Фонарщик

      Наступил вечер. Он был именно такой, как подобает осенней Англии: довольно прохладный, тихий, уютный, небо еще больше затянули тучи, так что улицы освещались как раз таки только одними фонарями. Деревья уже почти осыпали золотыми листьями тротуары, солнце уходило за черепицы домов все раньше. Это был настоящий лондонский вечер.       Балкон дома Бэнксов выходил прямо на Вишневую улицу. В тот день на нем как раз стояла Мэри. Она только что освободилась от забот с детьми. Женщина грациозно распахнула стеклянные двери, и, выйдя на прохладный воздух улицы, глядела на то, как дорога обсыпалась золотом, и не разгонит ли эти листья шум колес велосипеда, не послышится ли на другом конце дороги оживленный голос..       Улица все больше уходила в туманную тишину. Живописная картина вечернего, осеннего Лондона, казалась для нее самым красивым из видов на всем свете. На Мэри была надета всего лишь одна белоснежная рубашка и красновато-фиолетовая юбка по колено. Она то и дело прижимала ладони к плечам, желая согреться.       Внезапно примерно под балконом послышалось странное потрескивание и шуршание. Красавица взглянула голубыми глазами вниз, и увидела того самого прекрасного фонарщика, что так заставлял трепетать ее сердце. — Мисс Мэри! — солнечно улыбнулся Джек, ловко поднимаясь прямо на ее балкон — О, это вы, Джек! — удивлённо откликнулась она, улыбнувшись ему в ответ, — Как ваши дела? Как работа? — Спасибо, все более, чем хорошо! Лучшая работа на свете! — жизнерадостно ответил он, переступив через перила, — Лучше расскажите, как ваши дела, Мисс Мэри. — Можешь звать меня просто Мэри. — тихо произнесла женщина       Она снова и снова смотрела на Джека. Ее светло-голубой взгляд не мог оторваться от его белоснежной лучезарной улыбки и карих глаз, так радостно сияющих, словно солнце. — А меня зови просто Джек. — ответил он, потирая руки от сажи, — Многие даже называют меня Лери. — Я знаю. Слышала. — улыбнулась Мэри, в это время опасливо думая, о чем же дальше повести разговор. Его глаза, его голос, его улыбка – все смешалось перед глазами. О, она все время смотрела на него, не думая ни о чем, когда думать очень нужно, — Джек, может быть зайдешь? Я приготовлю чаю. С молоком, как ты любишь. — О, нет Мэри, спасибо. Я ненадолго..       В это время параллельно Вишневой улице подул прохладный ветер и заставил изрядно осыпаться деревья, стоящие рядом с балконом Бэнксов. Несколько золотых листочков опустились на плечи Джека. Он взял пару штук и положил на ладони, любуясь ими, словно они и впрямь были из золота. — Осень в Лондоне особенная. Правда, Мэри? — тихо произнес фонарщик — Особенная? — слегка удивилась она, — Почему ты так считаешь, Джек? — Она особенная, ведь только в Лондоне она может быть настолько волшебной, что начинаешь верить в чудеса. — продолжил Джек, перебравшись через перила балкона и протянув руку Мэри, — Хочешь, я тебе покажу?       Женщина обеспокоенно подошла ближе, взяв фонарщика за руку. Впервые в жизни Мэри совсем не обратила внимания на то, что его митенки были слегка запачканны сажей. Их пальцы сомкнулись, а взгляды встретились, но только на мгновение. Разговор стал переходить на шёпот. — Но, Джек, я сейчас не могу. — вкрадчиво произнесла женщина, — Мне нужно уложить детей спать. Да, и вообще на часах уже несколько поздно.       Фонарщик улыбнулся, в уголках его глаз появились озорные морщинки. Красавица все также очарованно смотрела на него. — Я буду под окном у входа. Жду вас, мисс Мэри! — игриво ответил Джек и скрылся