траву. В общем, научиться танцевать было действительно не очень простым делом. — Что, учишься балету, Поттер? — послышался сзади ехидный смешок. Мальчик поднял голову и с раздражением посмотрел на Малфоя с Крэббом и Гойлом, которые не скрывали презренные усмешки, смотря на лежащего гриффиндорца сверху вниз. — Это брейк-данс, идиот. На секунду на лице Малфоя промелькнула растерянность, но так же быстро исчезла. — Следи за словами, очкарик, — слишком надменно хмыкнул блондин, словно пытаясь скрыть секундную оплошность. Гарри уже собрался открыть рот и послать слизеринца куда подальше, как его перебил недовольный девичий голос, чье недовольство, к счастью, было направлено не на него: — Сам за словами следи, Малфой! — выкрикнула Гермиона, подбегая к компании мальчишек. И, завидев валяющегося на земле друга, нахмурилась и требовательно уставилась на слизеринца: — Это ты его тронул? — Буду я еще о вас руки марать! — фыркнул блондин, незаметно поежившись от угрозы в голосе гриффиндорки. — Считай, что тебе повезло, — выплюнула гриффиндорка, помогая другу встать и не сводя предупреждающего взгляда со слизеринца. — Тц, — фыркнул блондин в последний раз и, с максимально надменным выражением лица окинув парочку взглядом, развернулся и зашагал обратно в замок. Кребб и Гойл, также снисходительно посмотрев на двух «простолюдинов», развернулись на носочках и побежали догонять Малфоя. — Ух, как же они меня бесят! — проскрежетала Грейнджер, когда троица удалилась уже на приличное расстояние, и даже пригрозила им кулаком. — Если бы не обещание не использовать свои умения на людях, я бы уже давно их отмудохала! — Не надо, Грейнджер, они того не стоят, — послышалось сбоку: к ним подошел взбалмошный дуэт Дина и Симуса. Ну как взбалмошный… мулат был спокойный, точнее, уставший, а вот рыжик рядом с ним прямо источал энергию. О чем ясно дала понять его следующая реплика: — Да, лучше подорвем их котлы на следующем зельеварении! — И Финниган резко вскинул руки, жестом изобразив взрыв. На это Грейнджер, Томас и Поттер лишь синхронно простонали: — Симус, нет!

***

Практика заклинаний без преувеличения была одним из самых интересных предметов на курсе. Профессор Флитвик объяснил им технику заклинания и показал, как правильно его произносить и использовать. — Вингардиум Левиоса! — уверенно произнесла Грейнджер, поднимая свое перышко в воздух. Большое, пушистое перо плавно взлетело вверх и также плавно опустилось на стол через пару секунд. — Неплохо для грязнокровки, — снисходительно хихикнули слизеринцы, сидевшие напротив. На их замечание Грейнджер лишь скривилась и, пробормотав себе под нос что-то похожее на «внутренний покой», перевела взгляд на сидящего рядом однокурсника. Она как раз заметила, что у него с практикой заклинания возникли трудности. — Что? — насупился Рон Уизли, ее сосед по парте. Ему показалось, что недовольный из-за услышанного оскорбления взгляд Грейнджер был направлен на него. На что в ответ Гермиона поучительно заявила: — Нужно произнести Левио́са, а не Левиоса́. — И демонстративно взмахнула палочкой перед носом рыжика. — Ну раз такая умная, сама и колдуй! — Фыркнул Рон. И Грейнджер действительно принялась колдовать: девочка произнесла заклинание, взмахнув палочкой, и перышко Рона также взлетело вверх, почти долетев до самого потолка аудитории. — Пф, даже грязнокровка талантливее Уизли, — с тихим смешком — чтобы его не услышал профессор, но услышали гриффиндорцы — заметил Нотт. — Какая пустая трата чистой крови. — А твои отвратительные манеры — это, видимо, пустая трата времени твоих родителей, — в тон прошипела ему Грейнджер, всё же не сдержавшись от едкого комментария. Нотт лишь презрительно сузил глаза на ее замечание. Но бросить что-то язвительное в ответ не дал ему профессор, который с энтузиазмом похвалил мисс Грейнджер и начислил красному факультету десять баллов. А за этим последовал взрыв. Потому что, ни один урок, на котором присутствовал Симус Финниган, не обходился без того, чтобы он не подорвал что-то.

***

Теодор Нотт-младший был единственным сыном и наследником древней и уважаемой фамилии Нотт. Его отец, Теодор Нотт-старший, пусть и не был ярым политическим деятелем и публичной личностью в магическом мире как тот же Люциус Малфой, например, но всё еще оставался верным древним традициям и свято верил в необходимость поддержания чистоты крови. Естественно, как и его отец, маленький Теодор свято разделял это убеждение. Возможно, отчасти потому, что кроме отца у него никого и не было, поэтому мальчик, стараясь быть как можно ближе к единственному родителю, пытался перенять его привычки и взгляды. Поэтому и всякий отброс магического мира, побочное явление, не имеющее права на магию, вроде Грейнджер, вызывали у него такое яростное отвращение, отчего даже под кожей начинало зудеть. — Что себе позволяет эта чертова грязнокровка? — шипел брюнет себе под нос, слишком яростно разрезая свой стейк. Да так яростно, что сидящий рядом Блейз, уже не выдерживая звон и скрежет металла о керамику, попросил его успокоиться. — Этот Поттер и эта грязнокровка — одного поля ягоды, — соглашаясь с другом, надменно произнес Малфой. В памяти все еще была свежа ухмылка, которой одарил его этот щуплый, большеглазый и робкий на вид мальчик, когда, как оказалось, его не только не выгнали из школы, но и дали место ловца в факультетной сборной. — Пусть веселятся, пока могут, скоро все равно магический мир очистится от такой грязи, как они. — На что ты намекаешь, Малфой? — уже не так весело смеясь над шутками Пэнси, спросил Блейз. А Теодор лишь на эти слова злорадно ухмыльнулся. И добавил на немой вопрос Забини: — Скоро узнаешь, дружище.

***

Тем временем за столом Гриффиндора: — Почему Малфой и Нотт смотрят на вас так, будто хотят прожечь в вас дырки? — спросил Симус, мельком кидая настороженный взгляд на двух маленьких аристократов, сидящих на другом конце Большого зала. — Они просто расисты, — флегматично заметила Гермиона, откусывая свой хлебушек. — Или правильнее сказать, кровисты?